Плюсы быть Слизеринцем

Было очевидно, что эта школа совершенно отличается от школы магглов, в которую ходил Гарри. Не только из-за предметов — зельеварение, трансфигурация, заклинания вместо английского и математики — и не только из-за длинных чёрных мантий или того, что школа была в замке. Одно из главных различий для Гарри заключалось в том, как к нему здесь относились. В маггловских школах никто не обращал на него внимания, а если и обращал — то только чтобы обидеть или насмехаться. Здесь же его уважали. И это явно имело отношение к зелёному гербу со змеёй на груди и к усмехающемуся белокурому мальчику рядом, который тут же посылал бы заклятье любому, кто взглянул бы на него не так. Это не менялось за все пять лет, что прошли с момента их знакомства. Когда Драко становился слишком вспыльчивым, Гарри старался его успокоить: рассказывал шутку или отвлекал от неприятностей — например, от глупого первокурсника из Пуффендуя, который споткнулся и вылил чернила на их мантии, или чего-то подобного. Драко помогал Гарри с зельями. С первого дня у Гарри с ними были проблемы, поэтому они часто устраивали совместные занятия в библиотеке. Драко иногда раздражался на Гарри за то, что тот не понимал очевидного для него, но это быстро проходило, и им всегда удавалось не допустить, чтобы Гарри получил оценку ниже «удовлетворительно». В свою очередь, Гарри помогал Драко с гаданием — предметом, который тот считал бесполезным, но в котором открытый ум Гарри и его исключительные наблюдательность и внимание к деталям были очень кстати. Эти занятия обычно проходили веселее: они смеялись над странностями профессора Трелони и придумывали для домашних заданий невероятные предсказания смерти друг для друга, ведь профессору, похоже, никогда не удавалось быть довольной, если её ученики не умирали. Оба играли за команду своего факультета в Квиддич. Гарри был ловцом, а Драко — лучшим вратарём, которого когда-либо видел Слизерин. Их редко кто мог победить. Они часто практиковались вместе, чтобы выпустить накопившееся раздражение или просто расслабиться. Они чередовали роли: половину времени Гарри играл загонщика, помогая Драко. Помогать Гарри было сложнее, так как настоящего Снитча использовать нельзя было. Обычно вместо него брали яблоко. Драко держал его, летая как можно быстрее и сумасшедше. Гарри должен был лететь за ним и выхватить яблоко из его руки. Кто выигрывал — тот и съедал яблоко. С годами Гарри постепенно влюбился в своего лучшего друга, но никогда не говорил об этом. Драко решил остаться в Хогвартсе на Рождественские каникулы вместе с Гарри. Частично потому, что не хотел ехать к родителям, частично ради рождественского подарка для Гарри, который он нашёл ещё летом. Гарри знал, что Драко остаётся, но не догадывался о подарке. К началу декабря он всё ещё не имел ни малейшего представления, но хотел подарить что-то особенное, ведь они будут проводить праздники вместе. В свободное время он ломал голову, собирая факты о Драко: что он любит — огненное виски, зиму, Квиддич; что не любит — магглов, пот, гриффиндорцев. Большинство этих фактов особо не помогали. Однажды, возвращаясь домой после практики Квиддича, у Гарри появилась идея. Драко только что выиграл и ел яблоко, поддразнивая Гарри, как всегда. Его белокурые волосы были взъерошены, а на лбу блестела лёгкая влага. Усмешка смешивалась с искренней кривой улыбкой. Его слизеринская квиддическая мантия подчёркивала зелёные блики в серых глазах. Драко выглядел потрясающе, и у Гарри — который в свободное время неплохо рисовал — возникло невероятное желание его изобразить. Он решил сделать именно это и подарить рисунок на Рождество. Подарок был особенным и при этом не требовал усилий — ну, не тех усилий, которые Гарри не хотел бы приложить. В тот же день он начал рисовать, пока Драко был где-то занят мучением первокурсников. Рисовать Драко ему было легко: он уже давно запомнил каждую деталь его лица. Он знал все выражения, понимал, что они значат и почему он так себя чувствует. На рисунке был тот самый полуусмешка, полуулыбка, которую Гарри любовался раньше. Волосы спадали на сторону лица, в одной руке — яблоко, в другой — метла. Гарри оставил фон белым, сосредоточив всё внимание на Драко. Он рисовал быстрыми, нежными штрихами: карандаш словно ласкал лицо при каждом движении. Услышав приближение шагов Драко, Гарри быстро спрятал рисунок внизу сундука и встретил друга, как будто лежал на своей кровати всё это время. Рисунок он завершил за три сеанса — весьма короткое время для такого проекта, ведь, хотя он и был не слишком большим, детализация была потрясающей. Гарри не переживал о подарке до самого начала каникул. Он начал бояться, что Драко удивится, как хорошо Гарри его знает, и будет шокирован тем, что его лицо было так тщательно проанализировано. Драко был человеком сдержанным, который редко показывал свои настоящие эмоции, и Гарри опасался, что тот воспримет это как нарушение личных границ. После этого Гарри едва мог смотреть Драко в глаза. Но Драко, сам обладающий острым взглядом, сразу заметил его замешательство: — Что с тобой, Поттер? — спросил он через пять минут после их первой беседы с того момента, как Гарри начал волноваться. — Что ты имеешь в виду? — Гарри пытался отойти от темы. — Ты ведёшь себя так, словно я сделал то же самое, когда случайно увидел свою тётю голой и мне было слишком стыдно смотреть на неё, — сказал Драко, скрестив руки. Гарри не мог представить, что Драко может испытывать смущение, но понял, что тот имел в виду. Он покраснел и проклял себя за это. Он не знал, как защитить себя, но Драко ждала ответа. — Э-э… — начал Гарри, — это не совсем так… скорее… — Скорее как…? — нахмурился Драко. Гарри решил просто сказать правду. — Я только недавно понял, как хорошо я тебя знаю, и не уверен, хочешь ли ты, чтобы я знал тебя так хорошо. Ты не тот человек, кто позволит кому-то знать о себе столько, и я боюсь, что тебе это не понравится… и я не знаю, что будет с нашей дружбой… Драко прервал его, подняв руку: — Только недавно? — усмехнулся он. — Похоже, ты не знаешь, что я тоже тебя прекрасно знаю, Поттер. Я вижу, что ты наблюдателен, и раз мы проводим много времени вместе, не удивлюсь, что ты много обо мне заметил. Я показываю тебе гораздо больше, чем другим, так что перестань вести себя как нервный Пуффендуец. Гарри впервые за долгое время посмотрел на Драко и рассмеялся. Действительно, он бы вряд ли смог долго не смотреть на него. Лицо Драко к этому не привыкнешь, но как-то привыкаешь и одновременно зависишь от него. Драко тоже смеялся над глупостью Гарри. Его глаза были полны нежности. — Ты прав. Я веду себя глупо, — наконец сказал Гарри. — С каждым разом всё сильнее, — пошутил Драко. — Пошли, пока не опоздали на зелья.