Глубокие тени

Массивная дверь захлопнулась за ними, и их накрыла гробовая тишина, странная после уличного гула. Воздух в огромном, пустом холле был прохладным и неподвижным. Откуда-то из глубины, со стороны самой арены, повеяло настоящим холодом, словно из открытого гигантского холодильника. — Ууу, могильным холодом повеяло…- пошутил Лиам. Джэни непроизвольно дернулась и шагнула ближе к Тео, задев плечом за его гитарный кейс. Малик, обычно такой разговорчивый, притих. Даже Лиам, со своей вечной иронией, выглядел чуть подавлено масштабом пространства. Они стояли тесной кучкой, как перепуганные цыплята, глядя на огромный холл и коридор, утопающие во мраке. -Боже... здесь, наверное, все население нашего района поместится, — прошептала Джэни, и ее голос отозвался легким эхом. К ним вышел суховатый мужчина с планшетом в руках. -«The Dolly Pool?» — удостоверился он, окинув их беглым, профессиональным взглядом. Получив кивок от Тео, он протянул каждому по пропуску на шнурке. - Следуйте за мной. Не отставайте, лабиринт тут знатный. Их провели чередой запутанных, слабо освещенных коридоров, мимо складов из дорогущих кофров и ящиков с надписями «Fragile». И вот, отодвинув тяжелый черный занавес, он вывел их за кулисы. Открывшаяся картина заставила их разом замереть. Они стояли на краю огромной, многоуровневой сцены, заставленной оборудованием, которое выглядело как декорации из фантастического фильма. Техники, словно муравьи, ползали по конструкциям, проверяя соединения. А перед ними простирался сам зал — темная, пугающая своей величиной бездна, в которой угадывались очертания тысяч и тысяч пустующих мест. -Вот черт...— выдохнул Малик, и в его голосе не было ни шутки, ни бравады. Только благоговейный ужас. Джэни не могла оторвать глаз. Она медленно поворачивалась на месте, пытаясь осознать, что через неделю это пространство заполнится людьми, и все они будут смотреть сюда, на них. У нее слегка закружилась голова. В это время Тео, собрав волю в кулак, уже отошел в сторону с тем самым мужчиной с планшетом, который оказался одним из организаторов. Он внимательно слушал, кивая, его лицо было маской сосредоточенности. «Да, понял. Зона для наших вещей там? Хорошо. Расписание саунд-чеков уточним завтра». Его голос звучал спокойно и деловито, но по тому, как он сжимал и разжимал пальцы свободной руки, было видно — он напряжен. Тано и Лиам стояли рядом, молча взирая на эту громадину. Лиам скрестил руки на груди, его длинные золотые волосы скрывали выражение лица, но по напряженной спине было ясно — он впечатлен не меньше других. Тано, засунув руки в карманы своего серого худи, просто смотрел вперед, его взгляд, был прикован к пустой арене. Он казался статуей. Они были настолько поглощены собственным трепетом, что не заметили, как на противоположном конце сцены появилась другая группа людей. Неспешно, со стаканчиками кофе в руках, они наблюдали за суетой. Это были ребята из Bad Omens. Ноэ, стоявший чуть в стороне, первым обратил внимание на кучку «новеньких». Его взгляд скользнул по их потерянным, ошеломленным лицам, и он тихо усмехнулся — не со злорадством, а с легкой, узнающей ухмылкой. Он сам когда-то так же впервые стоял на подобной сцене. Промоутер, который пригласил The Dolly Pool, пару раз дал послушать их песни и Ноэ зацепился за их звучание. Ему понравилось это сочетание — нежного, почти хрупкого, но удивительно цепкого женского вокала, переплетенного с гитарным драйвом и неожиданными фолковыми мотивами. Он представлял себе вокалистку иначе — более брутальной, что ли. А она оказалась... миниатюрной, с детским личиком и огромными испуганными глазами. И, он не мог не отметить, очень симпатичной. Не говоря ни слова своей команде, Ноэ спрыгнул с невысокого подиума и направился через сцену к ним. Его темная, высокая фигура выделялась на фоне серого бетона. Первым его заметил Лиам. Он резко выпрямился и тихо, сквозь зубы, бросил в пространство: -Тревога. К нам идет... ну, тот самый. Джэни обернулась и застыла. Ее ноги будто вросли в пол. Она видела Ноэ только на фотографиях и в клипах, и вот он — живьем и смотрит прямо на нее, буквально нависая. Ее пальцы судорожно вцепились в ремень рюкзака. Выражение лица Ноэ было нейтрально приветливым. -Привет, ребята. The Dolly Pool, я прав? — его голос был тише и мягче, чем можно было предположить, слушая их записи. Он поглядывал на Джэни. Тео, закончив с организатором, резко развернулся. На его лице на секунду мелькнула паника, но он мгновенно взял себя в руки и сделал шаг вперед, принимая на себя роль лидера. -Да. Привет. Спасибо, что пригласили нас... это огромная честь! Ноэ кивнул, его взгляд теперь скользнул по каждому. -Ноэ. Рад, что вы согласились. Слышал ваши демки. Интересный звук у вас. Он посмотрел на Джэни, и уголоки его губ дрогнули в подобии улыбки. -А твой голос... он вживую так же звучит? Джэни открыла рот, но не издала ни звука. Она была полностью парализована. Малик, стоявший сзади, тихо подтолкнул ее вперед. -Э... я...— она сглотнула. -Надеюсь, что... да. То есть, мы постараемся. Она чувствовала, как горит все ее лицо. В это время к Ноэ подтянулись остальные члены его группы — улыбчивый Николас и более сдержанный Ник. Обстановка немного разрядилась. Представились все. -Место, конечно, давит, когда впервые, — заметил Николас, видя их ошеломленные лица. -Мы в первый раз в таком же шоке были. -Вы где-то тут репетируете? — спросил Тео, пытаясь вернуть разговор в деловое русло. - В паре кварталов отсюда, своя студия, — ответил Ноэ. -Но сегодня зашли глянуть, как подготовка.- Он еще раз окинул взглядом Джэни, а потом каждого из ребят, для которых все это казалось сумасшествием.- А вы не нервничайте. Ваша музыка... она живая. Вот что важно. Он еще раз кивнул им, и его команда последовала за ним, оставив The Dolly Pool в центре гигантской сцены одних, но уже с немного другим ощущением. Ужас никуда не делся, но к нему добавилась капля чего-то теплого, обнадеживающего. Их заметили. Их услышали. Им сказали «не нервничайте». Джэни выдохнула, и ее плечи наконец расслабились. -Он сказал, что у нас живая музыка, — прошептала она, глядя на Тео. Тот смотрел вслед уходящим музыкантам, и в его глазах, помимо трепета, зажегся новый огонь — огонь азарта. -Значит, будем оживлять это место по-полной, — тихо, но очень четко сказал он.