Правая рука Адама

      Лют ощущает себя как отпахавшая за семерых лошадь. Заторможенно, подобно бракованной игрушке, поворачивается к Адаму. Мужчина вмиг выудив из кармана пачку сигарет, не смотрит на неё, затылком чувствуя приставленный, словно дуло пистолета взгляд. Пританцовывающее в сумеречном свете, пламя жадно лизнуло табачные хлопья, создавая веющую неприятным ароматом струйку дыма. Ангел кривится.       — Тебе бы тоже не помешало, но я не хочу тратить свои деньги на безмозглую курицу. – Спокойно бросает тот, бесцельно рассматривая впереди себя открывшийся горизонт.        В мире людей вечерело. Лют успешно выполнила свое самое важное задание, порученное от архангела. Поносилась за ним как собачка на повадке по грязным кварталам, посетила вместе с ним убогое пристанище, недавно созданное рокерским объединением, что выделялось людьми горящими своими идеями. Верно не влезала в перепалку, устроенную начальником с приставучей бабушкой на детской площадке. Старшему поколению явно не понравилось, что мужчина прогнал бедного ребенка с качель, занимая его место. Бессмысленно поручение выполнено идеально.        — Это все? Мы можем вернуться на Небеса? - задает желанный вопрос ангел, выжидающе глядя на Адама.       — И что ты там делать будешь? Побежишь домой реветь в подушку из за ублюдка начальника? - спокойно попадает в самую точку мужчина, придерживая украденную из чужого неформального гаража электрогитару, – кайфуй, пока можешь, дальше хуже будет.       Задевая пальцами пару струн, радостно предупреждает Адам, удерживая в свободной руке тлеющую сигарету. В отличие от Лют он до сих пор был полон энергии, затмевая неоновую вывеску пëстрого заведения. Ангел про себя молилась, чтобы они его не посетили. Кишащий грешниками разных мастей клуб не входил в её планы, да и сам визит к людям не был предусмотренным.        — Да щас-щас, – смахивая пальцами погасший пепел, тараторит брюнет. – не переживай, скоро пообнимаешься с мамочкой и расскажешь ей о всех своих проблемах. Дай мне без тебя докурить уже, заебала, кайфоломка.       Лют подчинëнно отходит на парковку у здания. Наконец, ангел может глубоко вздохнуть и этому не будет препятствовать изрядно надоевшее общество новоиспечëнного босса. Поднимая голову к забагревшему небосводу, девушка щурится от нагонявшего плечи легкого ветерка, что послал рой приятных мурашек по нежной коже. Она до сих пор живая, хотя бы этот факт радует.        Запах улицы контрастировал с затхлым смрадом питейного заведения — здесь пахло свежестью и тонким шлейфом сигаретного дыма вперемешку с газами, извергающих разных марок машин. Время напоминало о своей скоротечности восходящей сквозь пунцовые облака луной.        — Ты же можешь уволиться, – вышагивая уверенной походкой путь к ангелу, великодушно подкидывает ей идею Адам. — слишком уж ты не подходишь, давай пиздеть не будем. Эта кретинская идея Серы нам обоим не нравится.       Как же Лют бесит, что архангел всегда донельзя прав. С ним невозможно выиграть никакой спор, ты в любом случае рискуешь остаться в дураках.       — Ты сам сказал, что я никчëмная, – устало облокачивается об металлические прутья парковочного места для велосипеда девушка. – я хочу хотя бы попытаться.        Холод обжигает спину, но на лице Лют не проходит и единой эмоции. Адам криво ухмыляется, вытаскивая из карманов полупустую пачку и вырвиглазную зажигалку.        — Чтобы опять убедиться в этом? Ну валяй, сучка, – бесцеремонно тянется вооруженной рукой сигаретой к накрашенным губам ангела, — не обеднею, если поделюсь, слишком ты жалкая. Я бездомным на милостыню даю между прочим.        Лют не перечит, хватая зубами фильтр. Над лицом языками пламени тут же ненадолго объявилась огнево. Ангел заходится кашлем, втягивая лëгкими ядовитый дым, что не остаëтся от внимания Адама, поперхнувшегося от смеха.        — Детка, на твоей работе нужно научиться курить, ты с ума точно сойдëшь! — даëт наставления мужчина, хватаясь за живот в попытках унять смех, от которого уже жгло горло.

***

      Лют скучающе наблюдает за тем, как хлопотавшая над ней порчиха снимает мерки, усердно вписывая пометки в толстый блокнот. Ангел искренне завидует отведëнной женщине роли на Небесах. Пресновато и скучно, зато без меча наперевес и ненавистного начальника, любящего издëвки над подчинëнными, не скупившегося на самые обидные оскорбления.        Мысли уносят на задворки пошатнувшегося сознания, где бурлила ненависть к происходящему с ней. Сера несправедлива, уясняет за небольшой период, проведëный с Адамом Лют. Сами Небеса так по-скотски с ней относятся, бросая в пучину готовящегося истребления и в противные лапы Первого человека.       Они также не смиловались над ангелом, как и восставшим адом. Одно лишь желание перерубить отродий в защиту дома заиграло новыми красками. Теперь уже нет сомнений, что в самом низу души заслуживали смерти. Адам прав, что кучка маргинальных отбросов не стоят проявлений милосердия и справедливости. У них уже были все шансы оказаться в Раю, но одумались грешники слишком поздно. Да и жалеть кого-либо сил не оставалось, когда саму Лют бросают на обочину, по которой смертоносно несëтся огорчение, а судьба велит - выживай как хочешь.       — Готово, мисс! – выдëргивает из размышлений добрейший голосок миловидной портнихи. – Управлюсь за день. Форма будет готова к вечеру, не забудьте зайти.       Лют благодарно кивает, пробегаясь взглядом по массивному зеркалу у одной из примерочной. Под глазами образовались синяки из-за бессонной ночи и скрыть макияжем их не удалось, волосы ангел состригла под каре, как и было положено. Сожалений не осталось, когда новый образ пришëлся ей подстать. Теперь не выглядело всë не так, как раньше.        Раздражало, что обстановка в Раю не изменилась, оставаясь прежней. Это еще раз напоминало Лют, что она пустое место для всех и вся. Дайте Адаму скинуть ангельское тело в ад, никто даже и не заметит. Сера, безусловно, отругает архангела и позлится пару минут от того, что вынужденная подыскать новую жертву и все. Она же нашла в себе силы раньше молчаливо наблюдать за муками ангела. Родителям выдадут справку, что дочь бесследно пропала, испортив им неделю райского бытия горем, а живущие на Небесах не узнают о том, что их безвозвратно покинула одна ничем непримечательная ангельская душа.        Лют расправляя крылья, направляется к скрытым от лишних глаз военных полигонов. В лицо девушки ударил настолько сильный поток воздуха, вызвав вибрацию. Ноздри приятно щекочет вкусный запах испеченных пирожных одной из райских пекарен, отвлекая от приевшегося самокопания. Вороние крылья разинув пушистые облака, несут ангела к установленной точке, светло напоминая о сущности Лют. Полет на короткий срок устаканивает внутренний конфликт, ощущениями, что под ней раскинут целый мир. Возможность летать доступна далеко не всем, но именно девушке была открыта. Хоть в чем то Лют была исключительна, правда только от грешников и людей, мечтавших когда нибудь овладеть покорением небес.       Спустя некоторое время перед глазами возникает столпотворение вооруженных бойцов чьи лица были скрытыми пугающими масками. Военные должны внушать страх и угрозу, сознает про себя ангел, сглотнув неприятно застрявший царапающий гортань комок.        С вихрем ветра опустившись на землю, Лют мгновенно достигает одну из экзорцисток. Незнакомка машинально подобно роботу оглядывается на гостью, вмиг оголяя мрачное лицо, скрытое под маской.        — Ты Лют? – холодно интересуется та, удобно убирая маскировку под бок, — я Вегги, рада знакомству, - великодушно протягивает руку в знак дружелюбия девушка, бесстрастно заглядывая в золотые глаза собеседницы.       Ангел чуть мнется на месте, неловко пожимая чужую ладонь, экипированную белыми перчатками. Несмело натягивает на уста подобие дружелюбной улыбки, отпуская возникшее напряжение на второй план. Скользя растерянным взглядом по образу экзорцистке, девушка отмечает необычную внешность. Орлиный нос и потухший взгляд, скупой на эмоции. Вегги не сильно смахивает на холоднокровную убийцу, но не утаивает свой внутренний тщательно выточенный стержень. Соответствует представлению об войнах Небес.       — Я отведу тебя в зал к Адаму, он уже заждался, – малоутешительно оповещает экзорцистка, печально вздыхая.       — Заждался? Он сам все время опаздывает, ничего страшного в том, чтобы подождать меня. Тем более я пришла вовремя, – почти.       Опоздание на пару минут ситуацию хуже не сделают. Не рассчитала ангел время полета из за неизвестной местности, но справилась более чем превосходно. Её крылья не приспособлены к долгим перелетам, предназначены для мирных парений в облаках на территории Рая, смирено выстояли нелегкий путь. Лют не ведала, что пожалеет, когда прогуливала уроки крылоборства, наивно полагая, что в её жизни не будет им весомого толка.        Проморгавшись, Вегги на секунду опешила, изумленно приподняв брови. Теперь в её бездонных серых глазах промелькнула новая эмоция, похожая на одобрение.       — Тут никого не осталось, чтобы перечить Адаму, – нервно хихикнув, довольно ухмыляется экзорцистка, – надеюсь, что с тобой все будет в порядке.       — Мне плевать, что со мной будет. Мнения своего я не поменяю – он абсолютно конченный мудак, – презренно морщится от воспоминаний связанных с упомянутым ангел, – Вегги, ты его боишься? Я нет. Псих, который ссытся, что кто то скажет ему правду. Пусть хоть кожу с меня сдирает, я не проникнусь восхищению к его персоне, – язвит Лют, воинственно обороняясь скрещенными на груди руками.       Вегги не сдерживает в себе ликующий смешок, приятельски коснувшись насупившихся плеч девушки. Новоиспеченный член отряда экзорцистов внушал забытый восторг, разливаясь отрадными и покинутыми чувствами в душе.       — Главное, чтобы ты потом не передумала. Верю в тебя, Лют. Мы тут одни с тобой одинакового мнения, – бережно склонив ангела к тому, что стоит поторопиться завершает беспечный диалог одной лишь фразой, — если появится время - поищи меня, приятно было побеседовать.       Лют оставляют около дверей, ведущих в спортивный зал. Немедля, ангел отворяет дверцу, проскользая в темное помещение. Адаптировавшись в непроглядной тьме, девушка недоуменно принимает попытки оглядеться.        — Что за… – вопрос не дает завершить неожиданное нападение со спины.        С грохотом ангела опрокидывают, выбивая из легких воздух и сковывая поддарвавшиеся к инстинкту самосохранения руки, вдалбливают лицом в ледяной пол. Ненавистный гогот бесцеремонно касается ушей, заполонив собой пространство. Лют с не приложенными усилиями узнает этот смех из тысячи.        — С первой тренировкой, тупая сучка, — яростно вцепившись в запястья девичьи, посылая болезненные импульсы по всему телу, весело объявляет нападающий, — недобро пожаловать в легион сисястых истребителей, райская стерва!        Ангел осознает, что ей пора исчезнуть, просто раствориться, да что угодно, только убраться подальше. Но…

Как?

      Лют опять оказывается жертвой, подобно загнанному жалкому зверьку и прекрасно понимает, что охотник обожает забавляться агонией потерпевших натиск от его умелых рук. Душась подступающими к щекам слезам, ангел с характерным звуком сжав челюсть, решает вступить в неравную схватку. Она хотя бы попытается, а не смириться со всем, что на неё скинули. Не с Адамом, а с безжалостной судьбой.       — Ненавижу… – яростно зарычав, безуспешно дергаясь в захвате, – я так вас всех…ненавижу.       Лют кажется, что она потеряла слух и зрение, а может и не только. По крайней мере она не улавливает всем нутром навалившуюся опасность, проваливаясь в потемки разума.       На языке ощущается железный привкус, а голова отдает сокрушительной пульсацией, тяжело давя на виски.       — Че-че, сука? Клево же я тебя напугал, ты аж сбрендила, – отпихнув тело в сторону, с наслаждением говорит мужчина.       Адам одним щелчком пальцев освещает помещение светом, сбрасывая плену с мокрых глаз ангела.       — Вытирай слезки и преступим, – ехидная ухмылка на бездушной и устрашающей маски лидера целой армии экзорцистов.