Изуродованный

      Четвертый слой встретил зловонным зелёным туманом, что собирался в видимые кучки дымка на полу и в оврагах, раздвигаясь под ногами, словно невесомая завеса воды. Чуйка не соврала, тут и там и вправду лежали бочки с радиоактивными отходами. Огромные черные резервуары с радиусом излучения метров 20 точно. Атмосфера была здесь удручающей, окружение зловеще тихое, а настроение хуже некуда.       Обстановка от пустыни сильно не отличалась, однако много где на стенах и полу прослеживались пятна гранита, что ярко контрастировали своим белоснежным цветом с темно рыжим песчаником. Из того же гранита возвышались сталагмиты, что властно отдавали тень от слабых лучей света. Этих каменных пик было здесь намного больше, чем в пустыне, как и гранита в целом. Лишь бы не попасть в тупик, а то придется это все копать голыми когтями. Редко, но встречались кирпичные коробки без какого либо входа или выхода. И для чего они только? По пути также попадались кучки темно-розового-малинового камня. Очень неровный и бугристый материал, что отличен для сцепления, но опасен при прямом прикосновении. Стоит только встать на них, как ноги начнут колоть, а внутренний счетчик гейгера начнет стремительно подниматься вверх. Благо, эти кучки “материальной радиации” встречаются не часто и маленькими группками, так что проблем не составляют.       Новое окружение помогало отвлечься от… недавних событий. Челюсть все еще болела, а есть было невыносимо. К тому же потом болел живот из-за недостаточно пережеванной пищи. Благо в ушах больше не стоит звон выстрелов. Желтая от пропитанной крови повязка начинала облезать и развязываться. Надо будет убрать ее пожалуй. Продолжая думать, что еще можно сделать для скорейшего выздоровления челюсти или хотя бы облегчения последствий, я понял, что зря потратил остатки антисептика, нанеся итак обеззараживающую мазь. Неудивительно, тогда я жутко распаниковался. Что ж… если в следующий раз таких же неудач не будет, то обеззаразить рану будет проще простого с местной флорой.       Говоря о ней. В этом месте мне повстречались незнакомые растения, что каким то образом приспособились выживать именно в такой атмосфере. Выглядело оно как длинный прочный светло-фиолетовый стебель на конце которого свисала большая желтовато-зеленая луковица, накренясь вместе с кончиком стебля вниз. Даже с расстояния был заметен масляный блеск шкурки. Сорвав это чудо природы, я нашел его части очень многофункциональными. Помимо привычного сухого волокна полезной оказалась тускло-фиолетовая кожура стебля, что помогает при проблемах с желудком и слухом, однако резко повышает температуру тела. Маслянистые слои луковицы содержат адреналин и обладают обезболивающим действием. Фу.. теперь руки не отмоются… Самым главным в растении был его плод, что находился внутри луковицы. Плоский зеленый фрукт, довольно приятный на вкус. Напоминает гео-фрукт, но менее сладкий. Однако есть его тяжеловато. В легкие забивается масло так же быстро, как и рассасывается обратно, поэтому долгосрочных проблем не вызывает. Пропитанное радиацией растение внушало надежду и страх одновременно. Оно смогло выжить и приспособиться, но его истощенный и жалкий вид говорили о том, чем ему пришлось пожертвовать для продолжения своего существования.       Продолжая аккуратно спускаться. Я неоднократно на миг терял сознание, падая с расстояния, которое раньше для меня было вполне терпимым. Голова совсем не в порядке, еле могу устоять на ногах… Ах, ну да, о чем это я. У меня же буквально нет челюсти. Однако, прыгнув и очутившись вплотную к сталагмиту, я услышал низкочастотное журчание, где то за сталагмитом. Заметил незнакомый звук я довольно поздно и потому, не успев выглянуть из-за торчащеей из под земли каменной пики, почувствовал, как земля заметно дрогнула, а по пещере раздался глухой грохот, который заполнил всю пещеру, эхом отражаясь о десяток плотных стен и потолков. Было ощущение будто что то огромное и тяжелое упало на самое дно пещер, однако этот вариант был сразу отброшен, ибо такой звук явно не должен закладывать уши. Я все же обошел сталагмит и оглядел округу. Вроде бы как обычно… или нет, что это там за черный механизм? Форма напоминала песочные часы с белой гибкой сердцевинкой, похожая на пружину. Это оно издавало эти звуки? Одна сторона механизма была прочно закреплена на земле, а другая направлена в мою сторону. Оно целилось в меня?.. В любом случае не попало. Экспериментировать с такими вещами не хочется, особенно в моем положении, так что я выбрал наилучший вариант — просто держаться этих штук подальше.       Засушливая местность была еще той проблемой. И дело было даже не в жажде, ибо с этим справлялись кактусы, луковицы и немного лимонада, а в гигиене. От бесконечных копаний, падений и плесканий в нефти шерсть была в ужасном состоянии. Грязь тянула вниз и прилипала к коже. Чувствую себя как животное…       К счастью в этот раз удача на моей стороне: я увидел между расщелин макушку капсулы, подобная той в которой сюда прибыл я и тысяча других экспериментов. Если повезет еще больше, то она не будет пустой. Аккуратно спустившись, я очутился перед верхним окном капсулы. За плотным стеклом виднелся выживший, что все же был на месте. Это был обычный эксперимент, такой же как я черненький. Заприметив меня, он поднял голову к окну и лениво помахал лапой. Хоть и через мутное стекло, было сложно заметить мелкие нюансы поведения, дружелюбием с него веяло отчетливо. Я спустился к низу капсулы и заметил, что стенка, где должно быть маленькое окошко, уже кем то была пробита. Что ж, мне же лучше-... Ай! Попытавшись проникнуть внутрь, плечо зацепило неубранный осколок стекла, торчащий из стенки. Теперь немного выше локтя зияла длинная, но не смертельная царапина. Как по команде из ранения начала стекать желтая кровь, капая на пол. Эксперимент, обратив все свое внимание на кровь, со вздохом встал со своего места и двумя тяжелыми шагами подошел ко мне. — Оу, ты поранился? Так и знал, что надо было убрать это стекло — Уставше сказал он, смотря на мое плечо и держа бинты в руках. Я пытался что то ответить, но из-зо рта, а точнее из того что там осталось вырвалось лишь бессвязное мычание, так что я просто позволил ему закрыть кровотечение.       Эксперимент выглядел потрепанным жизнью. Немного облезлая, но чистая шерсть, защита из бинтов на руках и ногах, порванное ухо, тусклые глаза. Интересно, он много знает об этом слое? Хотелось бы взять совет для себя.       Казалось его уже ничего не удивит в этой жизни, однако когда он закончил с раной и поднял глаза на мою морду… Лицо его исказилось в страхе, удивлении и отвращении одновременно. Он отскочил назад так резко, что я сам невольно дернулся. Поглазев на меня ещё пару секунд, он нахмурился и отвращения в его выражении стало только больше. Было непонятно, то ли он так выражает сочувствие, то ли благословил небеса за то, что его не было на моем месте. Бинты с моей пасти облезли достаточно, чтобы травму было отчётливо видно. Неужели там все настолько плохо?.. Я ведь все еще толком не видел, что там. Под шкуру проникло неуместное чувство стыда. Захотелось закрыть морду лапами, чтобы никто больше не видел этого ужаса.       Заметив мою реакцию, житель капсулы отвёл взгляд и поспешно сказал: — Ах, извини, я не хотел тебя обидеть, просто… — Он сглотнул и снова взглянул на меня, а точнее на отсутствующую челюсть, — Я никогда раньше не видел… такого…       Я пытался ответить, но лишь смог выговорить жалкое тихое “ишего”, что должно было быть словом “ничего”. Больше я не пытался говорить. На глаза начали закатываться слезы от безысходности, но торговец вовремя напомнил о цели моего нахождения здесь. — Ну так что… есть что обменять? — Не смотря на то, что он пытался не обращать внимание на челюсть, ему было явно неловко находится рядом со мной.       Из того, что у него было, мне пригляделся только жгут. Обменяв его на пинцет, я поблагодарил соплеменника таким же неловким кивком. После прошёл в противоположную сторону капсулы и нажал на кнопку активации встроенного в капсулу душа. Как раз то что нуж-... Хм? А где вода? Я нажал на кнопку ещё и ещё раз, но вода так и не шла. — До тебя тут были гости. Тот и активировал душ, так что сейчас он недоступен, — Кратко прозвучал голос от противоположной ко мне стенке, где сидел эксперимент.       Аргх, будут прокляты те, кто конструировал эту капсулу! Из жалости и небольшого отчаяния я сорвал старые бинты с морды и облокотился на металлическую стенку лапами, опустив голову. Однако мой взгляд зацепило собственное отражение в окне рядом. Пространство за стеклом было завалено песком и гравием, поэтому эффект зеркала был более заметным.       Челюсть… Целая чистая голова резко переходила в окровавленный огрызок. Верхний ряд зубов выглядывал из под губ неровным гребнем. Язык тоже отсутствовал, по крайне мере его большая часть. Засохшие корки крови чередующиеся с розоватым медицинским клеем. По обе стороны выглядывали острые края расколотого черепа. Картину дополняли чужой бинт у локтя и маленькие шрамы от других ран. Жалкий, грязный, изуродованный… Мешок мяса, что не в состоянии удержать свои же части тела на месте. Какой смысл в слабаке, который порождает только отвращение вокруг себя? Как бы этот торговец не старался не обращать на меня внимание, очевидно, что ему было некомфортно. Ещё бы, я же буквально ходячий труп. Невымытые жёлтые пятна крови на животе и ногах только дополняли этот эффект. Мне здесь уже ничего и никто не поможет.       Из капсулы я вышел молча, даже не обернувшись на собрата. Он же хотел мне что то сказать, но в последний момент передумал. Я не знаю почему продолжаю идти. Уже ничего не хотелось. Ноги сами шагали по песку. А что ещё делать? У меня все равно нет выбора. Никогда не было.