Непрактичная дружба

Машина ждала их не у полицейского ограждения, а в полукилометре от заброшенного цеха, на пустынной дороге, оцепленной людьми в строгих костюмам без опознавательных знаков. Их не повезли домой сразу. Сначала был медицинский осмотр в мобильном лазарете, развернутом прямо в поле. Ксено отмахнулся от успокоительного. Стэнли позволил сделать себе укол. Лекарство влилось в вену теплой, тяжелой волной, смывая дрожь, но оставляя за собой пустоту и смутное чувство стыда. Дверь машины открылась изнутри. Отец Ксено, мистер Элайджа Хьюстон Уингфилд, сидел в глубине салона. Он не выглядел ни взволнованным, ни разгневанным. Он выглядел… сосредоточенным. Перед ним был развернут тонкий, матово-черный ноутбук. Он не поднял головы, когда они сели. Лимузин тронулся. Тишина внутри была абсолютной, лишь чуть слышный гул двигателя. Она была гуще и тяжелее, чем та, что была в машине похитителей. Это была тишина власти. Стэнли сидел, уставившись в темноту за окном, чувствуя, как взгляд отца, даже не направленный на него, прожигает кожу. Ксено, напротив, откинулся на спинку сиденья, его глаза были закрыты, но по легкому напряжению в скулах было видно – он не спит. Он анализирует. Всегда анализирует. — Луис Мэлоун и Ник Шелтон Голос Элайджи Уингфилда разрезал тишину. Он был ровным, без интонаций, как голос аукциониста, объявляющего лот. — Бывшие сотрудники службы безопасности «Хелиос Индастриз», уволены за мелкие хищения два года назад. Неорганизованны, жадны, амбициозны не по способностям. Глупцы. Он на секунду оторвался от экрана, бросив взгляд на Ксено. Взгляд был быстрым и оценивающим. — Ты позволил им взять себя в оранжерее. — Я не мог иначе, сопротивляйся я, Стэнли смог оказаться в ещё больше опасности. Так же ровно ответил Ксено, не открывая глаз. — К тому же, пассивное согласие снижало их бдительность и давало время системе отслеживания в моих часах выйти на устойчивый сигнал. Выводы об эффективности охраны периметра я предоставлю позже. Элайджа Уингфилд почти незаметно кивнул. Диалог, больше похожий на обмен данными между двумя искусственными интеллектами. Ни слова о страхе. Ни намека на облегчение. Затем его взгляд наконец упал на Стэнли. Мальчик почувствовал, как съеживается внутри, но всё таки смог посмотреть на него. Глаза мистера Уингфилда были того же оттенка, что и у Ксено – темные, глубокие, но где-то в их глубине не было той черной дыры, поглощающей все. Там была сталь. Отполированная, непроницаемая и смертельно опасная. — Стэнли Снайдер, — начал он. — По данным доклада, вы проявили… инициативу. Стэнли не нашел, что сказать. Он лишь кивнул, еле сглотнув комок в горле. — Вы сознательно привлекли внимание к себе, позволили себя захватить, чтобы остаться в зоне доступа к моему сыну. В плену вы завладели огнестрельным оружием и применили его, ранив одного из похитителей и создав акустический маркер для штурмовой группы. Он говорил факты. Без осуждения, но и без одобрения. Просто констатация. — Это было… Элайджа Уингфилд впервые за весь разговор сделал микроскопическую паузу, подбирая слово. — Эффективно. И чрезвычайно рискованно. Вы могли быть убиты на месте. — Он… Ксено… был там.. Хрипло выдавил Стэнли. Он пытался сформулировать предложение, однако под давлением взрослого и властного человека это было сложно сделать. — Я не мог просто… — Я понимаю Перебил его Элайджа Уингфилд, и в его голосе впервые появился какой-то отзвук, непохожий на ледяную логику. Что-то тяжелое и усталое. —Движимый эмоциональной привязанностью вы попытались спасти моего сына. Нерационально, но… в данном случае, результативно. Он отложил ноутбук в сторону. Движение было плавным. — Ксено просил, чтобы вы стали его другом. Я рассматривал это как каприз. Как приобретение необычного питомца — Отец! — Сейчас я разговариваю, сынок. Его слова были безжалостно откровенны, и Стэнли почувствовал, как старый стыд и ярость закипают у него внутри. — Сегодня вы доказали, что я ошибался. Думаю, вам по силе достучаться до Ксено. И, возможно, вы единственный человек за пределами этой семьи, которому мой сын… доверяет достаточно, чтобы проявить слабость. Он посмотрел на Ксено, который теперь глядел в окно, его профиль был непроницаем. — За это я вам благодарен. И моя благодарность, в отличие от эмоций, имеет материальное выражение. Стэнли замер. Он ожидал всего. Гнева, что ввязался, упреков, что все испортил. Но не этого холодного признания. — С сегодняшнего дня.. Продолжил Элайджа — Вы находитесь здесь не по прихоти Ксено. Вы находитесь здесь по моему решению. Ваше обучение, безопасность, будущее – отныне в зоне моей прямой ответственности. Вы получите все, что необходимо. И в ответ я буду ожидать от вас одного: защиты моего сына. — Отец, вы не можете так поступать с ним! — Ксено Хьюстон Уингфилд. Он сделал паузу, дав словам проникнуть в сознание. Ксено нахмурился, но не смог сказать ничего в ответ. — Вы поняли о чём я? Стэнли медленно кивнул. Главное, что его не собираются отправлять обратно в детский дом. — Хорошо Сказал Элайджа Уингфилд и снова взялся за ноутбук, сигнализируя, что аудиенция окончена. — Теперь о наказании. Стэнли похолодел. — Охранники, ответственные за сектор оранжереи, уволены. Руководитель службы безопасности понижен в должности. Система периметра будет полностью заменена. Я не терплю просчетов дважды. Лимузин мягко остановился у особняка. Свет в салоне стал немного ярче. — Ксено Отец не смотрел на сына, уставившись в экран. — Твоя игра вышла из-под контроля и едва не привела к катастрофическим последствиям. В качестве корректирующего действия, ты будешь лишен доступа к лаборатории на две недели. Вместо этого ты составишь детальный разбор ошибок безопасности, включая твои собственные. И проведёшь их с командой. Лично. Впервые за весь вечер на лице Ксено появилось что-то, кроме отрешенной концентрации. Легкое, почти неуловимое раздражение. Лишение лаборатории – это был чувствительный удар. — Понял. — А вы, Стэнли Элайджа наконец поднял на него глаза. В них не было ни капли тепла, но была странная, неподдельная серьезность. Снайдер напрягся. — Вы пройдёте курс реабилитации у психолога. Позже, я найму преподавателей по разным дисциплинам. Будете начинать обучение с основ. Позже добавим тренировки по стрельбе. Дверь лимузина открылась снаружи. Ночной воздух пахнет дождем и дорогими растениями. — Теперь идите. Отдыхайте. Завтра начинается все по-новому. Стэнли и Ксено вышли. Дверь закрылась за ними с мягким щелчком. Он снова погрузился в работу на своем ноутбуке. *** Зайдя в комнату, Стэнли громко выдохнул. Ксено всё ещё был погружён в свои размышления и почему то сильно хмурился. Стэнли звал его как минимум 3 раза. Он не отвечал. — Ксено! Крикнул уже Снайдер из-за чего Уингфилд вздрогнул. — А? Что такое, Стэн? — Ты чего такой угрюмый? Ксено пожал плечами и отвернулся, глядя в окно. Он глубоко вздохнул и стал наблюдать за звёздами на небе. Стэнли подошёл к Ксено и тоже посмотрел на небо. Они стояли так минуты две. Снайдер решил первым прервать тишину. — Красиво.. Тихо сказал он, больше чтобы просто что-то сказать. Потом повернулся к другу, его лицо было серьезным и озадаченным. —Ксено, а почему ты не хочешь, чтобы я учился?.. Ксено слегка замешкался перед ответом, закусив нижнюю губу. Он будто пытался подобрать слова, которые не ранили бы, но при этом донесли всю суть. — Я хочу, чтобы ты учился, но плохо то, что отец обратил на тебя внимание.. Наконец произнес Ксено, однако его голос прозвучал глухо и сдавленно — Почему? — Потому что теперь он собирается тебя использовать как моего телохранителя!.. Выпалил Ксено, и его слова повисли в воздухе. Он сжал кулаки. — Это плохо? — Очень! Ты мой друг, а не телохранитель! Ксено резко повернулся к нему, и в его темных глазах горел незнакомый Стэнли огонь – смесь гнева, страха и болезненной откровенности. Он никогда не видел таких эмоций у него. — Ксено, а мне наоборот нравится это. Сказал Стэнли, и его голос прозвучал удивительно ясно и твердо. Улыбка, медленно растянувшая его губы, была такой детской и беззаботной, что Ксено на секунду застыл. — Меня научат, как защищать слабых и самое главное, как защитить тебя! Разве не круто? Продолжил он, глядя прямо на Ксено. Он произнес это так просто и искренне, будто это был самый очевидный факт во вселенной. Ксено тихо усмехнулся. — Ты этого правда хочешь? — Агась! И.. Можно я сегодня посплю у тебя? Ксено подумал пару секунд, но ответ был очевиден с самого начала. — Конечно

***

Стэнли заснул почти сразу, однако Ксено ещё долго лежал с открытыми глазами, глядя в потолок. Он чувствовал странную тяжесть в груди. Ему было страшно. Впервые спустя долгое время. Но страшно не за свою жизнь, а за Стэнли. Боялся, что отец превратит его в инструмент, боялся, что тот кинется под пулю. Он не знал, как с этим страхом справиться. В этот момент его руку кто-то сжал. Это был Стэнли. Ксено вздрогнул, однако не убрал. Почему-то, его это успокаивало. Он наконец смог заснуть. Так их и нашла утром Мария, принёсшая свежую одежду. Она осторожно приоткрыла дверь, и сердце её ёкнуло. Два мальчика в незамысловатых пижамах, с растрёпанными волосами лежали, взяв друг друга за руки. Для Марии это было шоком, ведь молодой господин не из тех, кто любит телесный контакт с другими людьми. Мария мягко улыбнулась, постояла мгновение, а потом так же тихо вышла, прикрыв дверь. Пусть поспят.

***

Прошло 7 лет. Эти годы для Стэнли Снайдера были похожи на интенсивный курс выживания в мире, который оказался одновременно раем и сложнейшим полигоном. Прогнозы Элайджи Уингфилда оказались верными – Стэнли обладал природным, почти звериным талантом к стрельбе. На первом же занятии в тире, когда его девятилетние руки с трудом удерживали легкий пистолет, инструктор, суровый отставной майор, замолчал, увидев три пули, уложенные в почти идеальную группу на мишени. Не по центру, но невероятно кучно. Это был не расчет, а инстинкт. Чувство оружия как продолжения собственной руки. К двенадцати годам Стэнли опережал взрослых охранников по скорости прикладки и точности навскидку. К четырнадцати – мог с закрытыми глазами разобрать и собрать полдюжины основных моделей огнестрельного оружия. Обучение наукам давалось сложнее. Цифры и формулы упрямо не хотели лезть в голову, вытесненные образами тактических схем и мышечной памятью от тренировок. Но он упорно продолжал учиться. Ради одного – чтобы не отставать. Чтобы быть полезным. Чтобы оправдать доверие. Ксено, лишенный лаборатории на те две недели, не терял времени. Его "наказание" превратилось в масштабный аудит всей системы безопасности Уингфилдов. К шестнадцати годам он понимал в ней больше, чем новый начальник охраны. Хоть они и были оба заняты, Стэнли всё равно как-то удавалось вытаскивать Ксено поиграть, как обычные дети. И после всех игр они засыпали вместе вплоть до сегодняшних дней. Им было по семнадцать, когда в кабинете Элайджи Уингфилда состоялся короткий разговор. — Университет "Авалон", факультет стратегической безопасности и кибернетических систем Отец отодвинул два толстых досье через полированный стол. — Лучшая программа в стране. Практика в силовых структурах и корпорациях уровня "Хелиос". Для тебя, Ксено, это естественное продолжение, как для моего наследника. Для тебя, Стэнли, я решил подобрать военное училище. Стэнли, высокий, подтянутый, с цепким взглядом и спокойными, уверенными движениями, взял своё досье. Он больше не съёживался под взглядом Элайджи. Снайдер очень уважал своего приёмного отца. И держал дистанцию. — Вступительные экзамены в "Авалон" включают физическую подготовку, стресс-тестирование и оценку аналитических способностей Сказал Ксено, даже не открывая папку. Он знал её содержимое наизусть. — Для Стэна прохождение на общих основаниях проблематично по академической части. Однако устав предусматривает квоту для лиц, обладающих исключительными практическими навыками, имеющими значение для безопасности государства. Он говорил ровно, глядя на отца. Между ними как будто пролетали искры. Взгляд Ксено буквально кричал "Не смей разделять нас". Элайджа оценивающе посмотрел на Стэнли. — Исключительные навыки нужно доказать. — Они будут доказаны. Ты ведь сможешь, Стэн? И вот два взгляда теперь были направлены на него. Конечно же, он хочет быть вместе с Ксено и ответ не заставил себя долго ждать. — Смогу Ксено удовлетворённо кивнул. Элайджа Уингфилд теперь смотрел на него с очень серьёзным лицом. Всё-таки Стэнли все ещё немного не по себе от его взглядов. — Я поступаю только при условии зачисления Стэнли. Это был ультиматум. Элайджа давно перестал удивляться их странной связи. — Через месяц демонстрационные испытания для спецнабора. Ваша задача – быть безупречными.

***

Вечер после разговора в кабинете выдался напряжённым. За ужином Элайджа был немногословен, но его молчание висело в воздухе густым, неодобрительным туманом. Он принял ультиматум сына, но всем своим видом давал понять – цена будет высокой. Стэнли, как всегда, съел всё, что лежало на тарелке, но без обычного энтузиазма. Его мучил тот самый серьёзный взгляд отца. Он чувствовал подвох, но не мог понять, где именно. Вернувшись в их общие апартаменты, Ксено уселся в кресло с видом холодного раздражения. — Так значит наш папочка решил поиграть с нами. Начал он, не глядя на Стэнли, голос его был ровным, но в каждом слове чувствовалась ядовитая игла. Стэнли, привыкший к разным настроениям Ксено, насторожился. Эта язвительность была признаком глубокой, вывернутой наизнанку ярости. — Ксено? В чем дело? Ты какой-то злой после разговора с отцом. — О, ни в коем случае я не злюсь. Я восхищаюсь. Вызови он нас по отдельности, всё случилось бы по его плану. Как он мог так просчитаться, я не знаю, но это нам на руку, Стэн. Ты же понимаешь, о чем я? Стэнли немного помедлил с ответом. — Если честно, то не особо. — Как ты думаешь, почему наш дорогой отец так яростно хотел запихнуть тебя в военное училище? Стэн немного подумал и пожал плечами. — Чтобы я не отвлекался на тебя? — Чтобы установить чёткую иерархию. По документам, ты – приёмный сын, но даже так имеешь право на наследование компании. Видишь ли, вдруг ты захочешь занять моё место. Продолжил Ксено, наконец подняв на Стэнли взгляд. В его темных глазах искрилась не добрая усмешка, а холодный, обжигающий сарказм. Он встал и начал медленно расхаживать по комнате. — "Авалон" – это университет исключительно для наследников и, поступив туда, ты автоматически показываешь обществу, что есть ещё кандидат помимо меня. Даже с влиянием семьи Уингфилд туда не пустят "обслугу". Твой пропуск в виде "исключительных навыков" – это дыра в уставе, которую я нашел. Ксено остановился и посмотрел на Стэнли с театрально-трагическим выражением лица. — Просто представь. Наследник Уингфилдов и... некто с ним, чьё мнение наследник учитывает наравне со своим. Кого наследник ни на шаг не отпускает от себя. Как ты думаешь, что они подумают? — Что я мечу на твоё место? Но Ксено... Я не хочу.. — Конечно же я это знаю, но они нет.. Ксено хитро улыбнулся. Стэнли догадался, что он что-то задумал, и участие Снайдера в этом плане было неотъемлемой частью.