Ловец моего сердца

      После череды изматывающих испытаний и тяжёлых моральных потрясений, обрушившихся на участников в первые дни, наступившее затишье показалось им настоящим спасением. Организаторы шоу словно решили сбавить темп: теперь всё ограничивалось лишь тихими вечерами в гостиной и простенькими заданиями. Теперь пары проводили всё время дома, занимаясь вещами, которые помогали им просто стать ближе и лучше узнать друг друга.       Для Чонгука и Тэхёна это время стало периодом осторожного сближения. Задания были простыми: вместе приготовить завтрак, составить плейлист, который бы понравился обоим, или пройти тест на знание привычек партнёра.       Чон с любопытством впитывал каждую деталь, которую узнавал о настоящем Тэхёне, и одна из привычек омеги его особенно позабавила. Во время совместного приготовления еды альфа с удивлением заметил, что Ким всегда, абсолютно всегда, сначала нюхает любой ингредиент, прежде чем добавить его в блюдо. Будь то щепотка соли, специи или овощи. Ритуал повторялся неизменно. – Тэ, ты что, сомелье по специям? – смеялся Чонгук, впервые заметив это. Тэхён смущенно оправдывался, что так ему спокойнее, и он лучше чувствует баланс вкусов. Чонгук же находил эту маленькую странность невероятно милой и трогательной. Он запомнил ее, как и многие другие мелочи, складывая в воображаемую копилку знаний о человеке, который с каждым днём становился ему все ближе.       В один из дней им предложили расписать общую картину, используя лишь пальцы и яркие краски. – Только чур не рисовать каракули, – пригрозил Чонгук, запуская ладонь в баночку с голубой гуашью. – Я хочу, чтобы это висело в нашей гостиной. – фраза, брошенная альфой, прозвучала настолько естественно и властно, что у омеги перехватило дыхание. Чонгук произнес это так, будто их совместное будущее было делом решенным, неоспоримым фактом, не требующим обсуждения. – В нашей? Ты уже всё распланировал? – Тэхён вскинул бровь, аккуратно выводя на холсте очертания дерева. В какой-то момент Чонгук, весело смеясь над очередным замечанием Кима, «случайно» подался вперед. – Ой, подожди, у тебя тут… – он нежно коснулся пальцем щеки омеги, оставляя на ней ярко-голубую полосу. – Чонгук! Ах ты…! – омега ахнул, замирая на месте. Он почувствовал кожей влажный след краски, но не спешил тянуться к зеркалу или окну. Омега просто застыл, не зная, как реагировать на такую ребяческую и в то же время интимную выходку. – Ты это намеренно! – Тебе идёт, честно. Подчёркивает цвет глаз, – альфа попытался сделать серьезное лицо, но попытка провалилась. Ким незаметно обмакнул палец в красную краску. – Иди сюда, – скомандовал омега, и Чон послушно наклонился, ожидая поцелуя, но вместо этого почувствовал холодный мазок на самом кончике носа. – Теперь ты похож на оленёнка Рудольфа, – довольно заключил Тэхён, рассматривая красный отпечаток на лице альфы. Они замерли друг напротив друга. Перепачканные краской, взъерошенные и абсолютно счастливые.       Несмотря на шутливую потасовку и испачканные лица, им всё же удалось закончить работу. Картина получилась далёкой от классических пейзажей, но в ней было нечто гораздо более ценное. Весь холст был заполнен переплетением их ладоней: в тех местах, где небесно-голубые мазки Чонгука наслаивались на яркие алые отпечатки Тэхёна. Краски смешивались, создавая глубокие и совершенно новые, уникальные тона. Случайные касания и переплетения красок говорили о чувствах красноречивее любых слов.

***

《Сегодня ваше задание будет направлено на сплочение команды. Вам будет необходимо образовать пары, состоящую из альфы и омеги для прохождения задания. Само задание будет состоять из двух частей: работы и наказания за её невыполнение. Удачи!》 – Звучит паршиво, – хмыкнул Чонгук, пожимая плечами, – но я выбираю тебя, Тэ. Как и всегда. – Посмотрим, на что мы способны вместе, – улыбнулся Тэхён, полный решимости.       Через пару часов их автобус остановился у пляжа. Перед глазами предстал лагерь, подозрительно напоминающий военный. Участников встретил высокий мужчина в военной форме цвета хаки. – Всем здравствуйте. Я капитан Чо Борым. Сегодня я ваш руководитель. Прежде чем начать, попрошу вас переодеться в форму, она в палатках. Чонгук помрачнел. – Ох, армия вспомнилась, аж не по себе. – По лицам других альф было видно, что они разделяли его чувства. Омеги, которые никогда не служили, не понимали этой реакции. – Что-то мне не нравится начало. Мы же не будем тут круги наворачивать? – Ой, даже не знаю. Если не выполним приказ, нас ведь накажут, – поддразнил Тэхён. – Еще и наказание... – Чон скривился, глядя на выданный комплект одежды. – Боже, ну нет, я не хочу это снова надевать. Я, конечно, красавчик, но форма мне не идёт. – А я бы хотел увидеть её на тебе, должно быть, круто смотрится, – Ким подхватил свою форму и отвернулся, чтобы переодеться. – Уж точно лучше, чем на мне. – натянув штаны, которые оказались чуть великоваты, Тэхён застегнул ремень и повернулся к альфе. – Ну как? Мне идёт? Глупо себя чувствую. – Да. Но без неё тебе лучше. Идём, тут душно. – Чонгук взял его за руку и вывел наружу, под лёгкий морской бриз. – У нас будет лучшая команда! – Команда красавчиков, – согласился Чон.       Вскоре все пары выстроились в одну линию. – Итак, ваше задание – на взаимовыручку. – мужчина выдержал паузу, обводя участников тяжёлым взглядом. – Хочу подчеркнуть: те пары, что сегодня сумеют отличиться и показать лучший результат, получат особый приз. А теперь постройтесь в две шеренги, альфы назад, ближе к воде! Встаньте за своим партнёром.       Чонгук встал позади Тэхёна, упираясь заворожённым взглядом в изгиб лопаток и тонкую линию позвоночника, едва проступающую сквозь ткань. Ким мгновенно почувствовал этот взгляд. Он был настолько осязаемым, что по коже омеги пробежала невольная дрожь, а волоски на затылке приподнялись. – Сейчас вам будут предложены физические упражнения. Выполняет первая шеренга. Если человек не справляется, позади стоящий отходит на пять шагов назад, в воду, и делает пятьдесят отжиманий!       Чонгук прикинул свои шансы. Он знал, что шансы развалиться при такой нагрузке довольно большие, но опозориться на фоне остальных, да еще и при Тэхёне, ему не хотелось. – Первая шеренга! Упражнения для вас: пять приседаний, пять отжиманий. После этого встаёте на одну ногу, держите баланс. Потеряете, и позади стоящего ждёт наказание. Начали!       По стальной команде капитана, омеги были вынуждены начать приседания. Упражнение, казалось бы, пустяковое, но жаркое солнце безжалостно припекало, а песок под ногами проседал, лишая опоры. Каждый раз, пытаясь выровняться, они теряли баланс, вынужденно опуская ногу на землю. Один из омег не выдержал и трёх подходов, и его партнёр отошёл к кромке воды. На его лице читалось явное недовольство.       За ошибки одних расплачивались другие. Жестокая система, призванная, казалось бы, сплотить их, лишь сеяла зерна взаимного раздражения и скрытой вражды. Альфам тоже приходилось несладко: даже редкие брызги воды, попадая на лицо, лишали их концентрации, превращая простое упражнение в настоящее испытание воли.       Чон внимательно следил за ̶с̶в̶о̶и̶м̶ омегой, волнуясь не о том, что ему придётся в наказание отжиматься, а о состоянии Тэхёна. Капитан не давал передышек, подгоняя каждого. После пятого подхода Ким уже еле держался, украдкой смахивая пот со лба. – Всё нормально, Тэ. Если устал, можешь остановиться, – обещал альфа вполголоса, сжимая челюсти. Он ожидал, что омега сдастся, но Тэхён одарил его взглядом, полным гордости и упрямства, который красноречиво говорил: «Не смей меня жалеть! Это моё дело».       Но неподготовленное тело омеги имело свой предел. Тэхён не удержался и повалился на песок. В тот же миг взгляд капитана впился в Чонгука, и тот, стиснув зубы от бессилия, отошёл к воде. Каждое отжимание давалось ему с трудом, он вкладывал все силы в то, чтобы вновь и вновь поднять корпус над волнами. Но даже сквозь эту боль мысль о том, как Ким старался ради него, невероятно грела душу, словно внутреннее солнце. Кое-как закончив пытку, мужчина выпрямился и сразу же поймал на себе взгляд омеги, который сидел на песке, не отрывая глаз от альфы. – Прости, думал, продержусь дольше. Ты как? – голос Тэхёна был полон вины. – Я в порядке, зато охладился, – Чонгук мягко взъерошил его волосы. – Тебе как? Тут реально пекло. Пить хочешь? – Отставить разговоры! – Капитанский рык заставил омегу вздрогнуть и мгновенно вскочить, отряхиваясь. Чонгук скривился, фыркнув. – Вот же урод. – Имя и звание! – Мужчина встал прямо перед Чоном. Холодный взгляд не пугал альфу, он только злил его. – Старший офицер Чон Чонгук. – Отлично, старший офицер. За болтовню побежите первыми. – Да пофиг, – Чон демонстративно отошел к Тэхёну. – Я вообще водитель по специальности, какого хрена вы до меня докопались со своей физподготовкой? – Чонгук, нельзя так, – Тэ дёрнул его за рукав. – А что я не так сказал? Еще и бегать по жаре! Я-то в воде поплескался, а ты мало того, что весь в песке, так еще и обгоришь! – Чон был искренне возмущен. Тэхёна это умиляло, но пора было заканчивать. – Так, построиться! Вы двое – вперёд! Свяжем вам ноги полутораметровой верёвкой. Километр вокруг лагеря. 6 минут – ваш лимит. Не уложитесь – наказание.       Парам раздали верёвки. – Давай я, – Чонгук присел, ловко обвязывая лодыжку Тэхёна. – А нам обязательно бежать вдвоём? – Главное, чтобы вы оба пересекли финиш меньше чем за 6 минут! – Я постараюсь подстроиться под тебя и быстро бежать, – прошептал Ким. – Но я в школе-то еле бегал. Наверное, надо было другого выбрать... – Эй, ты чего? Мне с тобой весело! – Ну конечно, – Тэ улыбнулся, убирая прядь волос со лба Чонгука. – Я под тебя подстроюсь, не надо геройствовать, – серьёзно сказал Чон. – А то грохнешься. – На старт! Внимание! Марш!       Чонгук с Тэхёном бежали в полсилы. Альфа мог рвануть вперёд, но сохранность его омеги была куда важнее дурацкого задания. Тэхён же с каждым метром терял скорость, задыхаясь так, словно пытался выплюнуть лёгкие. Бег никогда не был его сильной стороной. – Знаешь, в чем главный плюс молодого партнёра? – спросил Чонгук, не дожидаясь ответа. – Когда ты уже на исходе, он только разогрелся. – И к чему ты клонишь? – прохрипел Тэхён.       Альфа подхватил омегу на руки и ускорился, догоняя остальных. – Ты чего?! – взвизгнул Тэ, цепляясь за его шею. – Так разве можно? Тебе ведь тяжело! – Он сказал нам преодолеть дистанцию. Когда я спросил, он ответил: "Как хотите". Ты лёгкий, не парься.       Тэхён прекрасно знал, что он далеко не пушинка. Учащенное дыхание Чона выдавало его с головой, как бы тот ни пытался скрыть усталость. – Прости меня. Мне жутко стыдно, что я так безнадёжен во всем этом, но я правда старался. – Я рад, что мы проводим время так! – рассмеялся Чонгук. – Уже который раз убеждаюсь, что ты просто парень мечты, – прошептал Тэхён, прижимаясь ближе. – А ты сомневался?! Я сколько времени тебя в этом убеждаю! – мужчина довольно рассмеялся.       Чтобы преодолеть оставшееся расстояние, Чонгуку не потребовалось много времени. Даже с драгоценным грузом на руках он смог поддерживать нужный темп. – Достойный уважения поступок. Но вы всё равно опоздали, – капитан скривил губы в насмешке и ткнул пальцем в замерший экран секундомера, на котором предательски светилось время, вышедшее за лимит. – Да и пофиг, – Чон осторожно опустил Тэхёна на песок. – Какое наказание? – Вот же... мелкий наглец, – мужчина отвесил альфе смачный подзатыльник. – Прояви чуть больше уважения. Наказание простое – приготовить для всех ужин из того, что есть в наличии. – Ну хоть с этим мы справимся! – Тэ радостно захлопал в ладоши, его глаза заблестели. – Надо было просто идти пешком с самого начала, – проворчал Чонгук. – Пойдём, я хочу пить.       Пара поспешила к палатке. С альфы пот лился ручьем, и он чуть приподнял мокрый от пота верх формы, пытаясь остудить разгорячённое тело. – Бег меня добил... И я полностью опозорился перед тобой. Какой же я жалкий, – буркнул Ким, понурив голову. – Спасибо, что взял меня на руки, я хотел уже рухнуть в ближайшие кусты. – Неправда, ты отлично справлялся, – мягко возразил Чон. – Ясное дело, мы бы не пробежали быстрее, тут такая духота стоит, что дышать невозможно. Да и первое задание... Пусть он сам попробует равновесие на этом песке держать. – Ты сделал пятьдесят отжиманий, – Тэ закатил глаза, цокнув языком. – И почти в воде. Это очень много и сложно. – Да не так уж и много, – смущение расцвело на лице Чонгука, что не укрылось от внимательного омеги. – В общем, мы оба молодцы. – Чёртов принц на белом коне...       Парни ввалились внутрь, в относительную прохладу брезентовой палатки. Бездыханный Тэхён сразу же обмяк на лавке, а Чонгук схватил бутылку воды и опустошил её до дна за несколько огромных глотков. – Надеюсь, нам можно будет хотя бы обувь поменять прежде, чем мы пойдем отбывать наказание, – Ким подцепил шнурок, развязывая узел и стягивая тяжелые ботинки. – Ох, как хорошо-то... – Сделать тебе массаж? – Чон присел рядом, его взгляд был невероятно мягким и внимательным.       Тэхён на мгновение замер. В памяти невольно всплыл образ из прошлой жизни. Тогда, после тяжелого дня, он слышал лишь раздражённое: «Чего ты развалился? От чего ты успел устать? только и делал, что сидел дома весь день! Иди готовь ужин, я проголодался». О том, чтобы кто-то заметил его усталость или, тем более, предложил размять гудящие ноги, не могло быть и речи. Настоящая забота в тех отношениях была валютой, которую Тэхён никогда не мог заработать, сколько бы ни старался. Зато бывший никогда не скупился лживую любовь, когда колотил омегу, приговаривая о том, что Тэхён сам виноват в том, что происходит. – Ну, только если ты сам хочешь, ладно? – омега почувствовал, как щёки заливает густая краска. Смущение накатывало волнами, смешиваясь с непривычным чувством защищённости. – Хочу. Ты, должно быть, очень устал, – Чонгук протянул руку и уверенно, но бережно обхватил его лодыжку.       Его сильные пальцы начали осторожно разминать напряжённые мышцы. Тэхён невольно вздрогнул, не от боли, а от того, насколько это было... правильно. Контраст между грубым безразличием бывшего альфы и этой искренней, почти благоговейной нежностью Чонгука выбивал почву из-под ног сильнее, чем палящее солнце на берегу. От тёплых прикосновений по телу омеги побежали мурашки, а внутри что-то, долгое время бывшее сжатым в тугой узел, наконец начало медленно отпускать. – Первый подобный опыт, – Тэхён кивнул, прикусив губу. – Ай! Аккуратнее, кажется, я мозоль натёр в этих ботинках. – Не думал, что ты такой сильный на самом деле, если честно, – пробормотал Чон, продолжая массаж. – Обижаешь, – Тэхён улыбнулся шире, чувствуя, как напряжение уходит. – Давно меня на руках не таскали, знаешь ли. – Я буду делать это чаще, – твёрдо пообещал Чонгук, поднимая взгляд на парня. Его глаза блеснули. – Серьезно? Нравится таскать на руках беззащитных красавчиков? – поддразнил Тэ, наслаждаясь моментом. – Очень, – альфа улыбнулся в ответ, чувствуя, как между ними растет невидимое, но ощутимое напряжение. – Нам еще многое нужно друг о друге узнать, – негромко произнес он, и в его голосе Тэхён уловил обещание чего-то гораздо большего, чем просто разговоры. – Пока что узнаётся только самое лучшее…       Большой палец мужчины словно невзначай, но невероятно нежно погладил тонкую кожу на лодыжке. В этот момент Тэхён замер, сердце пропустило удар, а затем пустилось вскачь. Он ожидал, что Чонгук, смутившись своей смелости, отстранится, но альфа, поймав его взгляд, зашёл дальше. Его ладонь медленно скользнула выше, очерчивая контуры икры. Это движение было неторопливым, предвкушающим. Тэ чувствовал, как внутри него всё дрожит. Это не был страх, который он привык чувствовать рядом с альфами, это было сладкое, тягучее ожидание, от которого кружилась голова.       Чон подался вперёд, сокращая расстояние между ними до считанных сантиметров. Его пальцы продолжали свой путь, вызывая на коже Тэхёна целую бурю электрических разрядов. Альфа не просто делал массаж. Он будто присваивал, запечатлевал в памяти каждый сантиметр тела своего омеги, выражая без слов то восхищение, которое переполняло его. – Ты даже не представляешь, – прошептал Чонгук, и его горячее дыхание коснулось губ Тэхёна, – насколько ты... Невероятный…       Относительный покой лагеря нарушил звонкий голос какого-то омеги. Все вынырнули из палаток, чтобы посмотреть, что происходит. Парень что-то яростно доказывал своему альфе, что тот, кажется, пытался стать как можно незаметнее, лишь сильнее вжимая голову в плечи. – Ты серьезно?! Мы последние! Последние! Из-за тебя! – визгливо кричал омега, брызгая слюной и почти тыча пальцем в лицо своему партнёру. Его альфа, высокий, но удивительно податливый парень, лишь виновато кивал, не поднимая глаз.       Чонгук и Тэхён невольно стали свидетелями этой сцены. Тэхён нахмурился, его мягкая натура противилась подобному публичному унижению. – Эй, тебе не кажется, что ты слишком громко? – тихо позвал Тэхён, стараясь привлечь внимание крикуна. – Он же старается. Успокойся. Омега резко обернулся, его лицо исказилось злостью. – Тебя не спрашивали! Проваливай в задницу со своими советами! Не лезь не в своё дело!       Чонгук почувствовал, как внутри закипает глухая ярость. Чужой резкий тон в адрес Тэхёна ударил по нервам. Инстинкт требовал немедленно заставить наглеца замолчать. Он уже сделал шаг вперёд, готовый преподать наглецу урок вежливости, но Тэхён жестом остановил его, делая шаг ближе к ругающейся паре. – Ты ведёшь себя ужасно по отношению к своему альфе, – голос Тэхёна стал тише, но жёстче. – Задание есть задание, но унижать его так...       Не дослушав, омега рванул вперёд, замахнувшись, чтобы толкнуть или ударить Тэхёна. Мгновенная реакция. Тэхён не отшатнулся, вместо этого он резко перехватил летящую руку омеги. Ловкое движение – и вот уже рука наглеца выкручена за спину, а сам он по инерции подается вперед, теряя равновесие. Чон замер, его глаза распахнулись от удивления. – Ай! Больно! Отпусти! – зашипел омега, пытаясь высвободиться. Тэхён держал его крепко, его лицо оставалось спокойным, но взгляд стал стальным. – Я сказал, успокойся, – прозвучало, как приказ.       Сознание на долю секунды провалилось в темноту прошлого. Ким Тэхён сидел на полу старого спортзала, обтянутого потрескавшимся линолеумом. Это место находилось далеко от дома, чтобы муж никогда его не нашёл. Каждый день, пока тот был занят работой, Ким спешил на тренировку. – Запомни, Тэхён, сила альфы в разы больше твоей. Ты никогда не сможешь победить его силой, – повторял тренер, пожилой бета с добрыми глазами и железной хваткой. Он занимался со всеми, кто приходил, будь то взрослые или дети, альфы или омеги. – Твоя сила в скорости, неожиданности и использовании его же инерции. Мы не учим драться, мы учим выживать.       Уроки проходили в небольшой группе омег, объединенных общей целью. Они учились не нападать, а вырываться из захватов, использовать болевые точки и убегать. – Локоть к себе! – кричал тренер, когда Тэхён в очередной раз не мог освободить руку из захвата. Парень чувствовал отчаяние. Мысли возвращали его в ту ночь, когда он просто стоял, закрыв лицо руками, не зная, как ответить. Он плакал от бессилия, от того, что его тело омеги было по определению слабее. Но с каждым синяком на руках, с каждой новой отработанной техникой, страх понемногу отступал, уступая место холодной решимости. Он учился дышать правильно, группироваться, использовать вес своего тела так, чтобы вывести из равновесия даже сильного альфу. Это была не просто тренировка, это было возвращение контроля над собственной жизнью. Тэхён не стал мастером боевых искусств, но он стал увереннее. Он знал, что если когда-нибудь ему снова придется столкнуться с агрессией, он не будет просто стоять и ждать. Он будет действовать.       Чонгук смотрел на своего, казалось бы, хрупкого омегу, который только что профессиональным приёмом скрутил агрессивного парня. На его лице читалось нескрываемое восхищение и удивление. «Черт возьми, а он не так прост, как кажется...»

***

      Измотанные жарой участники сразу разошлись по комнатам, мечтая лишь о прохладе и отдыхе. Тэхён не дошел до спальни, силы оставили его прямо в гостиной. Он уснул на широком общем диване, едва коснувшись головой мягкой подушки. Разомлевшее от жары и нагрузок тело наконец расслабилось, а дыхание стало глубоким и ровным.       Чонгук, уже успевший сменить пропотевшую одежду на свежую, замер в дверном проеме. В руках он сжимал стакан ледяной воды, но пить перехотелось. Возможность вот так наблюдать за спящим Тэхёном казалась ему просто удачей. Сейчас, без колючих взглядов и защитных масок, Ким выглядел беззащитным. Несколько прядей волос прилипли к его влажному лбу, а на щеках остался нежный румянец. Альфа подошёл ближе и присел на край дивана, не сводя глаз с лица омеги. В голове всё еще прокручивался тот момент на берегу: решительный взгляд Тэхёна и то, как технично и жестко он скрутил наглеца.       Чонгук невольно улыбнулся. Этот омега был для него как сложная, захватывающая книга, страницы которой открывались по одной, заставляя сердце биться чаще. Он потянулся рукой, желая убрать мешающую прядь с лица Тэхёна, но замер в сантиметре от кожи. Он не хотел разрушать этот момент покоя.       Сегодня он узнал о Тэхёне немного больше, но вместо того, чтобы удовлетвориться этим, Чон почувствовал ненасытную жажду. Это открытие не закрыло вопросы, а лишь разжгло внутри него пожар любопытства. Ему хотелось проникнуть за пределы выстроенных стен, бережно, но настойчиво снимая с Тэхёна каждый слой его обороны. Каждая новая черта его характера манила, как неизведанная территория, и Чонгук понимал: он готов потратить всю жизнь на то, чтобы разгадать этого человека до самого конца.       Вечернюю тишину дома внезапно прорезал резкий звуковой сигнал. Телевизор в гостиной включился сам собой, требуя внимания. Участники, заинтригованные и встревоженные, потянулись из своих углов на звук. Тэхён вздрогнул и распахнул глаза, окончательно просыпаясь от того, что экран телевизора напротив залил комнату мягким свечением. Он сел на диване, дезориентированный и сонный, чувствуя на себе внимательный взгляд Чонгука, который всё это время сидел рядом. Когда все собрались, на огромном экране зажёгся ярко-красный фон, и по нему поползли белые буквы. В гостиной повисло тревожное ожидание, и все разговоры разом оборвались. Участники, не отрываясь, следили за тем, как на экране проступает текст. 《А теперь момент истины! Каждая пара должна раскрыть свой самый сокровенный секрет. То, что вы тщательно скрывали не только от зрителей, но и друг от друга!》       Камеры, развешанные по углам гостиной, сфокусировались на лицах пар. Надпись на экране сменилась на мигающий таймер, отсчитывающий секунды до начала откровений. Тэхён почувствовал, как внутри всё заледенело: время тайн истекло, и сейчас их хрупкий мир с Чонгуком мог разлететься вдребезги под прицелом объективов.       Первой вышла та самая скандальная пара. Омега, который еще недавно брызгал слюной и кидался на Тэхёна, теперь выглядел пришибленным. Его руки заметно дрожали, а дерзкий взгляд потух. – Мне... мне тяжело контролировать вспышки гнева, – выдавил он, глядя в пол. – У меня диагностировано пограничное расстройство личности. Я принимаю терапию, но здесь, в условиях стресса... я сорвался. Прости…       Омега замолчал, пряча лицо в ладонях, словно пытаясь скрыться от осуждающих взглядов. В гостиной повисла тяжёлая пауза, но тишину нарушил его альфа. Он не отстранился, не выразил брезгливости. Напротив, он мягко положил руку на подрагивающее плечо своего партнёра и притянул его ближе, заставляя уткнуться лбом в своё плечо. – Эй, посмотри на меня, – негромко, но уверенно произнес альфа. – Я здесь. И я принимаю тебя целиком.       Омега поднял заплаканные глаза, в которых сквозь страх пробилось робкое облегчение. Он судорожно выдохнул, цепляясь за пальцы своего альфы, как за спасательный круг. – Прости меня... – прошептал он, и его голос больше не был визгливым или злым, в нем осталась лишь искренняя боль. – Прости за то, что я сорвался на тебя на пляже. Я вёл себя ужасно. На самом деле... ты мне очень нравишься. Правда.       Альфа лишь молча улыбнулся и крепче сжал его руку. По комнате пролетел вздох облегчения, этот момент искренности, казалось, немного разрядил общую гнетущую атмосферу перед тем, как очередь дошла до следующей пары. Следом поднялся высокий альфа. Он неловко почесал затылок и мягко улыбнулся своей партнёрше. – Мой секрет прост. Я не искал славы или денег от этого шоу. – он взял партнёра за руку. – Я просто искренне верил, что это мой единственный шанс встретить ту самую половинку. И, кажется, удача мне улыбнулась.       Затем признания посыпались быстрее: кто-то признался в фиктивном браке в прошлом, кто-то в том, что пришёл на шоу только ради мести бывшему, но в процессе по-настоящему влюбился. Каждое рассказанный секрет снимал с участников маски, обнажая живых, израненных или надеющихся людей. Тэхён слушал их, чувствуя, как внутри всё сжимается. Эти секреты были тяжёлыми, но его собственный казался ему сейчас неподъёмным валуном. Когда очередь начала приближаться к их паре, он почувствовал, как Чонгук накрыл его ладонь своей. Настало их время сбросить маски.       Чонгук прокашлялся, чувствуя, как под прицелом камер его уверенность тает. Его обычно стальной взгляд метнулся к экрану и тут же потух. Сказать это вслух оказалось в сотни раз сложнее, чем он предполагал. Он не выдержал этого давления и, чуть заметно подтолкнув Тэхёна плечом, едва слышно выдохнул: – Ты первый... пожалуйста.       Ким чувствовал на себе тяжесть нескольких десятков глаз, но для него существовала только реакция Чонгука. Разница в возрасте, ребёнок... это могло разрушить всё. – Мне тоже нужно кое в чем признаться... – омега запнулся, чувствуя, как внутри всё стягивается в тугой узел. Он поднял взгляд на Чонгука, стараясь найти в нём опору перед тем, как разрушить созданную иллюзию. – Мне не двадцать и не двадцать пять, как ты мог подумать. На самом деле мне почти тридцать лет. – Он сделал надрывный вдох, словно ему не хватало воздуха в этой внезапно затихшей гостиной. Слова давались с трудом, царапая горло. – И... у меня… есть сын от бывшего альфы.       Это было прошлое, способное в один миг отравить едва зародившееся чувство между ним и Чонгуком. Ким кожей чувствовал, как эта тяёелая правда повисла в воздухе, готовая раздавить их хрупкую связь, которая только-только начала пускать первые робкие ростки. Он смотрел на альфу и понимал: сейчас решается всё. Либо эта исповедь станет их фундаментом, либо навсегда отпугнет Чона, заставив его увидеть в Тэхёне не желанного омегу, а обремененного проблемами человека. – Что?! Сколько ему?! И ребенок?! – Зачем он вообще пришёл сюда? Таким место в другом шоу, а не тут! – послышался недовольный голос откуда-то сбоку. Поддержка и осуждение смешались в единый гул, но Ким не слышал ничего из этого шума. Его взгляд был прикован к Чонгуку. Он искал в его глазах отвращение, разочарование, что угодно, что подтвердило бы его худшие опасения. Но ничего из этого не было.       Альфа сидел, широко раскрыв глаза, переваривая свалившуюся на него информацию. Почти тридцать. Сын. Ким почувствовал, как к горлу подступает ком, а глаза защипало от непрошенных слёз. Он виновато опустил голову. – Прости, – одними губами выдавил он. – Я не хотел так долго обманывать тебя... Если ты хочешь уйти, я пойму... – Тэ, ты о чем вообще? Твой возраст – это часть тебя. И меня…это не отталкивает. Омега всхлипнул, цепляясь за одежду мужчины. – П-правда? Я думал... разница в возрасте, это слишком сложно для тебя, ты ведь такой молодой... Чонгук отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть в его глаза, полные слёз и боли. – Мне плевать на возраст, Тэ. Абсолютно плевать, я же говорил уже. – Он улыбнулся, и эта улыбка была искренней и успокаивающей. – Я не брошу тебя. Даже готов подружиться с твоим сыном.       Эти слова стали для Тэхёна спасательным кругом. Он прижался к альфе сильнее, чувствуя, как страх уходит.       Глубокая честность омеги вытеснила из сердца Чона остатки стыда. Видя, как омега обнажает свою душу, Чонгук осознал, что обязан ответить тем же. – Теперь я, – твёрдо произнес он. В его глазах читалась решимость. – Раз уж мы раскрываем секреты... Мое полное имя Чон Чонгук. И фамилия «Чон» здесь не просто совпадение. Я единственный наследник корпорации Mi-Rae. – По залу пронесся вздох коллективного шока. Шёпот и удивлённые возгласы мгновенно заполнили комнату. Наследник огромной корпорации здесь? Невероятно. Кто-то из альф присвистнул, но Чонгук даже не повернул головы. Он смотрел только на Тэхёна, чувствуя, как горят уши, но не отступая. – И самое главное, – он замялся лишь на долю секунды, – Пусть я и молод, мне всего 21, но я... я чувствую к тебе очень сильные чувства. – Признав свою принадлежность к верхушке Mi-Rae, Чонгук лишь сменил одну маску на другую: сложные, натянутые отношения с семьей и внутренние конфликты оставались за закрытыми дверями. – Прости, что не говорил раньше. Я просто... очень боялся, что ты не воспримешь меня всерьёз. На самом деле я теперь ещё больше боюсь этого.       Теперь всё было честно: наследник империи и омега с прошлым. Теперь не только самим героям, но и всем присутствующим: участникам, замершим у экранов зрителям и ведущим, было до дрожи интересно, во что превратится их союз после таких откровений. – Парень в свои двадцать один ведет себя так, будто уже купил им общий дом и выбрал цвет занавесок. –Истинный наследник компании, что тут скажешь. Гены чеболя берут своё. – Он не просто ухаживает, он буквально метит территорию на годы вперёд. Но меня больше поражает реакция Тэхёна. Заметили, как он замер? –Ещё бы. Омеги с таким багажом за спиной обычно ждут подвоха от каждого жеста, а тут такая лобовая атака. – Согласен, контраст потрясающий. Посмотрите на этот кадр: они выглядят как самая обычная счастливая пара, хотя между ними пропасть почти с десяток лет и разница в статусе, которую невозможно игнорировать. – Думаете, это долго продлится? Семья Чонгука явно не оценит такой выбор. Наследник Mi-Rae и омега с прошлым... Это же готовый сценарий для драмы.

***

      Вскоре участники наконец узнали, в чём же заключался приз, о котором говорил капитан Чо. Две пары, которые лучше всего взаимодействовали друг с другом отправлялись в отдельные домики на пару дней. В их числе была и главная пара шоу – Чон и Ким.       Такси остановилось у небольшого домика. Тихое, уединённое место, скрытое от чужих глаз, к которому ни у кого не было доступа, кроме выбранной пары. Это было двухэтажное здание с плоской крышей и маленьким открытым балкончиком, украшенным яркими цветами, и с которого открывались прекрасные виды на тихое море.       Дорожка, что вела к дому, была выполнена из массивных белых каменных плит и подсвечивалась крохотными фонариками, что были разбросаны по всей территории. Со стороны могло показаться, что это светлички, окружившие дом и подсвечивающие его со всех сторон. Глаза Тэхёна распахнулись в неподдельном изумлении, окидывая взглядом домик, – И всё это только в нашем распоряжении? – выдохнул он, чувствуя непреодолимое желание немедленно забежать внутрь и заглянуть в каждый уголок. – Только наш, на целых два дня, — подтвердил Чонгук, небрежно пожимая плечом и выуживая из салона автомобиля камеру. – Правда, нас попросили хоть что-то снимать для зрителей, раз уж здесь нет камер наблюдения. Но что именно, уже на наше усмотрение. Хотя я мог бы заснять и контент с возрастным ограничением, м? – альфа озорно подмигнул Тэхёну. – Такое точно не пропустят на телевидение, – Ким закатил глаза, но тут же подхватил Чонгука за руку, увлекая к двери. – Пойдём лучше осмотримся! – Пхаха, погоди, дай я хоть дом сниму. Не хочется потом прерываться на это. – Интересно, и от чего же ты собрался прерываться? – Тэхён не смог сдержать лёгкой улыбки, медленно шагая по каменной дорожке к заветной двери. – Тогда давай быстрее.       Пока альфа возился со съёмкой дома и рассказывал о планах на день, разумеется, слегка лукавя и скрывая свои истинные намерения, Тэхён уже погрузился в изучение внутренностей дома. На первом этаже его встретила миниатюрная, выполненная в белых оттенках кухня, плавно перетекающая в уютную, но чуть более просторную гостиную. За углом располагалась лестница, что вела прямо в спальню.       В отличие от скромных размеров нижних комнат, спальне был отдан почти весь второй этаж, не считая примыкающей ванной. Здесь царила своя атмосфера: посреди комнаты стояла большая двуспальная кровать, по обе стороны от которой приютились прикроватные столики с мягко светящими лампами. Присутствовали и другие привычные удобства: телевизор, вместительный встроенный шкаф, письменный стол и прочие мелочи, создающие обжитой уют.       Особую пикантность обстановке добавляла ванная комната: её отделяли от спальни лишь тонкая стена и интригующая полупрозрачная дверь. Она обещала желанную приватность, но при этом позволяла угадывать силуэт человека внутри, пусть и нечетко, размытыми линиями. Ким даже не заметил, как сзади неслышно подошёл Чонгук. Сильные руки обхватили его поперёк живота, прижимая к горячему, крепкому телу. – Потерял тебя, — прошептал альфа прямо в ухо, укладывая подбородок на плечо Тэхёна и жадно вдыхая его природный, дурманящий аромат. – Я закончил со съёмкой и теперь жду твоего разрешения. – Разрешение? – эхом отозвался омега, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. – Ну хорошо, я даю его тебе. – Перечисли, что именно я могу делать? – рука Чонгука скользнула под футболку, его пальцы легко прошлись по груди Кима. – А там такой большой выбор? Что ты вообще планировал? – сердце Тэхёна забилось чаще, разгоняя волны нарастающего желания по венам. – М-м, много чего. Но можно и подождать, отметим сначала сто дней наших отношений? – Слишком долго, – выдохнул Тэхён, запрокидывая голову назад, прижимаясь спиной к горячему телу. Он чувствовал, как Чонгук старается сдерживаться, но густеющий кофейный аромат альфы уже проникал в лёгкие, затуманивая сознание, словно тот выпил пару лишних стопок соджу. – Может, тогда устроим домашнее свидание? – С плавным переходом на кровать? – тихо, почти неслышно произнес Ким. Его щёки залились пунцовым румянцем. Это было честное, откровенное признание в том, что он хотел альфу прямо сейчас. – Другого варианта я и не рассматривал, – усмехнулся Чонгук. Его руки медленно выскользнули из-под футболки Тэхёна. – Тогда для начала я загляну в холодильник. Хочешь что-то конкретное? Только учти, я мастерски умею лишь заваривать лапшу и жарить мясо.       В холодильнике было полно еды. Среди прочего, где-то в глубине, притаилась бутылочка шампанского. Чонгук выложил на столешницу свиную грудинку и свежие овощи, сразу же распечатывая игристое и наполняя два бокала. – Поможешь мне? Тэхён усмехнулся, подхватывая свой бокал и делая глоток. – У меня на этот вечер не только готовка в планах. Они ведь все это устроили ради романтики. Но не думали же они, что мы сразу же рванем в спальню, верно? – Кажется, именно на это они и рассчитывали, оставив нас в этом доме без камер. Им нужно наше сближение. Атмосфера и спальня – всё продумано. – Какой кошмар, – прошептал Тэхён, прижимаясь к альфе и забирая у него из рук морковь. – Я помогу с нарезкой, если ты не против.       Чонгук был не против помощи, но все оказалось куда сложнее. Пока он сосредоточенно резал мясо, Ким всё не мог устоять на месте: постоянно тёрся о альфу, задевал локтём, прижимался бедром, явно проверяя его выдержку на прочность. Очередная такая провокация – и мозг Чона вскипел. – Так, – выдохнул он тяжело, откладывая нож. Он обхватил омегу за талию и решительно переместил его на пару метров подальше. – Свидание начнётся со спальни, но не раньше, чем мы поужинаем. Стой там. – Но так я не смогу тебя коснуться. – И слава богу! Тебе просто нужно немного подождать, – Чонгук быстро ссыпал овощи в салатницу. – А если я всё-таки подойду? – Тогда моя сила воли даст последний рывок, после я не отвечаю за последствия, Тэхён. Замри. Я закончу за минуту. – Что, Гукки? – промурлыкал Ким, и в его голосе послышалась мягкая, дразнящая насмешка. – Неужели у великого наследника империи совсем нет силы воли? Сдаёшься всего от одного моего прикосновения? – Эй! Я вообще-то стараюсь. Это ты виноват, что я такой. Раньше был неприступным, а теперь кружишься вокруг меня, дразнишь. Я столько ждал этого момента. Не хочу облажаться перед тобой. Вот, лучше попробуй. Это мое фирменное блюдо. – Он придвинул тарелку ближе к Тэхёну, положив рядом палочки. – О, значит, теперь я могу подойти ближе чем на метр? – усмехнулся Ким, подхватывая мясо палочками и отправляя кусочек в рот. – Мм, невероятно вкусно! – Знал, что тебе понравится. Присаживайся, я ещё шампанского налью. – Это лучшее свидание в моей жизни. Я готов прямо сейчас прыгнуть к тебе на руки, Чонгук. Альфа рассмеялся, занимая место напротив Кима, – Обязательно прыгнешь, но сначала поешь. – он легко коснулся лба омеги губами. – Может, посмотрим что-нибудь? – На твой вкус, но что-то романтичное, – Тэхён медленно складывал мясо в рот, смешно набивая щёки, словно хомячок. – Тогда закончим ужин и переместимся к телевизору.       Чонгук принялся за еду, но вскоре замер, почувствовав прикосновение к своей ноге под столом. Он поднял взгляд и прищурился на омегу. Тэхён явно играл с огнём. Что ж, Чонгук принял вызов. Он приподнял свою ногу и медленно повёл носком вверх по голени омеги, не планируя останавливаться. Он мягко отвёл одну из ног Тэхёна в сторону и надавил носком прямо на чувствительное место в паху. Ким чуть не подавился, совершенно не ожидая такого ответного хода. – Э-это не по правилам! – Тэхён отодвинулся от стола, пытаясь уйти от настойчивых касаний. – Тебе меня трогать можно, а мне тебя – нет? – Я тебя так не трогал! – А я и не запрещал... – Чон хищно улыбнулся. Теперь настала его очередь проверять выдержку Кима. Недовольно фыркнув, Тэхён встал, обошел стол и без лишних раздумий плюхнулся прямо на колени к альфе. – А поцеловать можно? – робко прошептал омега, обхватывая шею Чонгука руками и готовясь утонуть в поцелуе. – Всё, что угодно...       Когда Тэхён попытался разорвать их первый короткий поцелуй, Чонгук лишь сильнее прижал его к себе, не давая разомкнуть губы. Рваные вздохи и стоны наполнили кухню. В объятиях Чона Тэхён возбуждался всё сильнее, и его феромоны, сладкие и манящие, начали активно заполнять пространство, сводя альфу с ума. – Ты так сладко пахнешь, – прохрипел Чонгук, ненадолго оторвавшись от его губ. – Как самые спелые персики. – он провел языком по чувствительной коже шеи Тэхёна, выдавливая из омеги протяжный стон. – Знаешь, как сделать его ещё ярче? – Как же? – Есть пара способов, – сглотнув, прошептал Тэхён, чувствуя, как горячие ладони альфы ложатся на его ягодицы, сжимая их. – Обычно это делают в кровати. Но... – он выгнулся навстречу прикосновениям. – Думаю, можно сделать исключение и попробовать прямо на столе.       Последние слова словно запустили невидимый механизм. Альфа поднялся на ноги, не выпуская Кима из объятий, и тут же осторожно усадил его на кухонный стол. Тэхён быстро сориентировался и одной рукой поспешно отодвинул тарелки подальше от себя. – Ахх, у нас же… Совсем ничего нет для… – Мне не обязательно вставлять. – Чон снял с себя футболку, откинув ту в сторону. Вещи приземлилась куда-то на пол. Омега чуть прикусил нижнюю губу, разглядывая торс альфы, которым тот буквально отсвечивал перед Кимом. – Я думал. Ладно, я могу это сделать ртом или руками. – рука Тэхёна коснулась застёжки джинс, но тут же была остановлена и придавлена к деревянной поверхности стола. – Тебе не надо ничего делать. Я сам. – Ну, это ведь парное занятие, как я могу остаться в стороне? – Ты будешь получать наслаждение. Вот твоё участие. Сегодня я хочу, чтобы тебе было хорошо. – такое отношение заставало Кима врасплох. За долгие годы замужней жизни в его голове сложилось определённое мнение о сексе с альфами. Если дело касалось интимной жизни, то омега в любом случае должен был что-то давать взамен своему горячо любимому партнёру. Особенно это касалось омеги в том случае, если альфа опускался до того, чтобы доставить удовольствие тому не только поцелуями, но и минетом или риммингом.       Спустив с Тэхёна лёгкие брюки, Чонгук подцепил пальцами и нижнее бельё омеги, удивляясь простоте того. Обычные боксеры-брифы. Ничего из того, что он видел в своей распутной жизни на омегах: ни кружева, ни стринг, что открывали хоть какие-то виды и давали свободу воображению. Перед ним будто монашка лежит. Хотя нет, даже те носят более откровенное бельё.       Чон стащил с Тэ всю одежду, оставляя того совсем нагим. Наконец он добился своего, заставил этого, когда-то холодного парня, раскрыться перед ним, показывая все свои совершенства. Под светом ярких кухонных ламп, Чонгук заметил на животе омеги небольшой светлый шрам, быстро догадываясь о происхождении того. Точно, ребёнок, о котором говорил омега. Уперевшись руками в стол, Чон провёл кончиком языка прямо по шраму, от чего омега невольно попытался втянуть живот.       Мужчина был рад, что его возлюбленный не имел каких-то острых углов и не был смертельно тощим, как какой-то анорексик. Весь жирок, что был у омеги распределился именно там, где надо: что-то ушло в задницу, что-то отложилось на животе и щёчках. – Я готов растаять от твоих прикосновений. – прошептал Тэхён, внимательно следя за действиями альфы. – Ты уже. – Чонгук шире раздвинул ноги омеги и провёл пальцами между половинок. Только когда мужчина приподнял руку, Ким увидел, как на пальцах того осталась прозрачная смазка. – Я-я просто соскучился по любви и ласке, вот и… – Хэй, я наоборот счастлив, видя как тебе хорошо. Сразу видно, что я всё делаю правильно, и тебе нравится. – Чон улыбнулся, положив свою руку на внутреннюю сторону бедра Тэхёна. – А теперь раздвинь ножки по шире, прошу. – и омега подчинился. – Умница, – альфа опустился посередине, счастливо улыбаясь, – какая красота, – и провел пальцем по члену своего мальчика, что каждый раз подёргивался от прикосновений. Тот был маленьким и розовым, даже в ставшем виде, от силы можно было дать сантиметров тринадцать, чего не сказать о размерах Чонгука. Тот мог спокойно гордится длинной своего достоинства. Пусть он и не хвастался, но многие его бывшие пассии были более, чем довольны.       Горячее дыхание мужчины обдало головку члена омеги, от чего Ким невольно вздрогнул, предвкушая, что будет дальше. Чон никогда не был против того, чтобы довести своего партнёра до пика с помощью рта, ему нравилось слышать чужие сладкие стоны, что вырывались из уст омег. Так вот и сейчас он изо всех старался довести Тэхёна до грани, заглатывая его член до конца, благо это было не так уж и сложно. Пока рот был занят, руки альфы блуждали по телу омеги, сжимая и поглаживая нежную кожу.       Из дырочки омеги с каждой минутой интенсивнее выделялась смазка, всё больше пачкая его бёдра и стол, маленькой лужицей растекаясь под Тэхёном. Киму было до жути неловко. Неловко, но до того приятно, что он готов был отдать всё ради этого момента, лишь бы тот не заканчивался. Сейчас он ощущал себя действительно любимым и нужным. Тэхён сразу почувствовал в себе чужие пальцы. – Ого, тут так расслабленно. – прокомментировал мужчина, оглаживая внутри стеночки кончиками пальцев. – Я давно не девственник. Забыл? – это был риторический вопрос, что сразу же исчез с новой порцией стонов. – Из-за тебя у меня сносит крышу, Тэ. Со мной никогда не было такого. – Чон стимулировал своими действиями все чувствительные точки омеги: спереди и сзади, снаружи и внутри, заставляя того изгибаться и ёрзать. – Блять, надо было просто смотреть фильмы… – пусть с ракурса Тэхёна было и не видно, но член альфы готов был уже взорваться. Жёсткая ткань джинс только усугубляла ситуацию. – Мхаах, Гукки! Н-нет! убери голову, я боюсь не сдержаться и... Гукки! – Тэ держался из последних сил, чувствуя скорую разрядку. Чон ухмыльнулся, вынимая член изо рта, и продолжая надрачивать любимому руками. Буквально через несколько секунд и быстрых движений рукой, Ким обильно кончил, замирая в оргазме. Чонгук решил оставить без комментариев то, что сперма чуть не попала ему в глаза, благо тот успел зажмуриться. – Вот и славно. – он быстро вытер лицо тыльной стороной ладони, разглядывая Кима. Тот пытался отдышаться и прийти в себя, ощущая как медленно проходит чувство эйфории.       Приподнявшись на локтях, Тэ расплылся в блаженной улыбке, притягивая Чонгука к себе за шею для новой порции поцелуев. Если альфа думал, что на этом всё закончится, и они пойдут в душ, то он глупо ошибался. Кроме того он упустил и то, что перед ним не глупый мальчик, один из тех, которых Чон раньше трахал в клубе, а Ким Тэхён. Омега, упорству которого, позавидовал бы даже отец Чонгука. Тэхён быстро сполз со стола и подтолкнул альфу к холодильнику, что стоял напротив. Пальчики Кима мигом освободили возбужденный член альфы из тесного плена джинс. Горячая плоть тут же оказалась в руках Тэхёна, что не спеша встал на колени, готовый обслужить мужчину, хоть тот и не просил об этом. Пришло время Чонгуку получать удовольствие от опытного омеги. – Ох, так и знал, что с этого ракурса будет ещё лучше. – Ким прижался щекой к горячему члену, потираясь о него, словно кот. Тэхён отдавал всего себя процессу, но в отличие от альфы, действовал очень медленно, настолько, что это вполне можно было назвать самой мучительной пыткой в истории человечества. Омега обвёл языком каждую вздувшуюся венку, каждая капелька предэякулята , что выделялась из члена, была собрана Кимом и проглочена.       Что чувствовал Чонгук? Свою скорую смерть от унижения. Он полностью перестал владеть частью своего тела, эта власть теперь была у Тэхёна. Тот знал, как довести мужчину до грани, той самой линии, разделяющей чувство безысходности и блаженства. Впервые за всю свою жизнь, только отдавшись полностью омеге, какой бы смысл в этом не был заложен в этих словах, Чон почувствовал то, чего не было у него ни с кем и никогда. Теперь он спокойно разделить свою жизнь на до и после. Если бы он мог, он полностью стёр бы всю свою жизнь до встречи с Тэхёном: все похождения в клубы, бесчисленное количество омег в постели, безалаберное отношение к деньгам и учёбе. Этот омега вдохнул в него искорку, стал тем самым, ради кого альфа готов был взяться за голову и свернуть гору, если придётся.

***

      Утро стелилось над морем мягким, жемчужным светом. Они сидели на широком открытом балконе частного дома, устроившись в плетеном кресле вдвоем, тесно прижавшись друг к другу. В этой тишине запахи сплелись в единое целое: терпкий, пробуждающий аромат крепкого кофе Чонгука мягко обволакивал нежную, почти десертную сладость спелого персика, исходящую от кожи Тэхёна. Этот дуэт, горьковатый и бархатистый, теперь казался единственно правильным, родным, словно они всегда были созданы, чтобы дополнять друг друга в это предрассветное мгновение.       Тело Тэхёна ныло после бурной, перевернувшей их мир ночи, но это была приятная усталость. Голова его покоилась на сильном плече Чонгука. Альфа же, казалось, был полон сил, но движения его были плавными, нежными. Он гладил руку омеги большим пальцем, очерчивая линии на коже. Взгляд Гукка скользил по телу Тэхёна, отмечая его нежность и красоту. Альфа восхищался изящной линией бедра и тем, как она контрастировала с его собственным, более сильным телосложением. Он наклонился, чтобы коснуться шеи, чувствуя тепло кожи. Это тело было для него источником бесконечного восхищения, и он с удовольствием рассматривал каждую его деталь.       Впервые за долгое время Тэхён почувствовал себя в полной безопасности, защищенным. Рядом с этим альфой не было ни страха, ни необходимости обороняться. Только спокойствие и что-то огромное, распускающееся в груди теплом. Он поднял голову и посмотрел на Чонгука. Альфа тоже смотрел на него. Его взгляд, обычно дерзкий или насмешливый, сейчас был совершенно другим: глубоким, открытым и бесконечно влюбленным. Он больше не мог скрывать то, что рвалось наружу. – Чонгук... – Тэхён...       Они замолчали, пораженные совпадением. Альфа мягко улыбнулся и чуть сжал ладонь омеги. – Мне надо тебе кое в чем признаться, – произнесли они в унисон, застыв на мгновение. Поражённые этим удивительным эхом, они разразились счастливым смехом.