"Бесплатный пропуск в ночь Хэллоуина" 🎃

Глава 10. Каин

Редакторы: Pozitivnoesolnce

– Ну, это было круто. Я поднял голову, услышав голос своего бывшего, и был чертовски благодарен, что успел спрятать свой член. На самом деле, это было небольшое чудо, поскольку я все еще чувствовал, что могу с удовольствием растаять в луже полного сексуального удовлетворения и был бы более чем счастлив, если бы мне сказали, что я больше никогда не должен двигаться. Я выпрямился, прислонившись к стене, ожидая Джексона, как он мне велел, и вдруг осознал, насколько не интимным было маленькое углубление, в котором Азриэль отсосал мне. Черт возьми. Я позволил Азу отсосать мне. В ушах зашумело, сердце забилось как сумасшедшее, и меня захлестнула головокружительная смесь адреналина, вины и постыдной похоти. Я пересек черту с моим братом, и, Боже, помоги мне, я даже не был уверен, что сожалею об этом. Ложь. Я был почти уверен, что не сожалею. На самом деле, мой член уже снова набухал при воспоминании о горячих губах Азриэля. Я снова хотел его. – Ты вообще меня слушаешь, красавчик? – спросил Уильям, цепляясь пальцами за ремни, которые были на мне, и придвигаясь ближе. Когда-то я бы посчитал это движение сексуальным. Боже, что я в нем нашел? Я оттолкнул его и провел рукой по лицу. – Чего ты хочешь, Уильям? – Немного этого, раз ты спрашиваешь, – сказал он чувственным голосом, хватая меня за член. – Боже, – вскрикнул я, отмахиваясь от его руки. – Чувак, ты меня обманул. Он закатил глаза. – О, пожалуйста. Это был просто бизнес, – он провел руками по моей груди. – А это чистое удовольствие, – добавил он, глядя на меня сквозь ресницы, как будто действительно думал, что может меня возбудить. Эм, нет. Он пощипал мои соски. Я снова оттолкнул его. Боже. Этот ласковый ублюдок был как чертов осьминог. Уильям был красивым мужчиной, и, честно говоря, я был чертовски польщен, когда он впервые начал за мной ухаживать. Трахать его тоже было неплохо. Не секс, который потрясает мир, но, я имею в виду, кончать всегда приятно, верно? И мне нравились маленькие твинки, которые могли выдержать жесткий трах. В моей голове мелькнул образ Азриэля в грешных виниловых шортах — черт, я же не щадил его горло, правда? — и вдруг я снова возбудился. Обреченный на ад за противоестественные действия, но, несмотря на это, член стал твердый как камень. Или, может быть, как сказал Джексон, именно из-за этого. – Похоже, мы с тобой на одной волне, – сказал Уильям, протягивая руку к моей эрекции. – Я определенно скучал по этому, большой парень, – он подмигнул. – И, похоже, он тоже скучал по мне. – Неправда, – отрезал я, уклоняясь от его взгляда и отключая ад, который, возможно, должен был быть сексуальным. Уильям надул губы в ответ. Честно говоря, он всегда был эгоцентричным мелким дерьмом, и это было еще до того, как мы ввязались во всю эту историю с изменой ради карьеры. Это как-то умаляло его внешность, понимаете? – Да ладно, Каин, – сказал он, начиная звучать немного нетерпеливо. – Я видел, как ты трахал своего маленького ночного парня, но серьезно? Мы оба знаем, что трахать в рот какую-то горячую штучку не сравнится с тем, что я могу предложить. Он был одет как шлюшка... э-э, я даже не знаю. Что-то яркое и блестящее, с обилием пайеток. Он повернулся и покачал задницей, для пущей убедительности бросив на меня взгляд через плечо. – Все твое, малыш, – сказал он, проводя рукой по тому, что он предлагал. – Если только мы поспешим и сделаем это, пока Стивен не закончил разговаривать со своими дружками. Стивен. Пожилой режиссер, ради которого он бросил меня. Я фыркнул от смеха. Да, нет. Не интересно. Даже ни капельки. Конечно, задница Уильяма выглядела хорошо, но честно говоря… Секс был в лучшем случае «так себе», и — помимо того, что у меня было немного больше самоуважения, чем прыгать на кого-то, кто даже не мог проявить никакого раскаяния за то, что изменил мне — я ни за что не стал бы тратить свой единственный бесплатный пропуск на одну ночь на кого-то, кого любой, имеющий связи в студии, мог бы заполучить. Не поймите меня неправильно, я не осуждал парня за распутство, потому что если я и научился чему-то, сбежав из консервативной, ограниченной среды, в которой я вырос, так это все к тому, что нет ничего постыдного в том, чтобы наслаждаться сексом и заниматься им столько, сколько желают обе стороны. Конечно, при условии, что эти стороны не были связаны кровными узами. И вот так, мой член, который начал вянуть, когда Уильям потряс передо мной своей задницей, снова был готов к бою. Черт. Черт, блядь, черт. То, что я сделал с Азом, было совершенно неправильным, и от этого никуда не деться... и все же мой член по-прежнему был твердым как алмаз при мысли, что я могу снова попробовать его. А я же смогу, правда? Мой член напрягся. Я не мог иначе. Ведь Джексон обещал, что сегодня вечером мы еще немного повеселимся... он же не стал бы так дразнить меня, правда? Нет, не Джексон. Он мог дразнить, когда хотел, и, черт возьми, эта мысль сделала мой член не просто твердым, а еще и мокрым. Но Джексон дразнил так, чтобы это вело к чему-то стоящему. Я просто никогда не думал, что он обратит на меня внимание, понимаете? Джексон всегда был ко мне равнодушен, и это было нормально. Он был лучшим соседом по комнате, который у меня когда-либо был, и еще лучшим другом, и я был достаточно умен, чтобы не желать портить хорошие отношения... но, эй, раз он явно решил, что я достоин немного большего внимания, я не имел ни малейшего желания отговаривать его от этого. Тем более что внимание Джексона сопровождалось разрешением делать грязные вещи с моим младшим братом, о которых я бы даже не смел, мечтать, если бы он не сказал, что это нормально. Нет, не просто «нормально»... Джексон хотел, чтобы я взял Аза, и даже если мои отношения с соседом всегда были платоническими, мне очень, очень нравилось давать ему то, что он хотел. Моему члену это тоже нравилось. На самом деле, одной из главных тем моих личных «моментов для себя» было стремление сделать Джексона счастливым. И да, ладно, я признаю: возможно, и в нескольких не столь личных моментах, когда я трахал кого-то другого, думая о Джексоне, а не о том твинке, в которого на тот момент был погружен мой член. Мой сосед был чертовски сексуален. Джексон внезапно оказался прямо перед Уильямом. – Уйди, придурок, – сказал Джексон, передавая мне поводок Азриэля, а затем втиснувшись между мной и моим бывшим. – Эй, – возмутился Уильям, отступая назад и злобно глядя на Джексона. Их отношения никогда не были теплыми. Джексон улыбнулся Уильяму так, что маленькие животные в дикой природе бы в ужасе разбежались, а затем пренебрежительно щелкнул пальцами, одновременно властно зацепив другой рукой мой ремень. – Мой, – сказал он, пристально глядя на Уильяма. О, черт. Ладно, тогда. Да, пожалуйста. Уильям открыл рот, как будто собирался спорить — я уже упоминал, что он не самый сообразительный? — но тут Азриэль обнял меня и, поднявшись на носки, прошептал мне на ухо, отвлекая меня от драмы. – Он сказал, что ты можешь меня трахнуть, – прошептал Аз. – Пожалуйста, Каин? Ты согласен? Он вставил мне пробку, чтобы я был готов принять твой член. Ты… ты хочешь? Мой разум затуманился. Пробка? – Здесь? – спросил я, полностью согласившись с идеей прижать моего младшего брата к стене прямо здесь и сейчас, перед Богом и всеми, потому что, по-видимому, мой член был единственной функционирующей частью моего тела, которая у меня еще осталась. И кому, черт возьми, было дело до того, что вся студия сидела в первом ряду и наблюдала за моим падением? Аз заерзал, прижимаясь ко мне и тяжело дыша мне в ухо. – Где угодно, – сказал он с опьяняющей смесью отчаяния и возбуждения. – Здесь хорошо. То есть... да. Может быть? Не знаю. Где скажет Джексон. Пожалуйста, трахни меня, Каин. Пожалуйста. Боже. Мы оба были прокляты. Я лапал его, обхватывая его задницу и прижимая его к себе, а его горячий маленький член сводил меня с ума, дергаясь и пульсируя у меня на бедре. Хотел ли я этого? О, черт, да. – Нет, милый, – резко сказал Джексон, оттаскивая Азриэля от меня. – Нет? – повторил я. Да, мозг все еще не работал, извините, но, по крайней мере, я мог произносить отдельные слоги. – Пожалуйста? – мило попросил Аз, обнимая Джексона за руку и смотря на него щенячьими глазами. О, хорошо. Никто не мог устоять перед Азом и его умоляющим взглядом, верно? – Не раньше, чем мы вернемся домой, малыш, – сказал Джексон, приглаживая волосы Азриэля и целуя его в губы. О, черт… целомудренно или нет, но это было красивое зрелище. Я поправил член, заметив, что Уильям наконец-то свалил, и мы снова остались втроем. Ну, втроем плюс еще около пятисот человек. – Ты хочешь, чтобы я трахнул своего брата? – спросил я Джексона, мой член пытался вырваться из штанов, как только я произнес эти слова. Я сглотнул. – Дома? Джексон прижал Азриэля к себе и обхватил мое лицо ладонями, поглаживая большим пальцем мои губы, наклонив голову набок и бросая мне горячий, дразнящий взгляд, которого было достаточно, чтобы почти заставить меня кончить. – Да, дорогой, – промурлыкал он. – Ты сделаешь это для меня? – Все, что угодно, – пообещал я, втайне надеясь, что и мне достанется один из тех целомудренных поцелуев. Или грязный. Черт, все, что угодно от Джексона. Все, что угодно для Джексона. Потом я вспомнил, что он сказал Уильяму, и добавил: – Я твой. Потому что раньше я не осознавал этого, но да. Это вполне отражало ситуацию. И Аз, по крайней мере, на эту ночь, будет моим.