"Бесплатный пропуск в ночь Хэллоуина" 🎃

Глава 7. Каин

Редакторы: Pozitivnoesolnce

О, блядь, блядь, блядь, блядь. Я уверен, что переживаю нечто невероятное. Я был совершенно не прав, думая, что за это попаду в ад, потому что рот Азриэля был пятьюдесятью оттенками рая. – Ему нужна твоя сперма, сладкий, – промурлыкал Джексон мне на ухо, и его грязный язык заставил меня почувствовать головокружение. Я понимал, что это неправильно, но это было самое горячее, что когда-либо со мной происходило. Кто, блять, знал, что вина и стыд будут таким чертовски сильным афродизиаком? – Джексон, – простонал я, его разрешение давало мне опьяняющую свободу, а его контроль был именно тем, что мне нужно. По крайней мере, сегодня ночью мне не нужно было об этом думать. Джексон не дал бы мне. Мне просто нужно было отпустить себя и позволить ему решать, и если это не было раем, то я не знаю, что было. Я снова вонзил свой член в горло брата, бросив Джексону умоляющий взгляд. – Могу я... – Да, – сказал Джексон, не дав мне даже задать вопрос. – Будь хорошим и сделай это, малыш. Азриэль принадлежит тебе, помнишь? Он весь твой. Используй его так, как он тебя просит. О, черт возьми. Хотя его рот был заполнен до отказа, а слюна капала с подбородка, он умолял меня. Это было написано на его лице. Он хотел этого даже больше, чем я. Ну, черт. Ладно. Не больше — это чертовски невозможно — но, Иисус, Мария и Иосиф, он явно отчаянно этого хотел, и он был невероятен. Дело было не только в том, как хорошо это было, но и в том, как он смотрел на меня, пока глотал член, со слезами, льющимися из глаз, и опухшими губами, растянутыми так широко вокруг моего члена, что они стали белыми, но глаза сияли и... и были в восторге. Это было единственное слово, которое подходило. Выражение его лица заставляло меня хотеть убить для него чертовых драконов. Это также заставило меня хотеть трахать его горло, пока оно не станет мокрым, а затем заполнить его моей спермой. – Сделай это, – сказал Джексон, как будто читая мои мысли, поглаживая мою шею одной рукой, а другой, продолжая держать голову Азриэля именно там, где мне было нужно. – Дай ему то, что ему нужно, Каин. Глаза Аза расширились, когда он попытался кивнуть, его горло спазмировалось вокруг моего члена, когда я вошел в него, мой член заглушал звук чистого отчаяния. Это было так чертовски возбуждающе, что моя собственная потребность кончить перешла от «срочной» к «святая херня, прямо сейчас, или мир закончится». – Сейчас, Каин, – резко сказал Джексон, впиваясь ногтями в мою шею. – Кончи. Мой мозг отключился. Никаких мыслей. Только послушание. Я потянул поводок Аза, дергая его снова и снова, как будто дрочил свой член; трахая так глубоко, как только мог, в тугую, влажную теплоту, которую предлагал мой младший брат. Трахая его, как безмозглый зверь, наслаждаясь каждой минутой. Черт возьми, полностью отпустить себя было так чертовски приятно, что у меня потемнело в глазах. Мой член запульсировал, начав набухать. Мои яйца напряглись, и затем, без всякого предупреждения, по моему позвоночнику пронеслась молния, и я дал Джексону то, чего он хотел, кончив, как чертов грузовой поезд. – Аз, – крикнул я, и вся похоть внутри меня вырвалась наружу, выстрелив из моего члена в опьяняющем порыве и наполнив горячее горлышко моего брата до краев... пока он не начал давиться... задыхаться... заставляя свое тело бороться за воздух, хотя ни разу не отрывал от меня своего обожающего взгляда. – Так хорошо, так замечательно. Чертовски прекрасно, милый. Дай ему еще, вот так, Каин. Так горячо, малыш. Посмотри, какой хороший наш милый маленький питомец. Он жаждет этого. Ему это нужно, малыш. Выпусти все из себя. Дай ему все. Голос Джексона напевал мне на ухо, не переставая, пока мои яйца выворачивались наизнанку, а бедра дергались к лицу Азриэля, как будто они жили своей жизнью, выебав из меня каждую каплю оргазма, пока мои кости, наконец, не расплавились, колени не подкосились, а всякие притязания на добродетельность, которые у меня были, не сгорели в пламени сатанинского ада. Это того стоило. Невероятно того стоило. – О, блядь, – прошептал я, прислонившись к стене за моей спиной, которая была единственной опорой. – Блядь. Вина хотела овладеть мной, но я был слишком измотан и счастлив, чтобы обращать на это внимание. Мои глаза закрылись, поводок Аза выскользнул из моей руки, когда я погладил его по голове, прижимая к себе, потому что, правильно это или нет, я хотел, чтобы он был моим сейчас. Неправильно. Это было определенно неправильно. Но только сегодня ночью... Кто-то поцеловал меня. Крепкие, горячие губы прижались к уголку моего рта, и грязный, беззастенчивый смех пробежал по моему телу, заставляя мой уставший член жалеть, что у него нет сил снова играть. Пока еще нет. Я с трудом открыл глаза. Блядь. Джексон был чертовски сексуален, не так ли? Даже весь в крови и гное. Или... именно из-за этого? Боже, может, я просто был больным извращенцем и раньше этого не осознавал. Я определенно никогда не позволял своим мыслям (или члену) заходить так далеко в отношении моего соседа по комнате. И уж тем более в отношении моего собственного брата. Джексон улыбнулся, выглядя почти дико. – Ты просто оставайся здесь и приходи в себя, пока я не вернусь за тобой, ладно? – его руки властно скользнули по моему ремню, пощипывая мои соски и заставляя меня зашипеть от переизбытка ощущений. Он подмигнул. – Я пойду, почищу нашего малыша, а потом мы еще немного повеселимся. Мой член дернулся, от чего заныли яички. Еще? Черт возьми. Уверен, что это еще больше меня убьет. ...также уверен, что я был полностью готов к смерти и расчленению, если бы Джексон так решил. Он пообещал мне свободу действий, и поскольку я уже сдался своей греховной натуре, я был готов на все.