The One in Which a Time Loop is Fucking Exhausting.

В конце всего этого, когда мир раскололся и на улицы хлынуло красное сияние, Стиву захотелось плакать. Он заверил Дастина, что да, это был конец. Что да, они победили Векну. Но его разум продолжает рисовать перед ним пустое место, где должно было быть его тело, и то, как тяжело было убить даже Демогоргона в первый раз. Кое-что хорошо. Хоппер жив, чему Стив чертовски рад, потому что Оди заслуживает того, чтобы ее отец вернулся. Семья Байерс-Хоппер так сплотилась, что их невозможно разделить. Помогая им заносить коробки в их старый дом и хижину Хопа, он чувствует, как теплые руки успокаивающе обнимают его за плечи, и Стив притворяется, что это не первый раз за много лет его кто-то обнимает. Дастин был... отстраненным. Стив знал, что двух дней недостаточно, чтобы смириться со смертью. Он не знает, как ему помочь. Не существует брошюры с подробным описанием того, как помочь другу/ребенку справиться со смертью своего друга, которого он, возможно, видел разорванным на куски. (Стив старается не думать о Metallica или "Master of Puppets" или об укусах летучих мышей на его животе. Он не заслуживает этой боли, потому что он даже не был с ним знаком, возьми себя в руки, Харрингтон). Робин остается на ночь у Вики. И он рад за нее, честно, но если по утрам его пустые комнаты кажутся ему еще более пугающими, он старается не думать об этом слишком много. Идет второй день после битвы. Он занимался волонтерством, он видел, как Нэнси ушла с Джонатаном, он видел, как плакал Дастин. Стив старается не думать о Макс на больничной койке и Лукасе рядом с ней, но у него не получается. Иногда по утрам он думает, что это его вина. Если бы он не провалился в лозы Векны, если бы он не сказал Эдди отвлечь внимание, если бы он не сделал то и это. В любом случае, об этом не стоит думать. Таким, как он, не дано второго шанса (он понимает это по тому, как они с Нэнси постепенно перестали общаться, и по тому, как он сейчас сидит в одиночестве на краю бассейна). Вода смотрит на него, манящая и холодная, шепчущая. Он ныряет, чувствуя, как джинсы прилипают к коже, и опускается на дно бассейна. Стив смотрит вверх, чувствует, как вода заливает ему нос, и смотрит на беспорядочно мерцающие над головой звезды. Он дышит. Сначала ему больно, что-то гладкое и тонкое, холодное царапает ему горло. Оно кажется таким острым, он никогда не представлял, что вода может быть такой, пока она не становится густой и темной, и вместе с ней он вдыхает что-то еще. Стив пытается открыть глаза, потому что что, черт возьми, только что попало в мои легкие, но его зрение затуманивается, и он тонет.

- - -

Он сидит, опустив руки, шнурки на кроссовках развязаны, и когда, черт возьми, у него начала болеть голова? Стив поднимает глаза и видит, что Робин, Нэнс и Эдди смотрят на воду в Озере влюбленных. Он снимает свои ботинки, стягивает с себя футболку и произносит какую-то речь о том, что он капитан команды по плаванию, но слова звучат странно. Когда щупальце обвивается вокруг его ноги и тащит его через Врата, а похожие на летучих мышей существа с хвостами волокут его за собой, он не может отделаться от мысли, что у него самое настоящее дежавю.

- - -

Когда он снова садится у бассейна и ныряет в воду прямо в джинсах, чувствует ли Стив, что что-то должно измениться? Если ему начали сниться вещие сны о самой масштабной битве, с которой они когда-либо сталкивались, чего это стоит, если он ничего не может изменить? Может быть, он может попробовать еще раз. Макс в коме. Оди опоздала. Эдди мертв. Стив глубоко вдыхает и закрывает глаза.

- - -

Он понимает, что все всегда начинается с одного и того же места. Один ботинок развязан, он ищет Врата на дне Озера влюбленных. Он уже в третий раз здесь и чувствует, что, возможно, на этот раз ему удастся что-то изменить. Спасти кого-то. Стив ныряет в воду, заходит достаточно глубоко, чтобы увидеть пульсирующий красный свет, не роняет фонарик и выплывает обратно. Он выводит их из себя, когда выныривает из воды, и, эй, если это заставляет его немного улыбнуться, никто не должен знать. Да, там внизу есть Врата, а теперь, пожалуйста, отойдите в сторону, чтобы я мог забраться на эту гребаную лодку, хочет сказать он. Когда щупальце хватает его и в голове у него все перемешивается, он думает, что это уже слишком для кармической справедливости.

- - -

Ничего не меняется. И да, возможно, Стив был глупцом, думая, что может одним махом все исправить, поднявшись немного раньше, но он должен был попытаться, верно? Он старается не думать о том, как Дастин плачет, или о том, сколько дней ему приходится ждать. Цикл всегда заканчивается через два дня после битвы, когда он падает в бассейн.

- - -

Стив чувствует, что вот-вот споткнется. Они прячутся под Скалой Черепа, и он встает слишком быстро, чертовски быстро, мир вокруг него кружится, а плечо больно врезается в камень. Под голубым, а иногда и красным небом слышится торопливый, приглушенный шепот, произносящий его имя. Он чувствует, как что-то вытекает из его живота, и не хочет смотреть, но должен знать, должен увидеть это своими глазами. - Ладно, - выдыхает он, потому что по крайней мере, он жив, и ему помогли справиться с этими ранами и этой дракой. Он старательно не смотрит на Эдди, пока осознает, насколько глубоко вонзились клыки, и старается не думать о "Master of Puppets" и самоотверженных металлистах. Когда они идут через лес, Стив решает, что может нарушить правила. Эдди делает ему комплимент (и теперь он знает, что это был настоящий, а не саркастический комплимент), и Стив использует свои знания из будущего, чтобы поддержать диалог. - Это был настоящий трюк Оззи, - говорит Эдди, и Стив сияет от похвалы. Он знает, что делать, чтобы разговор не закончился неловким молчанием. - Оззи Осборн? - спрашивает Стив, хотя уже знает ответ. - Ты знаешь Black Sabbath? Ты знаешь Black Sabbath? - в его глазах мелькает недоверие. - Да, конечно, чувак. Откусил голову летучей мыши прямо на сцене, верно? Как ты думаешь, откуда у меня еще эта идея? Эдди идет рядом с ним, едва сдерживая ликование, и каждые несколько секунд толкает его плечом. До зацикливания Стив отталкивал его, помня о боли и желании, но теперь Стив решает, что ему можно позволить себе немного расслабиться, можно нарушить правила. Разговор снова заходит о Хендерсоне, как и всегда, о том, что Стив стал объектом поклонения со стороны этого парня. Когда Эдди наклоняется к нему, Стив просто смотрит ему в глаза. - Ты же знаешь, что он и о тебе болтает без умолку, верно? - Что? - Эдди замирает и делает шаг назад. - Дастин. Каждый раз, когда мы встречаемся, он каким-то образом умудряется перевести разговор на Эдди Мансона, лучшего ДнД мастера в истории, или Эдди Мансона, выдающегося театрала. Стив с улыбкой смотрит на Эдди, возвращаясь к словам, которые он произносит в каждом цикле, и которые Стив никогда не повторяет, даже если знает, что они правдивы. - Я тоже завидовал. Не каждый день почти твоего ребенка уводит кто-то другой. Эдди оттянул прядь волос, чтобы прикрыть рот, а другую руку скрестил на груди. На его лице играет едва заметная улыбка, а в глазах мелькает что-то еще, прежде чем он снова толкает Стива плечом. Стив думает, что мог бы к этому привыкнуть. - Ну мы могли бы быть родителями - партнёрами, понимаешь? Я кое-что слышал о твоей репутации как матери этих детей, так что, думаю, я возьму на себя роль их отца. - он улыбается, говоря это, и шутит так, как хотелось бы Стиву. - Да неужели? Что ж, тебе лучше платить алименты, потому что эти ублюдки выжимают из меня все соки. - Платить тебе алименты? Ты что, забыл, кто из нас живет в трейлере? В разговорах с Эдди есть что-то непринужденное. Стив надеется, что этот разговор никогда ему не надоест, сколько бы циклов он ни длился. На этот раз "землетрясение" происходит раньше (или, может быть, ему кажется, что оно происходит раньше, потому что Эдди еще не добрался до той части, где он начинает говорить о Нэнси и о нем). И когда Стив первым падает на землю, а сквозь повязку просачивается кровь, Эдди поддерживает его. Стив пытается вспомнить все, что было в этой петле. Он помнит разговоры, в которых участвовал, помнит смутные события. Но он должен знать все: что пошло не так? Почему они не победили? От руки Эдди, которая поддерживает его за плечо, Стива начинает тошнить, потому что он знает, он знает, что на этот раз Эдди умрет.

- - -

Стив чуть не расплакался над идиотизмом всего этого. После того, как они проползли через Врата и Изнанку (без изменений, кажется, светские беседы ничего не дали), он наблюдает, как Эдди Мансон (в третий раз) надевает маску Майка Майерса и взламывает дом/фургон. - Харрингтон поведет ее, не так ли, здоровяк? В его улыбке есть что-то спокойное, теплое и живое, когда Эдди оборачивается и смотрит на него, и в его груди разливается что-то. У него перехватывает дыхание, и на секунду он отвлекается на эту улыбку, обращенную к нему, и на мгновение Стив лениво задается вопросом, не повлияло ли зацикливание времени на его здоровье. А может это просто укусы летучих мышей. Опять. Когда он запрыгивает на водительское сидение и начинает небрежно крутить руль, потому что знает, что на дороге никого не будет, Стив прислушивается к разговорам остальных. Он не заводит с Нэнси разговор о своем будущем (не думает, что ему позволят его построить) и наблюдает за тем, как Лукас и Макс наслаждаются моментом. Эдди понизили в должности до пожалуйста, ради всего святого, сиди на заднем сиденье ПОДАЛЬШЕ от окна, поэтому у Стива нет возможности поговорить с ним. Ему немного больнее, чем он ожидал, от осознания того, что Стив-до-петли не успел с ним познакомиться. Нэнси по-прежнему встречается с Джейсоном в оружейном магазине. Эдди остается в фургоне. Робин видит, как Вики целуется со своим будущим-бывшим-парнем, а Стив кладет ей руку на плечо, крепко обнимает ее и говорит то же, что и всегда. Когда они снова выезжают на дорогу, направляясь в тихое место, которое указал Эдди, Робин замечает в зеркале заднего вида, что Стив подмигивает ей. Она раздраженно отворачивается, но все же не может сдержать улыбку. По крайней мере, Стив считает это своей победой.

- - -

После битвы, когда Эдди мертв, Оди не успела вовремя, а Макс в больнице, Стив оказывается в задней части дома Харрингтонов. Потому что это было не дурацкое чувство дежавю, нет, он снова и снова переживал эту битву и... Он не мог их спасти. (Он должен был их спасти, он должен был попытаться и спасти их, они заслуживали этого, в конце концов). Что ему было делать? Он не был- он был худшим кандидатом на получение этой силы, этого шанса все исправить. Стив не был таким упрямым и умным, как Нэнси, или сильным, как Оди. Он не проходил через этот ужас вечно, как Уилл, и не был новичком в этом всем, как Робин и Эдди. Он был просто Стивом Харрингтоном: никудышным парнем, который в старших классах добился лишь посредственной карьеры няни. Эта петля кажется бессмысленной. Он знает, что это не так, что такого не бывает, а если и бывает, то кто бы следил за всем этим? Насколько ему известно, он единственный, кто застрял во временной петле, типа, когда-либо вообще. Он впечатывает в свой мозг разговоры и ошибки, заставляя его запоминать. Джейсон и его банда нападают на дом Крилов. Вот почему у Макс нет ее музыки. Правительство устраивает засаду на Оди (и, боже, может, кто-нибудь уже оставит эту девушку в покое?), и парни немного опаздывают, ища ее. Хоппер, Джойс и Мюррей все уладили, подумал он и не стал напрягаться, придумывая, как вообще связаться с Россией. Эдди выигрывает для них время, но этого недостаточно. Ладно. Он может это сделать. Выиграй немного времени, придумай, как связаться с Оди, убедись, что Лукас начеку и вооружен, и молись, чтобы Эдди решил не быть героем. Прохладная синева его бассейна насмешливо смотрит на него, ветер плещется в воде у его ног, пока он сидит на краю. Звуков гитары и криков летучих мышей, треска раскалывающегося мира и ломающихся костей достаточно, чтобы он погружался все глубже и глубже, вдыхая полной грудью.