Каждое решение имеет свое последствие

Девушка сидела в большом зале, как всегда, с книгой перед носом и едой, которая давно остыла. Она пыталась сосредоточиться на тексте, но громкие голоса вокруг не позволяли этого сделать. — Гермиона, здесь едят, а не учатся, – серьезным тоном сказал парень и попытался отобрать книгу. Ведьма шлёпнула его по рукам, не отрываясь: — Гарри, у нас на носу контрольная. Вам не помешает самим хоть что-то выучить, – проворчала она в ответ. — Зачем, если у нас есть ты, Миона, – вмешался Рон. – Ты же не оставишь нас в беде? Тяжело вздохнув, Гермиона закрыла учебник и подняла на парня недовольный взгляд. — Я не дам тебе списать. И сколько можно просить, чтобы ты не говорил с набитым ртом, Рональд? Парней это только развеселило, и они продолжили обсуждать что-то своё. Она со скукой обвела взглядом столы и в какой-то момент поймала взгляд серых глаз на себе. Малфой смотрел на неё слишком внимательно, чтобы счесть это за случайность. Но как только Гермиона это заметила, он опустил глаза. Зал исчез вместе с разговорами, сменяясь полуразрушенным коридором и криками. Гермиона бежала, не оглядываясь, слыша топот за спиной. Дыхание сбивалось, ноги болели. Только она успела подумать, что её догонят, как кто-то больно схватил за запястье и утянул в другую сторону. Девушка готова была ударить, но увидела перед собой испуганного Драко. — Прости, Грейнджер, – прошептал он. – Я должен был… Я… просто беги отсюда. Прошу. Это потрясло девушку куда сильнее, чем если бы парень наставил на неё палочку. Гермиона не успела ответить. Драко оттолкнул её и быстро ушёл в сторону, где оказалось несколько человек в чёрных мантиях. Гермиона проснулась и резко распахнула глаза. Комната качнулась, нити сна рвались, оставляя на коже липкий след боли и усталости. Горло было сухим, руки дрожали, а голова болела так, словно по ней ударили чем-то тяжелым. Гермиона села на кровати, и свежая метка напомнила о себе жжением. Сон показал последнюю встречу с Малфоем, которую она не забывала, просто увидела её заново. В ушах зазвенел вчерашний мягкий голос, говоривший о том, что ему жаль. Мерлин… Гермиона ненавидела загадки, которые невозможно разгадать. Она могла бы спросить парня напрямую. Только ответ был слишком очевиден: этого не было. Вчера девушка была на грани бреда, и ей вправду могло послышаться. Но тело помнило крепкие руки, которые не дали Гермионе упасть. Это было не логично, но именно холодные пальцы Малфоя она ощущала на коже. Руку снова обожгло, и Гермиона опустила на неё взгляд. Чёрная метка красовалась на её предплечье, словно всегда там была. Она сжала ладонь в кулак, чувствуя, как по венам прокатывается гнев. Её жизнь перевернули с ног на голову. Орден толкнул Гермиону на скользкий путь. Только они даже не подозревают, что верность Лорду будет оплачена их кровью. Все, кто решил, что им всё сойдёт с рук, скоро узнают, насколько катастрофической была их ошибка. Гермиона поднялась с постели и подошла к шкафу в надежде найти хоть что-то. Её удивление нужно было видеть, когда дверцы распахнулись, открывая вид на множество вешалок с одеждой. Он был переполнен платьями разной длины, фасонов и тканей. Белые рубашки сливались с такими же футболками. Но больше всего смутили аккуратно сложенные джинсы, лосины и шорты. Не припоминаю, чтобы женщины высокопоставленных семей носили что-то помимо платьев и юбок. Гермиона невольно приоткрыла рот в шоке и потянулась за одеждой. Выбрав случайные джинсы и рубашку, она быстро переоделась, скидывая с себя вчерашнее платье. Схватив с кресла мантию, девушка надевала её уже на ходу. Она шла в сторону лестницы так, будто каждая минута была на счету. Остановившись в холле, Гермиона прислушалась к щелчкам защитных чар. Девушка не знала, позволено ли ей трансгрессировать самостоятельно, но попробовать было нужно. Ведьма сжала палочку до боли в пальцах, сосредоточилась, и пространство рванулось, выбивая воздух из лёгких. Сад нарисовался перед ней прекрасной картиной, и Гермиона выдохнула с облегчением от того, что всё получилось. — Отлично, – шепнула она сама себе, и её снова закрутило в вихре аппарации. Смена температуры ощутилась сразу. Холодный дождь хлестал по лицу, как острое лезвие. Гермиона появилась в тени узкого прохода между домами. Ведьма нащупала в памяти тот самый знакомый Орденский ритм. Отзывалось иначе, но чары всё ещё слушались её, и дом выдвинулся из пустоты. — Ну здравствуй, — шепнула она. Когда она прошла внутрь, в нос ударил запах пыли, и захотелось чихать. Стояла тишина, которую она помнила только ночью. Но это не означало, что никого нет. Глаза скользили по знакомым стенам, которые слышали каждый разговор, шёпот и крик. Гермиона двигалась медленно, обходя скрипучие половицы. Прокравшись на кухню и в гостиную, она никого не обнаружила. В штабе, где всегда кто-то дежурил, где ночевали и планировали, было слишком пусто, будто он был заброшен. Она шагнула к лестнице, поднимаясь на второй этаж, где её так же встретило молчание. Гермиона обошла несколько комнат, придаваясь воспоминаниям, которые разжигали ярость всё сильнее. И наконец, дверь в ту самую комнату, где жила она вместе с Джинни и где было пролито слишком много слёз. Спальня осталась такой же, какой Гермиона видела в последний раз. Одна кровать у двери, вторая ближе к окну. Шкаф, в котором, вероятней всего, уже нет её вещей, кресло у самого окна и рыжеволосая девушка на нём. Джинни настолько увлечённо читала книгу, что не заметила, как открылась дверь. Воспользовавшись её беспечностью, Гермиона остановилась прямо за спинкой кресла, чуть склонилась и почти ласково прошептала: — Привет, подруга. Девушку будто ударило током. Книга вылетела из рук, глухо шлёпаясь на пол. Джинни резко подскочила, оборачиваясь, и застыла. — Гермиона?! – голос сорвался. – Но ты же… — Разочарована, что я жива? – спокойно перебила её Гермиона. Взгляд Джинни тут же метнулся к руке ведьмы, и далеко не зря. Гермиону все ещё окутывала чужая магия, которая ощущалась издалека. — Мы думали… – она судорожно сглотнула. – Гермиона, всё не так, как ты думаешь. — И как именно я думаю, по-твоему? — Мы были уверены, что ты погибла. Мы… – Джинни осеклась, заметив её холодный взгляд. — Вы, наверное, сильно переживали, да? — Конечно! – воскликнула она. – Ты не представляешь, что тут творилось после того! Гарри… он винил себя. Он сходил с ума. — Это тот же самый Гарри, который согласился отдать меня? Тот, что даже не попытался бороться, когда его руки освободились? Девушка сделала шаг ближе, и Джинни инстинктивно отступила назад. — Гермиона, послушай. Он думал, это уловка. Мы волновались… — Вы были рады, – отрезала Гермиона. – Рады тому, что нашёлся удобный способ избавиться от проблемы, которую не могли контролировать. — Это не правда! Ты изменилась. Начала смотреть на всё, как они. Мы все боялись за тебя, и ты не можешь винить нас за то, что мы не хотели тебя потерять! Гермиона истерично рассмеялась, прикрывая рот ладонью. — Вы меня заперли, заставляли молчать, игнорировали, называли фанатичкой, а потом отдали Пожирателю, и ты это называешь «не хотели потерять»? Джинни вмиг изменилась. Испуг исчез, словно его и не было. На её лице проступило знакомое Уизлиевское выражение. — Давай без этой жертвы мучеников, ладно? – ответила она уже более грубым тоном. – Ты стоишь передо мной невредимая, и я предполагаю, с новой стороной. — А ты наблюдательная, Джинни. Жаль, что раньше ты делала вид, словно ничего не видишь. — Значит я права. Ты на стороне Тёмного Лорда, – в голосе прозвучала смесь ужаса и отвращения. — Я на своей стороне. — Забавно, как «твоя» сторона вдруг совпала с тем, кто устроил всё это. Они убивали наших людей, а ты встала рядом с ними. — Я пришла сюда не обсуждать выбор сторон. В глазах Джинни вспыхнул огонь. — Тогда зачем ты пришла, Гермиона?! – завопила она. – Показать, как тебе идёт место у ног Волдеморта?! Ведьма прикусила губу и внимательно оглядела бывшую подругу. — Как думаешь, – спокойно начала Гермиона, – твой Поттер будет по тебе скучать? Глаза рыжей расширились, и рука медленно потянулась к заднему карману. — Интересно, – продолжала она, – как он отреагирует, когда не найдёт тебя дома? Резким взмахом Джинни бросила в Гермиону оглушающее, но та успела поставить щит, и луч отскочил, разбиваясь о стену. — Ты думаешь, что умнее всех, Гермиона, – зло прошипела девушка. – Ты всегда так думала, но ты оказалась больной на голову предательницей. Несколько секунд они просто смотрели друг другу в глаза и Гермиона вздохнула. — Знаешь, Джинни… — сказала она ровно. — Я пришла не за тем, чтобы доказывать тебе что-то. Она чуть наклонилась вперёд. — Я пришла за тем, чтобы Гарри почувствовал, что значит – потерять. Палочка в пальцах рыжей дрогнула: — Ступе… — Экспеллиармус, – закончила за неё Гермиона, и древко вылетело из рук Джинни. Она подняла палочку чуть выше – из воздуха вырвались верёвки, туго обвивая запястья и щиколотки мелкой Уизли. Девушка свалилась на пол, ударившись головой о край кровати, и потеряла сознание. Гермиона присела на корточки около её лица, и губы растянулись в ухмылке. Пальцы вцепились в рыжие волосы, сжимая их в кулаке. — Святому Поттеру пора устроить сюрприз. Выпрямившись, Гермиона потянула её прочь из комнаты, позволяя бессознательному телу биться о ступеньки. На улице она ещё раз посмотрела на подругу, ощущая то самое приятное чувство внутри, что и при убийстве Симуса. Она прикрыла глаза и представила нужное место. Услышав треск аппарации, несколько Пожирателей у стен обернулись. Гермиона не стала ждать приглашения и двинулась к возвышению, где восседал Лорд. Волдеморт молча наблюдал за приближающейся ведьмой, которая тащит за собой тело. Она разжала пальцы и опустилась на одно колено, склоняя голову. — Мой Лорд. Позвольте преподнести Вам первый вклад в мою верность. Гермиона подняла взгляд на него и указала рукой в сторону Джинни. — Девушка Поттера. То, что ему по-настоящему дорого. Рыжие волосы расползлись по плитке, ломая всю иллюзию живости, которая когда-то делала её «солнышком Гриффиндора» Он поднял ладонь в немом жесте, приказывая встать. Гермиона поднялась и выровняла спину, удерживая подбородок немного опущенным. — Ты приносишь плоды быстрее, чем я думал, – произнёс Волдеморт, поднимаясь с трона. Худая фигура медленно спустилась и склонилась над телом на полу. В этот момент Джинни начала приходить в себя и, увидев перед собой Лорда, вскрикнула. — И что ты хочешь, чтобы я с ней сделал? – спросил он, возвращая внимание Гермионе. – Убил? — Живой она принесёт больше пользы, чем мёртвой, – спокойно ответила девушка. – Она слабость Поттера и его надежда, что кто-то ещё остается чистым. Гермиона перевела взгляд на дрожащую рыжую, которую поднимал с пола Пожиратель. — Она может стать живой приманкой. Волдеморт обошел ведьму по кругу, оглядывая её, словно видел впервые. От него тянуло холодом, который вызывал покалывание на коже. Гермиона задержала дыхание, ожидая ответа. — Ты можешь идти. На сегодня достаточно. – бросил он. Коротко кивнув, она двинулась в сторону выхода. Стоило выйти за пределы зала, как вернулся звон в ушах, но остатки гнева держали лучше любого адреналина. Гермиона трансгрессировала прямо в гостиную мэнора, грубо срывая с себя мантию, будто та душила, и ткань упала на мрамор бесформенной тенью. Достав из резного шкафа тяжёлую бутылку огневиски, она приложилась прямо к горлышку, не беспокоясь о том, что можно было налить в стакан. Алкоголь обжёг в груди, и это то, чего Гермиона хотела. Испепелить внутри всё человеческое и подготовиться к следующему визиту с бывшей семьей.