Специалист тет-а-тет

Сидели молча. Точнее — Саске сидел, аккуратно устроившись на краю дивана и сражаясь со сном, фокусируя все внимание на дымящейся на запотевшем подносе чашке чая. Наруто же, видимо оправдывая новомодный диагноз дефицита мозгов и гипердебильности, не мог усидеть на выделенном ему кресле ни минуты. Он бесконечно вскакивал и своевольно бродил по поместью, записывая в блокнот все новые неимеющие никакого отношения к делу детали: заметка о старом въевшимся в ткань ковра пятне от разлитого тетушкой Саске вина, запись о потрескавшейся штукатурке, запись времени на неисправных часах, не идущих со времен войны бело-алой розы. Он ковырялся в разбросанных по полу книгах, отмечая страницы на которых те были открыты и, конечно, с преувеличенным вниманием разглядывал то, что совсем недавно было той самой злосчастной Флорентийской вазой, былое величие которой теперь читалось лишь по цветным осколкам, сметенным в угол. От чая Наруто отказался, сославшись на непереносимость ничего слабее кофе и спирта из самогонного аппарата его деда—старого ирландского путешественника, о котором Саске уже знал намного больше чем было необходимо. И, конечно, блондин не забыл посетовать на то, что чай, будучи раскрашенной водичкой, по цвету напоминавший застоялую лужу в яме, не вызывал у него лишь прохладное безразличие. — Я попрошу Какаши сварить тебе самый крепкий кофе во всей Британии, - с вызовом проскрипел Учиха сквозь зубы, — чтоб голова твоя больше никогда не коснулась подушки. "И ты бы ощутил всю серьезность ситуации на себе, осознав какого это не спать несколько ночей подряд, потому что твое одеяло постоянно норовят вырвать у тебя, а лампочки старинных торшеров и канделябр мигают так неистово, словно хотят созвать не только всех духов Рождества по Диккенсу, но и кого пожестче," подумал Саске, но вслух не озвучил. Хотелось подсунуть блондину эту чашку кофе. Что угодно, лишь бы не видеть как специалист Узумаки задумчиво кусает губу и что-то тихонько бормочет себе по нос, разглядывая очередную трещину в стекле. Пусть лучше займет рот чашкой отличного эспрессо. Наруто оторвал увлеченный взгляд от книги—честно говоря, Саске ожидал чуть более продвинутые технологии у охотников за паранормальным, чем потрепанный блокнот из магазина “Все За Фунт” и ручка Паркер: явный подарок от начальства. Он внимательно посмотрел на Саске. Его взгляд—хоть легкий и прозрачный, словно расплескавшаяся речная водица—все же имел за собой такую глубину, какая могла принадлежать лишь одному только океану: темной, глубокой морской пучине, которая заглатывала целые корабли так, что от тех оставались лишь щепки. Ощутив как липкие щупальца, прорвашиеся сквозь ясную голубизну, тянутся к нему, почувствовав что его душу вот-вот вывернут наизнанку, Саске отвел взгляд, заняв себя разглядыванием металлического кулона в виде спирали на чужой груди. Спустя десяток бесконечно длившихся секунд, Наруто заговорил: — Не откажусь, - озвучил он просто, пропустив половину звуков в этих двух элементарных словах, как и полагалось всем ирландцам. —Но ты думаешь обо мне слишком плохо, считая что у меня есть время на сон, - парировал он мысли Саске, присаживаясь на кресло перед ним. — А кто такой Какаши? — Мой дворецкий. — А, понятно, - Наруто опять записал что-то в свою книжонку, и вдруг потянулся за чашкой чая. Саске вспыхнул от такой наглости: — Я думал ты не пьешь чай, — обвинил он работника, на что имел полное право. К тому же, то была чашка, подаренная братом. Он не мог допустить чтобы губы безвкусно одетого специалиста касались семейной реликвии. — Прошу меня простить, - извинился он максимально незаинтересованным тоном, — но я просто хотел кое-что проверить. Он покрутил чашкой из стороны в сторону. Приподнял ее высоко на свет, после чего опустил до уровня глаз. Посмотрел внутрь на травяной чай, который кузен Саске привез из Африки, и понюхал содержимое. — Этот чай тоже заварил твой дворецкий? — Именно, - согласился Саске. — Хорошо, - улыбнулся Узумаки, опустив чашку обратно на серебряный поднос так, что вода вышла из краев, словно маленькое цунами, и расплескалась по столу. — Тогда, зови его. Саске с чувством ударил по кнопке-колокольчику. Какаши не заставил себя ждать. Белоснежная рубашка, строгий классический костюм и черная бабочка: Какаши был примером элегантности и услужливой покорности. Его руки всегда были обтянуты высококачественной кожей перчаток, его обувь—сияла блеском даже в неосвещенной комнате. Его не по годам седые волосы были всегда аккуратно зализаны, не давая ни одной волосинке пробиться сквозь слои геля. Его брови были всегда ровно выщипаны. Что касается остального лица—сколько Саске себя помнил, оно было скрыто за тканью медицинской маски. Возникнув в гостиной неуловимой тенью, Какаши сначала поклонился своему мастеру, потом забрал чашку и вытер разлившийся чай со стола, прежде чем заметить Наруто, с ухмылкой наблюдающего за старомодными любезностями. Какаши уперся взглядом в Наруто, и даже по половине его лица можно было прочитать негодование перерастающее в трудноскрываемую ярость. Какаши смотрел на Наруто, словно в нем увидел убийцу своего отца. Саске был немного удивлен такой реакции, но решил не подавать виду. — Какаши, завари джентльмену кофе. Желательно самый крепкий. Джентльмен любит пожестче, - попросил он, наблюдая за реакцией дворецкого. Тот рвано кивнул, не отрывая взгляда с Узумаки. Тот, в свою очередь, казалось полностью потерял интерес к дворецкому, уже во всю строча что-то в своей книжонке и едва уловимо улыбаясь, должно быть, какой-то пришедшей на ум шутке. — Какаши? - позвал его Саске. Словно выйдя из транса Какаши поспешно перевел взгляд на мастера. — Простите, сэр. Будет сделано, сэр, - проговорил он выточенным услужливым голосом и удалился на кухню, тряхнув на прощание белым платком. — И что это было, - направив свое недоумение на специалиста спросил Саске. — Почему он так вылупился на тебя, вы знакомы? — О, нет, - помотал головой Наруто. — Скажи мне вот что Саске: как давно Какаши здесь работает? Саске задумался. Какаши служил их семье довольно долго—настолько, что Учиха уже считал его частью своей семьи. Представить жизнь без Какаши, приходящего по любому зову, Какаши, который частенько заменял Саске отца, Какаши, в чердачную комнату которого Саске приходил плакаться по ночам—было тяжело. Почти невозможно. — Давно. Он был в этом доме еще до моего рождения. Сначала работал на моего деда. Потом на отца, и теперь на меня, - Саске затих, решая стоит ли обнажать хоть сколько-нибудь сантиметров своей души перед специалистом. — Он, как часть нашей семьи. Узумаки слушал, притихнув. Его неугомонные руки теребили края тетради. Ступня билась об ножку кресла, норовя вскочить и пуститься, если не в пляс, то хоть в какую-нибудь физическую активность. — Сколько тебе лет, Саске? Двадцать? Учиха помотал головой. — Двадцать-пять? Он кивнул. — Значит, путем элементарных математических вычислений, когда ты родился, твоему дворецкому должно было быть как минимум тридцать. Учитывая что он успел поработать на твоего отца и деда. Верно? — Да. — Значит, сейчас ему должно быть как минимум пятьдесят-пять. Но, в данном случае, более реалистичным промежутком является от шестидесяти до восьмидесяти. — Да, но… — Человеку, который только что вышел из комнаты от силы можно дать тридцать, даже с учетом седых волос. Скорее всего, меньше. — Может, он не работал на деда. Я не пом… Наруто перебил его вымученную попутку рационализации: — У тебя нет дворецкого, Саске, — по профессиональному ровный голос оглушил Учиху как столп воды, накрывший его сверху. —Мы живем в двадцать первом веке. Это не Уэйн-Мэнор, а ты не Бэтмен, - в его тоне проскользнуло что-то горькое, на роль озорного парня вступил специалист, —поэтому то, что сейчас произошло—это, - он махнул рукой в сторону коридора, в котором исчез Какаши, — очередное проявление твоей проблемы, - он облокотился назад в кресле, продавив бархат своей крепкой фигурой, — о которой кстати самое время поговорить. Саске сидел, стиснув зубы и кулаки, тем самым сдерживая норовившую прорваться дрожь. Рука потянулась к позолоченному кнопке-звонку. — Эй, спокойно - Наруто перехватил его руку. — Ты вызвал нас потому что думаешь что твой дом заселен призраками, так ведь? Ты прав. Он кишит ими. Наруто разжал руку, а Учиха продолжил смотреть туда, где его бледное запястье все еще хранило воспоминание о шершавом прикосновении чужих веснушчатых пальцев. — Давай начнем сначала. Расскажи, ты знаешь сколько человек умерло в этом доме? - спросил Наруто, раскрыв блокнот. Начиналась официальную часть визита. — Да, — Учиха горько усмехнулся, — всего лишь, вся моя семья.