Токсичный контроль | АРКА 3: Только вперёд!

???

???

Сознание вернулось с ощущением неправильности. Я не поднялся с кровати, а остался в той же позе. Напряжённой и твёрдой. Нужен анализ. Пока без света. Пахло в этой комнате… пылью и старым, но до боли знакомым деревом, а ещё… отдалённый запах бытовой химии. Этот запах я узнаю из тысячи. А звук тут… его нет. Ни часов, ни Лололошки с Джоном, которые вечно мешают мне спать, ни уродливых будильников. Тишина, но без спокойствия. Именно это, честно признаться, меня и настораживает. Нужен свет. Нужно вернуть контроль в свои руки. Я незамедлительно вскочил с кровати и подметил одну деталь: я был в своей привычной одежде. Телефон тоже был на месте. В левом кармане, там, где я всегда его оставляю. Мои руки взяли устройство и нажали кнопку включения. Появился хоть какой-то свет, но всё ещё недостаточный для моей изначальной цели. — Нужно найти выключатель, — пронеслось у меня в голове. Рубильник был найден — стоило только посветить телефоном в сторону дверь, и его очертания показались в темноте. — Боюсь, это именно то место, про которое я думаю. Я нажал кнопку. Чёрт. Обои я узнал сразу. С геометрическими фигурами, шершавые, блестящие в каких-то местах. Обои, которые я ненавидел, когда был ребёнком. Дверь была полностью белой, с чёрными матовыми стёклами каждые 30–40 сантиметров. Я медленно повернулся и открыл рот в немом удивлении. Это точно моя детская комната. Самая ужасная комната, которую я когда-либо встречал. Эти деревянные полки до самого потолка, с расставленными научными книгами — от пола до потолка, в алфавитном порядке и идеальной цветовой коррекции. От белого до чёрного. Рядом с этой полкой (которая была на полстены) находился стол. Большой, деревянный, с тетрадями и карандашницей, в которой идеально лежали ручки и карандаши. Точно так же, как и книги. Окно. Высокое, с белой окантовкой и прозрачными шторами. А за окном… белое нечто? Такого я… не помню. Нужно пойти проверить. Но сначала закончу осмотр. Я повернулся влево, на девяносто градусов, и увидел перед собой такую картину: Кровать. Всё та же, что в детстве. Деревянная, твёрдая, с белым матрасом и синим покрывалом с простынёй. Пожалуй, моё любимое место в этой комнате. А рядом с ней — полка. Простая, деревянная, кажется… с розой. Это единственное, что здесь хоть немного, но казалось живым. Помню, как «дрался» с родителями ради этого цветка и вышел победителем. Я хотел уже протянуть руку и дотронуться, но передумал. По неизвестной мне причине. Не время радоваться. Поскольку теперь я с уверенностью могу сказать: это моя комната. Моя. Детская. Комната. Я сделал несколько шагов к окну. Звука шагов не было слышно, а руки сами начали дрожать — с немым осознанием. Здесь что-то не так. Почему я тут вообще нахожусь? Зачем? Почему? Для чего? Окно было закрыто, без ручек. — Ладно, я этого не хотел, но придётся применять грубую силу. — Я напряг кулак и поднял руку вверх. Удар пришёлся по окну, на котором даже не появилось трещины. При этом боли я не чувствовал. — Может, это сон? — пришла характерная мысль, которая хоть немного, но успокаивала. Да, это просто кошмар. Нужно попробовать открыть дверь. Я хоть и догадываюсь, что вряд ли она откроется, но никогда не поздно попробовать, ведь так? Ручка двери не поддалась с первого раза. Я дёргал её сильнее и быстрее, сильнее и быстрее… но в итоге упал на пол. Паника охватила меня с головой. Чёрт… нужно что-то придумать… нужно срочно что-то придумать! Но из мыслей меня вытащил холодный воздух. Как будто сзади упала бумажка. Я обернулся и рядом с собой на полу увидел… Записку? Не долго думая, я уселся её читать. На ней было написано всего несколько строк: «Ну привет, Айтор. Ты, наверное, читаешь это письмо и думаешь… „Кто же подкинул мне это письмо?“, „Зачем оно мне нужно?“. А я тебе отвечу. Оно нужно для того, чтобы ты знал: мы обязательно встретимся. И ещё раз повторяю: Обязательно встретимся. Э. (Эстен) Твой… ты и сам знаешь кто я. Прекрасно знаешь». От этих строчек бросало в дрожь. — Что за?!.. — Я скомкал лист бумаги и кинул его в другой конец комнаты. Он исчез так же внезапно, как и появился. — Это… Это… м-мой?!.. Так, спокойно. Нужно успокоиться. Я напрягся всем телом, усиливая дрожь, но уже со знанием, что это перезагрузит мою нервную систему. Уже на трезвую голову я встал с пола и сжал кулаки до белых костяшек. В моём случае совершенно нельзя поддаваться панике. Я опять теряю контроль. С этой мыслью я наматывал ритмичные круги по комнате. Мои ноги сами не слушались. Двигались слишком быстро. Намного быстрее, чем при моей обычной ходьбе. — Нужно мыслить логически. — Шаги стали чуть спокойнее, ритмичнее. — Что первым бросается в глаза? Всего на секунду я остановился, быстро сканируя местность, а потом моё наматывание кругов продолжилось. — Тут везде порядок… И ещё бумажка сразу пропала, когда я её выбросил… — Я почесал затылок и остановился у книжных полок. — А что, если… Одним движением руки я опрокинул несколько книг на пол. Книги издали звук, стены затряслись, а роза заискрилась красным цветом, сквозь который ничего не было видно. — Да что происходит!.. А потом прозвучал до боли знакомый голос: — МЫ. ЕЩЁ. ВСТРЕТИМСЯ! И я проснулся.

***

Дом Айтора. День спустя.

Я проснулся в холодном поту. Кровать была мягкая, прогибалась под моим весом. Мой взгляд машинально выискивал намёк хотя бы на что-то, отдалённо напоминающее сон. Всё казалось слишком ненастоящим… декоративным. Запах я не почувствовал сразу. Он пришёл с задержкой, как будто его подкинули. Это был… запах… сырников? Лололошка обычно готовит совсем другое на завтрак. Интересно. От упоминания этого имени невольно кольнуло в сердце. Я вроде бы извинился… но вообще не полегчало. Мне до сих пор стыдно перед ним и перед Джоном. Я не должен был доставать тот пистолет, который с того дня лежит в мусорке. Должен был сделать вид, что ничего не заметил. Должен был поговорить спокойно, объяснить всё. Почему их действия опасны. Почему я их запихнул в этот город… Почему я вообще это начал! Но я опять всё испортил… И с этой, не очень приятной мыслью, я встал с кровати и наступил на пол. Он был тёплым, липким — из-за отсутствия носков на моих ногах. Хорошо, что не такой, как в той комнате. А то от того пола инстинктивно дрожали ноги. На моей тумбе стояло зеркало. Маленькое и круглое. В которое я посмотрел. Моё лицо больше не бледное, нет синяков под глазами, волосы взъерошены. Я стал нормально питаться, больше проводить времени с Лололошкой и Джоном, нормально спать. И это всё благодаря ему. Лололошка стал ну о-о-очень сильно настаивать на этом. В начале я просто игнорировал его просьбы. Потом, когда уже не получалось игнорировать, пробовал вежливо отказываться. Кстати, предпринимаю такие попытки до сих пор. Пока просьбы не превратились в приказы. Особенно если это связано с едой или сном. Но… разве я заслуживаю такой заботы? Я встряхнул головой и отвернулся от зеркала. Нужно стараться не думать об этом. В нашей ситуации вообще нельзя давать слабину.

***

На кухне пахло ванилью и поджаристым творогом. Джон с Лололошкой сидели и что-то мирно обсуждали, а на их тарелках, как и на моей, лежало несколько кругляшков. Это точно были сырники. Я сел за простой белый стол, без скатерти. Они обернулись на меня. Джон хмуро посмотрел и отвернулся, явно не желая меня видеть. — Привет, — сказал Ло и благополучно отвернулся, чтобы продолжить разговор со своим другом. Жалко, что я им так и не стал. Я встал из-за стола и забрал тарелку с собой. Тяжёлый вздох, полный тоски. — Да ты прям джентльмен! — сказал Харрис Лололошке, пока тот доедал последний сырник, с явным интересом в ожидании продолжения — как я понял, какой-то его истории. Это были последние слова, которые я услышал перед тем, как уйти. Я чувствовал, что они не провожали меня взглядом. Будто я случайный прохожий. Чувство вины выворачивало меня изнутри. Медленно ломало кости, отрубало конечности, при этом смеясь. Было тяжело дышать. Не то что стоять рядом с ними. Особенно когда они мило беседуют или смеются. Или… Делают всё то, что я успешно проебал за один день. До сих пор не укладывается в голове, что я буквально думал о том, чтобы их убить. Я невольно поморщился от своих мыслей. А мой внутренний голос кричал: — Ты во всём виноват, Айтор! И я с ним полностью согласен. Но… не может ли он замолчать? Заткнуться хотя бы на пару минут со своими обвинениями?! Вот что мне нужно сделать, чтобы это прекратилось? Хотя… я и так знаю, что нужно сделать. Ещё один глубокий вдох. Но на этот раз — наполненный полным разочарованием в себе.

***

Я сидел в кабинете, изучал все свои записи и всю известную информацию про Ларена. Посмотрел на свой лист с рисунком специального червя, который и заразил его тогда. Как вдруг пришло сообщение.

Получено новое сообщение:

Отправлено: 1 секунду назад. Приоритет: повышенный Отправитель: Лололошка У. Д. [L–993–A] Получатели: Айтор Х. О., Джон Д. Х. [A–69–O; J–994–H] Тема: Планы Полнота сообщения: 100% Сообщение: Привет, Джон и Айтор! Сегодня снова встречаемся в кабинете, в то же время (в 16:00). Будем планировать всё в нашем отряде. Отказы не принимаются! И без опозданий! — Ну хорошо, — прозвучал внутренний голос в голове. — Обязательно приду.

***

Два чётких и уверенных стука в дверь. Больше смахивает на Джона, чем на Лололошку. — Эй, красавчик! Можно войти?! — послышался голос Джона за дверью. Я так и знал, что это именно он. — Входите! — отвечаю я, с уверенностью, что с ним ещё и Лололошка. Не зря же он и организовал эту встречу? Первым входит Харрис. Он идёт уверенной походкой, спина прямая. Вторым входит Ло. Его руки держат блокнот. Небольшую книжечку в коричневой обложке. Никогда не понимал, почему он это называет блокнотом. В моём понимании блокноты немного другие. Он сутулится. Идёт так же спокойно, как и Джон. Смотрит в стену, на Джона, который уже успел сесть за стол и закинуть ногу на ногу. Но только не на меня. Я сидел сгорбившись и смотрел на них. Я набросал примерный план на листе. Уж догадываюсь, какие планы хочет строить Лололошка. Но он всё ещё нуждается в доработке, что совсем не похоже на меня. Что со мной вообще происходит в последнее время? Лололошка наконец сел. Тоже смотрел в стол, а из кармана вынул ручку. Его лицо не выражало ничего. — Я думаю, вы и так догадываетесь, какие планы мы будем строить. — Его взгляд устремился в стену, а потом — наконец — на нас. — Но лучше скажу. — Он открыл свою книжечку. Взял в руку ручку. Простую, шариковую. — Мы будем строить планы по нашему отряду. — Он что-то написал в своём блокноте. — Есть идеи? Я прокашлялся, прикрываясь кулаком, а после положил свой листок на центр стола. — Вот. Этот примерный план я набросал за час. Ему нужна доработка. — После моих слов Джон с Лололошкой поворачивают листок к себе и смотрят на мой набросок. — Есть вопросы? — Есть, — говорит Лололошка, с приподнятой бровью. — А почему именно канализация? — Эта канализация старая. Ей около десяти лет. — начинаю я свой рассказ. — Её очистили, слили всю воду и убрали все запахи. Джон приподнял бровь в явном недоверии, а после фыркнул. — Так почему именно она? Я проигнорировал. — Вместо неё хотели что-то построить. Но что — остаётся загадкой… — Я подбирал слова, чтобы мои аргументы звучали более убедительно. — В последние дни перед тем, как начать перестройку, по какой-то неведомой мне причине всё отменили, а город про неё вскоре и вовсе забыл. — Так почему именно она? А, красавчик? — лукаво улыбнулся Джон. Я снова его проигнорировал. — А главное — у неё четыре выхода. Два из которых — рядом с входом в город. — Я поворачиваю доску в моём кабинете с рисунком всей канализации. — Нас могут увидеть, Айтор, — забеспокоился Лололошка. — Пока мы в канализации, мы не видны городским камерам. — Я поднял глаза от стены и посмотрел на Лололошку с Джоном. Джон, кажется, наконец-то успокоился. Даже перестал ёрзать ногой. Лололошка лишь коротко кивнул, записывая всё в свой блокнот. — А также, поскольку про канализацию все забыли, её никто не станет проверять в первую очередь.

***

— Отлично, план готов. Значит, уже завтра начнём вербовать людей, — сказал Ло и встал из-за стола. — У меня подруга есть, — сказал уже я, всё ещё глядя на план. — Я попробую её завербовать. — Я поднял взгляд на них. — Что скажете? — Отличная идея! — После этих слов Джон тоже поспешил встать из-за стола. — Пока, Айтор! — попрощался Лололошка и вышел из кабинета. Джон даже не бросил прощальных слов, просто поспешил удалиться. А я остался в своём кабинете. С чувством начала. Начала чего-то большего. Осталось только окончательно перепроверить наш план и подкорректировать недостатки, которые мы, возможно, не заметили. И наконец — убрать тот пистолет из мусорки. И обязательно купить новый.