Дочь мясника

Нааниэль Веснински выжила практически чудом. Отец после нескольких операций перевез ее домой, в Балтимор, организовав наблюдение и дежурства врачей. Почти не отлучался из особняка, предпочитая принимать «гостей» у себя. Нет, это не забота любящего отца. Это забота инвестора о своей репутации и активах. Мало-по-малу девушка шла на поправку, уже начинала вставать и даже иногда выходить в сад, по которому просто тихо-тихо, медленно гуляла, еле переставляя ноги. В один из таких дней ее заметил особенный гость. - Красивая, - бесстрастно. - Не думал, что молодой лорд оценит это, - усмехается Натан, отмечая, что у братьев схожий вкус, - Только товар уже многократно порченный. Ичиро от такого замечания содрогается внутренне, но на лице ни одной эмоции. - Что будет с ней дальше? - Пока восстанавливается – легкое из-за пневмоторакса пришло в коллапс, ей все еще тяжело дышать. Но, думаю, если не получится с экси, на постоянную основу возьму к себе, - он ставит стакан с виски на стол и внимательно смотрит на собеседника, отмечая каждую мелочь и изменение. - Я помню, Акаи был впечатлен ее работой, - усмешка трогает губы японца, - Она сама к этому как относится? - Мы об этом не разговаривали. - Очевидно, как «не» разговаривали о том, что она должна быть послушной «женушкой» моему братцу, хотя она не должна была, если вы готовили ее как свою преемницу! – намек на желание Натана усидеть на двух стульях очевиден. - У нас всегда есть выбор, как действовать и что делать. То, что у нее не получилось наладить отношения с Рико – только ее вина, я всячески этому способствовал. И то, что она лишилась его внимания и милости – тоже. - Возможно и так, однако я считаю, что отдать ее всей команде – было слишком. Если вам она не нужна, я заберу ее себе. - Всему свое время, мой господин. В клане не может быть сразу два Мясника. - А я и не говорю про второго Мясника, одного всегда достаточно. Намеки, намеки, намёки… да какие намеки? Все говорится открыто. Натан только зубы сцепляет и улыбается натянуто. Ему ясно дали понять, что не дадут избавиться от дочери, если она не справится или не захочет… теперь нужно держать ухо востро и постараться не допустить общения двух сторон. И это, кажется не удается сразу, ведь Ичиро, встает со своего кресла и идет к дверям, выходящим в сад, а в руках держит плед. Он подходит тихо к замершей девушке. То ли шаги его были настолько тихими, то ли она погружена в свои мысли и переживания, но Натаниэль вздрагивает, когда слышит спокойное «холодно, укройся». Она поворачивается на незнакомый голос и замирает с округлившимися глазами, мгновенно бледнеет и делает шажочек назад. - Н-н-не надо, спасибо, - нервно трясет головой. - Я Ичиро. Мы ранее не виделись… Лучше укройся, простыть можешь – тебе сейчас это ни к чему. Протягивает ей плед, и девушка все же укрывается. - Спасибо, - молчит немного, - Я сначала обозналась, простите. - Понимаю. Все говорят, что мы похожи внешне. Натаниэль теряется и не знает, что сказать, как реагировать, ведь ей говорили, что Ичиро – очень холодный и бесстрастный человек. А тут забота. Он стоит спиной к кабинету, из которого вышел. Знает, что Натан смотрит на них, уже выстраивая дальнейшие шаги свои, его и ее. Наверняка захочет использовать свою дочь, которая и так настрадалась за столь короткую жизнь, чтобы наладить связи с ним – как изначально того хотел. Но нет. Девушка интересна, однозначно, и не будь у него нареченной невесты, возможно, была бы интересна и в этом плане, однако на данный момент ему просто нужен свой человек в доме Мясника. На сколько вообще можно сказать «свой» в такой ситуации. - Я бы хотел записать твой номер. Продиктуешь? – от этого рыжая вообще впадает в ступор поначалу, но после послушно диктует цифры. Только шепчет потом тихое «он может отслеживать». – Не волнуйся, - и улыбается. Ичиро поправляет плед на ее плечах и предлагает помощь, чтобы дойти до дома. Девушка не отказывается и внутренне вздрагивает, когда видит, как отец довольно улыбается, глядя на них. Ну вот, новая навязчивая идея, блять! Японец сопровождает девушку до дома, передает ее в руки медсестры и идет дальше беседовать. У каждого действующего лица свои мысли по поводу произошедшего, и они все расходятся. Тренировки, тренировки, тренировки и еще раз тренировки. Воодушевленные успехом – а то, что они сыграли с отрывом в семь, а не двадцать семь, очков с Воронами – теперь Лисы тренировались в полную силу даже на ночных тренировках. Да, они поняли, что Нелли им не враг, но отстраненность все же была. Да, они все также завтракали вместе и выслушивали от Кевина его бурчание по поводу еды, всегда удивляясь тому, что у Джостен этой проблемы нет. Точнее, у нее проблема другого характера, но она ею никого не заебывает. - Ну, так я и не главная звезда всего экси, хули. Мне совершенно плевать на лишние килограммы – я знаю прекрасно, как и чем могу их согнать. Моя физическая форма позволяет это сделать сейчас… - Нелли лежит на вытянутой руке на столе и ждет свою порцию панкейков от Рене, - Когда успеваешь побывать на самом краю, совсем иначе относишься к простым радостям. Вопрос только в том, разрешаешь ты себе это или нет. И в том, что нужно заставить себя есть, даже если не хочешь. - На… Нелли, - серьезно осекается Дэй, - я все же думаю, что здоровое, сбалансированное и своевременное питание лучше для организма спортсмена, чем всякий пищевой мусор. - Тебе лучше, ты и жри свою сбалансированную хуету, Кевин, запивая водочкой. А остальным мозги не еби… А лучше кого-нибудь выеби натурально, как ты умеешь – не на поле или в плане еды, а так, в спаленке у себя… - Что? Ты… Ты… - Я, - она поднимает бесстрастный взгляд на него, не обращает внимания на смешки команды вокруг, - Какие-то проблемы? - Когда ты успела стать такой, Нелли? - Всегда была, - отворачивается от него, потеряв всякий интерес, - Аарон? – тот уже знает, что за этим окликом последует что-то из рук вон впечатляющее, приготовился слушать, выгнув бровь, - А ты знаешь, как ходят пауки? - Ну, обычно лапками… - Неее, я про сам процесс, - улыбается, а остальные напрягаются, - Они регулируют движения ног с помощью кровяного давления своего. То есть фактически пауки ходят с помощью эрекции ног. - Аааааа, Нелли! Где ты это все берешь? – Аарон, всегда предельно серьезный и закрытый, ржет каждый раз, - Давай еще чего-нибудь, - и играет бровями. Это как опознавательный знак для них, ведь сейчас почти вся команда тут, а значит, можно пройтись по жести, чтобы вызвать бурную реакцию. - Ты в этом уверен? Ники, кажется, заподозрил что-то, переводит взгляд с одного на другую и обратно, и уже кидается к ней, чтобы зажать рот, но Нелли проворнее и жопой чует опасность, даже если ее не видит – ныряет под стол, перекатывается в сторону, где не стоят пока еще стулья и бежит в сторону Аарона, выкрикивая свое. - Самый старый орган нашего тела – это ЖОПА! – увернулась от пущенной в нее подушки, - Первым органом, который формируется в утробе матери из деления клеток, является анус, - Проскочила мимо Элисон, - То есть мы в какой-то момент все были одной сплошной жопой. И ничего больше! Она ржет, гогочет просто, заваливаясь на диванчик рядом с Миньярдом, а тот улыбается. - Меня поражает, как эти двое спелись, - говорит Дэн. - Ага, мне тоже не нравится, - отзывается Сет, он хочет что-то продолжить, но Элисон дает ему подзатыльник, явно уловив его настроение на высказывания. - А вообще в человеческом организме может жить больше тысячи видов всяких паразитов, но наши анализы выявляют только пятьдесят из них. - Нелли, хвааатит, - вздыхает Мэтт. - А еще, чтобы оторвать голову, ее нужно прокрутить три раза вокруг шеи – этого достаточно. - Да йоб твоб мать, Джостен! – орет Кевин и грозно движется в ее сторону, но не замечает коварную подножку от Аарона и валится на свои колени прямо перед девушкой, утыкаясь в ее колени. - Оу, малыш, - тянет она, скалясь, делая акцент на последнем слове, ведь все знают, какой «малыш» Кевин, - Ты решил помолиться? И попросить искупления всех своих грехов, сын мой? - Сссука… - еле слышно шепчет он, - Я тебя сегодня придушу! - Только будь нежнее, - Нелли закусывает губу, закатывает глаза и говорит с придыханием, - Я не люблю, когда больно, это меня не заводит, - а сама тянет руку к его скуле и обводит татуировку. Ники уронил то, что держал в руках, Мэтт поперхнулся соком, Дэн выронила начинку из сэндвича, а остальные просто перестали жевать. Кевин же подскакивает, как ошпаренный, и вылетает из общей комнаты с громким хлопком двери. - Теперь можно есть спокойно, - без тени прошлого веселья и вообще каких-либо эмоций говорит она. - Да и то верно, - проглотив свою неуместную ревность поддерживает Аарон. Тем вечером Кевин отыгрался на них на всех. Но это списали на его обычную нервозность перед играми. Помимо подготовок Монстры взяли в привычку просматривать и свои матчи, чтобы лучше понять, где допустили ошибку и как действовать не надо. - Мне кажется, - как-то задумчиво спрашивает Ники, - или вот тот азиат на всех наших играх сезона был? - Какой? - 0дновременно вскидываются бывшие Вороны. - Да вот, - тычет пальцем, - Промотай назад немного… он на первых рядах всегда сидит. В нашем секторе, но без атрибутики. Нелли смотрит внимательно, но признаков узнавания не подает, а Кевин бледнеет. - Ты его знаешь? – продолжает Хэммик, - Потому что кажется, что Кевин знает, а вот твоя реакция неоднозначна. - Возможно, видела несколько раз в Эверморе. - Бляяяя, только таких проблем нам не хватало… Вечером Джостен сидит на кухне и просто втыкает в пустоту. Ее мучают мысли о том, как она могла не заметить этого человека на трибунах. И почему он вообще на них был… - Такое чувство, что ты опять всех наёбываешь, - Аарон подкрался бесшумно. - В чем опять? – она не отрывается от своего занятия. - В том, что ты знаешь, кто этот мужик на трибунах… - Даже если и знаю, то что? - Это настораживает и пугает, Нелли. Не думаешь? - Учитывая то, сколько лет я была в Воронах и играла за них – совсем нет. Также надо иметь в виду то, что мой отец на Морияма работает до сих пор. - Как ты можешь так спокойно обо всем этом рассказывать? - А чего мне бояться? – наконец смотрит на него пронзительно, - Или мне стоит стесняться? Или что, Аарон? – отворачивается и смотрит только в пол, - Что я могу сделать со своей жизнью? Со своим прошлым? Могу что-то изменить? Нет. Могла бы я поступить как-то иначе, чтобы не чувствовать себя паршиво? Вряд ли… Я очень хотела жить и делала все, чтобы меня не убили или чтобы не получить еще больше боли, - она сидела в широких мягких шортах, длина которых доходит до колена, но тут задрала штанину на максимальную высоту, чем, конечно, смутила парня, - Смотри, - тычет пальцем, - Видишь надпись? – и правда, от начала бедра вниз шла вязь иероглифов, - Она означает «вещь Рико». Как думаешь, я хотела ее? А он ее частенько «обновлял», чтобы шрамы были более видимыми, и чтобы я никогда не забывала, кому принадлежу… - молчит, наблюдая за ошарашенным выражением лица, - Понимаешь, Аарон, я не хотела многого из того, что было в моей жизни… Как и ты, Дэн, Эндрю или Ники. Я, когда была ребенком, верила в большую и светлую любовь, как в книжках, потому что только из них могла узнать о таком явлении. Я верила, что однажды встречу своего человека, который меня полюбит, тогда я еще не думала о том, что «примет», «поймет» или что-то еще… Нет, просто полюбит, ведь это должно быть так прекрасно… А меня лучший друг, которого я братом считала, выебал, - усмехается зло, - И ебал на протяжении нескольких лет против воли, иногда отдавая, как вещь, другим, - выдыхает. Аарону кажется, что он увидит слезы, но нет, - И вот о какой большой и светлой сейчас может быть речь? О какой чести и достоинстве? О каком страхе что-то рассказывать? Я, блять, даже не знаю, сколько их было тогда – все смешалось в одну мешанину боли и отвращения. Вот вы смотрите на меня косо… даже вы, так называемые Монстры, а меня от одного упоминания Гнезда дергает. Ты наверняка замечал за Кевином странные действия и реакции на совершенно безобидные для вас вещи… Можно улететь из Гнезда, но оно само тебя не отпускает так просто. Наверное, я успокоюсь, только когда разрушу его к чертям собачьим… - Не «если», а «когда»? - Ага. Я видела столько дерьма в жизни, что меня уже мало что может удивить… Особенно в плане того, что люди могут придумать мерзкого или болезненного. - А вот ты меня удивляешь, пугаешь и восхищаешь одновременно. - Ваааааау! Сам Аарон Миньярд признал что-то хорошее в другом человеке. - Ну блин, я ж не совсем вечно недовольный мудак, эй! - Как точно ты себя описал! - Да иди ты! – кидает в нее смятую салфетку и улыбается, - Ну, а что я поделаю, если большая часть людей вокруг тупые ебланы?! Они меня раздражают, а ходить и строить из себя любезного мне противно. - Ну так и не строй! Вон, Эндрю вообще не парится на эту тему, - она задумалась, но все решила спросить давно мучающий ее вопрос, - Слушай, а почему ты никому не говоришь о своих отношениях? - Не хочу лишнего внимания, - видя ее вскинутую бровь добавляет, - Сама посуди: он звезда экси, самый желанный парень для всех, и тут я. - Ты. И что? Ты какой-то чумной? Страшный или тупой?.. А может, все дело в том, что ты просто не можешь выйти из шкафа? - Блять… - еле слышно выдыхает парень и прячет лицо в руках, - Как точно ты всегда все подмечаешь, - через время говорит он, - Это сложно… Мне понадобилось время, чтобы самому себе признаться, что мне нравятся не только девушки. - А вполне себе конкретный Кевин Дэй, - слегка улыбается она. - Ага. Конкретный Кевин Дэй. Но ведь на него невозможно не запасть. - Наверно, - у нее непроницаемое лицо, - Хорошо, что ты хотя бы себе не врешь. И да… я иногда вижу… В общем, не ревнуй его ко мне, Аарон. Этот человек меня никоим образом не интересует в сексуальном или романтическом плане. И все, что идет в виде моих подъебок, это только подъебки и шутки – не более. К тому же, нах кому-то сдалась уродливая биомасса в шрамах, когда есть нечто такое прекрасное, как ты. - Ебать ты завернула! – он нервно посмеивается и отводит от нее взгляд – не думал, что разговор пойдет в такое русло, - Только о себе так не говори: ты не представляешь, как некоторые на тебя смотрят, пока ты не видишь. И не представляешь, насколько крута. - А про себя ничего уточнять не будешь? - А хули уточнять? Я и так прекрасен всегда! – ржет в голос. - Сучонок! - Ага. Аарон рад, что ему удалось хоть немного перевести тяжелый разговор в более шутливое русло. Вот только что-то не дает покоя. На играх всегда предельная концентрация – весь мир не существует, только поле, клюшки и соперники. Джостен погружается в поток целиком и полностью, не замечает ничего вокруг всегда… но не теперь. С недавних пор она отслеживает и тех людей, кого видит на трибунах. Они сыграли хорошо в очередной раз, но как всегда есть, к чему прикопаться. Направляясь к комнате общего сбора, видит раздраженного Ваймака. - Тут с тобой хотят поговорить, - Дэвид напряжен очень сильно, - Какой-то азиат. Он один. - Хорошо, - Нелли просто соглашается, потому что знает: отпираться – дурная идея. Шедшие вместе с ней Монстры приостанавливаются и рассасываются по коридору. Когда Кевин видит человека, которого пропустил к ним Ваймак, белеет. - Принцееееесса, - тянет японец, раскидывая руки в приветственном жесте и желая обнять. - Иди на хуй, - она не церемонится с ним и уворачивается спокойно от его попытки. Парень только смеется. - Неужели не рада меня видеть?! А я вот очень рад, - подходит к ней близко, почт вплотную, - Тебе так идет эта форма! Как раз компенсирует твой цвет, - тянет руку, будто хочет погладить по щеке, но осекается в последний момент и кладет руку на ее плечо, - Скучаю по тому времени, когда ты была рыжей. - А я нет, - отворачивается от него и смотрит пристально на стоящего неподалеку Дэя, - Давай ближе к делу! - Меня просили кое-что передать, - переходит на японский, наклоняясь так, чтобы слышала его слова только она, - Вам не следует ехать на праздник от родителей. Там будет брат и отец, - жест кавычек руками, - Которые захотят восстановить братские и отцовские отношения прежнего формата… - дальше опять переходит на английский, чтобы слышали все, - Малышка, как тебе вообще здесь живется? Не обижает никто? - Акаи, - елейным голосом начинает она, - Дорогой мой, - от этого Кевину заметно становится плохо, - Если ты еще раз используешь это обращение, я отстрелю тебе яйца. Ники поперхнулся воздухом, а обозначенный Акаи заржал в голос. - Обожаю тебя, прелесть. - А жена твоя об этом знает? - Жена? Да, знает. - Как интересно… И что же госпожа Савагати думает по поводу того, что ее муж «обожает» какую-то девицу? - О, она прекрасно осведомлена о возможностях и способностях этой самой девицы. - Ой, не пизди, Акаи. У тебя плохо получается, - от ее гневно-брезгливого лица Аарон немного посмеивается, ибо это выражение эмоций ему всегда нравится. - Лаааадно. Если серьезно, ты молодец, хорошо играешь опять. Надеюсь и на работе тебя снова увидеть. - Ха! Мечтай. Она хлопает его по плечу и усиленно делает вид, что ей хорошо и весело, пока Акаи уходит. Девушка смещает с него взгляд, только когда японец скрылся за поворотом. В этот момент ее будто отпустило. Ваймак загоняет их в общую комнату, немного разбирает игру. Девочки отправляются в свою раздевалку, но Джостен уйти не успевает. Кевин впервые за все то время, что они в одной команде вновь, проявляет истинный гнев – припечатывает ее к стене, удерживая одной рукой за шею, а второй захватив ее запястья другой, сам нависает. Глаза налиты кровью, а на лбу от гнева вздулась вена. Страшное зрелище… - Какого хрена, Нат? - Кевин… - воздуха не хватает катастрофически, - Кевин, отпусти меня, - хрипит еле слышно, но он продолжает давить на шею, а колено само, автоматически, протискивается меж ее ног – весьма неоднозначная поза, - Кевин, не надо… Джостен задыхается. Ей действительно больно. И ситуация на самом деле напоминает то, что было раньше. Ее глаза начинают закатываться. Она знает, что сейчас ничего не будет точно, но тело выдает реакции такие, как будто бы да. Как будто сейчас он разложит ее прямо при всех. Дергается, выворачивается и трясется от страха. А сам Кевин будто не осознает, как он сейчас выглядит. И что вот этим вот действием частично сорвана его маска… - Да что здесь происходит вообще? – орет Сет, который не видел и не слышал того, что было в коридоре. - Отпусти ее, Дэй. Пусть нормально объяснит все, - Эндрю – оплот разума. Двойка отпускает девушку только после этого. - Ну? - Баранки гну, бля, - откашливается она, стоя на коленях. Наконец удается нормально вздохнуть и подняться. - Это тот самый, кого мы заметили ранее? - Да. - Кто он такой? Почему Кевин так психанул? - Лучше его самого и спросите… - после этого Кевин сверлит ее взглядом, долгим и пронзительным. - Акаи – это…Это же правая рука господина Ичиро, так? - Не совсем. Это один из его боевиков. - И он к тебе вот так подкатывает? - Ага… - Так! Подождите! – встревает Ники, - Какой боевик? Кто такой этот Ичиро? - Ичиро Морияма – старший брат Рико, - говорит Джостен, - Они не общаются с детства, их даже воспитывали в разных семьях и условиях. Ичиро – наследник всего бизнеса и будущий глава семьи, а Рико – лишь хороший игрок, который в дела семьи не посвящен. Акаи же, тот парень, которого вы видели на видео и который сейчас в коридоре несколько некрасиво себя повел. Он – это, можно сказать, нечто среднее между телохранителем и шестеркой у этого самого Ичиро. - И откуда ты их обоих знаешь? – Аарон озвучивает мысли всех. - Я уже говорила, что мой отец работает на Мориям. Конкретно на отца Ичиро, но он в последнее время сильно сдал по здоровью. Теперь делами по большей части занимается старший сын… Мы несколько раз пересекались, когда Ичиро со своим подручным приезжали к моему отцу. - Выглядит так, будто он хочет тебя вые… - Неважно, как это выглядит, - перебивает Кевина Нелли, - Он никогда этого не сделает. - Почему? - Потому что ему запрещено. Под страхом смерти, - она смотрит на него очень внимательно, отмечая изменения мимики Кевина. - Ты так спокойно рассказываешь нам о том, что поддерживаешь связь с братом нашего врага, ммм, прекрасно, - Эндрю без таблеток весьма язвителен бывает. - И это твоя верность Лисам? - Свою верность Лисам я уже неоднократно доказала. И было бы странно, если бы меня оставили в покое… Она разворачивается и уходит все же в женскую раздевалку. Ей плевать, какие дальше будут разговоры. Ей хочется играть здесь. Играть столько, сколько получится долго. Она впервые за много лет ощущает вкус игры. Победы не от того, что вам положено, вы ж самые лучшие, а кайф от того, что вы так-то лузеры, а выиграли. Это не передать словами. Уже вечером Нелли затаскивают в комнату Монстров. - Что он тебе сказал? – без вступлений. - Информацию личного характера, - вскинутая бровь Эндрю не сулит ничего хорошего, - Эххх, все вот вам надо рассказать и объяснить… - Но ты уж как-нибудь постарайся. - ОК, если ты так хочешь, скажу прямо: как бы вас ни звали на День Благодарения родители Ники, вам туда ехать не стоит. - Откуда ты знаешь об этом? – Ники удивлен, - Я пока только им сказал, - кивок в сторону близнецов. - Твои родители, Ники, в своем слепом желании следовать религии, не вдаваясь в человеческие отношения, готовы сделать ужасные шаги. Например, к ним в гости по наущению нашего общего врага напросились два человека, которых вы точно не хотите видеть. - И кто же это? – Аарон, кажется, начал понимать, но пока все равно в недоверии. - Дрейк и Сэмюель. Эндрю подлетает к ней с ножом, но именно такой реакции на свои слова девушка и ожидала. - Ч-ч-что ты знаешь? – шипит главный монстр всех Лисов. Никто не обращает внимания, как оцепенел в этот момент Аарон. Никто, кроме нее. - Все. - Так, стоп! – Ники хлопает в ладоши, чтобы привлечь к себе внимание, - Кто такие эти Дрейк и Сэм? - Это те люди, которые очень сильно портили твоим братьям жизнь, Хэммик. - Ну, может, они исправились и решили наладить отношения? - Хм, скажи мне тогда, хотел бы ты помириться с Алланом или чтобы он наладил с тобой отношения? – Ники сглатывает и зажмуривается, а Нелли продолжает, - Вижу, что нет. И да, Ники, сам тогда затеял игру с похабщиной, а сам напиздел нам в ней – нехорошо… - она обводит комнату нечитаемым взглядом, - Пока не начались наезды и разборки, скажу: Дрейк – сводный брат Эндрю в одной из семей, Сэмюель – почти отчим Аарона, а Аллан – одноклассник Ники, который прикидывался самым лучшим другом. Роли разные, результат один: все эти люди совершали одинаковые действия. Уж извините, что мне пришлось рассказать эти ваши тайны тут. - Откуда ты знаешь? – Аарон все еще в оцепенении, не шевелится и смотрит в одну точку. - Когда наша звезда покинула Замок, Рико стал одержим тем, к кому он прибился. Он изучал каждого из Лисов – прошлое, настоящее, то, чем можно задеть, зацепить и сделать больно. Информацию нашел на каждого – страхи, болезни, отношения с семьей, друзьями и прочими людьми. Буквально всю грязь, которую можно найти. Он делился со мной этими сведениями, а иногда я и сама залезала в его компьютер, пока он в душе. Так что я знаю все обо всех, даже если вы мне этого не говорили. И поверьте, ребят, такой концентрации пиздеца в детских жизнях на один квадратный метр я себе и представить не могла… - Нелл замолкает ненадолго, - Думаю, вам есть, что обсудить друг с другом и чем поделиться. Разрешите откланяться. Джостен уходит, зная, что этой ночью братья не уснут. Даже если не будут говорить – что скорее всего – будут лежать и думать о том, что было раньше. Такое не забывается, и не важно – эйдетическая память у человека или нет. Не забывается и хоронится под разными масками. Молчание и закрытость, ненависть ко всему или напускное распиздяйство… может и отгородит, но легче не сделает точно. Пережить насилие, прожевать его и, выплюнув, пойти дальше сложно… но можно. Нелл знала, что Дрейк так и продолжал служить в армии, был на хорошем счету у всех. Знала и то, что «мать» специально подбирала в приютах детей, которые придутся ему по вкусу, а потом делала вид, что не знает ничего. Это ужасно – ради прихотей своего сына ломать жизни другим детям, маленьким и беззащитным. Но не ей говорить об ужасах. Не с ее «семьей». Сэмюель был сожителем Тильды дольше остальных. Ему было плевать, если она в пьяном и наркотическом угаре путалась с другими мужчинами, ведь в эти моменты у него был легкий доступ к ее милому сынишке. Красивый мальчик, только колючий больно, но воспитать под себя можно. Сэм сам поэтому регулярно доставал / покупал дозы для нее, чтобы подольше насладиться своим десертом. Однако кто-то спалил это, и Сэм попал в тюрьму. А когда вышел, Тильды уже не было в живых, а Аарон куда-то исчез. Аллан же был лучшим другом Ники в старшей школе. Тем, кому Хэммик открылся первым. Тем, кому он доверился. Казалось, Аллан поддерживает его и даже проявляет симпатию, возможно даже, принимает его зарождающиеся чувства… А потом как снег на голову аудиозапись их разговора о любви и предпочтениях, распространившаяся по всей школе и дошедшая до родителей. Исправительный лагерь, в который Аллан сам попросился, чтобы помочь Ники вылечиться и с большим желанием и охотой принимавший участие в корректирующих изнасилованиях. У Эндрю шрамы под повязками и нелюбовь к прикосновениям. У Аарона закрытость и сарказм. У Ники периодический тремор рук и шрамы на висках от «лечения» током, которые он прячет за излишней активностью и «неуклюжестью в быту» и длинными кучерявыми волосами. У каждого своя боль. И возможно, придет больше понимания друг к другу. Нелли впервые за долгое время идет на крышу, зная, что будет там сегодня одна. Она печатает лишь короткое «спасибо», зная, что ей не ответят. Но не сказать этого не может. Жалеет ли она о том, что таким образом выдала их страшные тайны, которые намеренно охранялись от самых близких? Конечно, нет. Она рада, что смогла спасти их хотя бы так, пусть это и неприятно. Ее бы саму кто спас… Но об этом никто не думает, ведь она вон какая – и подъебать может, и на поле как себя ведет, и сильная какая – спокойно рассказывает о том, что пережила. А у нее в душе раздрай, потому что ее учили убивать, ее учили драться, ее учили причинять боль. Но все ее умения идут на хуй, ведь качество можно победить количеством. И вот уже ты со всеми своими умениями и способностями принимаешь в себя сразу три члена, на теле нет места без следов спермы, а тело само пытается подстроиться под их ритм, чтобы было не так больно; что они, кстати, принимают за счастливые подмахивания и утверждаются в своем мнении, что ты шлюза, жадная до секса. А маски… Да кому они нахуй нужны? Что ж поделаешь, если за них мало кто заглядывает в принципе? Они бы на самом деле не были Лисами, если бы все было так легко и гладко.