Квазар

Пассажирский флот империи много что перенял из флота военного. Так, на боевых кораблях капитан всегда лар. Независимо от своих желаний, умений и мастерства. Капитан — это владелец корабля и его главный критерий. Именно от силы и направленности магии капитана будет зависеть класс судна и его основная специфика. От единицы до тройки — шаттл, от четвёрки до шестёрки — эсминец, от семёрки до девятки — линкор. Плюс — это заградитель, минус — ударник. Само же «железо» играло второстепенную, вспомогательную роль, и оно тоже напрямую зависело от капитана. Точнее, от финансовой возможности его семьи. Чем больше денег вкладывалось в корабль, тем он был мощнее, надёжнее и комфортнее. Да, удобству старшего офицерского состава отводилась немаловажная роль. Ведь для многих боевой корабль становился вторым домом, где лары проводили от нескольких месяцев до года. Так что нет ничего удивительного, что они пытались сделать его удобнее, раз уж содержали на собственные средства. Истины ради надо сказать, что большинство капитанов своё звание оправдывало, но было немало и таких, кто мог неделями не появляться в рубке. Поэтому основной рабочей силой боевого корабля всё же считался тан. Именно от его умений и скорости реакции часто зависело благополучие судна. Пассажирский флот империи отражал флот военный как кривое зеркало. Именно по этой причине основным критерием при назначении на должность капитана лайнера была внешность, а не опыт и профессиональные качества. Чем выше класс лайнера, тем привлекательнее должен был быть капитан, который, хоть и имел необходимое образование и все полётные допуски, но всё же являлся самой слабой частью команды. В его обязанности входило отдать приказ на расстыковку, не забывая при этом позировать для камер репортёров. Красивым, хорошо поставленным голосом делать объявления по внутренней связи и взаимодействовать с пассажирами. А самое главное, за что капитана ценила и уважала команда — в его обязанности входила вся без исключения отчётность, ответы на официальные запросы и бюрократическая волокита. Ну а рутинная работа?.. Она, по аналогии с таном боевого корабля, ложилась на плечи старпома. А также первого и второго помощников. Капитан пассажирского лайнера «Эникея» своему званию соответствовал полностью. Высокий, широкоплечий, с ослепительной белозубой улыбкой он не раз становился лицом тематических журналов, постеров и календарей. А сегодня он, затянутый в белый с золотой и черной отделкой китель, лично встречал пассажиров. Не всех, конечно, а только люкс-палубу, на которой было пятьдесят кают и ожидалось чуть больше сотни гостей. Сканируя криптограмму билетов, он чуть склонял голову в приветствии мужчинам и обязательно делал комплимент женщинам. — Рад приветствовать вас на «Эникее»! — Лучше бы служебным пошли, — недовольно буркнул крупного сложения темноволосый парень с янтарно-желтыми глазами, протягивая два билета. — Не нуди, кабанчик! — рассмеялся нидаец с ярко-синими волосами и глазами цвета аквамарин. — У нас последняя неделя отпуска, и я хочу ей насладиться. Успеют нам с тобой ещё опостылеть «чудеса на виражах»! Капитан «Эникеи» отсканировал криптограммы и с удивлением отметил, что у «кабанчика» и «русалки», как он мысленно назвал про себя нидайца, одна каюта. Это было странно. Обычно нидайцы крайне негативно относятся к любому намёку на однополые связи. Особенно в свою сторону. А тут общие апартаменты, причем с одной спальней. Можно было предположить, что парням не хватило на две отдельные каюты и они решили пожертвовать комфортом ради путешествия… Но нет, у них суперлюкс. За его цену можно было взять два обычных люксовых и ещё сэкономить разницу. — Вы летите в первый раз? — учтиво поинтересовался капитан. — На лайнере — в третий. Но первые два были по системе. — Экипаж нашего судна сделает всё, чтобы полёт с нами оставил у вас незабываемые впечатления! — произнёс капитан, протягивая два электронных ключа к апартаментам. — Не надо, — буркнул «кабанчик». — Просто не угробьте это корыто… Ещё одной привилегией пассажиров люкс-палубы были обеды и ужины за капитанским столом. Его накрывали в отдельном ресторане, куда не было доступа другим гостям. Сам стол напоминал формой букву «П». За короткой центральной частью были места капитана и старших офицеров «Эникеи», а пассажиры рассаживались вдоль длинных боковых крыльев. Но только по внешней стороне. Внутренняя часть предназначалась для официантов, чтобы те могли ставить блюда непосредственно перед гостями, не тревожа их подачей «через плечо». Это был не просто приём пищи, а время, когда можно пообщаться с командой, задать любые интересующие вопросы и получить на них ответы. — Скажите, капитан, как долго мы будем в полёте? — жеманно спросила молодящаяся дама. — Расчётное время «Эникеи» в полёте от Метрополии до Магды составляет девять дней и семнадцать часов. Из них два дня и одиннадцать часов мы будем идти на досветовой скорости по звёздной системе Метрополии, пять дней и восемь часов на сверхсветовой и оставшиеся один день и двадцать два часа на досветовой скорости в системе Магды. — А путешествовать на сверхсвете не опасно? — нахмурился пожилой мужчина. — Я читал статьи о том, что пребывание на СВС отнимает у человека года жизни! — Я понял, про какие научные труды вы говорите, — обворожительно улыбнулся капитан. — Действительно, есть такой феномен, что для жителей Метрополии и Магды время полёта «Эникеи» будет составлять всего четыре дня и девять часов. Именно так отражено в ваших билетах: вылет с Метрополии девятого числа одиннадцать дня, прибытие на Магду тринадцатого числа в восемь вечера. То есть в учёт берётся только то время, пока лайнер идёт на досветовой скорости. А пяти дней и восьми часов, которые мы проведём на сверхсвете, для них не существует. Но это время существует для нас.       Только речь идёт вовсе не о годах. Да, каждый перелёт на Магду делает нас на пять дней старше своих ровесников, никогда не покидающих планету. Но если глобально учесть все риски, влияющие на здоровье, никакой разницы вы не заметите. Даже если вы будете летать на Магду каждый год, то за десять лет у вас наберётся три дополнительно прожитых месяца. Согласитесь, цифры совершенно некритичные. — А Твари на нас не нападут? — робко спросила молодая девушка. — Твари крайне редко атакуют гражданские суда. Дело в том, что их привлекает большое количество магии. Ёмкие накопители и заряд орудий, которых на гражданских судах нет. Поэтому, даже если рядом с нами появится стая Тварей, атаковать они будут линкоры и эсминцы. Пассажирский лайнер им просто неинтересен. Здесь нет того, что им нужно.       Но я вам скажу, что за всю историю трассы Метрополия-Магда такое случалось лишь дважды. И оба раза стаю просто загоняли в гравитационные ловушки. Вы же знаете, что гравитация для них смертельна? Под её воздействием Твари лопаются, как виноградина под прессом. — Какие у лайнера есть свои собственные защитные механизмы? Капитан повернул голову к парню, задавшему вопрос, и узнал в нем «кабанчика», которого невольно запомнил при посадке. Уж слишком сильно их с «русалочкой» пара выделялась среди остальных пассажиров. Традиционно люкс-палуба — это богатые и знаменитые с сотнями миллионов, а то и миллиардом на счетах. Узнаваемые в лицо, с определённым стилем одежды и поведения. И кабан с русалочкой в этот образ никак не вписывались. Тем не менее именно они занимали одни из самых дорогих апартаментов. Капитан мог бы предположить, что это лар. Но нет, в списках пассажиров «Эникеи» были только ланы. — На сегодняшний день лайнер «Эникея» самый современный, удобный и безопасный. Внешняя броня лайнера соответствует уровню линкора, что позволяет ему развивать скорость до 70 СВС. На трассе лайнер сопровождается эскадрой, готовой дать отпор любому противнику. Внутреннюю безопасность лайнера обеспечивают автономные системы, не позволяющие воздуху и воде из разных отсеков смешиваться друг с другом. Так что если в технической части произойдёт утечка опасных веществ, то она будет немедленно локализована и своевременно устранена. И это никак не повлияет на жизнеобеспечение пассажирских палуб. Помимо основных, также имеются резервные системы. Поэтому не нужно опасаться выхода из строя какой-то из них. — Понятно, консервная банка, — вздохнул «кабанчик». *** — Мирр, да расслабься ты и получай удовольствие! Мы с тобой столько раз были в сопровождении! Пусть теперь у других голова болит, — заявил Олли, присаживаясь за барную стойку. — Не могу! Ты же знаешь, Олли, это как раз то, что бесит меня больше всего! Абсолютная неосведомлённость и невозможность повлиять на ситуацию! Я в своё время именно по этой причине и не захотел идти на пассажирский. Это же полная беспомощность в критической ситуации. Теперь я понимаю, почему лары не покупают себе яхты, а предпочитают летать на эсминцах. Но, несмотря на внутреннее напряжение, Мирр всё же устроился рядом. Оглядел роскошный интерьер салона и вынужден был признаться самому себе, что мечты сбываются. Правда, не всегда так, как человек себе это представляет… Однажды, а будто в прошлой жизни, замкнутый подросток сидел в продавленном кресле у окна и рисовал мечту. Рисовал дома, машины, мебель. Свой шкаф, свою отдельную комнату и даже свои вещи, которые не надо делить с братом. Тот подросток мечтал однажды зайти в торговый центр и купить всё, что захочется, а не то, на что сумел сэкономить деньги. И вот уже молодой человек сидит за стойкой бара на палубе роскошного лайнера. Сейчас он может позволить себе не просто желанную вещь, а вообще любую. Как, например, апартаменты на лайнере, стоимостью с хорошую квартиру в столице. Но ирония судьбы не в этом. А в том, что за последние пару лет билет на «Эникею» оказался его единственной заметной покупкой. Выписка его счёта могла месяцами состоять только из одной строчки: поступление заработной платы. И всё, никаких больше трат, даже мелких. Да и куда ему было тратить деньги? Всё, что нужно, всегда было под рукой. А год назад появился даже собственный эсминец. Не то, чтобы прямо личный. Нет, «Рубин» принадлежал графам Шатарнаи. Но эсминец был именно их, а не арендованный, как «Радиант». Хотя капитан и часть команды перешла на «Рубин» именно оттуда, но вот недостающую часть Мирр набирал уже сам и для себя. И продолжит набирать дальше, постепенно замещая новичками старых спецов «Радианта». Чтобы к тому времени, как защитник Шатарнаи поступит в Корпус, команда на «Рубине» была опытная, сработавшаяся, готовая принять и обучать семнадцатилетнего неопытного капитана. Войдя в их специфическое положение, Нару перевёл первым помощником на «Рубин» Олли. Правда, для военного флота такая должность не предусматривалась и, по сути, они являлись двумя сменными танами. При такой халяве Кендо Шеннари обленился окончательно и стал появляться в рубке только в ночную, чтобы дать танам нормальный отдых. Ну или когда его вызывали по форс-мажору. Вот и получалось, что жили они или на «Рубине» за счёт графов Шатарнаи, или в резиденции герцога Таириллана за счёт своего флагмана. И при всех финансовых возможностях у Мирра так и не появилось ни квартиры, ни машины, даже другой одежды, кроме форменной, практически не было. А из всех рисунков «мальчика из кресла» в жизнь воплотились только космические корабли. Но беспокоили его вовсе не детские фантазии, а взрослая реальность… — Каких Тварей, Олли? — напряженно спросил Мирр, повернувшись к напарнику. — Ты тоже это почувствовал? Нам на СВС пять дней идти, а прошло только три… — Кто там меня называл занудой? Давай, придумай причину, по которой мы вывалились на досветовую в середине пути! — Тут не гадать, тут выяснять надо… — Сейчас выясним! Давай за мной в рубку!