Неразлучники

      Приняв на борт двух пассажиров, а точнее девушку Виви и ее утку Кару, они отплыли с острова с новой целью, но со старыми проблемами. Игра в молчанку со стороны Санджи затянулась. А Зоро даже не думал первым ее прерывать. У него только добавилось причин для холодного отношения к недо-бабнику.       Под аккомпанемент щебетания девушек на камбузе кок творил свои шедевры. С появлением на корабле принцессы Арабасты все вокруг преобразилось. Особенно для Санджи. Для всей остальной команды ничего особо не изменилось, а Зоро и вовсе ходил мрачнее тучи, заставляя канонира и его нового напарника по пугливости Кару ходить по струнке.       Блондин был невероятно благодарен судьбе за еще одну омегу на корабле, полном жестких ароматов альф. Тем более эфир принцессы был так похож на что-то из детства. Ее фруктовый, экзотический аромат вдохновлял и успокаивал так же, как когда-то запах мамы. Правда, Сора Винсмоук благоухала редкими восточными цветами, но ноты тропиков пересекались в этих двух сладких запахах.       Они быстро подружились с принцессой, объединенные не только полом, но, по секрету говоря, и происхождением, о котором Санджи особо не распространялся. Но девушка и так все поняла, глядя на его галантное поведение. Эту стать невозможно подделать – с ней рождаются.       Омеги вдвоем теперь бесконечно шушукались на камбузе, составляя друг другу компанию. Сколько было радости еще и оттого, что к ним частенько присоединялась Нами. Она взяла в привычку работать прямо тут, за столом. Сложно было сказать, это из-за привязанности к новоприобретенной подруге или из животных позывов защищать самых слабых из стаи.       Ведь негласный вожак Зоро, совершенно забил, казалось, на все, кроме тренировок. После Виски Пик он продолжил саботаж обедов и ужинов, чтобы реже встречаться с коком.       Все в стае тактично молчали об этой щекотливой ситуации. Хотя понимали: то, что произошло, рано или поздно волной захлестнет всех.       «Это, знаете ли, не просто секс, – размышляла рыжая, поддаваясь типичным развлечениям в отсутствие иных: сплетням. – Проведенный вместе цикл, после которого пара не приняла друг друга, сильно бьет по самооценке. Это как не вставший во время близости член. Все портит на корню». – Санджи-сан, а вы с Мечником в ссоре? – будто уловив радиовещание в голове навигатора, спросила Виви как-то невпопад диалогу про национальные сладости Арабасты. повар, стоявший у плиты, нервно ойкнул, чуть не выпустив из руки чищеную рыбу. Нами навострила уши. – Что вы, Виви-тян. Ничего такого, просто Маримо зализывает раны после битвы и поэтому не попадается мне на глаза, чтобы не получить тумаков. Девушка ни на секунду не поверила в эту отмазку и, прекрасно зная, что Нами тоже интересно, толкнула легонько рыжую локтем. Мол, твоя очередь.       Навигатор напустила вид незаинтересованности, но все-таки откинулась на спинку стула: – Санджи, кому ты чешешь? Даже Виви поняла, что вы недопарочка. Что, все так плохо? У него маленький член? Знаешь, я давно предполагала – такое рвение быть первым... – Нами! – прервала ее залившаяся краской принцесса, лишь подумав: «Конечно, поняла. У них ведь есть общий запах, хоть и слабый». Рыжая лишь ухмыльнулась, ожидая реакцию застывшего спиной к ним кока.       Блондин от этих слов снова прокрутил, как кадры кинофильма, отрывки с той ночи. В этой застывшей позе он сначала склонился над раковиной, как креветка, пытаясь взять себя в руки, а потом все-таки выпалил, так и не повернув пунцовое лицо: – Ничего такого. Просто это был не я и не он. Обсуждать нечего. Мы глупые дети, которые решили, что можно заменить чувства инстинктом. – Но ведь Мечник-сан правда вас любит, – Виви продолжила пытку. – Это видно по его лицу, когда он смотрит на вас. Почему же вы считаете это неправильным?       Санджи задумался о лице маримо. В последнее время, если он и ловил его острый взгляд, тот был убийственным и кровожадным. Как принцесса уловила там что-то нежное, было неясно. – Виви-тян, это не так. Как минимум, я не испытываю к газону никаких трепетных чувств.       Рыжеволосая тяжело вздохнула и отпила теплого чаю. – Дурак ты, Санджи. Этот парень хоть и кретин с мышцами вместо мозгов, но его выдержке позавидует любой святой. Ты хоть понимаешь, что он идет против природы? Какой нормальный альфа позволит своей паре разгуливать без метки после спаривания? Любой другой на его месте уже давно прокусил бы тебе шею, заявляя права, и не дал бы и шагу ступить без своего ведома. Он даже не спрашивает ничего! Я удивляюсь его титаническому терпению! Он держит своего внутреннего зверя на такой короткой цепи, что мне даже жутко. Он же гребаный хищник, а ты его будто евнухом сделал. – Нами-сан, откуда вы столько знаете про природные проявления мужчин-альф? – удивилась Виви. – Ха! Я жила с ними с детства. Если хочешь охомутать богатого доминанта, надо знать, с чем имеешь дело, – с гордостью объявила девушка. – Нами-сан, действительно, – придумал, как отвлечь чертовку, Санджи, – раз вас так интересует личная жизнь газона, может, вы совсем заскучали по любовным перипетиям? Санджи насмешливо прикрыл ладошкой ухмылку и сщурил хитрые глаза.       Девушка лишь фыркнула: – Ничего я не заскучала. Просто вы ведете себя как два идиота. Мне вообще не интересны ни альфы, ни омеги – лишь бы кошелек побольше да импотенция.       Лицо Нами хитро помрачнело, а блондин аж скривился от представленной картины. – Если хотите, я могу вам продемонстрировать, насколько хорошо я разбираюсь в мужчинах. Спорим, если ты докопаешься сегодня до мечника, как раньше, он пропустит все мимо ушей? Его инстинкт защищать стаю не даст ему ломать окончательно атмосферу, пытаясь тебя подавить.       Теперь уже Виви хитро посмотрела на подругу. Так вот к чему была вся эта тирада. – Ха! Да в жизни этот кусок травы не откажется со мной попрепираться! Он питается моей жизненной силой! – очень уверенно выпалил кок, вытирая руки полотенцем. – Ну вот и проверим! Если я выиграю, будешь мне должен!       На том и договорились. Через несколько часов после тихого обеда без маримо, блондин решил взять этот вопиющий игнор за основу своей претензии и вышел на поле боя, найдя мечника тренирующимся на палубе. – Эй, придурок, что за голодовка? Объявил бойкот моей стряпне?       Тот и ухом не повел, совершенно игнорируя повара. Впрочем, тут без обид: Санджи делал все эти дни то же самое. – Эй! – еще раз окликнул парня блондин и теперь уже с умеренной силой пнул его по ноге. Этого вполне хватило, чтобы мечник потерял равновесие и, едва успев поймать тяжелый снаряд, с глухим стуком опустил его на палубу. – Ты че, совсем мозг себе в спиральку скрутил? – тихо прорычал Зоро. – Захочу – поем. Иди куда шел. – Хотел бы он сказать «иди нахер», но обострять ситуацию не было его целью. И так в стае накалилась из-за них обстановка, надо сгладить углы. Все смотрят. – Ха! Иду куда хочу, бешеная водоросль! Бааака! Если ты сдохнешь с голоду, то я буду чувствовать себя виноватым!       Зоро запутался в ощущениях и в ситуации, поэтому молча ушел под гвалт летящей в спину брани и не оборачиваясь скрылся в мужской каюте.       Санджи не стал следовать за ним. Его попытка, как и предвещала рыжая с блеском, провалилась. Может, мечник и правда понял, насколько они несовместимы характерами, что решил лучшим планом просто как можно меньше пересекаться без необходимости?       Блондин наконец подумал, к чему это все ведет. Точнее о том, что ничего хорошего из их войны не выйдет. Он же сам попросил Зоро остаться. Сам запутал все, зная, что обратной дороги нет. Теперь им нужно прийти к чему-то, чтобы плыть дальше как накама. Накама, у которых связаны души, черт возьми. У одного гон раз в полгода, у другого каждый месяц цикл, и чертов Гоинг Мерри не такой большой, чтобы они друг друга не чувствовали хотя бы физическими запахами. – Черт возьми, – прошипел уже вслух блондин, подкуривая сигарету прямо там, возле огромной гантели. Он должен что-то сделать, иначе ему придется уйти. Или мечнику. Но долго стая так не продержится.       Вечером на корабле было тихо. Зоро, после изматывающей тренировки не смог больше бороться с чувством голода и спустился на камбуз, тем более недавняя сцена которую устроил завитушка подсказывала, что тот готов наконец поговорить. Его порция как и всегда ждала на столе даже после того как все мугивары давно поужинали и разбрелись кто куда. Парень молча ел, пока кок разбирался с посудой, совершенно не реагируя на его присутсвие, а затем скрестил руки на груди, просто наблюдая за парнем. Тот молчал, а мечник заполнил собой все пространство и наконец прервал их надоевшую всем игру. – Ты хотел мне что-то сказать днем? Говори, я слушаю. – Зоро наконец оторвался от благостной пищи. Даже передать сложно, как он скучает по готовке блондина. Парень готов есть прямо из тонких рук, выцеловывая благодарности – но кто бы ему это позволил? – Прости, маримо, это была лишь маленькая шалость Нами. Мне нечего тебе сказать. Кок вытер руки и подошел ближе к столу, желая показать свое бесстрашие (хотя никто его пугать и не собирался). – Хм. А по твоему запаху так и не скажешь, и все эти эмоции, явно принадлежащие тебе, в моей груди тоже кричат об обратном.       Зоро поднялся, совершенно игнорируя оборонительные феромоны омеги, подошел вплотную. Спокойно, словно тигр осматривает уже загнанную в угол добычу.       Он прижал ладонь повара к столу своей. Вжимая его поясницей в столешницу и упираясь бедрами в чужие. Эта теснота хоть немного успокаивала желание полной власти над парой. – Поговори со мной. Иначе я буду трактовать твои сигналы по-своему, и тебе может это не понравиться. В доказательство мечник недвусмысленно провел свободной рукой по загривку блондина, огибая шею и завершая касание на тонких сжатых губах.       Санджи старался утихомирить свои эмоции, чтобы не выдавать волнение, смешанное с постыдным возбуждением от простого касания пары. Интересно, насколько это влияет на уровень ощущений – просто доминирующий альфа или твой истинный? Наверно, он никогда не сможет проверить. Остается лишь подчиниться обстоятельствам, загнавшим омегу в угол. – Ты жалеешь, что пустил меня тогда? – не без толики разочарования все же спросил Зоро. Он боялся услышать ответ, но важнее было узнать правду. – Иначе почему каждый раз с тех пор, когда мы сталкиваемся, я чувствую твое раздражение? Твой дикий презрительный взгляд?       Блондин, признаться, слышал вопрос глухо – сквозь пелену влечения. Он не мог перестать думать о теплой ладони мечника, обхватившей его руку. Не мог унять трепет от невесомого касания второй смуглой ладони, сейчас покоившейся где-то между шеей и ухом. Там становилось обжигающе горячо. Интересно, мечник знает сейчас про его страстное желание или тот занят своим собственным клубком ощущений? – Я был раздражен не… – щеки кока мигом вспыхнули, словно не выдержав всех стимулов разом, – не из-за той ситуации. А потому что ты отказывался от еды, – смог промямлить парень и опустил голову, будто раскаивался в чем-то.       Потому что ему казалось, что признаться в том, что он не жалеет о тех трех днях, которые они провели в цикл, — это все равно что согласится с их связью. А он вроде как не согласен. «Вроде как? Что еще за сомнения? Я не согласен! Не согла…» – Как ты можешь говорить столь милые вещи с таким отталкивающим запахом, а? Лицо Санджи подняли и заглянули в глаза. Не дав сориентироваться, Мечник слегка прижал лоб ко лбу напротив, приминая аккуратно уложенную челку. – Скажи еще раз, – попросил он и тут же почувствовал новую теплую волну возбуждения завитушки, и запах морской соли ударил в нос, подобно океанскому бризу, которым все они жили и грезили. Запах был ненавязчивый и родной, словно весь путь мечника вел его не к морю как таковому, а к этому парню. Которому море было милее суши, который знал всех морских существ и имел самый огромный репертуар пиратских песен, который был самим воплощением океана. И мечник никогда бы не полюбил длительные заточения на корабле посреди воды, если бы не этот светловолосый чудак.       Не сдержав импульс, Зоро подался немного вперед и впился в желанные губы целомудренным поцелуем. Примеряясь. Когда в ответ он словил лишь слабый удивленный стон, зеленоволосый углубил поцелуй, сграбастав голову блондина обеими руками. Немного поворачивая для удобного наклона, массируя пальцами греческие скулы, обводя горячие красные уши. Не выдержав напора, Санджи в ответ схватился за футболку мечника, прогибаясь сильнее в спине, начиная нависать в неудобной позе над столом. Чтобы убрать напряжение в теле пары, мечник все-таки перевел одну руку тому за спину, прижимая к себе плотнее.       За время путешествий он заметил, насколько блондин на самом деле эмоционален. Иногда казалось, что Зоро за всю жизнь не испытывал столько чувств, сколько завитушка за неделю. Хорошо, что медитации помогали приглушать все яркие вспышки ощущений. С другой стороны — если сейчас они вдруг исчезнут, станет одиноко и пусто. Как раньше он точно бы не смог жить. Что бывает с такими парами, как их, если один умирает? Мечнику с первой встречи казалось, что ответ лишь один – второй умирает следом. Утолив немного свою жажду, альфа дал им выпрямиться в ожидании ответа на просьбу. Лениво облизывая намокшие от слюны губы и вперившись взглядом в такие же влажные напротив.       Санджи быстро сообразил, что именно просят повторить, но долго не решался, переводя дыхание после страстного нападения. Стоило признать, что мечник целовался отменно, разбивая невинные представления парня о поцелуях. Снова он подарит надежду. Снова сам все испортит, но этого так невероятно хотелось – отдаться и все испортить. Разрушить план их разлуки, ухода из команды, возвращения к старой жизни. Ведь.. та разбилась на миллион осколков в тот момент, как он ступил на борт Гоинг Мерри. И сейчас все запахи и чувства молили его не сдаваться, упрашивали вернуться в поцелуй, доверить себя этому человеку. – Я не жалею о том, что пустил тебя, – наконец сказал правду парень. И этот унисон из слов и эмоций подарил невероятную легкость обоим. – Но.. – Никаких «но», – Зоро перебил его низким, вибрирующим голосом. – Хватит искать причины. – Я не ищу! Я правда не готов! – вспыхнул Санджи, пытаясь вырвать руки. – Стать «твоим», позволить себя пометить... Это значит потерять себя. Я не смогу! – Идиот, – фыркнул мечник, даже не думая его отпускать. – Ты? Подчиняться? Да ты даже капитана слушаешься через раз. С чего ты взял, что я потребую от тебя покорности? – последние слова мечник уже произносил с мягкой ухмылкой. – Тогда что..? – блондин совсем запутался в мыслях и ощущениях. – Ты уже принадлежишь мне, – продолжил альфа шепотом, от которого по спине побежали мурашки. – Твое тело, твой запах, твои реакции... Санджи застыл, пораженный этой простой, но обезоруживающей истиной. – Мы уже по уши в этом дерьме. Так что хватит надумывать и бегать от меня. Мое терпение не бесконечно.       Тело предало омегу, реагируя быстрее головы. Когда Зоро снова потянулся к нему за поцелуем, он не оттолкнул — наоборот, подался вперед, сдаваясь этому жаркому импульсу. Их языки сплетались и расходились, давая друг другу дышать так, чтобы не размыкать эту связь ни на секунду.       Широкие горячие ладони мечника очерчивали фигуру, хозяйски изучая каждый изгиб: тонкую талию, широкую в бедрах и плечах. Такую, какую рисуют в модных журналах. В таком же стильном, идеально сидящем костюме. Его захотелось снять. И Зоро сделал это — он стянул черный, приятный на ощупь пиджак и, зная щепетильное отношение омеги к одежде, вопреки своему первому порыву кинуть вещь куда подальше, аккуратно перекинул через спинку стула. Блондин лишь проследил глазами за движением рук, словно ожидая, когда они вернутся изучать его тело.       Старпом приступил к галстуку, переходя от уставших губ блондина к шее. Тот совсем не был таким, как во время течки. Он был настоящим — скованным, настороженным. Снова не мог расслабиться, и это ощущалось в его напряженных, как канаты, мышцах. Мечник специально не использовал свои феромоны, чтобы помочь омеге обмякнуть в его руках. Хотелось естественного, осознанного желания. И он его добьется, или он не Ророноа Зоро. Но вот сегодня или нет — другой вопрос. И он появился в поле сознания, когда дело пошло дальше.       Мечник прижался своим твердым возбуждением к бедрам блондина, и тот неожиданно странно дернулся, словно очнувшись от наваждения. Санджи уперся руками в широкие плечи альфы, создавая дистанцию. Собирая все силы, чтобы голос звучал твердо: – Не надо.. Зоро, стой... я… – глаза блондина снова уперлись куда-то в пол. Не дожидаясь окончания фразы, альфа ответил за него. – Дай угадаю — ты не готов? – в голосе мечника слышалась досада, но он тут же остановился, не переходя черту, лишь проведя напоследок ладонью по лицу пары, убирая челку, чтобы снова заглянуть в сапфировые глаза. – Нет... то есть да, но... – кок лихорадочно искал повод, любой повод, чтобы сбежать и обдумать то, что только что произошло. – Ох, мне уже пора приступить к дежурству! Не хорошо заставлять Усоппа ждать. – Блондин выпорхнул из ослабевшего захвата и, спрятав глаза, улепетал с камбуза так быстро, будто за ним гнались все дозорные мира. Мечник только недоуменно почесал загривок точно зная — до пересменки примерно пара часов.       Санджи назвал это для себя «тактическим отступлением», решив сразу с камбуза влезть на тесную смотровую площадку, отпуская канонира пораньше.       «Гениальный план, Черная Нога, – язвительно подумал он, чиркая зажигалкой дрожащими пальцами. – Спрятаться от проблемы в корзине на мачте под предлогом вахты. Очень по-взрослому. Может, еще глаза закрыть, чтобы маримо исчез?»       Ледяной ночной ветер хлестал по лицу, помогая остудить пылающие щеки, но, к сожалению, не мог выветрить из памяти ощущение чужих губ и тяжелой, горячей ладони на пояснице. Хорошо, что Усопп оставил свой практически лишенный запаха плед, в который блондин укутался скрываясь от ночной прохлады. – Самоуверенный кусок водорослей, – выдохнул Санджи вместе с клубом дыма, глядя на темный горизонт. – Твой? Размечтался.       Он пытался вернуть себе привычную маску цинизма, убедить себя, что это просто гормоны... Но в глубине души, там, где обычно рождались его лучшие рецепты и стратегии боя, поселилось холодное, отрезвляющее понимание. Зоро не побежал за ним не потому, что обиделся или сдался. А потому, что хищнику не нужно бегать за добычей, которая заперта с ним в одной клетке посреди бескрайнего океана.       Кок посмотрел вниз, на палубу. Там, прислонившись к мачте и привычно скрестив руки на груди, уже задремал мечник. Даже во сне этот чертов маримо выглядел так, будто охраняет свое сокровище. И самое паршивое, что этим сокровищем, похоже, был сам Санджи. Блондин горько усмехнулся и потушил сигарету. С этой подводной лодки деваться ему было некуда, оставалось лишь ждать утра и надеяться, что оно не принесет еще больше проблем.