Нежность за баррикадой

Глава 3 Оливер задержался допоздна, делая уборку и готовя кофейню к следующему дню. Была уже глубокая ночь. Он гасил свет, когда за дверью раздались приглушенные, но яростные голоса и звук удара. Сердце Оливера ушло в пятки. Он боязливо подошел к стеклянной двери и выглянул. В темном переулке стоял Декстер. Его костюм был растрепан, на скуле сочилась кровь. У его ног лежал крупный мужчина, скрученный в неестественной позе и не двигавшийся. Рядом стояли двое других, с пистолетами в руках, направленными на Декстера. Оливер не думал. Инстинкт заставил его рвануть засов и распахнуть дверь. — Полиция! Я уже вызвал полицию! — крикнул он голосом, в котором тряслась вся его храбрость. Это сработало. Нападавшие на секунду опешили. И этой секунды Декстеру хватило. Его движения были молниеносными. Последовало еще два глухих удара, и оба человека рухнули на землю. Декстер повернулся к Оливеру. Его глаза горели холодным огнем. Он шагнул к нему, быстрый и опасный. — Иди внутрь. Закрой дверь. Ничего не видел, — его голос был тихим, но таким властным, что Оливер беспрекословно повиновался. Он захлопнул дверь, дрожащими руками повернул ключ. Через секунду Декстер был с ним в кофейне. Он тяжело дышал, кровь текла по его щеке. — Глупец, — прошипел он, глядя на Оливера. — Они могли бы тебя убить. — Я... я не мог просто стоять и смотреть, — прошептал Оливер. Они смотрели друг на друга в полумраке закрытой кофейни. Мир Оливера с его запахом кофе и печенья столкнулся с миром Декстера, пахнущим кровью, потом и опасностью. — Садись, — сказал Оливер, внезапно найдя в себе силы. — Ты истекаешь кровью. Он принес аптечку и, не спрашивая разрешения, начал обрабатывать рану на скуле Декстера. Его пальцы были нежными и точными. Декстер не сопротивлялся. Он сидел, уставившись на Оливера, и в его глазах бушевала буря. Никто не касался его так давно. Не заботился. — Кто ты? — тихо спросил Оливер, заканчивая с пластырем. — Тот, кому ты не должен был открывать дверь, — ответил Декстер. Он встал. — Забудь, что видел сегодня. Ради своего же блага. И снова он исчез в ночи. Но Оливер знал, что забыть не сможет. И он боялся, что не хочет. -мяу