Снимая маски, примеряя короны

Кабинет Драко Малфоя был его крепостью. Просторное, строгое помещение на верхнем этаже. Мебель из темного дуба, книжные шкафы, до потолка набитые фолиантами и деловыми отчетами, и огромное окно, за которым кипел жизнью Лондон. Здесь пахло старыми книгами, дорогим виски и властью. Драко откинулся в кресле из черной кожи, изучая финансовый отчет. Бумага была пергаментной, но цифры на ней менялись сами, отражая текущие котировки на магической бирже. Дела шли хорошо. Лучше, чем хорошо. Он сумел не просто восстановить состояние семьи после войны, он приумножил его втрое, ловко диверсифицируя инвестиции. В основном даже легальные. Импорт редких ингредиентов, магические артефакты, консалтинг для богатых чистокровных семей, желавших вписаться в новый мир. А еще недвижимость, банковское дело, доли в нескольких перспективных стартапах. Его мысли прервала Пенси, открывшая дверь без стука. Время было к ней благосклонно. Из язвительной школьной интриганки она превратилась в эффектную, острую как бритва женщину. Идеально сидящее черное платье, безупречный макияж, в глазах — смесь ума, цинизма и вечной готовности к атаке. — Ну что, — начала она без предисловий, бросив на его стол тонкую папку. — Поздравляю. Наш милый друг, герр Фогель, передумал продавать тебе пятнадцать процентов своих немецких фабрик по производству магических кристаллов. Драко даже бровью не повел и медленно отложил пергамент. — И что так взволновало старого Фогеля? — А то, что некто, — Пенси с наслаждением растягивала слова, — грубо и без всяких объяснений бросил его драгоценную дочь через три недели после начала бурного романа. Та, если верить слухам, рыдает уже вторую неделю, заливаясь слезами в их фамильном замке. Папочка, естественно, в ярости. Драко лениво потянулся к бокалу с виски, стоявшему на столе. — Она была скучной, Пенс. Одинаковые стоны, взгляд пустоголовой лани. Я устал. — О, я знаю, дорогой, я знаю, — Панси скрестила руки на груди. — Ты устал. А я, между прочим, была на волосок от того, чтобы уговорить этого старого козла сделать мне предложение. У него состояние размером с маленькое королевство, а сыновей нет. Одна эта плакса. Я была так близка к тому, чтобы стать его утешением… А теперь он сбежал, даже не ответив на мое последнее письмо. — Найдешь другого, — отмахнулся Драко, отхлебнув виски. — Ты всегда находишь. Твои таланты не должны пропадать даром. — О, не сомневайся, — она подошла ближе, облокотившись о его стол. Ее взгляд скользнул по нему оценивающе. — Но пока я ищу… Может, компенсируешь моральный ущерб? Старый друг? — Она наклонилась чуть ближе, и ее голос стал томным, соблазняющим. — Ты ведь мне должен. Потеря потенциального мужа это не шутки. Они иногда сходились. По обоюдному согласию, от скуки, для разрядки. Она была умна, опытна и не ожидала от него ничего, кроме хорошего секса. Но сегодня сама мысль об этом вызвала у него лишь легкое раздражение. — Не сегодня, — его голос прозвучал лениво, но с оттенком стальной грубости, не оставляющей сомнений. — Иди, развлеки Нотта. Ему это полезно для кровообращения. Панси фыркнула, отступая. — Трахнуть Нотта все равно, что пытаться разжечь огонь о гранитную глыбу. Ладно. Не хочешь твое дело. Но настанет день, Драко, когда ты придешь ко мне, а я скажу «нет». Он усмехнулся, и в его глазах вспыхнули знакомые ей искры холодного веселья. Она покачала головой, с напускной досадой развернулась и вышла, щелкнув каблуками. Кабинет снова погрузился в тишину. Драко откинулся на спинку кресла. Мысль о Пенси, о ее отточенных, предсказуемых уловках, вызвала у него скуку. Его мозг вернулся к другому лицу. К карим глазам, полным ярости и вызова. К губам, с стонам наслаждения, когда он входил в нее. К ее голосу, который приказывал ему «сильнее». Гермиона Грейнджер. Он потянулся к нижнему ящику стола, где хранились не отчеты, а кое-что поинтереснее. Несколько папок. Ту, что он открыл была тоньше остальных. Внутри лежала стенограмма. Интервью Рона Уизли сразу после развода какому-то слишком любопытному репортеру, которое так и не вышло в свет. Драко заплатил за него круглую сумму. Информация, особенно такая сочная, никогда не исчезает бесследно. Она лишь уходит в тень, ждет своего покупателя. Он перечитал знакомые строки. Жалобы Рона. «Она всегда была холодной… Карьера, только карьера… Хотела ребенка, но все не находила время… Говорила, что я позорю ее на публике…» Боже, какая тоска. Этот человек стоял рядом со львицей и видел лишь ее когти, боялся их, вместо того чтобы восхищаться их остротой. Уголок губ Драко дрогнул в усмешке. Он представил, каких усилий стоило Грейнджер замять эту историю. Какие рычаги пришлось задействовать, какие сделки заключить. Она не просто развелась. Она провела хирургическую операцию, вырезав его из своей жизни с минимально возможными потерями для репутации. Блестяще. Жестоко. Великолепно. Он снова погрузился в планы, раздумывая над идеальным первым шагом. В этот момент дверь снова открылась. На этот раз постучали. Вошел Теодор Нотт. Если Пенси была отточенным кинжалом, то Нотт скалой. Высокий, угрюмый, с лицом, почти не выражавшим эмоций. Он был его правой рукой, тенью, мозгом и кулаком в одном лице. Их отношения за годы превратились из дружбы в идеально отлаженное партнерство. Нотт был тем, кому Драко доверял больше всего на свете. Почти. — Драко, — кивнул Нотт, его голос был ровным и глуховатым. — Отчет по слиянию с малазийскими дистрибьюторами готов. Все чисто, прибыль в следующем квартале вырастет, прогноз идёт на 10 процентов. — Хорошо, — Драко отложил папку с интервью Уизли. — Что еще? — Мелочь, — Нотт пожал плечами. — Но странная. Закрыли наш канал с драгоценными камнями через Ла-Манш. Взяли за взятки нескольких таможенников, поставили новое начальство. Убытки из-за задержек не критичны, но… неясна мотивация. Никаких требований, никаких намеков на то, что хотят долю или помощь в продвижении кого-то в Министерстве. Чистая уборка. Может, Поттер новеньких авроров-стажеров развлекает или отчетность по коррупции подтягивает. Непонятно. Драко замер и все в нем напряглось, как у охотничьей собаки, учуявшей дичь. Он посмотрел в окно, на огни города, но видел не их. Он видел ее. Стоящую в его гостиной. С туфлями в руке. Ее взгляд, полный ярости, вызова и… предвкушения. Внезапный, резкий всплеск удовольствия и возбуждения ударил ему в кровь. Она не стала ждать и не стала строить оборону. Она просто сделала первый шаг. Послание, которое мог понять только он. «Я вижу тебя. Я знаю, где ты уязвим. И я не боюсь тебя». Он медленно повернулся к Нотту, и на его лице расплылась широкая, настоящая улыбка. — Расслабься, Тео. Это… личное. Просто наладь новый канал. Никаких ответных действий не предпринимать. Нотт, обычно непроницаемый, поднял бровь. «Личное» в лексиконе Драко редко означало что-то хорошее для кого-то другого. — Понял. — Драгоценные камни… — Драко задумался, его пальцы постукивали по столу. — Через Ла Манш сейчас ходили те партии, которые мы отправляем потом в восточную Европу? Значит там были изумруды. Доставь мне один из лучших. В кабинет первого заместителя Министра. Анонимно. Нотт смотрел на него с легкой насмешкой. — А Гринготтс не ограбить? Но Малфой лишь продолжил улыбаться. — Не сегодня, Нотт, сегодня только доставка в кабинет. — Компромат создаем? Нужно ли его как-то активировать? — Нет, — Драко покачал головой, его глаза блестели. — Никаких следов. Никакой магии. Просто… сообщение. Он взял кусок дорогого пергамента, обмакнул перо в чернила и вывел два слова своим острым, уверенным почерком: Плохая девочка. Свернул пергамент в тугую трубочку и протянул Нотту. Лицо Теодора оставалось невозмутимым, но вторая бровь медленно поползла вверх вслед за первой. Он посмотрел на Драко, ожидая объяснений, которых, как он знал, не последует. Драко смотрел на него с тем же вызывающим, немного безумным весельем в глазах, что бывало у него, когда он затевал что-то особенно рискованное. — Сделай это, Тео. Нотт молча кивнул, повернулся и вышел. Драко снова остался один. Он подошел к окну, глядя на вечерний город. Где-то там она, Грейнджер. Наверное, в своем кабинете, строит коварные планы, думая, что контролирует ситуацию. Партия началась и он уже не мог дождаться ее следующего хода.