Непрактичная дружба

Прошла неделя с того злополучного падения. Нога Стэнли почти не беспокоила, осталась лишь едва заметная хромота, которая, как он надеялся, скоро пройдет. Но чувство вины грызло его изнутри сильнее любой физической боли. Из-за его глупой идеи все испортилось. Он видел, как Ксено после того случая стал еще более замкнутым, еще больше погрузился в свои книги. Стэнли боялся, что навсегда потерял свой единственный шанс показать Ксено детство. Поэтому он снова ждал его в саду, на том же месте, где все началось. Сердце колотилось где-то в горле. Когда Ксено наконец вышел из дома после своих бесконечных занятий, его взгляд сразу же упал на ногу Стэнли. — Ходишь? — А как иначе? Бодро ответил Стэнли, стараясь не показывать остаточную боль. — Ксено, давай ещё раз сыграем! Ксено замер. Его темные глаза изучали лицо Стэнли с неким любопытством. — После предыдущего инцидента я сомневаюсь в целесообразности игр. — Это был несчастный случай! Давай по другому, я буду искать, а ты прятаться. Ксено глубоко вздохнул. Этот взгляд Стэнли, выражающий отчаяние и смущение, он просто не может игнорировать. Уж слишком милым он был. — Хорошо, только обещай, что не поранишься — Да хоть на мизинчиках поклянусь! Стэнли закрыл глаза ладонями и начал отсчёт, стараясь делать это медленнее, чем обычно, чтобы дать Ксено больше времени. — Сорок восемь, сорок девять, пятьдесят, я иду искать! Стэнли открыл глаза. Сад, залитый мягким вечерним солнцем, казался пустым. Он обыскал фонтан, заглянул за все статуи, проверил беседку. Ничего. — Оранжерея! Вспомнил Стэнли. Прохладный воздух встретил его внутри. Ряды экзотических растений создавали идеальные лабиринты для укрытий. Стэнли пробирался между ними, заглядывая под широкие листья. И тут он увидел – на земле, между горшками с орхидеями, валялся небольшой серебристый предмет. Он наклонился и поднял его. Это была запонка. Та самая, с фамильным гербом Уингфилдов, которую он видел на манжете Ксено сегодня утром. Сердце Стэнли екнуло от предвкушения победы. Он был на верном пути! Значит, Ксено где-то здесь, и спрятался так хорошо, что даже потерял часть костюма. Он пошел дальше, к дальнему углу оранжереи. И тут он услышал звук. Неясный, приглушенный. Как бы... шарканье обуви по плитке и сдавленный стон. — Ксено? Это ты? Тихо позвал Стэнли. Ответа не было. Вместо него раздался другой звук – резкий, металлический скрежет, словно отодвинули тяжелую железную дверь. И затем – приглушенный, но отчетливый звук автомобильного двигателя где-то снаружи, за стеной оранжереи. Это было непохоже на игру. Он бросился вперед, к месту, откуда доносились звуки. В дальнем, заброшенном углу оранжереи, заросшем диким плющом, была служебная дверь. Дверь, которую он никогда не видел открытой. Сейчас она была приоткрыта. Стэнли аккуратно зашёл внутрь. Перед ним открылся узкий, грязный коридор. И на полу, в пыли, лежала вторая запонка. А рядом – явно только что оставленный след от подошвы ботинка, гораздо большего, чем нога Ксено. Стэнли, добежав до конца коридора, выскочил на улицу и спрятался за столбом. Напротив него стояла чёрная машина без номеров, полностью затонированная. Рядом с машиной он заметил мужчину в маске. Но самое ужасное то, что он увидел потом. Другой мужчина нёс Ксено на руках, закрывая ему рот тряпкой. Его охватил страх. Кричать? Привлечёт их внимание. Позвать старших? Слишком долго, они уже грузят Ксено в машину. Лицо Уингфилда не выражало испуг, нет, оно не выражало абсолютно ничего, как будто привык. Однако он не мог просто сидеть и ждать. Ксено был там, с незнакомцами, и каждый момент мог стать решающим. Детдом научил его одному: надеяться можно только на себя. А еще – что иногда, чтобы выиграть, нужно сознательно проиграть. Он отступил обратно в коридор, сделал глубокий вдох и крикнул так, чтобы его наверняка услышали. — Ксено! Ты где? Я сдаюсь! Выходи! Услышав голос Стэнли глаза Ксено распахнулись. Уингфилд знал, что его не тронут, но не мог гарантировать безопасность Снайдера. Именно поэтому он дал себя спокойно забрать, чтобы не вовлекать его. — "Стэнли, чёрт бы тебя побрал! Беги, идиот!" Пронеслось в мыслях Ксено. Он пытался отвлечь внимание на себя и стал сопротивляться, однако коротким ударом его быстро вырубили. За это время Стэнли снова вышел на открытое пространство. Расчёт оказался верным. Тень накрыла его сзади, грубая ладонь с силой зажала рот и скрутила ему запястья. Он брыкался, но его легко отнесли к машине. Мельком он увидел, как Ксено усаживают на заднее сиденье. Самого Стэнли с размаху швырнули в багажник. Дверца захлопнулась, погрузив мир в абсолютную, гулкую тьму. Зазвучал приглушенный рокот двигателя, и пространство затряслось – они ехали. Страх был таким сильным, что сводил живот. Но сквозь него пробивалась ясная мысль. Первая часть плана сработала. Теперь самое главное увидеть его.

***

Поездка казалась вечностью. Наконец, машина остановилась. Дверь открылась, и слепящий свет фонаря ударил в лицо. Стэнли зажмурился. Его грубо вытащили и повели, держа за шиворот, по бетонному полу какого-то холодного помещения. Пахло пылью, металлом и затхлостью. — Луис, нахрена ты этого прихватил? Раздался хриплый и недовольный голос. — Ты видел, как пацан метался? До его появления Уингфилд-малдший вёл себя спокойно, а после начал брыкаться. Этот малец важен ему, а значит можно срубить больше денег. Ответил тот, кто вёл Стэнли. Его заставили опуститься на колени. Он медленно открыл глаза, щурясь. Они находились в большом пустом помещении, похожем на заброшенный цех или склад. Высокие окна под потолком были забиты досками, сквозь щели пробивались лучи закатного солнца. В одном из этих лучей, прислонившись спиной к голой бетонной колонне, сидел Ксено. Вернее, его насильно привязали к ней верёвками. Он был в сознании, его взгляд, тёмный и нечитаемый, встретился со взглядом Стэнли. — Да ладно тебе, Ник, одним больше, одним меньше, если что, просто убьём. Ник фыркнул, но в его взгляде промелькнула жадность. Второй похититель, тот что вел Стэнли, мрачно наблюдал за ними из угла. Стэнли опустил голову, делая вид, что дрожит от страха. Время в заброшенном цеху текло тягуче и зловеще. Снайдер прижался к холодной стене, стараясь казаться маленьким и испуганным, что, в общем-то, не требовало особой игры. Каждый скрип, каждый шорох заставлял его сердце колотиться сильнее. Он сжал кулаки, чувствуя под пальцами шероховатый бетон пола. — Двадцать миллионов за пацана. А за этого щенка.. Даже не знаю, попробуем пять миллионов. Итого двадцать пять миллионов. Хрипло проговорил Ник, бросая окурок на пол и растирая его ботинком. — Ты что, сдурел? Это дети, а не нефтяная вышка. — Дети аристократа, Луис. Точнее один из них.. Может второго всё-таки убьём? Слово "убьём" повисло в воздухе. Стэнли почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Но Ксено даже не повел бровью. — Отец вам заплатит и за него тоже. Сухо произнёс Ксено. Его речь была лишена дрожи. — Если вы не тронете его, я попрошу отца ещё добавить. Ник фыркнул, но в его глазах мелькнуло сомнение. Звучало убедительно, даже если исходила из уст ребенка. — Много болтаешь, умник. Проворчал он, но от идеи убийства кажется, временно отказался. Он подошел к грубо сколоченному столу, где лежали их вещи: фонарик, мобильные телефоны в глушилках сигнала, и... пистолет. Тяжелый, матово-черный, лежащий на грязной тряпке. Пистолет. Стэнли не сводил с него глаз. Луис, тем временем, снова подошел к Ксено, на лице его играла неприятная ухмылка. — А может надо просто немного мотивации добавить? Ухо или палец? На что сильнее отреагирует твой папаша, а, гений? Он наклонился, его грубая рука потянулась к лицу Ксено и схватила его за подбородок. Ксено не отпрянул. Он просто поднял глаза. И в его взгляде было нечто такое, что заставило Луиса на мгновение замереть – не страх, а глубокое презрение, словно он смотрел на букашку. — Кто разрешал прикосаться ко мне? И его тихий голос стал звучать высокомерно. Ник, услышав тон Ксено, отвернулся от стола, его внимание теперь было приковано к сцене у колонны. Пистолет на мгновение остался без присмотра. Стэнли не думал, а действовал. Он рванулся вперед. Три быстрых, почти бесшумных шага по бетону. Его пальцы обхватили холодную рукоять. Она была чудовищно тяжелой. — Эй! Рявкнул Ник, однако было уже поздно. Всё произошло за мгновения. Стэнли, почти не целясь, повернулся, отяжелевший пистолет дрожал в его вытянутых руках. Он не думал об убийстве, он хотел лишь защитить. Грохот в замкнутом пространстве был оглушительным. Звук ударил по ушам и отозвался тупой болью в висках. Стэнли отшатнулся из-за отдачи, едва не выронив оружие. Луис вскрикнул и схватился за ногу. Пуля, выпущенная наугад, попала ему в бедро. Не смертельно, но болезненно. Он рухнул на колено, захлебываясь ругательствами. — Ты, ублюдок!.. Лицо Ника исказилось в ярости. Он бросился на Стэнли, забыв про осторожность. Снайдер, все еще оглушенный выстрелом, замер. Он видел, как огромная тень накрывает его, видел сжатый кулак. Он попытался снова поднять пистолет, но пальцы не слушались. С громким треском и звоном стекла одно из высоких забитых окон разлетелось вдребезги. В проеме, очерченном осколками, показались силуэты в черном. Резкий, усиленный громкоговорителем, голос прорвал гул в ушах: "Вооруженная полиция! На пол! Руки за голову!" Ник застыл в полушаге. Ярость сменилась страхом. Он хотел было сделать из Стэнли заложника, как буквально из ниоткуда появился один из телохранителей Уингфилда. Удар был быстрым и точным. Ник беззвучно упал на землю. Хаос длился меньше минуты. Цех наполнился людьми. Луиса, хромающего, и безвольного Ника скрутили и уволокли. Стэнли стоял, все еще сжимая в онемевших пальцах пистолет. Дым стелился у его ног. Он смотрел туда, где был Ксено. К нему уже подбежали люди, освобождая от верёвок. Мальчик встал, его движения были немного скованными, но уверенными. Он отмахнулся от помогающей руки врача и направился прямо к Стэнли. — Стэн. Его голос прозвучал глухо для Стэнли. Ксено протянул ладонь. Снайдер с дрожью еле как отдал пистолет. Он смотрел на свои руки, что минуту назад пролили кровь. До прихода в семью Уингфилда он часто дрался и конечно же без крови не обходилось, но это совсем другой случай. Выстрели он чуть выше, что тогда было бы? Уингфилд взял Стэнли за руку и повёл на улицу. Они уже почти вышли на свежий воздух, под присмотром телохранителей, когда это случилось. — Спасибо, что спас меня, Стэн. Ксено уже сделал шаг вперёд, когда услышал сзади странный и сдавленный звук. Он обернулся. Стэнли стоял, отвернувшись. Плечи его напряглись, а затем резко дёрнулись. Тихий, неуверенный всхлип, который он тут же попытался подавить, закусив губу, прорвался сквозь пальцы, прижатые ко рту. А потом ещё один. И ещё. Слёзы, которые он копил, кажется, с самого детства, хлынули разом. Он не рыдал навзрыд, он просто стоял, сгорбившись, и тихо плакал, дрожа всем телом, как осиновый лист, совершенно не в силах остановиться. Стыд от этой слабости заставлял его прятать лицо. Ксено замер. В его темных глазах отразилась полная и абсолютная растерянность. Стэнли с трудом сглатывал комок в горле. — К-ксено... я.. Но вместо слов вышел только тихий всхлип. Ксено видел, как взрослые бросают на Стэнли взгляды. — Эм.. Стэнли.. Всё позади, не беспокойся. Однако Стэнли лишь сильнее содрогнулся, и тихие рыдания стали чуть слышнее. Ксено замешкался, чувствуя себя абсолютно бесполезным. Немного поразмыслив, он сделал то, что было ему не свойственно. Уингфилд подошёл ближе к Снайдеру и неловко обнял. Он не знал, нужно ли что-то говорить, поэтому просто стоял так, молча, позволяя Стэнли плакать. Постепенно дрожь в плечах Стэнли стала стихать. Рыдания перешли в прерывистое всхлипывание, а потом и вовсе утихли. Он вытер лицо рукавом, не глядя на Ксено, сгорая от стыда. — Прости... — За что? Искренне не понял Ксено, наконец разжимая объятия. — Ты испытал стресс, это нормально. Стэнли глубоко вдохнул, выравнивая дыхание, и посмотрел на Ксено. Тот смотрел на него в ответ, и в его тёмных, как смоль, глазах больше не было растерянности. Было что-то другое. Тихое понимание. — Пойдём Мягко сказал Ксено и провёл того до машины.