Тесные отношения

Он держал её чуть дольше, чем «можно», но чуть меньше, чем хотел. Она не торопила — просто дышала у него под ключицей, как будто ей тоже нужно было время, чтобы собрать себя обратно по частям. Когда она наконец медленно отстранилась, то осталась стоять опасно близко — не убегала, не прятала глаза. Просто смотрела на него так, будто пыталась понять, что именно в нём её так сильно выбивает из колеи. — Если честно… — начала она и выдохнула, будто собиралась с духом. — Я не думала, что у нас вот так получится. — Как? — спросил он, стараясь не смотреть на её губы, но глаза сами соскальзывали. — Так, что от одного твоего прикосновения у меня мозги вылетают в окно, — сказала она с такой прямотой, что он растерялся. — А я думал, ты это давно заметила, — ухмыльнулся он, но улыбка вышла нервной, потому что всё происходящее било по нему сильнее, чем он ожидал. — Я заметила, — она пожала плечами. — Просто… не хотела верить. Он моргнул. — Почему? Она отвела взгляд, пальцы нервно поправили прядь волос. — Потому что если я признаю, что ты мне важен, — начала она тихо, чуть тише, чем обычно, — то в один момент можешь стать самым опасным человеком в моей жизни. Он почувствовал, как внутри что-то неприятно дёрнулось. Но не от её слов — от того, насколько честно она это сказала. — Я не собираюсь тебя ранить, — сказал он. Она усмехнулась: — Никто никогда не «собирается». Она повернулась, будто хотела уйти на шаг, дать себе пространство, но он осторожно взял её за локоть. Не силой — но ощутимо. — Посмотри на меня, — попросил он. Она медленно повернулась обратно. Глаза чуть блестели — не от слёз, а от всех этих несказанных вещей между ними. — Я не идеальный, — сказал он спокойно. — И ты это знаешь. — Знаю. — Но я не играю с тобой. Не сейчас. И не буду. Она смотрела на него долго, будто пыталась поймать, есть ли в его словах хоть маленькая фальшь. Не нашла. — Ты слишком прямой сегодня, — пробормотала она. — А ты слишком красивая, чтобы я держал себя в руках, — ответил он почти шёпотом. Она резко моргнула и тихо рассмеялась — так, будто смех вырвался сам, без разрешения. Она облокотилась на стол позади себя, пытаясь выровнять дыхание. — Ладно… — сказала она. — Допустим, я тебе верю. На пятьдесят процентов. — Пятьдесят? Серьёзно? — Ну… ладно. Шестьдесят. Он шагнул ближе, совсем на полшага, но ей хватило, чтобы снова почувствовать его тепло. Она поджала губы. — Не надо так… — прошептала она. — Как? — Так близко становиться. Ты же знаешь, что со мной делает твоя близость. — А что делает? — спросил он тоном, от которого у неё на секунду пропал воздух. — Ты… — она запнулась, покраснела чуть-чуть, но не отвернулась. — Ты меня пугаешь. До дрожи. — Хорошо, — сказал он тихо. — Тогда скажи, если ты хочешь, чтобы я остановился. Она вдохнула. Глубоко. Долго. И не сказала «остановись». Вместо этого она сделала шаг к нему — маленький, почти незаметный, но этого было достаточно, чтобы всё внутри него перевернулось. Она подняла руку и коснулась его груди — медленно, почти неловко, но так честно, что у него перехватило дыхание. — Вот и весь ответ, — сказала она тихо. И между ними снова стало горячо. Так горячо, что слова уже были лишними. Он стоял перед ней, и она всё ещё держала руку на его груди — так, будто пыталась понять, что внутри у него творится. А внутри у него творился, честно говоря, самый тихий хаос в мире. Тот, который не орёт, а просто тихо горит, и от него невозможно отвести взгляд. Он не шевелился, чтобы не спугнуть её это движение. Она тоже не отдёргивала руку — наоборот, пальцы чуть сильнее сжались в ткани его одежды. — Ты чувствуешь? — спросила она вдруг. — Что? — Что я тоже уже не могу остановиться. Эти слова ударили по нему сильнее, чем если бы она закричала. Он даже моргнул медленно, будто пытаясь убедиться, что они действительно прозвучали. — Чувствую, — сказал он спокойно. — Я это заметил раньше, чем ты. Она шумно выдохнула, как будто его честность сбила её с ног. Снова. Он поднял руку, хотел коснуться её подбородка, но в последний момент остановился. Она заметила. — Почему остановился? — спросила она чуть тише. — Потому что ты должна сама решить, насколько далеко хочешь зайти. Она усмехнулась — устало, но тепло. — Ох, ты бы знал, до каких границ я уже мысленно дошла… Он хрипло рассмеялся, но смех не вышел — скорее сломался где-то на полпути. И вот она делает движение, от которого по нему будто прошёл ток: медленно взяла его ладонь и прижала к своей щеке. Просто. Нежно. Без спешки. Он замер, потому что её кожа была тёплой — слишком тёплой. Тёплой так, что его пальцы дрогнули. — Хорошо, — прошептал он. — Тогда я тоже перестану сдерживаться. Она открыла глаза чуть шире, будто не ожидала такого поворота. Но не отступила. Он аккуратно провёл большим пальцем по её скуле — медленно, как будто боялся, что она рассыплется под его пальцами. Она наклонилась навстречу этому прикосновению. Чуть. Едва. Но достаточно, чтобы его дыхание сбилось. — Ты понимаешь, что мы делаем? — спросила она. — Я понимаю, — кивнул он. — И меня это не пугает. — А меня — да. Он замолчал. Не потому, что не нашёл слов — а потому что впервые увидел, что она действительно боится. Не его. Не ситуации. Себя. — Я не хочу потерять себя рядом с тобой, — призналась она. — А я не хочу, чтобы ты чувствовала, будто можешь. Она выдохнула, закрыла глаза на пару секунд. Её рука всё ещё лежала на его груди, его ладонь — на её щеке. Они стояли так, будто мир вокруг пропал. — Дай мне секунду, — прошептала она. — Возьми хоть минуту. Хоть час. Я не уйду. Она тихо рассмеялась — такой тихий, почти прозрачный смех, словно облегчение прорывалось сквозь усталость. — Ты иногда говоришь так, будто… будто не хочешь, чтобы я когда-нибудь от тебя отошла. — Я этого и не хочу, — сказал он. Она открыла глаза. В них мелькнуло что-то тёплое, живое, пугающее и притягательное. — Тогда… — она медленно опустила руку с его грудью, но только затем, чтобы положить её ему на шею. — Тогда давай смотреть, что будет дальше. И она подошла настолько близко, что между ними уже не было воздуха — только тепло, дыхание и то самое напряжение, которое стояло между ними с самого начала.