Часть 8
9 января 2026 г., 14:00
Год назад
Дождь лил как из ведра, смывая всю уличную грязь в сточные канавы. Чонгук, ёжась, под капюшоном куртки, брёл по дорожке кампуса, возвращаясь после вечерней тренировки. Ему бы ускорить шаг, чтобы хотя бы попытаться ускользнуть от этой сырости, но ему так похуй. Мышцы после двухчасового заплыва ныли и вовсе не приятной тяжестью. Последняя неделя перед соревнованиями сделала из тренера настоящего любителя бдсм, так что тот ебал всех без селикона и шапочки. Внезапно сквозь шум дождя послышался тонкий писк. Сначала Чонгук подумал, что показалось, но писк повторился настойчивее. Он остановился, прислушиваясь. Звук доносился из-за мусорных баков, где-то под стеной корпуса библиотеки, через которую он решил срезать. — Какого хера? Под одним из баков, прикрытый рваной картонной коробкой, дрожал крошечный серый котёнок. Мокрый до последней волосинки, жалкий, пищал так отчаянно, что даже его давно огрубевшее сердце сжалось. Он ненавидел эти сраные проявления слабости, но животные… животные были исключением. — Ну, блядь, вот ты мне тут нужен был? — проворчал он, но уже наклонился. Осторожно подняв дрожащий комок шерсти, повертел его на предмет каких-то особенностей. — Ладно, мелкая дрянь. Не пропадать же тебе тут. Он сунул находку под куртку, прижав к груди, и крошечное тельце тут же затихло, прильнув к теплу. И внутри него самого что-то расслабилось. Это было пиздец странно, но… приятно. Забрать кого-то, кто никому не нужен. Чонгук уже сделал пару шагов, свернув за угол и намериваясь поскорее добраться до дома, когда услышал его. Голос. Его голос. Взволнованный и полный паники. — Эй, малышка! Кися! Ты где?! Он замер. Сердце пропустило удар, а котёнок под курткой тихонько зашевелился, словно тоже узнал голос. Чонгук слегка выглянул из-за угла. Под дождём бегал Тэхён. Светлые волосы слиплись от воды, бежевое и явно недешёвое пальто насквозь промокло, но тот, блядь, не обращал на это никакого внимания. Ким метался от одного угла к другому, заглядывал под баки и кричал. На лице отчётливое отчаяние и искренний неподдельный страх. И это не испуг богатенького принца, потерявшего игрушку. Это был страх человека, потерявшего что-то по-настоящему ценное. — Кис-кис-кис! Отзовись! — хриплый голос дрогнул. Так расстроился из-за ебаного котёнка? Чонгук сжал зубы, поняв. Тэхён, видимо, нашёл этого котёнка раньше. Может быть, увидел его и убежал, чтобы собрать свои вещи или найти что-то, чтобы его забрать. И теперь вернулся, но не успел. И, сука, он был готов под ливнем обыскать всю округу, чтобы его найти. Комок под курткой снова зашевелился и попытался высунуть голову. А внутри него боролись два чувства. Дикое желание удержать то, что уже было почти его. И ещё более необъяснимое, болезненное желание увидеть улыбку на лице Тэхёна. Увидеть, как этот идиот, которого он так желал, снова станет счастливым. И не из-за него. Не из-за Чонгука. «Нахуй. Просто нахуй», — промелькнуло в голове. Он не мог. Не мог забрать у него это и причинить ему боль. Даже если это означало отказаться от чего-то, что только что стало его. Чонгук осторожно вынул котёнка и слегка подтолкнул прямо из-за угла, чтобы Тэхён увидел. И тут же как тень скользнул обратно, прячась в темноте, не давая себя увидеть. Он не хотел, чтобы Ким знал, что он тут был. Что он видел его. Мяу. — Малышка! Наконец-то! Я так испугался! Чонгук выглянул снова. Тэхён, весь мокрый, опустился на колени, прижимая котёнка к себе, и его лицо озарилось такой искренней, такой счастливой улыбкой, что внутри что-то оборвалось. От боли и, сука, от какого-то извращенного дикого удовлетворения. Он видел. Видел эту улыбку. И этого было достаточно. Он развернулся и быстро, почти бегом, скрылся в переулке, не желая, чтобы его заметили. Сердце колотилось, а лёгкие горели не от усталости, а от чего-то другого. От чувства, что он сделал что-то… правильное. И это было приятно.***
Сейчас
Свежий ночной воздух ударил в лицо, но даже он не смог развеять въевшийся до самого мозжечка чужой запах. Сука … такой манящий, что аж зубы сводило. Чонгук шёл по улице, а внутри всё плясало от какого-то дикого, почти безумного удовлетворения. «Я не люблю насилие», — передразнил он про себя. Придурок. — «Ты, блядь, сам кровожадное животное, когда напьёшься». И эта ярость, эта необузданная сила, скрытая под маской пай-мальчика, вызывала в нём нечто похожее на щенячий восторг. Он хотел это. Хотел всего Тэхёна. Его смех, его гнев, его наивность. Ещё и Пуся, мелкая пушистая дрянь, даже через год сразу к нему прилипла. Значит, не такой уж он и урод, раз даже кошка его приняла. И стояли там вдвоём, провожая его, такие домашние, что внутри нехотя разливалось тепло. Ебать, он, кажется, сходит с ума. Он не должен чувствовать такой хуйни. Чонгук дошёл до зала, пропахшего потом и железом, в котором проводил большую часть своих вечеров. Это было его место. Место, где он мог быть собой. — О, явился? — Юнги, даже не повернувшись, кивнул в его сторону. — Я думал, ты сегодня вообще не придёшь. Что у тебя с телефоном? — Дела были. — Махнув на ходу тренеру, что возился с кем-то новеньким, он начал наматывать бинты. — А чего выглядишь как ёбаный кот, который только что поймал самую жирную мышь? Довольный такой. — Мин оттолкнулся от мешка, вытирая пот с лица полотенцем. — А что, нельзя быть довольным? Просто день хороший. — У тебя в последний раз морда довольной была год назад, когда ты в больничке под седативным был. — Тебе доебаться не до кого? — Чонгук подошёл к мешку и ударил по нему с такой силой, что тот содрогнулся. Тело горело, башка впервые за долгое время была по-настоящему чистой, а сердце… сердце стучало в ритме чужого голоса: «…Ты же будешь моим парнем…» И говорить о том, что с ним происходит, наименьшее, что Чонгук сейчас хотел. Он вцепился в мешок. Каждый удар — выплеск накопившейся за день энергии, желания и обжигающего предвкушения. Он бил и видел перед собой тонкие длинные пальцы, зачёсывающие светлые и даже на вид такие мягкие пряди, что Чонгук три раза одёргивал себя, чтобы не коснуться их. Глаза, полные ужаса, едва открылась дверь. Блядь. Он вообще на себя смотрел, когда шёл открывать? Взъерошенный как воробей. Футболка эта безразмерная, что если чуть сильнее ворот сдвинуть, можно спокойно до плеча и ключиц добраться. Хотелось вцепиться в него, почувствовать под своими руками. Прижать, раздавить своей похотью, а потом собрать по кусочкам, чтобы только он мог видеть его такого. Отработав несколько раундов на мешке, Чонгук перешёл к спаррингам. Сначала с Чонхо, парень начал ходить совсем недавно, но был довольно упёртым в своём желании вставать против него. С ним было легко. Уворачиваться, блокировать удары, иногда пропуская, чтобы тот почувствовал себя увереннее, а потом в нужный момент ответ. Удар в корпус и быстрый хук. Чонхо рухнул на колени, хватая воздух. — Работай над дыханием и защитой. — Он протянул ему руку, помогая встать. После был Сэм, более опытный, но недостаточно озлобленный, чтобы выстоять против него. Их спарринг был жёстче. Каждый пропущенный удар только подстёгивал. Каждый ответ — способ сбросить давление, почувствовать себя сильным и непобедимым. И, сука, единственным достойным этого ебучего принца. Через пятнадцать минут Сэм, весь красный и запыхавшийся, отступил. — Хватит, Джей, — прохрипел мужчина, — ты сегодня какой-то… дикий. Чонгук лишь тяжело дышал, вытирая пот с лица. Он чувствовал себя прекрасно. Каждая мышца горела, но разум был ясным. — Джей, если закончил, иди сюда. — Тренер приподнял канат, кивая в сторону двери. — К тебе там пришли. Хотят поговорить. — Кто? — Не знаю, — мужчина пожал плечами. — Говорит, по делу. Ждёт снаружи. — Подожди меня, потом вместе пойдём. — Сняв перчатки, он кинул их Юнги, что настороженно переводил взгляд между ним и дверью, к которой он направлялся. В темноте переулка у входа стоял незнакомец. Дорогой костюм, идеально сшитый, блестящие начищенные туфли, прическа волосок к волоску. Вонял деньгами за километр. И взгляд… оценивающий и холодный. — Привет, Джей. — Мужчина шагнул вперёд, протягивая визитку. «Ким Чживон. Менеджер…». А дальше мелким шрифтом название, которое заставило Чонгука внутренне напрячься: «Black Circle Club». Клуб подпольных боёв. Он знал о них. Знал, что там крутятся ёбаные миллионы. Знал, что там выступают парни, которые не боятся ничего. И что если тебя там поймают, то можешь попрощаться со всем. — Слушаю. — Я видел твои бои на соревнованиях весной. Ты… талант. И у тебя есть потенциал. Неправильно его растрачивать на детские выступления, не считаешь? У нас есть для тебя предложение. Выступить у нас. — Ким Чживон достал из внутреннего кармана тонкий конверт. — Это аванс. За один бой. Сумма… — Он назвал цифру, от которой у Чонгука зашевелились волосы на затылке. Это были, блядь, огромные деньги. Годовая зарплата многих людей. — А дальше по результатам, твои доходы будут только расти. Нам нужны такие бойцы, как ты. Бесстрашные. Жестокие. Чонгук посмотрел на конверт, даже зрительно ощущая его тяжесть. Соблазн был, сука, огромным. Эти деньги могли бы решить все его проблемы. Раз и навсегда. Но… — Нет. — Почему? Ты же… — Мне осталось доучиться полгода, — перебил он, протягивая обратно визитку. — Если меня поймают на подпольных боях, то выпнут из всех секций в универе. А потом и из самого универа. А мне, блядь, это не нужно. Мне нужен диплом. Мужик уставился на него, явно не ожидая такого ответа. Он, видимо, привык, что такие, как Чонгук, хватаются за подобные предложения как за спасательный круг. И он бы схватился. Ещё два дня назад. — Хм… извини за прямоту, но ты уверен, что такому, как ты, нужен диплом? Ты не понимаешь, что теряешь, парень. Это… — Я всё понимаю, — Чонгук покачал головой, — но у меня свои планы. И свои цели. И рисковать всем ради пары боёв я не буду. Он развернулся и пошёл обратно в зал, не дожидаясь ответа. За спиной послышалось сдавленное: «Идиот». И впервые он был полностью с этим согласен. Он идиот, считающий, что всратый диплом может помочь ему. Если и не стоять на одном уровне с Тэхёном, то хотя бы не чувствовать себя говном рядом с ним. — Что там? — Юнги, уже переодевшись, ждал его возле шкафчиков. — Да хрен какой-то хотел работу предложить, — говорить другу о том, что у него потекли мозги, Чонгук пока не собирался. Ему ещё надо как-то объяснить пацанам про свою новую должность «парня» Тэхёна. — Я отказал. — А чё? Геморно? — Я вчера внепланово подрядился одному ботану помочь… — Кто-то прессует? — Да. Его батя, — он хмыкнул и, скинув с себя футболку, направился в душевую. — Расскажу как выйдем. Вызвони Джина.***
В забегаловке, уже давно ставшей их негласным местом встречи, всегда был один и тот же отвратный запах: пролитого пива, дешёвого пластика, и какой-то, блядь, уличный дух, который нигде больше не сыщешь. Юнги вертел запотевшую бутылку соджу, пытаясь разглядеть что-то в этой мути. Сокджин трещал по телефону, то и дело закатывая глаза, пока убеждал свою малявку, что всё нормально и он просто вышел на пару минут к пацанам. Бутылка Чонгука так и стояла нетронутой. В горле пересохло, хотя он ещё даже не начинал говорить. За эти четыре года дружбы они прошли через многое. Драки, больнички, ночные подработки и голод — спина к спине, всегда. Чонгук доверял им больше, чем кому-либо на свете. И именно поэтому было, сука, так страшно. Одно дело — биться спина к спине, знать, что твой кореш прикроет тебя в любой драке. А другое дело — знать, что твой кореш, блядь, может к твоей спине пристроиться. Они никогда ничего не говорили плохого про геев, он даже не помнит, чтобы друзья вообще затрагивали эту тему. Просто она никогда не возникала. А теперь… теперь он должен им рассказать, что будет изображать. И, блядь, это было почти то же самое, что признаться. — Парни, — наконец, когда Джин закончил трепаться, он решился, стараясь, чтобы голос звучал как можно более небрежно. План был прост: главный акцент на бабках и халявной поездке. Никаких эмоций. Только выгода. — Короче, тут подвернулся один… проект, — он запнулся, пытаясь подобрать правильные слова, — очень выгодный. — Сколько? — Юнги и Сокджин переглянулись. Они знали, что если звучат слова «выгодный проект», значит, это что-то на грани фола, а то и за ней. — Дохуя, — выпалил он, тут же делая глоток. — Реально дохуя. Плюс… халявная поездка в Таиланд. Всё включено. Отель, перелёт, развлечения. — Таиланд? Вот это уже интересно, — Джин присвистнул. — Что надо делать? Кого-то припугнуть? Или что? — Надо изображать парня одного мажора из универа, — Чонгук выдохнул, максимально быстро проглатывая слова. — Ему нужна легенда для отца, чтобы избежать помолвки. Типа, он гей и у него уже есть парень. И этот парень — я. За столом повисла тишина. Ким поставил свой стакан на стол, Юнги замер, так и не донеся соджу до рта. Они просто смотрели с нечитаемыми лицами, и это, сука, было хуже всего. Ни отвращения, ни смеха, ни, блядь, понимания. Ничего. — Ну… это же просто игра, понимаете? — Чонгук пытался как можно быстрее заполнить неловкую паузу. — Не по-настоящему, конечно. Чисто для вида. Неделя в Таиланде, возможно, здесь ещё какое-то время. В обычном случае я бы, конечно, хуй согласился, но жалко пацана стало, да и бабки… реально большие. Не каждый день такое предлагают. Он ждал. Ждал их реакции. Готовый к любому их слову. Готовый к тому, что они, блядь, могут и отвернуться от него. Но это было слишком важно, чтобы просто промолчать. — И что именно «изображать»? — Наконец Юнги медленно вернул рюмку на стол. — За ручку ходить? Или целоваться тоже придётся? — Ну… пока ничего такого. Типа, притворяться, что мы встречаемся. С его отцом познакомиться. Может, держаться за руки на людях. Там, типа, общение. — А что, этот мажор настолько desperate, что ему ты нужен для такой роли? Не мог найти кого-то… ну, более подходящего, что ли? — Сокджин хмыкнул, прищурившись. — Ему нужен был кто-то, кто не будет лезть в его дела, и кто не очканёт, если отец начнёт прессовать. — Он нашел в себе силы посмотреть им в глаза. — Ну и кто-то ему пизданул, что я выполняю разную работу. — Гук, ты хоть понимаешь, во что ввязываешься? — Юнги определённо не нравилась эта затея. — Это же не просто драка. Это… ну, это может обернуться для тебя дерьмом. Люди в нашем кругу не особо одобряют такие дела. — И что? Мне насрать на «людей в нашем кругу». — Злость медленно начинала перебивать страх. — Мне важно только ваше мнение. И нужны бабки. Это шанс вылезти из той жопы, в которой мы все сидим. Разве нет? — Мы всегда за тебя впряжёмся, ты же знаешь. — Джин положил руку ему на плечо. — Но ты, блядь, главное, не вляпайся по-настоящему. Такие игры иногда заканчиваются… ну, не так, как планируешь. — Естественно, мы с тобой, — Юнги кивнул. — Просто будь начеку и убедись, что бабки того стоят. А если этот мажор начнёт выёбываться или, блядь, полезет к тебе, ты знаешь, куда обращаться. — Я знаю, что делаю. — Чонгук наконец смог выдохнуть. Они не отвернулись. Не стали смеяться или осуждать. Просто приняли. — Так, а что там вообще за ситуёвина? Вдруг там и для нас какие-нибудь «проекты» найдутся? — Сокджин усмехнулся, отпивая из своего стакана. — Ну, короче…***
Утро следующего дня принесло не только облегчение от ушедшего похмелья, но и новую, куда более тревожную волну беспокойства. Тэхён вошёл на территорию кампуса, но теперь знакомые аллеи и здания вдруг показались чужими, полными скрытых угроз. Он понятия не имеет, как ему теперь себя вести. Что ему сделать, когда увидит Чонгука? Должен ли он поздороваться? Сделать вид, что они знакомы? Или, может быть, Чонгук не захочет, чтобы кто-то узнал о том, что он общается с «ботаником»? Ведь у Джея была репутация. «Мы же не обсудили это!» — мысленно застонал Тэхён, чувствуя, как начинает подкрадываться паника. Сосредоточившись на Таиланде, на условиях, он совершенно забыл о самых элементарных и повседневных правилах их «отношений». И не придумав лучшего варианта, чем избегать Чонгука, по крайней мере, сегодня, Тэхён включил режим «ниндзя». Он двигался по кампусу словно тень, огибая большие группы студентов, прижимаясь к стенам, заглядывая за углы, прежде чем выйти. Глаза постоянно рыскали в поисках знакомой тёмной фигуры, которая могла появиться из-за любого поворота. Он проскользнул в главный корпус, затем по коридору, где обычно толпились студенты, быстро пробежал мимо, игнорируя несколько знакомых лиц, которые пытались с ним поздороваться. Да, это ужасно грубо, но альтернатива была ещё хуже. Наконец добравшись до своей аудитории, что, к счастью, была ещё почти пуста, Тэхён быстро занял своё обычное место в первом ряду и выдохнул. Фух. Пронесло. Он достал конспекты, пытаясь сосредоточиться на предстоящей лекции по экономике и делая вид, что ничего увлекательнее в его жизни ещё не было. И всё же… Что Джей сделает? Подойдёт или проигнорирует?
