Квазар

Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, Мирр и Олли покинули салон без спешки и нашли информационную панель. «Чем вам помочь?» — высветилась надпись на экране. — План корабля! — затребовал Мирр. «Могу предоставить план палубы. Поднесите ключ-карту к сканеру», — решила панель. Вместо ключ-карты Мирр поднёс кольцо реффы и повторил запрос: — План корабля! В этот раз панель спорить не стала и без раздумий выдала требуемое. А всё потому, что военные всегда имеют преимущество перед гражданскими. Плюс у Мирра имелся приоритет. По умолчанию он был выставлен графский от Шатарнаи, но при недостаточных полномочиях он всегда мог переключиться на герцогский. Как эсминец первой эскадры Таириллана. Покрутив трехмерную проекцию «Эникеи», Мирр затребовал другую информацию: — Маршрут с данной точки до рубки! Панель вновь не стала спорить и проложила зелёную линию. — Запомнил, Олли? Тогда идём. Только в фантастических фильмах рубка космического корабля располагалась на носу или вовсе была вынесена за пределы корпуса. Лайнер — это же не флаер, чтобы была необходимость иметь лобовое стекло. А камерам, передающим картинку на обзорные экраны, вообще без разницы. Нет, рубка чаще всего находилась в середине, а на грузовиках и баржах — так и вовсе в хвосте корабля. По коридорам лайнера Мирр и Олли шли спокойным шагом, но только до того момента, пока вновь не почувствовали переход на сверхсвет. — Олли, только не говори мне, что навигаторы так быстро посчитали новый курс… — зловещим шепотом выдал Мирр. — За те девять минут, которые прошли с момента выхода, они бы ещё данные собирали. Если только эти придурки… — …не загрузили прежний! — закончил за Мирром Олли. — Бежим! Двое молодых парней со всех ног бросились бежать по лабиринтам коридоров, беспардонно расталкивая и роняя встречных пассажиров. Ведь сейчас на счету была каждая секунда. Каждая секунда, с которой «Эникея» уходила от безопасной трассы на сотни тысяч, а то и миллионы километров! Дверь рубки была заперта, но покорно распахнулась перед графским приоритетом. Не тратя время на слова и объяснения, Олли за шкирку выкинул пилота из его кресла. А подняться и отстоять своё рабочее место ему не дал подскочивший Мирр. — Вы кто такие?! — истерично выкрикнул поваленный на пол пилот. — Группа быстрого реагирования! — рыкнул Мирр. — Олли? — Торможу! Всё, выдыхаем! Есть выход с СВС! — А вот теперь поговорим более предметно! — недобрым взглядом обвёл Мирр дежурную смену. — Кто старший? — Я, — сдавленно прохрипел пилот, которого Мирр всё ещё прижимал в захвате к полу. — Каких Тварей ты, тупой выебок, загрузил старый курс, не дождавшись команды от сопровождения?! — Мирр… — интригующим голосом вместо пилота ответил Олли. — Сдаётся мне, тут дело не просто в повторной загрузке. Похоже, с СВС «Эникея» вывалилась совсем не по техническим причинам! — Чего? — поднял голову Мирр и проследил за взглядом Олли, который кивком головы указывал на какую-то дамочку, непонятно что делающую в рубке лайнера. — Ну, пилот, скажи, что я не прав? — Олли поднялся с кресла и несильно пнул по рёбрам лежащего на полу мужчину. — Что с СВС мы вывалились из-за неисправности, а вовсе не потому, что одной шаболде захотелось сделать фото на фоне размытого светоперехода? — Что вы себе позволяете? Вы знаете: кто я? — взвизгнула дамочка. — Я пожалуюсь капитану! — Да хоть Нару петицию накатай! Рот захлопни и молись Вселенной, чтобы у твоей семьи хватило денег на возмещение убытков и судебные издержки и моральную компенсацию для всех пассажиров! Иначе долг в колонии отрабатывать будешь! — Что тут у вас, Твари вам в хвост! — прервал интеллектуальный диалог ввалившийся в рубку мужик, встрёпанный как со сна и в незастёгнутом кителе. — А ты ещё кто? — спросил Олли. — Старпом. Получил уведомление о доступе в рубку графского приоритета. — Мирран Фиэсси, тан 4-1-7. Это был мой приоритет. А что происходит? В жопе мы, старпом! Не просто в жопе, а где-то в середине толстой кишки! Разбор полётов продлился больше часа. Сначала из пилота вытрясли информацию, затем спровадили скандальную девицу и почесали затылок ещё раз. — Пойми, старпом, выход с СВС — это не то же самое, что отставание от графика на досветовой. Это там вы можете нарастить скорость и догнать время. Но на сверхсвете действуют другие законы! На СВС не просто так заходят в синхроне и выходят по вектору, — принялся разъяснять очевидное Мирр. — При достижении скорости света корабль входит в, образно говоря, резонанс. Именно равенство скоростей обеспечивает тот самый эффект размытия. А потом Вселенная замирает в статике. И мы имеем те самые точные до тысячных долей процента карты звёздного пространства.        И вот, представь, вошла на СВС эскадра. У них всё согласовано: и скорости, и положение в пространстве. Именно эта синхронность и позволяет им держать связь между собой на СВС. Но вдруг один из кораблей вывалился на «досвет». Что происходит? Он просто исчезает из реальности остальных кораблей. Да, сопровождение фиксирует точное время выпада. Абсолютно точное, до миллисекунды.       Если представить себе СВС как толстый слой поролона, то выход из него будет похож на косой прокол иглы. Сначала скорость падает 70 СВС до 50, потом до 20, потом до 2 и только затем выход на «досвет». Но ведь «прокол» может иметь разный вектор. От почти вертикального до почти горизонтального. А это в реальном космосе миллиарды километров. Но и после выхода корабль не статичен. Он продолжает двигаться со скоростью от двухсот до трёхсот километров в секунду. Каждую секунду!       Но не это важно. В ситуации с поломкой эскадра сопровождения зафиксирует точку, развернётся и выйдет возле «аварийного». Для нас на досвете это были бы полчаса. А для эскадры сопровождения — от десяти часов до суток поиска. И всё прошло бы штатно, если бы ваш долбанутый пилот не решил по принципу досвета, навёрстывая график, вновь войти на СВС! И вот тут вступают в действие подводные камни!       Вселенная на досвете не статична! Она движется, причем нелинейно! Вспоминаем шестерёнки: если самая большая совершила поворот на одну единицу, то на сколько единиц провернулась самая маленькая? Так вот, мы и есть та минималка! Даже минуты на досвете хватает для того, чтобы прежний курс, просчитанный с Метрополии, перестал быть актуальным. При аварийном выходе его просчитывают заново! И вот мы подошли к основной проблеме: ваш придурок решил догнать время по старому курсу! В итоге мы ушли с трассы и теперь болтаемся неизвестно где! И сопровождение нас найти просто не сможет! — Проблема понятна… — через минуту осмысления выдал старпом. — И как нам её решить? — На ваше счастье, здесь есть мы, — выдохнул Мирр. — Сейчас просчитаем новый курс до Магды и будем молиться Вселенной, чтобы не встретились Твари! — Не просчитаем, — мрачным тоном заявил Олли. — Мирр, здесь нет навигационных программ. — В смысле? — Совсем нет! Только точка ввода готового курса! — Извини, старпом, мы не в жопе и не в толстой кишке. Мы в желудке Вселенной, и она, похоже, нас переварит! Олли? Вообще никак? — Самое большее, что я могу — это, используя последние вводные, вычислить место первоначального выхода с СВС и попробовать вручную просчитать курс возвращения. Но только туда. Для курса на Магду мне просто не хватит данных. А в той точке нас хотя бы будут искать… — Давай вместе, — предложил Мирр. — Потом сравним наши расчёты, раз нет программы. Основы навигации, преподаваемые на первом-втором курсе в Корпусе, вспоминались с трудом. Мирр потратил больше двух часов, чтобы сделать свой курс. Олли уложился чуть быстрее, но всё же дождался результатов Мирра. — Расхождение между нашими выкладками 3,8%… — В раскладке реального космоса — пара миллионов километров. Некритично, учитывая досветовую скорость. Мы оба укладываемся в радиус поиска сопровождения. Делаем? — Олли привычно запросил подтверждение от Мирра, поскольку именно он официально являлся таном Шатарнаи на «Рубине». — Вот не зря нам в Корпусе давали навигацию! — нервно хмыкнул Мирр. — Делаем!