Час без тренеровки

      Папирус радостно шёл домой. Сегодня они с Андайн закончили тренировку раньше, так что он мог успеть на шоу Меттатона, которым пожертвовал ради самосовершенствования.       Когда он дошёл до дома и уже хотел войти, вдруг услышал что-то со стороны открытого окна. Подойдя ближе, он услышал тихий стон. Кто-то звал его. Звук повторился:       — Хах… Папс…       Он узнал голос своего ленивого брата.       Папирус вошёл в дом и бросил взгляд на старшего брата на диване. Рука его была в приопущенных шортах, лицо — голубое, потное. На лице застыло очень странное выражение: глаза закатаны, рот приоткрыт, а изо рта вырывались тихие стоны.       — Санс, что-то не так? Я могу помочь?       Санс резко открыл глаза и вынул руку из шорт. Посмотрев на младшего, его словно током ударило.       — П-папс?! Ты ч-что тут делаешь? Разве ты не должен был быть на тренировке?       — Нье-хе-хе! Сегодня Андайн сказала, что я поработал отлично, и отпустила меня на час раньше. И я наконец-то смогу посмотреть шоу Меттатона!       Санс выглядел растерянным. Он уже начал было подозревать, что Папирус специально хотел его поставить в неловкую ситуацию, но, услышав его ответ и вспомнив, о ком идёт речь, все его подозрения улетучились. Папс бы никогда не сделал этого.       — Ну что ж, можешь смотреть, я пойду к себе, — он уже хотел было встать, но вдруг высокий остановил его.       — А что ты делал? Ты выглядел… не очень хорошо.       Низкорослый скелет резко поголубел.       — Нет, это… тебе н-наверное показалось.       — Нет, мне не показалось, у меня острый глаз! Великий Папирус может тебе помочь! Кажется, ты двигал рукой вверх-вниз?..       Он двинулся к дивану, встал перед Сансом и сунул правую руку ему в шорты, схватив вставший член. Когда он двинул рукой вверх, сразу послышался резкий вздох.       — Папирус, не делай т-так… Это…       Но он уже начал двигать рукой.       — Брат, я делаю это правильно? — Он остановился на секунду.       — Д-да, пожалуйста, про… продолжай.       Когда младший снова начал двигать рукой, старший вдруг обнял его левой рукой и начал учащённо дышать.       — Санс, всё нормально? Ты снова издаёшь эти… звуки?       — Да, хах, бро, всё н-норм…       Вдруг Папирус обратил внимание на другую руку брата, которая была под ним, будто он сидел на ней. Папс достал его руку, а Санс разобнял его.       — Папирус, можешь дать мне твою руку? Он взял её и засунул себе в шорты, затем два пальца в себя и начал двигать, прерывисто стоная.       — Я… Это… Что ты делаешь? — Великий Папирус был в недоумении.       — Па-апс… прости, мне… чёрт… Мне нужно б-больше…       — Эм… Что я могу сделать?       — Ха… В м-моей комнате под матрасом лежит ди… одна оранжевая штука, можешь… ах… принести?       — Да, сейчас, братец!       Он отошёл от старшего скелета и поднялся по лестнице, затем вошёл в комнату с «радужным пламенем». Возле мусорного торнадо лежала «кровать» Санса, а именно — матрас с запутанным одеялом. Папирус поднял матрас. Под матрасом лежала какая-то длинная оранжевая штука. Взяв это, он спустился обратно к Сансу. Тот как ни в чём не бывало смотрел телевизор. Вот только его потное голубое лицо и сияние в шортах выдавали то, что было минуту назад.       — Я принёс! Санс сразу выключил телевизор, а его брат радостно приблизился к нему и встал на одно колено, так как был слишком высок.       — И что мне с этим делать? — он вопросительно посмотрел на низкого.       — Я покажу. Он взял дилдо и, приопустив шорты, медленно начал толкать в себя.       — Ха-а-ах! М-можешь двигать это вп-перёд… ннх… н-назад, пожалуйста?       Высокий засунул руку в его шорты и, схватив игрушку, начал двигать в низком скелете. Другой рукой снова взялся за член и начал мастурбировать ему. Санс застонал и обеими руками обнял Папса, затянув его в глубокий поцелуй. Тот ответил, одновременно ускоряя темп. Когда комик начал громко мычать в поцелуй, поддаваясь тазом вперёд, Папирус резко остановился, только продолжая дрочить ему. Через минуту Санс кончил с протяжным стоном, чувствуя, как тепло распространяется по всему телу.       — Что ж, я вижу, ты закончил, братец. Ты иди в душ, а я наконец-то посмотрю моё кулинарное шоу! Нье-хе-хе! Он поднялся и взял пульт, игнорируя голубую жидкость на руке. Выглядел немного нервным.       — Чёрт… Папирус! Откуда ты знаешь, как целоваться?! Ты что, всё это время играл невинного ребёнка?!       — Ах, да, это… Да, я знаю, что значит «секс», чем мы только что занимались. Просто я всегда для тебя был маленьким братишкой, хоть мне уже девятнадцать, а ты старше меня всего на два года. И я не знал, как тебе всё сказать.       — Бро…       — Вот и когда я увидел, чем ты занимался, пока меня не было, я решил таким образом передать всё тебе, ведь… Я... л-люблю тебя...       Теперь уже он засмущался, пряча лицо руками. Но Санс встал и вновь поцеловал его в несуществующие губы, издав характерный стук.       — Я тоже люблю тебя. Больше, чем брата... Но я не думаю, что другие монстры примут нас, мы должны держать наши отношения в секрете.       — Но они наши друзья, и я не хочу врать им, — он выглядел растерянно. Низкий вздохнул.       — Ты прав, но должны знать только самые близкие. Альфис, Андайн, Ториэль, Азгор... Нет нужды, чтобы другие знали об этом. Они оба уже встали и хотели пойти по делам, но вдруг младший повернулся к низкому.       — Санс, мы же... повторим то, что сейчас произошло...? Санс поголубел, но потом улыбнулся.       — Конечно, бро.