Врачи больницы "Байхуа"

Пообедали они быстро, а потом долго-долго целовались на заднем сиденье автомобиля Вэй Усяня, наверстывая мучительно пустые годы, проведенные по отдельности, в обиде и злости – и все эти мерзкие чувства истончались, исчезали, спасаясь от настойчивых и жадных касаний губ и рук. Оба готовы были обо всем забыть и не отрываться друг от друга вечность, но Ванцзи все-таки нужно было возвратиться в клинику, а Вэй Усяню стоило с пользой провести остаток своего внепланового выходного – если быть точным, выспаться, потому что накануне он полночи мучился от бессонницы. Поэтому они с сожалением расстались физически, но виртуально забросали друг друга сообщениями, ничего не значащими в глобальном смысле, но такими нужными для их маленького мира, существующего на двоих. Вечером они созвонились по видеосвязи и целый час болтали обо всем и ни о чем, как влюбленные школьники, готовые поддерживать любой диалог – лишь бы не разрывать контакта. Ванцзи, разболтавшийся не на шутку, пересказавший все, что произошло с ним за день, похваставшийся успехами дочки в школе и повеселившийся выходкам ее крольчонка, не узнавал сам себя. Даже в юные годы, тем более в юные годы он никогда не хотел, да и не умел говорить так много, так долго и так пространно ни с кем. Ночью же ему приснился крайне непристойный сон с Вэй Ином в главной роли, и, проснувшись наутро во влажных простынях, словно подросток, Ванцзи долго соображал – это память подсунула ему утраченное или пробудившаяся фантазия предлагает на будущее. В клинике, к сожалению, они не успели увидеться – у Вэй Усяня начался прием, а Ванцзи было необходимо подготовиться к ряду плановых операций, но теплые игривые сообщения, заполонившие их чат, смешные стикеры и не очень приличные гифки не оставляли ни единого сомнения в том, что их новое начало стартовало самым правильным образом.

***

Едва Су Миньшань вышел из дверей операционной, как был сразу прижат к стене. Ванцзи навис над ним коршуном, стискивая обеими руками его плечи и не обращая внимания на испуганные возгласы девушек-ассистенток. - Сколько я должен повторять, что перед любой операцией все! Приборы! Должны быть! Проверены?! – прошипел он яростно. – Вы снова едва не угробили пациентку! Что на этот раз произошло?! Какой клапан запал? Какой монитор мигнул? Или что вы еще придумаете?! Анестезиолог дернулся было прочь, но Ванцзи держал его крепко. - Я ни в чем не виноват! – Су Миньшань вздернул нос и сощурился. – А если у вас под руками, доктор Лань, произошел непредвиденный разрыв сосуда, то это и вовсе ваша вина! - А кто не оценил кровопотерю и продолжил давать наркоз в прежнем объеме?! Тоже я?! – Ванцзи брезгливо отпихнул Су Миньшаня, показательно отряхивая ладони. - Сестра Цзун должна была оперативно оповестить меня! – рыкнул на него анестезиолог. - А сами вы без глаз? Или без соответствующей квалификации? – зловеще уточнил Ванцзи. – Все, Су Шэ, это был последний раз. Собирайте вещи. - Вы не имеете права так говорить со мной! – взвизгнул анестезиолог, ненадолго растерявшись – свое неофициальное имя он явно был готов услышать от кого угодно, только не от Ванцзи, который даже во время их совместной учебы в медколледже его так не называл. – Вы не мой работодатель! И вы тоже допустили ошибку, которая едва не стала критической! Если уж на то пошло, то мы на равных, Лань Ванцзи! – его внезапно понесло, и Су Миньшань стал выплевывать слова со скоростью пулемета. – И не нужно тут строить из себя непогрешимую звезду, когда у самого рыльце в пушку! Гробишь детей почем зря, а потом тебя отмазывают высокопоставленные родственнички! И хотя бы за одного ты понес ответственность, даже отстранили всего единственный раз, да и то не за своего, а за косяк этого Вэй Усяня, которого вообще из какой-то дыры вытащили, где ему самое место! Рядом ахнула одна медсестра, вторая почему-то вылетела за дверь, а подоспевший интерн Вэнь бросился Ванцзи наперерез, но не успел – рука Ванцзи уже легла на шею Су Миньшаня, сдавливая кадык. - Повтори. - Доктор Лань… - Вэнь Юань попытался воззвать к рассудку Ванцзи, - не нужно так, он этого не достоин… - Ненавижу тебя! – прохрипел Су Миньшань, ухватываясь обеими руками за запястье Ванцзи. – Блестящий студент! Великолепный врач! Ага, как же! Задрот и выскочка! А когда напьешься, еще и гоблин, каких поискать! – он вдруг рассмеялся, зло и бесстрашно. – Жаль я поздно узнал про твою особенность, да и наблюдал всего один раз, на третьем курсе, когда ты винца хлебнул, а потом пошел в разнос, и если бы не твой брат, кто знает, где бы ты закончил тот день и свое обучение в престижном вузе заодно! - Что он несет? – озадаченно спросил интерн. Ванцзи не ответил, смотря на анестезиолога в упор. На него накатило кристальное осознание – стоит всего лишь немного сжать пальцы, и этого существа не станет. И его мерзопакостность сдохнет вместе с ним. - Ты можешь сколько угодно полоскать меня, но Вэй Ина трогать своим грязным языком не смей, - Ванцзи неосознанно усилил давление, и Су Миньшань начал закатывать глаза. - Господи, что тут происходит? – раздалось от двери – сюнчжан влетел в нее, как будто за ним гнались. – Ванцзи, остановись, ради Бога! - Лань Чжань! Нет! Стой! Услышав этот голос, Ванцзи словно стряхнул наваждение. - Вэй Ин? Он оглянулся, а потом непонимающе уставился на задыхающегося Су Миньшаня, сразу отдернув руку. Анестезиолог кулем повалился на пол, откашливаясь и хватаясь за шею. - Я этого… так не… оставлю!.. – пригрозил он, едва смог нормально вдохнуть. - Что случилось? – сюнчжан потряс Ванцзи за плечо, но тот не успел ответить – интерн Вэнь твердо взял слово: - Доктор Су допустил серьезный просчет во время операции, а после того, как доктор Лань указал на это, начал высказывать оскорбления… многим, - он слегка запнулся, но глаз от лица внимательно слушающего заведующего не отвел. – Когда доктор Су произнес порочащие слова про других врачей, доктор Лань применил физическую силу, чтобы утихомирить доктора Су, поскольку иначе тот замолкать не собирался. - Да, так и было! – хором подтвердили две медсестры. - Применил физическую силу? Теперь это так называется? – Сичэнь снова перевел взгляд на брата. - Да он чуть не убил меня! – сипло проорал Су Миньшань. – Это покушение на жизнь, и я требую официального разбирательства! Ванцзи отмер и ответил сюнчжану таким же прямым взором: - Я тоже требую официального разбирательства и заявляю об отсутствии у доктора Су знаний и навыков, необходимых для занимаемой им должности, и, следовательно, о полном служебном несоответствии. Заведующий молча рассматривал его некоторое время, потом приказал: - Объяснительные мне на стол – твою и вашу, доктор Су, служебные записки – от интерна Вэня, сестер Цзун и Го. Протокол операции. Срок – до пяти вечера. - Принято, - свирепо произнес Ванцзи, сдирая с себя одноразовый хирургический халат. - Я все напишу, все! – пообещал ему Су Миньшань, но Ванцзи даже не глянул в его сторону, стремительно покинув оперблок. Вэй Усянь нагнал его почти у ординаторской и молча перехватил за руку, не останавливая, а просто следуя рядом. Ванцзи сжал его пальцы своими. - Ты из-за чего так взбеленился? – спросил Вэй Усянь, когда они остановились у знакомой двери. Ванцзи развернулся к нему: - Он посмел раскрыть свой ублюдочный рот на тебя. Вэй Усянь нервно хихикнул: - Ой, Лань Чжань, ну и подумаешь… на меня кто только пасть не раскрывал… если бы я душил всех, кто это делает, половина Чунцина бы вымерла! И немножко Пекина. - Не преувеличивай, - Ванцзи мотнул головой. – А Су Шэ вообще не имеет права голоса ни в чем, что касается тебя. Мало ему досталось, нужно было больше выдать звездюлей. Вэй Усянь хохотнул: - И от кого я это слышу? От всегда выдержанного и собранного доктора Ланя? Кто ты и куда ты дел моего Лань Чжаня? Впрочем… - он улыбнулся, мягко и как-то робко, - такой Лань Чжань, решительный и горячий, мне нравится даже больше того ледяного принца, который никогда не нарушал правил… Ванцзи вперил в него взгляд, чувствуя, как внутри поднимается волна необъяснимого жара: - Правила. Вэй Ин, я всегда их нарушал, просто об этом совершенно не обязательно было знать посторонним людям, - и с этими словами он потянул Вэй Усяня в сторону, втолкнув его в небольшую кладовую рядом с ординаторской, хранящую в своих недрах сменное постельное белье, халаты, полотенца и прочий больничный текстиль. - Лань Чжань, ты чего? – удивился Вэй Усянь. – Где это мы? Ответом его не удостоили. Ванцзи замкнул дверь и притиснул Вэй Усяня к ближайшей полке, на которой высились ровные стопки одноразовых пеленок, запаянных в индивидуальные пакеты. Полка вздрогнула, и стопки опасно закачались, но Ванцзи было уже все равно. Он поцеловал Вэй Усяня первым, жадно, влажно, обхватив его лицо ладонями и прижимаясь к нему всем телом, проник в податливо раскрывшийся рот, жарко провел языком по деснам, слегка прикусил манящую нижнюю губу, вызвав краткий стон, и ощутил ответные страстные прикосновения чужого языка, сплетающегося с его собственным. Этот поцелуй был совсем не похож на те, что они дарили друг другу накануне. Те, прежние, по сравнению с настоящим показались бы весьма целомудренными, а сейчас что Ванцзи, что Вэй Усянь пытались если не сожрать друг друга, то точно высушить, как вампиры своих жертв. Вэй Усянь обхватил Ванцзи за шею, прижавшись к нему еще теснее, хотя Ванцзи был уверен, что уже некуда, и впился в его губы очередным поцелуем-укусом, даря напористые и даже агрессивные ласки. - Демон тебя задери, Лань Чжань… - зашептал Вэй Усянь, едва смог заговорить, - почему ты такой горячий? - Ты рядом, - отозвался Ванцзи лаконично и спустился острыми поцелуями на его челюсть, а потом и на шею, оставляя засос. - Ащщщ, - прошипел Вэй Усянь, - Лань Чжань, мне же работать еще… - Можешь сделать то же самое, - разрешил Ванцзи, но от своего занятия не оторвался. Его возбуждение, возникшее так резко, что перед взором потемнело, хлестнуло через край, когда при свете тусклой лампочки, единственной в этом крошечном помещении, он увидел лихорадочно блестящие серые глаза. - Хочу тебя… - сообщил им Ванцзи и снова наградил Вэй Ина глубоким поцелуем. - Хочу тебя… - отозвался этот негодник и внезапно оттолкнул Ванцзи, впечатав в противоположную полку. Тот ошеломленно уставился на него, а Вэй Усянь, недолго думая, скользнул на пол, встав на колени, и потянул голубые форменные брюки Ванцзи вместе с бельем вниз. Ванцзи закусил губы, не смея пошевелиться, а Вэй Ин быстро освободил его потяжелевший пенис и огладил ласковыми горячими пальцами, взглянув снизу вверх: - Не вздумай сопротивляться, доктор Лань. С этими словами он, недолго думая, наделся жарким ртом на пылающее естество Ванцзи. - Я не… - Ванцзи крупно вздрогнул, когда алые губы обхватили его член, и не смог сдержать стона. – Вэй Ин… Тот выпустил его изо рта с мокрым, возбуждающе-вульгарным звуком и поинтересовался: - Да, Лань Чжань? - Ты… ты не обязан… - Ты дурак? – Вэй Усянь искренне удивился, подразнив припухшую головку пальцами. – Я сам хочу этого! Так что заткнись, Лань Чжань, и получай удовольствие… И он снова вобрал член Ванцзи в себя, скользя по стволу, обвивая его языком и лаская губами, проталкивая в горло и заглатывая, а потом снова почти выпуская изо рта. От вида стоящего на коленях Вэй Ина, от невероятного ощущения обжигающего плена, в который добровольно прыгнуло его достоинство, от самой ситуации, невозможной, но вполне себе реализующейся в данный конкретный момент, Ванцзи очень быстро потерял голову, растворившись в чувственности. Тугой комок, сжавшийся в низу живота, стремительно взорвался, раскалывая действительность на до и после, и Ванцзи, подавив крик, попытался вытащить член из жадного рта, но Вэй Усянь не позволил ему такого самоуправства, поглотив горячий выплеск, выдоив движениями горла и языка закаменевшего Ванцзи до капли, а тот, прикусив ребро ладони до резкой боли, пытался не заорать в голос, помня о том, что за стенами этой маленькой комнатушки, где перед его глазами только что зажглась сверхновая, существуют другие люди, которым совершенно необязательно знать, что Ванцзи сейчас едва не вознесся от бездонной эйфории. Вэй Усянь последний раз широко мазнул языком по всей длине его вздрагивающего члена и снова глянул снизу, облизав губы таким развратным жестом, что Ванцзи импульсивно захотелось шлепнуть по ним головкой и опять погрузиться во влажную тесноту. Но он все-таки сдержался. - Твой вкус не изменился, - заявил Вэй Усянь осоловело, - и он все такой же, сладкий с горчинкой. Такой же, как и ты, Лань Чжань. Ванцзи, не удержавшись на ослабевших ногах, опустился рядом с ним, притягивая к себе и вновь целуя в этот порочный алый рот, извергающий непристойности, заставляющие возбуждение возвращаться. На этот раз поцелуй, предложенный Ванцзи, напоминал легкие касания крыльев бабочки, успокаивающие и щекотные. Вэй Усянь принял его правила, с трепетной нежностью лаская губы Ванцзи своими, и поцелуй вновь затянулся, но теперь он не обжигал, не терзал и не причинял сладкой боли, а качал на волнах взаимного удовольствия. Но когда Ванцзи, именно о взаимности и вспомнив, попытался опустить руки ниже, к бедрам Вэй Ина, тот осторожно перехватил его запястья: - Нет, Лань Чжань, нет, не сейчас… мы все успеем, все сделаем, но теперь нам нужно вспомнить о своих обязанностях, хорошо? Ванцзи удрученно вздохнул, нехотя признавая его правоту. Вэй Усянь помог ему привести себя в порядок, раздербанив для этой цели пару пакетов с пеленками, поправил растрепавшиеся волосы Ванцзи, пригладив их нежными ладонями и подтянув слегка съехавший высокий хвост, и кратко притянул к себе, одаривая еще одним, совсем слабым, но все равно сладким поцелуем. - Лань Чжань, я очень люблю тебя. И я всегда буду на твоей стороне. И он вышел первым, не скрываясь, не таясь, как будто заходил в комнатушку по супер-важному делу, оставив Ванцзи наедине со своими мыслями и таким нежданным признанием, с которым ему теперь нужно было что-то делать. Например, беспрестанно повторять про себя. И умирать от любви.

***

- А ведь я говорил! Говорил, что его когда-нибудь прорвет! – торжествующе воскликнул А-Яо, поднимая обе руки к потолку. - Я как-то надеялся, что если это и случится, то не в стенах моего отделения, да и вообще вне клиники, - сокрушенно покачал головой Сичэнь, потирая ноющие виски. – Ну и что теперь прикажешь мне с этим делать? Конфликт с коллегой, насильственные действия. Обычно за это наказывают. И я тоже должен как-то среагировать. А самое потрясающее, знаешь, что? – он хлопнул ладонями по столу. – Когда я встретил Ванцзи буквально через двадцать минут, он был совершенно спокоен, даже безмятежен! И улыбался невпопад! Я его распекаю – он лыбится! Ну как блаженный, честное слово! - Так что там произошло-то? – поинтересовался А-Яо. - Все, что я смог понять, это то, что доктор Су в очередной раз допустил серьезную ошибку, Ванцзи ему высказал свое недовольство – а ты знаешь, как он умеет, да еще если накипело! - Еще как знаю, - А-Яо хмыкнул. - Вот. А Су Миньшань так обиделся, что начал вываливать все свои ответные претензии, причем примешивая кого ни попадя, - вздохнул Сичэнь. – Ну Ванцзи и придушил его немного… Это уж я лично наблюдал, и, поверь мне, зрелище не для слабонервных! - А я бы посмотрел, - Мэн Яо почему-то облизнулся, и получилось это плотоядно. - А-Яо! – Сичэнь взял ручку и грозно постучал ею по столешнице. – Брось свои шуточки! Я даже и не представляю, что теперь ожидать – этот доктор Су человек скандальный и мелочный, с него станется и в сети информацию разнести, и в полицию пойти! - Зачем ты его вообще держишь? – искренне удивился А-Яо. - Ну как тебе сказать… - буркнул Сичэнь. – Звезд с неба он, конечно, не хватает, но работает в целом удовлетворительно. Ты понимаешь, несмотря на все его промахи, никаких серьезных последствий еще не бывало! Максимум, на что тянут его огрехи – выговор! - А, то есть тебе надо, чтобы кто-то умер? – свредничал А-Яо. - Вот тьфу на тебя! – Сичэнь едва не швырнул в него ручкой. - Это на тебя, заведующий Лань, тьфу! – парировал Мэн Яо, слегка заводясь. – Если все его ошибки сложить – вот тебе и служебное несоответствие! Полное или неполное, тут уж не мне решать, но подтянуть вполне можно! А то ведь допрыгаешься, он кого-нибудь угробит, а отвечать тебе! Ну и мне тоже. А я этого не хочу, знаешь ли! Я вообще работать не люблю! Так что чем меньше у клиники косяков, тем я счастливее. - Ванцзи полного служебного потребовал… И расследования еще, - сказал Сичэнь, покачиваясь в кресле. - Я бы на твоем месте предложил этому Су Миньшаню свалить тихонечко по собственному, чтобы никого не задело, - посоветовал А-Яо. – Мне кажется, Ванцзи важнее его отсутствие в клинике, а не принципиальное втаптывание в грязь. Ответить Сичэнь не успел, потому что в дверь негромко, но требовательно постучали, и после разрешения войти в кабинете заведующего появился Су Миньшань. Он вежливо раскланялся с Мэн Яо и, осторожно приблизившись, положил на стол Сичэню несколько листов бумаги, убористо, от руки, заполненных иероглифами. - Заведующий Лань, вот моя объяснительная. - Присядьте, доктор Су, - сказал Сичэнь, едва сдерживаясь от холодного тона – этот человек ему подспудно не нравился с самого начала их знакомства, однако правила приличия давно научили Сичэня делать хорошую мину при плохой игре. – Нужно поговорить. Су Миньшань кинул краткий взгляд на Мэн Яо, безмятежно развалившегося на ближайшем от заведующего стуле за длинным столом для совещаний, и примостился на краешек другого стула, стоящего с торца этого самого стола – так, что оказался лицом к лицу с Сичэнем. Разговор предстоял неприятный, но А-Яо был прав – к нему стоило наконец приступить. - Доктор Су, к сожалению, на вашу работу поступает некоторое количество жалоб от врачей – на невнимательность, неисправность техники, которую вы должны проверять перед каждой операцией, а также на то, что вы отказываетесь исправлять свои ошибки, так как по большей части не считаете их таковыми, - Сичэнь слегка перевел дух. – Поскольку никаких серьезных последствий ваши действия или ваше бездействие не вызывали, я не считал необходимым как-то наказывать вас. Однако в последнее время количество ошибок превысило некую критическую массу. Су Миньшань подобрался, сощурив глаза, но пока ничего не сказал. - С некоторых пор вы стали ошибаться чаще, взять хотя бы случай с госпожой Цзян Яньли, когда вы допустили досадный просчет при анестезии плода, вовремя пресеченный доктором Ланем. А уж сегодняшнее происшествие в операционной и вовсе вопиющее, - Сичэнь слегка повысил голос. - Доктор Лань слишком много на себя берет, - резко перебил его Су Миньшань. – И даже если я и вправду допустил бы ошибку, это не дает ему никакого права набрасываться на меня с кулаками! - А что там с госпожой Цзян? – вдруг спросил Мэн Яо почти ласково, и Су Миньшань заметно стушевался. - Если бы Ванцзи не обратил внимание на некоторые показатели, все могло бы закончиться плачевно для ребенка, - кратко пояснил Сичэнь и снова посмотрел на доктора Су. – К проступку доктора Ланя мы еще вернемся, но я бы хотел поговорить о вашей дальнейшей судьбе в клинике «Байхуа». Мне кажется, мы не срабатываемся, поэтому я предлагаю вам, уважаемый доктор Су, лично отказаться от дальнейшего сотрудничества. Су Миньшань сварливо поджал губы: - Что ж, я так и думал, что заведующий Лань попытается выгородить собственного брата и замять дело! Но у вас не выйдет! - Разве я выгораживаю доктора Ланя? – сохраняя видимость спокойствия, уточнил Сичэнь. – Нет, если его вина будет доказана, он получит свое наказание. Я же просто хочу, чтобы мы с вами расстались тихо и мирно, а иначе, если я запущу служебное расследование, у вас возникнет больше проблем, чем у отделения в целом и моего брата в частности, и вы должны это понимать, - и он пододвинул к себе внушительную папку, - вот письменные докладные тех врачей, с кем вы работали, и я обязательно дам им ход. - Вы мне еще и угрожаете? Прекрасно! – воскликнул Су Миньшань, некрасиво скривив рот. – Я не стану писать заявление по собственному, так и знайте, заведующий Лань! А если вы на меня будете давить, то всем станет известно, для чего, а вернее для кого вы приняли на работу нового гинеколога! Сичэнь потерял дар речи. - Так, ну-ка притормозим, - вступил в беседу А-Яо, увидев его замешательство. – Давайте-ка разбираться. Ошибки имели место? - Я не согласен с тем, что про меня понаписали, - ворчливо проговорил Су Миньшань, но вынужден был признать, - частично. - Значит, было, - кивнул А-Яо, - конфликты с коллегами на этой почве происходили? - Я вынужден отстаивать свою правоту! – запальчиво ответил доктор Су. - Было, - повторил А-Яо. – А еще неприязненные отношения как минимум с одним коллегой, самым востребованным и уважаемым хирургом клиники, да? - Вы что же, тоже его выгораживаете? – ахнул Су Миньшань. – Руководитель Мэн, я о вас всегда был лучшего мнения! Уж вы-то не должны оглядываться на дутые авторитеты и преступную семейственность, вы, кто смог самостоятельно, несмотря ни на что, подняться с самых низов… - Молчать, - тихо сказал Мэн Яо, включив модус кобры, и Су Миньшань испуганно заткнулся. – Не хочешь, что тебе угрожал заведующий Лань? Так тебе буду угрожать я. Доктор Су заметно передернулся. - Значит так, - продолжил А-Яо как ни в чем не бывало, - каждый случай в операционной рассмотрю под микроскопом, всех опрошу, проконсультируюсь с юристами и выложу в общий доступ. Отдельное внимание уделю клеветническим заявлениям – особенно в отношении заведующего Ланя, доктора Лань Ванцзи и доктора Вэй Усяня, поскольку ты к ним явно неровно дышишь. Уточню у сестер – а они, как известно, знают все и обо всех, – кто еще подвергся нападкам с твоей стороны и лично потребую у юридического отдела составить всем и каждому претензии к тебе. А еще потребую уголовного разбирательства по факту покушения на убийство. - К-какого убийства? – икнул Су Миньшань, а Сичэнь удивленно приподнял брови, смотря на чрезвычайно спокойного А-Яо. - Ну как какого? – тот хищно улыбнулся. – Моего племянника, конечно. - Что?.. - Госпожа Цзян Яньли, моя невестка, едва не потеряла ребенка благодаря тебе, так? А поскольку она еще и сестра нашего доктора Вэя, кто знает, может быть, ты из мести ему решил ей в этом помочь? Ох и не нравилась Сичэню эта змеиная улыбка, играющая на красивом лице А-Яо, но он только кивнул произнесенным словам, наблюдая при этом за доктором Су. - Я ничего… я ничего не знал! – возопил Су Миньшань, подпрыгнув на месте. – Простите! Простите, я не знал, что госпожа Цзян ваша родственница! И я ничего не делал! Да, я не уследил за оборудованием, но я не собирался причинять кому-то вред намеренно! О да, он, как и все сотрудники клиники, прекрасно осознавал, что Мэн Яо слов на ветер никогда не бросал, поэтому затрясся в приступе страха и негодования, при этом больше не смог сказать ничего. - Но у тебя есть выбор, уважаемый доктор Су, - А-Яо играючи смягчил интонацию, - ждать, пока твоя жизнь разобьется вдребезги, или прямо сейчас написать заявление на увольнение по собственному желанию, забыть обо всех дрязгах и обидах и спокойно покинуть место, где ты ни с кем не можешь найти точки соприкосновения, - он пододвинул к Су Миньшаню стопку чистой бумаги, которую мгновение назад без стеснения подхватил со стола Сичэня. – Только мой тебе совет – не иди больше работать по специальности, ну не твое это. Преподавай, учебники пиши, если в теории подкован, или вообще чем-нибудь другим займись, но практическую анестезиологию оставь в прошлом. Так всем будет хорошо. Ах, да, и если твои претензии к клинике вдруг где-то всплывут, я буду вынужден активировать уже упомянутый протокол «Аннигиляция» в твоем отношении. Надеюсь, мы понимаем друг друга?.. Когда загнанный в угол доктор Су покинул кабинет, оставив на столе заведующего заявление по собственному, Сичэнь долгое время молчал, разглядывая А-Яо. - Мда, - сказал он наконец, - а ты страшный человек! - Если хочешь, могу и на разговор с Ванцзи остаться, - мило рассмеялся А-Яо, словно и не он только что по-змеиному запугивал уже практически бывшего сотрудника клиники, - вдруг тебе и с ним помощь понадобится. Ты же хочешь его примерно наказать, а ну как сопротивляться вздумает? - С ним я уж как-нибудь сам, - Сичэнь ответил ему многообещающей улыбкой, - в конце концов, меня он пока еще слушается. - Все-таки очень интересно, что такого мог сказать или сделать этот доктор Су, что Ванцзи так среагировал, вплоть до рукоприкладства? – А-Яо потер лоб. – Ну не могло его прорвать из-за очередной ошибки. - Есть у меня одно подозрение, - Сичэнь откинулся на спинку кресла и зажмурился. – но я должен убедиться… - Вот ты сводник, - хихикнул А-Яо. – Может, доктор Су не так уж и не прав в одном своем предположении? - Да ни в коем случае! – отозвался Сичэнь, пытаясь сделать честные глаза, но у него скорее всего не получилось, потому что А-Яо весело расхохотался и вскочил со своего места, подлетая к нему, чтобы украсть несанкционированный поцелуй.