Сила, что оживает внутри

Pov Драко Драко пришёл в себя в больничном крыле, голова гудела, словно по ней прошёлся тролль. Крылья исчезли — хорошо. Осталась только тупая ломота в спине и руках. И… тёплая тяжесть у левой стороны груди. Поттер. Точнее — Поттера уже рядом не было, но ощущение того, что он тогда на него упал, ещё жило в мышцах. И раздражало до дикости. Пока он думала в его палату ввалились Слизеринцы — Блейз и Тео. С одинаково мерзкими ухмылками. — Ну что, герой, — протянул Блейз, прислонившись к тумбочке. — Красиво поймал Поттера. Прямо в объятия. Эмоционально. Трогательно. Мы растрогались. — Закрой рот, — рявкнул Драко, не поднимая головы с подушки. — Не, ну правда, — Тео сел в ногах койки. — Ты видел себя? Падаешь — и такой: “О, любимый, иди сюда!” — изобразил он широкие объятия. — Тео, — процедил Малфой, — если ты сейчас не заткнёшься, я встану — и заткну тебя сам. И мне всё равно, что у меня половина рёбер болит. — Оу, — Нотт фальшиво ахнул. — Значит, не любимый? А мы уже думали, что у вас роман века. — Я спасал идиота, — огрызнулся Драко. — Он падал, а если бы влетел головой в каменную плитку, у нас стало бы на одного гриффиндореца меньше. И, между прочим, мне всё равно, Поттер это или нет — я не собираюсь наблюдать, как кто-то разбивается об пол. Это называется инстинктом приличия. Понятия имеете? — Инстинктом приличия? — переспросил Блейз. — А выглядело — как инстинкт пары. — Я сейчас убью тебя. — Без эмоций. Просто факт. Слидеринцы заржали, абсолютно довольные реакцией. — Ладно-ладно, успокойся, — поднял руки Тео. — Мы просто… ну, это было эффектно. Ты серьёзно не видел, как его держал? Ты вообще дышал ему в шею. — Я терял сознание, идиоты! — Драко откинулся назад, зажмурившись. Какие они всё-таки придурки, - думал тогда Малфой. — Это не чувства. Не влюблённость. Не пара. Ничего подобного. Я даже думать об этом не собираюсь! Это просто… — Он замолчал, раздражённо сжав кулаки. — Просто рефлекс. Я точно так же поймал бы любого другого. Даже Лонгботтома. — Двое хором фальшиво ахнули. — Вот это самопожертвование, — выдохнул Блейз. — Лонгботтома бы он поймал. Это любовь. — ВОН. — Сказано таким тоном, что они вылетели из палаты быстрее, чем успели договорить. И только когда дверь захлопнулась, Драко тихо, злобно буркнул: — Да чтоб я вообще когда-либо… Поттера… любил… Вы что, совсем больные?.. — Но внутри всё равно кольнуло — неприятно. Раздражающе. Не от чувств. От того, что эти идиоты заставили задуматься. А думать о Поттере — это уже очень близко к сумасшествию. Pov Гарри Гарри проснулся сильно позже. Горло пересохло, в груди — глухая усталость, ноги ватные. Наследие Кицунэ внутри было тихим — наконец-то. Он сел, пытаясь сфокусироваться. Гермиона тут же оказалась у постели. — Гарри! Ты как? Боже, ты нас напугал… —она мягко положила свою руку ему на плечи, еле ощутимо, чтобы не приченить боль. Гермиона понимала, что после буйства наследства у Гарри болит все тело, потому прикосновения свела к минимуму. Рон тем временем уткнулся в стул, как всегда, жуя шоколадную жабу: — Ты сверкал, как новогодняя ёлка. А потом рухнул. Очень эффектно. — Спасибо, — хрипло выдал Гарри. — Что… вообще произошло? — Рон с Гермионой переглянулись, и у обох зародились злостные усмешки. Видеть такой Гермиону Поттеру было необычно, к Рону он уже привык. — Ну-у-у… — протянул Рон. — Малфой тебя поймал. Красиво. Так акуратно. Прямо как… — Не смей, — Гарри скривился. — Рон… — Как принцессу, — закончил Рон. — Рон!! - Гермиона закатила глаза на столь примитивное слово, выбранное её другом, но улыбнулась: — Он правда тебя поймал, Гарри. Если бы не он — ты бы ударился о пол. Ты был без сознания. И… да, выглядело это… ну, необычно. — Ясно.., — Гарри медленно провёл руками по лицу. — То есть Малфой… серьёзно?.. — Да. И выглядел он так, будто сам вот-вот рухнет. — сказала Гермиона тише. — Он был напуган. Хотя, конечно, делает вид, что ему всё равно. Гарри вздохнул, опуская ноги с кровати: — Ну… наверное… я должен сказать ему спасибо. Ну, по-человечески. Рон прыснул: — По-человечески? Поттер, вы ж чуть не обнялись в полёте. — Заткнись. — Но мысли всё равно крутились те самые: Малфой спас. Малфой поймал. Малфой… не ушёл, пока сам не вырубился. Гарри поднялся. Ноги дрогнули. — Гарри! — всплеснула Гермиона. — Ты куда?! — Сказать спасибо. Не люблю быть в долгу. — Гарри постарался встать ровно на ноги но его трясло, болело тело больше чем после победы над лордом Волон Де Мортом. И это злило. Не очень то хотелось выделяться как обычно, но.. всё как всегда. Даже здесь, когда наследия пробудились во всех старшеклассниках Хогвартса, он успел выделиться. И чем? Не контролем своего же наследия, что было сильнее всех остальных кроме Вейлы Малфоя? Повезло..., что ещё и сказать. Но несмотря на боль Грифиндорец всё равно шёл к палате Малфоя младшего, чтобы поблагодарить за помощь. Гарри не считал, что его спасли. Ну ударился бы он, что с того? Однако факт того, что его поймал Малфой принимая удар на себя был странным. Зачем он это сделал? Последние, что помнил герой магической Британии, это боль и то, как его наследие рвалось изнутри. Туда, на свободу которою он заслуживал по праву. Помнил он только палату, где проснулся. За своими не очень то и радужными мыслями Гарри не заметил как уже подошёл к палате Малфоя. Он сидел, опершись о подушки, когда дверь распахнулась, и на пороге стоял Поттер. Живой. На ногах. И… бледный, но уверенный. Малфой сразу скривился: — Что тебе? Пришёл убедиться, что я не умер? Разочарую — жив. - Гарри выдохнул: — Нет. Я пришёл… сказать спасибо. Ты меня поймал. И если бы не ты, я бы… — Он пожал плечами. — Ну, ты понял. Спасибо. - Драко моргнул. Один раз. Второй. — Ты серьёзно?! — Да. — Поттер… - Малфой потер переносицу, будто это физически причиняло ему боль. — Я тебя поймал, потому что ты летел вниз, как мешок картошки. Это не подвиг. Это просто… ты бы треснулся. И всё. — Всё равно. Спасибо. - Между ними зависла пауза — тягучая и неудобная.  Просто двое мальчишек, что только что пережили что-то, что больше никто не понимает. Гарри перевел взгляд на его руки, что ещё дрожали. Он оглядел палату, потом тихо добавил: — И… я хотел убедиться, что с тобой всё нормально. Когда очнулся — тебя уже не было. Сказали, что ты тоже свалился. — Драко дёрнулся: — Свалился? Поттер, я держал у себя на руках светящийся мешок из магии и костей, который мог в любую секунду шарахнуть меня заклинанием! Конечно я свалился! — Ну вот, — выдохнул Гарри. — Поэтому и пришёл посмотреть, что ты жив. Всё. Больше ничего. - Малфой уставился на него так, будто Поттер сего раз, действительно сказал что-то странное: — Ты… переживал за меня? — Не то чтобы переживал… — Гарри на секунду запнулся. — Просто… неудобно получилось. Ты мне помог, а я даже не знал, что с тобой после этого. — Драко фыркнул, отвернувшись: — Вот и не переживай. Я в порядке. Живой. И хватит из этого делать драму. Гарри кивнул: — Ну… ладно. Тогда я пойду. — Он уже повернулся к двери, когда сзади прозвучало еле слышное, раздражённое: — Поттер… не падай больше. Слишком много проблем. Гарри хмыкнул: — Постараюсь. И вышел.