Дочь мясника

Лучше ей не становится… Команда полностью взяла на себя поддержку ее жизни: умыть с утра, привести на завтрак, проконтролировать, чтобы все съела. Аарон отмерял лекарства и витамины, каждый раз выкладывая их перед ней. Кто-то из команды обязательно приносил распечатки материалов и заданий, пусть они и оставались без внимания. Но лучше не становилось ни на йоту. Свет, который столько лет еще теплился в ней, несмотря ни на что, кажется, в этот раз угас окончательно – даже маленькой искорки нет, от чего могло бы разгореться дальше. В один из дней в комнату к парням вихрем залетает обеспокоенная Дэн, не удосужившаяся даже постучать. - Нелли в ванной без сознания, - начала тараторить она, продолжая уже на ходу, - Я ее обтерла и белье надела, но сама поднять не смогу, а девочки не здесь. В ванную зашел только Аарон. Ники в это время уже принес в женскую комнату его чемоданчик и расстилал дополнительную простынь на кровати. И не зря: Миньярд сначала не заметил, потом подумал, что это месячные, а когда увидел, из-за чего на самом деле кровь, был зол, взбешен и в ярости – на бедре вместо надписи «Собственность Рико» теперь не было большого куса кожи. Хэммик, Дэн и Мэтт ахнули, увидев это, Аарон тихо матерился и обрабатывал рану, а Кевин смотрел неотрывно. Когда девушка все же пришла в сознание, Миньярд зашипел, сдерживая так свой крик: - Ты дура? Какого хрена ты творишь, а? Какого?!!!! – на что получает только слабое пожатие плечами, - Зачем? Не могла обратиться к Эбби, чтобы врача посоветовала? Или ко мне? Или я не заслуживаю твоего доверия? – молчание, - Хорошо. Может, и не заслуживаю, но это не значит, что ты можешь игнорировать меня, как врача. Я понимаю, что клеймо, оставленное Рико, не добавляет тебе радости в жизни, но могла хотя бы не такой огромный кусок сразу херачить. Ответом ему было все то же молчание. Аарон только вдыхает. Вкалывает успокоительное, ждет, пока Нелли уснет, и выходит вместе со всеми в общую комнату. - Какое клеймо? – тут же спрашивает Дэн сосредоточенно. - Там, где сейчас рана, раньше была надпись из шрамов, которую Рико оставил. - И что за надпись? - Собственность Рико. На японском. - И откуда ты знаешь об этом? – с подозрением задает вопрос Кевин, щурится. - Она сама мне как-то показала эту надпись и рассказала о значении, - без какого-либо подтекста отвечает на это Аарон. - Тебя сейчас ничего не смущает? – видя непонимание, продолжает, - То есть ни то, где находится надпись, ни ее большой размер, ни то, какое у нее значение… Я просто не представляю, при каких обстоятельствах она, ОНА, могла открыть тебе вот эти свои шрамы. Это же фактически надо было полностью штаны снять! – последнее Кевин проговаривает уже на грани крика. - Всего лишь задрать штанину спортивных шорт, - хмыкает блондин, а поле скалится ехидно, - Что, Кевин, неприятно, да? - Да, неприятно. - Ребята, вы о чем вообще? – Ники, до этого переводивший взгляд с одного на другого, в растерянности. - С того, что я ревную своего парня к своей же бывшей девушке! – выпалил Дэй. - Что?! – это было сказано всеми присутствующими и только вошедшими Эллисон с Сетом. Ахуй тотальный! - То есть как? – Ники, - И ты молчал? И это Кевин не с Эндрю, а с тобой? ААааааааа!!!! – Хэммик вытаращил глаза и схватился за кудри, как будто это помогло бы ему уложить новую информацию в голове. - Удивили, - коротко бросила капитан. - Ага, - поддержал с улыбкой Мэтт. Эллисон и Сет лишь переглядывались. И никто не обращал внимания на то, как эти двое смотрели сейчас друг на друга: Кевин будто с торжеством, Аарон, неравномерно покрытый красными пятнами, в ярости таращился на своего парня. - Это мне все это время говорилось, чтобы я не ревновал. И я проглатывал все, что рвалось, сохраняя тишину. А как коснулось тебя, так сразу надо всем распиздеть и предъявить свои права? Показать, кто тут главный и будет решать? Знаешь, что? Пошел на хуй, Дэй! Миньярд хотел сбежать. Громко хлопнуть дверью и уйти, куда глаза глядят. Но стоило ему оказаться на пороге своей комнаты, чтобы закинуть в нее лекарства, дверь в комнату закрылась. Кевин стоял по эту сторону, скрестив руки на груди. - Выпусти меня, - четко цедит защитник, но его игнорируют, - Кевин, выпусти меня из комнаты! Немедленно! Я не хочу сейчас тебя видеть и уж тем более разговаривать! Попытка ударить в печень неуспешна: Дэй перехватывает руку Аарона и одни четким движением припечатывает того к стене. Приподнимает немного, ведь разница в росте существенная – неудобно целоваться вот так… И сначала блондин замирает от такой решительности и напора, но все же обида сильна – кусает Кевина за губу до крови, и тот вынужден прервать поцелуй и отпустить - Мудак! – орет Аарон, все же всаживает кулак куда-то под дых или в живот – не разбирает сам – и быстро ретируется из комнаты. Когда из нее выходит Кевин, Ники любезно сообщает: он думал, что уже придется запасаться берушами или всем спешно покидать их комнату, чтобы дать время на примирение. На это слышится недовольное бормотание Сета и смешок Мэтта. Однако все видят и струйку крови на губе двойки, и бешенство. С расспросами решают повременить. К вечеру в гостиной собираются все, и даже Аарон приходит как раз за несколько минут до того, как просыпается Джостен. Он не смотрит ни на кого и первым делом идет в комнату девочек, отметив до этого, что остальные дамы в гостиной. Парень осматривает повязку наложенную, но не меняет – не хочет разбудить. Однако девушка открывает глаза сама и резко садится. - Спасибо, - хрипло совсем, - Но это того не стоило. - Стоило, Нелл, - девушка не обращает внимания на упавшую с ее плеча простыню и открывшиеся шрамы на всем теле. Они страшные, где-то жуткие даже, и их слишком много… Но один привлекает внимание парня особенно: - Это от чего? – тычет пальцем под грудь между ребрами, но не прикасается. - От отвертки. - Тебя и этим пытались убить? – ухмыляется «как раньше», делая вид, что все в порядке, - И кто же такой оригинальный? - Я. - З-з-зачем? – глаза Аарона округляются в ужасе. - Жить не хотела, Аарон. Просто не хотела жить… - девушка поднимается и полностью освобождается от простыни. Ее совсем не заботит, что рядом есть другой человек, а она всего лишь в белье: переступает через ненужное и идет к шкафу. Но в этот раз берет не лонгслив, а майку и широкие шорты, те самые, которые удобно задирать. Миньярд отворачивался, когда она встала и одевалась. Но, увидев, что девушка готова, поднялся и направился к выходу из комнаты, все также продолжая беседу. - Ты никогда не создавала впечатление того, кто может захотеть убить сам себя, - он говорит тихо, но с открытием двери вся команда затихла и теперь ловила каждое слово этих двоих, переставших вдруг замечать все вокруг. - Не всегда те, кто хотят уйти из жизни, выглядят, как задавленные и загруженные мрачные люди. Ты же должен это знать по своей специальности. - Я понимаю. Но знать в теории – это одно, а видеть вживую – совсем другое. Скажи мне, почему отвертка? - Потому что на тот момент у меня не было под рукой ничего другого… Перед тем, как пустить по кругу, у меня отобрали все мои ножи и лезвия, которые я прятала по телу. Несмотря на то, что я была личной собственностью Рико, остальные не гнушались попытками меня где-то зажать и оттрахать. Ни у кого не получилось, но попытки не останавливались никогда. Поэтому я ходила с лезвиями – они спасали. - Жуть какая…– Аарон отрывается от заваривания кофе им обоим и поворачивается в ее сторону, - И все же, почему отвертка? - Не было ничего другого под рукой… Сам посуди: забрали все оружие, Рико разрешил меня всей команде, чем они воспользовались. Никаких ограничений по времени он не поставил, а значит, после такое повторялось бы постоянно… Я просто поняла, что мне дали лишь передышку, чтобы немного пришла в себя и привела хоть в какой-то нормальный вид, смыв все жидкости и выделения с себя, - в этот момент ее взгляд останавливается в одной точке; Аарон понимает, что это опасно, но надо дать договорить и постараться вывести разговор в другое, чтобы не произошел провал в прошлое опять, - Незадолго до этого ремонтировали раздевалку, и рабочие там забыли несколько вещей. Вот я и взяла отвертку… Протыкать вены на руках – бессмысленно и больно. На бедре – есть вероятность тоже не попасть – ее прорезать легко, но не проколоть вот так наобум. А легкие большие – не промахнешься, если знаешь, куда бить. Вот я и проткнула себе одно. Если б были силы на тот момент, возможно, проколола бы оба, чтоб уже наверняка… - Но тебя быстро спасли, судя по всему, - что-то просчитав в уме все же сказал Аарон. - Да, Моро понял, что я долго не возвращаюсь и нашел меня в душевой. Вызвал людей отца, меня и забрали. Я долгое время была в медикаментозной коме – из-за пневмоторакса были осложнения, да и от наркоты меня надо было чистить, - он сама переводит взгляд на него, - Если бы не было той отвертки, я бы зеркало разбила и также вогнала бы его себе в легкое. Или еще какую деталь… В тот раз все должно было получиться. - Но не получилось, и слава Богу! – вскидывается Ники, нарушая «кокон для двоих». На него злобно шикают другие, но он не обращает внимание. - А тренер ваш об этом знал? – Мэтт уточняет. - Да. - И? - А что «и»? Он знал всё… вообще всё, что происходило в Эверморе, да и сам участвовал в этом. - В смысле? – это уже Кевин. Его шестеренки в мозгу крутятся с неистовой силой, - Чтоооо?! – он в шоке, ведь такого не мог предположить, даже несмотря на все намеки, которые Нелл уже успела дать до, - Погоди… он тоже? - А что, думаешь, тебе можно, а ему нет? – она наконец проявляет хоть что-то и скалится, - Не в тот конкретный раз, Кевин… но он мне предоставил выбор и просто как-то раз упомянул, что наказания могут быть смягчены… если я постараюсь. А я старалась на корте: всю себя выкладывала, только чтобы на ваш уровень взойти. - И почему же решила начать... – Ники озадачен. - Потому что стало невыносимо… Помнишь себя в подростковом? Когда встает от любой мысли, безобидного слова или совсем непошлой картинки? Так вот этих троих таращило по мне, как ненормальных. Что? Кого троих? Рико, Кевин и Жан. И если Жан хоть как-то понимал, что мне плохо и поначалу делал это из страха наказания, то эти двое отрывались по полной. А потом предложение тренера, которое я оставляла без внимания целый год, а после пошла к нему в кабинет просто поговорить. И я ведь искренне верила тогда, что иду решать свою проблему словами. А он мне выйти из кабинета не дал… - Так вот почему он стал тебя к себе на «мотивирующие беседы» звать постоянно… - Только что дошло… Молодец, Кевин.ю, браво! - А Рико знал о нем? - Ага. У него был доступ к официальной части кабинета дяди. И обычно Хозяин закрывал личную часть. В один из вечеров не закрыл… А Рико пришел за советом по какой-то новой стратегии. Тренер его не видел, а я сначала подумала, что показалось… Лишь, когда вышла из кабинета и начала сползать по стене, меня подхватил он. И унес. Без слов, расспросов и наказаний. Это было удивительно, но это было. - Даже не верится, что Рико мог и такое великодушие проявить. Нелли молчит. Цедит кофе рядом с Аароном и всматривается в их лица. - Что произошло, пока я была в отключке? - О! - Ники сразу весь подбирается, - Такооооое!!!! Но его перебивает Аарон. - Кевин заинтересовался, откуда я знаю про этот твой шрам. И из ревности, не найдя ничего лучше, сделал признание, - видя, как Джостен удивляется, подтверждает только, - Да-да, Кевин сказал всем им, кроме Рене и Эндрю, что я – его парень. На этих словах Эндрю скрипит зубами с шепотком «значит, мне не казалось». - Да, Эндрю, тебе не казалось. Но мы не решались открыться. А тут этот двухметровый мудень решил все за меня и рассказал. От чего я до сих пор зол. - Кевин, - повернулся к нему «злой Миньярд» с самой сладкой, но от этого и более жуткой, улыбкой, на какую способен, - Нам надо очень серьезно поговорить. Лицо Дэя в этот момент надо было видеть, и Аарон получил неописуемое наслаждение представляя, каким именно будет этот разговор. - Однако ты не удивлена совсем, - тихо отмечает Рене. - Ага, потому что я сразу это поняла. И не раз вам тоже намекала, но вы видеть этого не хотели. С этими словами, стоявшая все это время, Нелли наконец садится за стол. - Я знаю, что вам неприятно слышать то, что я рассказываю. Кто-то, наверное, задумывается, как так можно было жить. Кто-то думает, что такое невозможно в нашем мире нынешнем. Кому-то просто противно, наверное, тоже. Но это было. Мне незачем придумывать и наговаривать на кого-то. Да и тело мое все это подтверждает… А говорю я это, потому что привыкла всю жизнь держать все в себе, перерабатывать самостоятельно и пытаться идти дальше. А сейчас не могу: не хватает ресурса на то, чтобы прожевать и выплюнуть. И да, я мозгом понимаю, что всех уже задрала. Что говорю об одном и том же. Что есть другие темы для разговоров. Но мне плохо… А проговаривание помогает справиться. Помогает понять, что моя прежняя жизнь – это ебаный пиздец, и я так-то ничего не приукрасила и не преувеличила. Это все действительно было. Я это прожила… Вот справилась или нет – это уже другой вопрос, но не он главный… Сейчас я хочу раздавить Рико. Размазать его в том, что он считает своим по праву. Уничтожить самым унизительным для него образом – то есть выиграть у него. Мне жизненно необходимо сделать это. И я сделаю. И прошу простить меня за то, что вы лишний раз увидели мою слабость. - Мне нравится твой настрой, - улыбается Дэн, - Я рада, что ты снова с нами. - А за слабости не надо извиняться, - добавляет Рене, - Все мы люди, не роботы. И у каждого свои боли и тяжести. Мы справимся все вместе. А за это все, - взгляд на комнату и всех присутствующих, - не переживай. - Только таблетки принимать не забывай, - бурчит Аарон. - И есть тоже, - подхватывает Эллисон. - Ой, ну, какая идиллия, - мерзким голосом завершает Эндрю, и припечатывает уже жестко, - Кевин, пошли. Бледный Дэй плетется следом за вратарем. - С ними все будет в порядке, - тихо произносит Нелл, точно зная это.