Где кончается Земля

Морж прислонился спиной к стене около выхода, скрестив руки на груди, а Бродяга сел на стул прямо перед Сашей. Лидер Полдня тоже смотрел на девушку, как на аномалию, но, в отличие от остальных, в его взгляде не было страха — скорее интерес. И этот интерес, спокойный и холодный, пугал сильнее, чем громкие угрозы Дубного.  — Привет! — первой не выдержала Саша под этим изучающим взглядом карих глаз. — Здравствуй… — отозвался Бродяга, тем самым красивым голосом, не отводя глаз. — Морж объяснил ситуацию, но только в общих чертах. Расскажи сама, что с тобой произошло? — Ну-у… у меня сегодня выходной… был, — начала Саша. — Я пошла в магазин за едой, вот она, кстати. Она хлопнула ладонью по пакету. — Когда вернулась домой, увидела странную штуку на полу. Дотронулась до неё… и оказалась здесь. А что было дальше, наверное, Морж рассказал лучше. Девушка замолчала, ожидая реакции Бродяги, но тот не спешил продолжать диалог. Он всё так же молча смотрел на Сашу, лишь изредка переводя взгляд на вещи, которые она ухватила с собой из мира, о котором он почти ничего не помнил. Женщины сами по себе Бродягу не удивляли. В Зоне они встречались — например, Гарпия, подруга Дёгтя. Когда полденец появлялся на Янове, они иногда перекидывались парой слов, в ожидании Сани. Но он никогда не видел женщину с разноцветными прядями волос. Вот почему Бродяга так внимательно её рассматривал. Блондинистые, вперемешку с синим, пряди почти доставали ей до плеч. А голубые глаза смотрели на него выжидающе. Он слегка мотнул головой, отгоняя ненужные вопросы, и перешёл к тому, что действительно было важно. — Что… за штука? — наконец спросил лидер Полдня. — Сейчас… — Саша стала тревожно шарить по карманам, ища ту самую вещицу, из-за которой весь сыр-бор и начался. — Я ведь точно её сюда убрала… Может… выпало из кармана, когда я упала… — Мы проверим. — Бродяга кивнул. —Было ещё что-то необычное? «Он, что издевается? Или на него и его людей каждый день падают с неба девушки? Почему они все здесь такие странные?» Внутри что-то надломилось, эмоции, до этого зажатые всей ситуацией, нахлынули разом, а страх сменился отчаянием. — Да всё, что сегодня произошло, необычно! – сорвалось у неё. — Слушай, Бродяга, или как тебя там… я ничего не знаю! Я просто хочу домой! Мне завтра на работу, у меня кредит, не могу я сидеть непонятно где с какими-то амнезийными мужиками! — За языком следи, ты здесь никто! — раздался у двери грубый голос Дубного. Он, по всей видимости, как раз закончил свои дела и пришёл лично проконтролировать «допрос» чужачки. — Может, тогда сразу пристрелишь меня, а?! — мгновенно вспыхнула Александра.  Она резко поднялась с места и почти вплотную подошла к Дубному. Теперь, когда Семён был без противогаза, Саша могла рассмотреть его. Ну точно зэк какой-то, в отличии от Моржа и Бродяги. Последний так вообще, на девичий вкус, был очень даже симпатичным. Если бы Александра встретила его в другие времена и не в такой обстановке… Когда родители были живы, когда сердце ещё не знало предательства, когда внутри горел яркий огонь жизни. Она, без сомнений, подошла бы познакомиться первой. Но сейчас, после всего дерьма в её жизни, Саша смотрела на мир без всякого интереса, разве что с едва заметным омерзением. И мужчины занимали в её жизни место где-то между ничем и пылью. — Что я тебе сделала? — её голос дрожал не от страха, а от усталости. — За что ты так меня возненавидел? Почему вы все такие… пришибленные здесь?! Девушка ткнула пальцем в грудь Семёна и развернулась в сторону все ещё сидевшего на стуле Лидера. Он слегка махнул рукой Дубному и этого было достаточно, чтобы брат сдержался от страшной ошибки в порыве гнева. — Закончила? — спросил Бродяга спокойно. — Если бы мы были «пришибленные», как ты выразилась, мы бы сейчас этот разговор не вели. Ты хочешь домой — это нормально. Полдень поможет тебе, но только если сама этого захочешь. Насильно тебя здесь никто держать не собирается.  — Чёрт! — девушка пнула стоящий рядом ящик и вернулась на своё место. — Простите… просто… всё слишком ебануто. Я… мне правда нужно домой. — Всё в порядке, — наконец выдохнул Бродяга. — Расскажи, пожалуйста, всё подробно. Каждая деталь может оказаться важной. Саша шмыгнула, потерла глаза, и начала рассказывать. Где живет, как выглядел тот светящийся камень и что именно происходило вокруг, когда её перенесло в Зону.  — Похоже на технологии телепортации отрядов Монолита, — тихо произнёс Морж. И Саша заметила, как в комнате будто стало тяжелее дышать: Бродяга помрачнел, медик стал ещё незаметнее, а Семён сжал кулаки так, что побелели костяшки. Слово «Монолит» обрушилось на них, как тень прошлого. Прошлого, которое не хотелось вспоминать.  — Дерьмо… — добавил Семён. — Я не знаю, что это за Монолит, — осторожно сказала Саша, — но, видимо, он мне не поможет попасть домой? — Монолит мёртв, — холодно произнёс Бродяга. Эта ситуация не могла не настораживать лидера Полдня. Нужно было выяснить, кто полез в их кровавое прошлое и зачем. И помочь Саше, ведь она стала случайной жертвой чужих грехов.  Александре, для начала, принесли сухую одежду, выбрав самый маленький размер из тех, что имелись в запасах. Квашка сперва изрядно удивился, увидев, как Морж рыщет в его вещах, но, узнав причину, по-доброму улыбнулся и добавил сверху свои самые тёплые носки. Теперь, когда Саша переоделась, согреться стало куда легче. Бродяга с Моржом оставили её около бочки с костром — в том самом злачном местечке на выходе из базы, где любили собираться некоторые полденцы, чтобы послушать очередные проповеди Фауста. Она опустилась в старое кресло, стоящее ближе всех к огню, и вытянула руки к теплу. Костёр будто отгораживал её от реальности, оставляя наедине только с собственными мыслями и этим тёплым оранжевым светом. Девушка так глубоко задумалась, что перестала замечать всё вокруг — ни полденцев, которых становилось всё больше, ни шума, что они создавали. Саша вынырнула из собственных мыслей, только когда услышала уже знакомое ей слово.  Недалеко от Александры, спиной к ней, стоял слегка ссутулившийся мужчина, очень странный мужчина. Он так же грел руки у бочки и говорил. — Монолит… давал нам силу. Мы были славными воинами его. А кто мы теперь? Самоназванный Проповедник медленно развернулся, чтобы продолжить говорить присутствующим, и девушка увидела его лицо: уставшее, с недельной щетиной, неглубокими морщинами и, что сильнее всего удивило — взглядом, затянутым молочной пеленой.  — Прекращай пудрить мозги братьям, Фауст! — сбоку раздался громкий, злой голос Семёна. — А ты прекращай быть агрессивной псиной, Дубный, — огрызнулся в ответ Фома, стоявший неподалёку. — Братья… — Фауст повысил голос, но мягко. — Да, мы мыслим по-разному, но это не повод для вражды. Я и Бродяга в этом солидарны. Короткая пауза накрыла всех разом. И в этой паузе Саша, не выдержав, пробормотала то, что первое всплыло в голове.  — Ещё и сектанты… какой же пиздец. Фауст резко обернулся на девичий голос и на его лице отразилось чистое, неподдельное удивление. Он даже не ощутил её присутствия. Он. Не. Увидел. Её. Как такое возможно? Слепой, но всё же контролёр — он видел мир иначе, чувствовал вибрации Зоны, различал призрачные отпечатки всего в Ноосфере. Но образ Саши… отсутствовал. Пустота там, где должен быть человек.  — Интересно… — задумчиво протянул Фауст, прищурившись в её сторону. Затем Проповедник отвернулся от девушки, жестом подзывая Фому, и оба медленно пошли прочь.  Семён подошёл к чужачке и опустился в соседнее кресло, устало выдохнув. — Вот он точно пришибленный. Не слушай весь этот трёп. — Как он вообще, здесь выжил? — Хрен знает. Думаю, врёт, что слепой. — Не верится… такое не сыграешь. Сашу всё сильнее пугало это странное сборище. И мысль — попробовать добраться домой в одиночку или с помощью других «сталкеров», заползла в голову, как жирный таракан. — Если ты согрелась, то пойдём, пора есть, — Дубный поднялся и пошёл, даже не дождавшись девушку. Она лишь хмыкнула на эту глупую привычку, но тоже поднялась и поспешила за ним. Ещё не хватало здесь заблудиться. Пока они ели безвкусную кашу в импровизированном баре, Саша всё-таки решила разузнать, кто здесь более-менее адекватный, а кого лучше обходить стороной. — Значит, у вас тут типа два лидера? Бродяга и Фауст? — спросила она, повернувшись к Моржу, который сидел на ящике и пил энергетик: ему ещё предстояло сегодня дежурить ночью. — Ага. Бродяга собрал нас всех здесь, помогает, заботится. А Фауст… он как… м-м, как же это называется… — Долбаёб он, — не сдержался Семён. Дубный ненавидел проповедника всей душой. — Ну, я вообще-то хотел сказать духовный лидер… — продолжил Морж, почесав затылок. — Фауст вытаскивает тех, кто совсем отчаялся. Пусть со стороны его методы кажутся странными, но братьям помогает. Это главное. — Он похож на лидера секты, — вынесла Саша своё первое впечатление о Фаусте. — А что такое секта? — искренне поинтересовался Морж. — Сборище потерянных людей, которым мозги промывает их поехавший лидер… — процедила она.  В голове на миг вспыхнули старые, неприятные воспоминания, и Саша нахмурилась. — Раньше мы такими и были — горько ухмыльнулся Семён. Когда они закончили есть, Александру снова отвели в медблок — пока раненых не было, она могла ночевать там. — Если что-то понадобится, загляни к Завхозу. Он почти напротив медблока сидит, — сказал Морж и, подмигнув, отправился на своё дежурство. Слава тоже ушёл куда-то, видимо отдыхать, и Саша осталась одна. Одиночество, к которому она привыкла, теперь не приносило облегчения. В очередной раз Вселенная, Бог или кто там ещё, лишили её хоть какого-то кусочка нормальной жизни, будто ей и так мало досталось трудностей за свои двадцать шесть лет.  — Почему всегда я… — девушка тихо спросила пустоту, сжимая кулаки. — Что я такого сделала, чтобы всё это заслужить?! Только наедине с собой Саша позволила себе дать волю слезам. Она опустилась на койку и, отвернувшись к стене, тихо зарыдала.  Фауст не спеша завернул в лазарет, оставив своего поводыря Фому чуть поодаль. Изначально Проповедник собирался за аптечкой, для Серпа, которого немного потрепали мутанты, когда тот выполнял его задание, но тихие всхлипы и жалобы на несправедливость остановили его в дверях. Белёсые глаза сразу же скользнули по комнате, выискивая девичий силуэт.  Ещё раз убедившись, что он не видит её, но зато прекрасно слышит, Фауст, по привычке, желая утешить, заговорил.  — Всё, что кажется ужасным и несправедливым, имеет смысл для тех, кто видит дальше. — Блять! — вскрикнула Саша, резко развернувшись, сердце застучало быстрее при виде незваного гостя. — Извини, я не хотел тебя пугать… — Что тебе нужно?! — напряглась Саша, зная, что с такими как он, наедине лучше не оставаться. — Я пришёл за аптечкой, поможешь найти? — спокойно произнёс Фауст. Девушка сжала губы и взглянула на него настороженно, но всё же согласилась помочь. Она встала с кровати, огляделась в полумраке и, заметив стеллаж с медикаментами, направилась к нему. Достав от туда аптечку, Саша подошла к мужчине и протянула ему её. — Держи… если это всё, что тебе было нужно, пожалуйста, уходи. — Благодарю, — обворожительно улыбнулся Фауст. — Когда мир вокруг рушится, важно найти веру внутри себя. Пусть она станет твоей опорой, и слёзы больше не будут столь горькими. Когда полденец исчез за дверью, Саша глубоко вдохнула. Страх, принесённый его присутствием, медленно растворялся, уступая место усталости. Нужно было ложиться спать. Девушка верила, что завтра она точно проснётся в своей кровати, и всё это покажется лишь помешательством на фоне многолетнего стресса.