Где кончается Земля

Последующие дни Бродяга, занимаясь делами Полдня, был очень воодушевлён, хоть внешне и делал вид, что спокоен. Где-то в пути на Дикий остров был Дегтярёв. В присутствии корпусовца Бродяга чувствовал себя куда увереннее — словно Саня действительно был ему братом. Причём не просто братом, а старшим: более опытным, умеющим подобрать слова даже к самым дурацким вопросам Бродяги. Иногда Лидеру говорили, что и он для кого-то стал старшим братом — надеждой, опорой. Но Бродяга сам в это не верил. Какой из него старший брат, если он даже Фауста заткнуть не мог? Позволял тому лезть в головы полденцам… и теперь ещё Саше. Девушка сама пришла к нему в один из вечеров и попросила разрешения присутствовать на «проповеди» Фауста. Бродягу это… очень насторожило. Но он не имел никакого права ограничивать Сашу — это было бы неправильно. Единственное, что Лидер Полдня приобрёл за всё время своего скитания без памяти — принципы. И один из них гласил: каждый вправе сам выбирать свой путь, да и Саша уверяла его, что к Проповеднику она относится с недоверием, а все его слова делит на ноль. Девушку, как он подумал, просто потянуло посидеть в кругу других полденцев, познакомиться, почувствовать себя частью чего-то, а не чужой среди бетонных стен, посреди опасной Зоны. Ей было одиноко. И Бродягу… его это почему-то встревожило сильнее всего. «Пойдём вместе», — ответил он тогда Саше, и вот они уже сидели рядом на прогнивших ящиках, и едва заметно касались друг друга плечами, но Бродяга чувствовал это прикосновение так отчётливо, словно оно прожигало ткань куртки. Фауст, вещая привычным спокойным голосом, ощущал каждую эмоцию своего духовного врага и по совместительству брата. Но, чтобы не вызывать лишних подозрений, он даже не поворачивал голову в ту сторону. План начал работать, и намного раньше, чем Проповедник рассчитывал. Саша затащила Бродягу на проповедь, даже без контролёрского влияния. За такую услугу девушку следовало отблагодарить. После того как всё закончилось, полденцы начали расходиться по своим делам. Кто-то заступал на ночное дежурство, а кто-то потянулся в бар.  На базе Полдня действовал своеобразный сухой закон, поэтому за стойкой пили воду, чай, энергетики и тихо переговаривались.  Бродяга хотел позвать Сашу к остальным, но не успел. Девушка поднялась со своего места и направилась к Фаусту. Самому Лидеру сейчас меньше всего хотелось хоть как-то контактировать с «братом», но и оставлять их наедине, было бы слишком опасно, поэтому он последовал за ней. — Фауст, — окликнул Бродяга брата. — Не часто тебя можно увидеть в нашем кругу, Бродяга, — отозвался Проповедник. — Обычно ты приходишь только затем, чтобы остановить мои слова. Что изменилось? — Это из-за меня он здесь, — прозвучал рядом голос Саши и Проповедник повернул голову в её сторону. — Вот как… — Фауст слегка улыбнулся. — Тогда спасибо, что пришла послушать. — Я пришла лишь затем, чтобы отблагодарить тебя за помощь с вещами. И всё, — резко ответила девушка.  — За помощь? — Бродяга перевёл тяжёлый, настороженный взгляд с Фауста на девушку.  — Тебе не о чем переживать, брат. Я всего лишь случайно оказался в нужном месте в нужное время, — спокойно ответил слепец. — Фауст, ты переходишь границы. Я уже говорил тебе держаться подальше… — голос Бродяги стал жёстче, ниже. Саша машинально сделала шаг в сторону, чувствуя, как между мужчинами натягивается невидимая струна из злости, готовая вот-вот лопнуть.  В этот момент дверь, ведущая в Убежище, со скрипом открылась, заставляя всех перевести взгляд в сторону входа. В проёме появились незнакомые сталкеры в синевато-черной экипировке. — Ну и ну… — протянул самый высокий, двигаясь к троице и на ходу снимая противогаз. — Смотрю, вы как всегда не слишком рады гостям. За ним осторожно прошли внутрь и остальные. Напряжение Бродяги мгновенно испарилось, а вот Фауст напротив, стал ещё более мрачным. Лидер Полдня пошёл навстречу мужчине, и они крепко, по-братски обнялись. — А это кто такие? — прошептала Саша. Очередные странные типы, она ведь к полденцам только-только привыкла, а теперь ещё и другие пришли.  — Это группировка «Корпус». А их лидер, Дегтярёв, самый надоедливый сталкер во всей Зоне, так что приготовься к допросу, — раздражённо проговорил Фауст и направился к своей контролёрской берлоге. Дёготь проводил Фауста серьёзным взглядом. Ему не нравился этот полденец — и не только потому, что тот постоянно приносил Бродяге проблемы. Было в Фаусте ещё кое-что. Его незрячий взгляд. Он всегда смотрел им так, будто видел больше, чем положено. Видел в Дегтярёве добычу. — Саша, это мой друг Дёготь. Он лидер группировки «Корпус», — сказал Бродяга, подходя вместе с ним к девушке. Саша внимательно всмотрелась в лицо неожиданного гостя и кивнула в знак приветствия. На сталкера он походил слабо — для Зоны слишком ухоженный и чересчур статный. — Здравствуй, тёзка, — улыбнулся Дегтярёв. — Бродяга вкратце объяснил, как ты здесь оказалась. Но, если честно, я бы предпочёл услышать эту историю лично, от такой то красавицы.  Сидя за столом в комнате Бродяги и внимательно выслушивая всю историю — от того, как Саша оказалась в Зоне, до того, как ей здесь живётся, — Дёготь молча кивал, изредка постукивая пальцами по столешнице. Иногда он бросал короткие, странные взгляды на своего друга, сидящего на кровати. Словно пытался прочитать по его лицу то, о чём тот предпочитал не говорить вслух. Когда Саша закончила, Полковник лишь устало выдохнул.  — Сложная ситуация, Сань, — заключил Дёготь, — но ты не переживай. Мы с Бродягой и не в таких передрягах бывали, разберёмся.  — Да это не просто сложная ситуация… — Саша поморщилась. — Вы, кстати, надеюсь, не пришибленные, как… — она запнулась и быстро добавила: — извини, Бродяга… как полденцы. — Ха, — усмехнулся Дёготь. — в Зоне у всех, в своём роде, что-то не так с головой. Если ты про амнезию — нет, этим я не страдаю, как и люди в моей группировке. Память у меня отличная. Профессия обязывает. — Вот как… — девушка улыбнулась с облегчением. — Это радует. Хоть с кем-то можно будет поговорить о нормальных, человеческих вещах. — Ты уж извини, что выгоняю тебя сразу после знакомства, — прервал её Дёготь, — но нам с Бродягой нужно поговорить с глазу на глаз. А ты пока подойди к моим ребятам. Гарпия, как узнала, что на Диком острове женщина оказалась в трудной ситуации, так сразу насобирала для тебя всякого… вашего, женского. Заберёшь у Нора. Саша сначала расстроилась, но, узнав, что для неё тоже что-то принесли, немного поубавила пыл и вышла из комнаты. — Сань… ты же можешь вернуть её домой? — наконец отозвался Бродяга, до этого молча тонувший в собственных мыслях. — Как я уже говорил, ситуация сложная… — Дёготь нахмурился. — Ты нашёл тот артефакт? — Нет. Всё болото обошли — пусто. — Понятно. Видишь ли… — он уселся поудобнее на старом стуле. — Своим отказом вступать в Варту или МСОП я здорово испортил отношения с начальством. Теперь я не могу просто взять и эвакуировать человека. Нужна веская причина. — Но разве то, что человек с Большой Земли за секунду оказался в Зоне, — не веская причина? — глухо спросил Бродяга. — Я бы сказал — она слишком серьёзная. Если начну всё объяснять официально, бедную девушку так просто не отпустят на Большой. А может, и вовсе не дадут выйти из Зоны.  В комнате повисла тяжёлая тишина. — Чёрт… — выдохнул Бродяга, опуская взгляд в пол. — Я обещал, что верну её домой. — И я хочу помочь тебе в этом, — Дегтярёв наклонился вперёд. — Правда хочу. Но нам нужен другой путь. Не официальный и не быстрый. Нам нужно понять, почему именно она сюда попала.  — Думаешь, это всё что-то значит? — Я никогда не слышал, чтобы артефакты появлялись у кого-то в квартире и сразу создавали пространственные аномалии. Монолитовцы пользовались похожими технологиями, но даже они так далеко не прыгали… То, что случилось с Сашей, выбивается из всего, что мы знаем. — И что будем делать дальше? — Я продолжу поиск засекреченных документов под Припятью, поставив в приоритет информацию о пространственных аномалиях. А тебе нужно как-то связаться с «Искрой», думаю, они могут что-то знать. Меня Шрам не жалует, так что помочь напрямую не смогу — извини. — Ты и так выручаешь меня по полной… спасибо, Саш, — Бродяга встал и кивнул в сторону выхода. — Пойдём лучше расслабимся. А то я тебе толком даже прийти в себя не дал с дороги. Выйдя из комнаты Бродяги, девушка направилась в сторону угла, где расположились корпусовцы. — Здрасьте… — поздоровалась она. — Ваш начальник сказал, что мне нужно забрать вещи, которые для меня Гарпия подготовила… — Ну привет, подруга, — отозвался мужчина со шрамом на лбу и окинул её внимательным взглядом. — А ты, я смотрю, не из боязливых. Мне такие нравятся. Я Нор. Можно просто Дима. — В каком смысле? — нахмурилась Саша. — Да в прямом. С бывшими монолитовцами под одной крышей жить — на это, знаешь ли, смелость нужна. Мы тут обычно одну ночь перекантовываемся, и то не по себе. — Они, конечно, немного ебанутые, — пожала плечами девушка, — но вроде безобидные… — Ага, — хмыкнул Нор. — Это только так кажется. Никто не знает, когда им снова в голову стрельнет этот их Монолит — и пойдут косить всех направо и налево. — Они из-за Монолита кого-то убивали? — Та-а-ак… — протянул Дмитрий. — Значит, ты не в курсе их прошлого. Тогда неудивительно. Хах. А Бродяга, выходит, не такой уж простой, каким кажется. Держит молодую девушку при себе и при этом молчит. Удобно. — Тогда расскажи ты, — Саша посерьёзнела. — Я хочу знать. — Монолитовцы убивали всех подряд. Без разбора. Вольных, свободовцев, долговцев — им было всё равно. В их глазах мы все были неверными, а значит заслуживали смерти. Потом они начали приходить в себя. Не помнят, кем были до Монолита, чем занимались пока ходили под ним. А вот мы… — мужчина горько усмехнулся. — Мы всё это прекрасно помним. — Я… я об этом не знала… — тихо выдохнула Саша. Внутри всё неприятно сжалось, страх начал медленно расползаться под рёбрами. — Уж извини, — добавил Нор. — Я не хотел тебя пугать. Я к ним нормально отношусь из-за Дёгтя… но всё равно как-то не по себе рядом находиться. Он на секунду замялся, а затем добавил. — Если захочешь… пойдём с нами. Корпус всегда рад новым лицам. — Мне нужно подумать… — Мы завтра утром выдвигаемся, — Дима протянул ей сумку с припасами. — Дай знать, если надумаешь присоединиться. Саша забрала у Нора вещи и молча направилась в сторону медблока. В голове крутилось только одно: она живёт под одной крышей с бывшими сумасшедшими убийцами. Нужно валить. Как можно быстрее и как можно дальше. Но и к Корпусу примкнуть — не вариант. Дёгтярёв — хороший друг Бродяги. А значит, он не лучше них. Потому что… как вообще можно дружить с такими людьми? Зайдя в комнату, девушка бросила вещи на кровать и начала мерить помещение шагами. Может, получится попросить корпусовцев довести её до какой-нибудь другой сталкерской базы, а там уже разобраться, как вернуться домой? Её метания прервал Слава, вернувшийся из бара. — Привет. Ты чего такая хмурая? Болит что-то? — Нет… всё нормально… мне нужно идти… — Саша сделала несколько шагов назад, а затем выбежала из медблока.  Тревога накрыла новой волной. Ей теперь было страшно оставаться наедине с любым полденцем. Саша оглядела Убежище, не зная, куда податься, лишь бы никого не видеть — и вдруг вспомнила про пещеру Фауста… Вряд ли там сейчас кто-то будет. Перетерпеть по утра, да и всё, а потом уйти с Корпусом. Девушка дошла до места, на удивление никого не встретив. Пройдя вглубь пещеры, она устроилась на каком-то камне, в стороне от аномалий, прислонившись спиной к холодной стене. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь редкими каплями воды, падающими с потолка. Сердце все ещё бешено колотилось от страха, но здесь, в глубине пещеры, она чувствовала себя немного безопаснее.  Фауст тихо вошёл в пещеру, но Саша всё же заметила силуэт. Он медленно шёл к другому выходу — туда, где они тогда ночью смотрели на светящихся рыб — не останавливаясь и не замечая, что кто-то находится внутри. Похоже, и он иногда нуждался в уединении, скрываясь от всех здесь. Девушка не могла понять, почему его присутствие одновременно пугает и завораживает. Саша хотела тихо уйти, пока мужчина отошёл достаточно далеко. Она встала со своего места и начала осторожно спускаться, но случайно пнула небольшой камень. Тот покатился и с плеском угодил прямо в химическую аномалию, которая тут же зашипела, будто возмущённая тем, что её потревожили. — Кто здесь? — сказал Фауст и резко обернулся на звук, хоть он и знал ответ. Если он кого-то не видит, но слышит, значит это Александра. — Это я… — отозвалась Саша. — Я уже ухожу. Прости, что потревожила. — Что ты здесь делала? — серьёзно спросил Проповедник, и от его тона у девушки по спине пробежал холод.  — Н-ничего… — она сглотнула. — Искала место, где можно побыть в безопасности. — И для этого ты выбрала самое опасное место во всём Убежище? — Фауст медленно пошёл в её сторону. — Уж лучше здесь, чем в компании с такими как ты. — Тебя кто-то обидел? Фауст остановился и посмотрел на девушку сверху вниз. Расстояние между ними оказалось неприлично маленьким, настолько, что Саша чувствовала холод от его тела. — Нет… — Саша подняла свой взгляд и попыталась рассмотреть в белесых глазах угрозу. — Просто… скажи мне правду, Фауст. Пожалуйста. Что вы делали, когда служили Монолиту? — Чью правду ты хочешь услышать? Мою… или Бродяги. — Всю, — тихо ответила Саша. — Я просто хочу знать, как всё было на самом деле… — Мы были храбрыми воинами, Александра. Несли в себе часть чего-то большего. Но Бродяга скажет, что мы несли смерть. — Значит… вы и правда были безумными фанатиками. Которые убивали всех подряд… — Не называй нас так, пожалуйста, — Фаусту пришлось сдержаться, чтобы в его голосе не прозвучала угроза. Он ненавидел эти слова. Ненавидел, когда так называли его и братьев. — Х-хорошо… — рвано выдохнула девушка. — Ладно, мне правда пора. Можно… я пойду? Саша сделала шаг назад и уже собиралась развернуться, но крепкая мужская рука сомкнулась на её запястье. — Постой. Проповедник замер, прислушиваясь к ней. Что-то было не так. Девчонка всегда его боялась, но сейчас… страх был другим, почти животным. И дерзость, которой она раньше прикрывалась, исчезла без следа. Почему? Нужно будет во всём разобраться, и ещё Фауст понял, что придется слегка вторгнуться в её голову, раньше чем он планировал, чтобы Саша не сорвала его план.  Тело ослабло быстрее, чем разум успел осознать опасность. Саша покачнулась, и Фауст сразу поймал её, не дав упасть. Он поднял девушку на руки и понёс прочь из пещеры, в сторону своей комнаты.