Ты всё похерил

      — Что ж, это было… жарко, детка. Не так ли? Аха… — Вокс клыкасто улыбнулся.        Валентино перевернул экран лицом к себе, заглядывая в эти любимые глаза. Ища в них, сука, совесть. Он поджал губы и сощурился, недовольно сводя брови к переносице. Буравил взглядом эту ебаную плазму в попытке понять, серьезно ли тот, или это ебаный рофл. Он что, смеётся над ним?! Над ними!?       Кажется, Вокс успешно считал его недовольство. Да Вал был готов пустить пулю меж этих бровей, состоящих из кода.         — О, брось, ты же знаешь, как меня иногда заносит, да? Давай забудем? — Вокс улыбнулся самой располагающей улыбкой из своего арсенала.        — Я знаю? Я вообще тебя знаю, Винсент?        Телевизор в его руках недовольно гуднул и прошелся статикой по пальцам, так что усик на голове наэлектризовался.        — Не надо…       — А что, уже родное имя не нравится?       — Я не для этого его тебе…        — Ты, блять… Сука! Слов нет! Впервые мне не хватает матов, ты представь. Какого хуя это было?! Что ты, блять, пытался сделать? Тебе вот на столько похуй на нас с Вельв, что решил взорвать нас к херам?!       Вокс шокировано округлил глаза, посмотрев за спину мотылька на последствия своих действий. Словно впервые осознав, что вообще смог сделать собственными руками.        — Что? Нет, я…       — Заткнись нахуй хотя бы ненадолго! Меня заебал твой пиздеж!       — Вал, я прошу…       — О, ты просишь? А как же мнение того сраного оленя об этом? Разве тебе под стать «просить», Вокс?!        — В-вал…       — Завали. Свое. Ебало! — Голос предательски сорвался. — Я не хочу слышать даже твой сраный голос, понял меня!? — Вал тяжело дышал, сжимая пластиковые края так, что те тихонько затрещали.        — Приди же ты в себя! Радио Уроду похуй на тебя, на твои мысли, чувства. А знаешь кому не похуй? Нам! Ты блять хотя бы жалеешь? Нет, лучше не отвечай, опять слушать твое пиздабольство сил нет. Ничем уже не исправишь то, что наебенил. Ты, сука, испортил абсолютно всё. Этого ты хотел?!        Валентино выдохнул, истратив запал на короткую истерику, и заглянул в экран, сцепив зубы до скрежета.         — Прости, Вал…       С тихим щелчком, экран потух. Валентино очень хотелось думать, что ему показалась влага в уголках чужих глаз перед тем, как плазму заволокла тьма.