неон

Тишина после визита Алены была оглушительной. Арина все еще чувствовала ледяной след ее присутствия, будто на крыше внезапно ударил мороз. «Она... она не станет мстить?» — наконец выдохнула Арина, глядя на Евгения. Тот пожал плечами, снова погружаясь в пайку платы, но его пальцы были не такими уверенными, как обычно. «Сомневаюсь.Мы для нее теперь не просто фон. Мы... интересны. Как новые игрушки. Пока мы ее развлекаем, мы в безопасности». Мысль быть «игрушкой» Алены была не из приятных. Арина с грустью посмотрела вниз, где Юра и Софа, ничего не подозревая, радовались жизни. Их маленький роман был таким хрупким на фоне подводных течений, которые управляли школой. --- На следующий день все изменилось. Когда Арина зашла в класс, Кристина сразу же подошла к ней. Но на этот раз ее улыбка не была напряженной. Она была... растерянной. «Арина,— начала она, понизив голос. — Алена... она утром со мной поздоровалась. Просто кивнула и сказала «안녕». Она никогда раньше со мной первая не заговаривала!» Это была мелочь. Для любого другого человека — ничего не значащий жест. Для Кристины это было знаком свыше. Ее панический страх перед Аленой сменился на ошеломленную, почти благоговейную преданность. В столовой Арина стала свидетелем еще более странной сцены. Юра, обычно окруженный своими дружками-спортсменами, сидел один и с умным видом листал учебник. Когда Арина проходила мимо, он поднял на нее взгляд и... смущенно улыбнулся. «Арина,привет! Не подскажешь, как решается номер 15 по геометрии? Софа говорит, мне надо подтянуть оценки». Арина от изумления едва не выронила поднос. Юра и учебник? Юра и добровольная учеба? Она посмотрела через зал и увидела Софу, которая сидела с подругами и счастливо улыбалась, смотря на своего внезапно поумневшего бойфренда. И тут Арина все поняла. Это не спонтанное желание Юры. Это влияние Софы. Тихая, милая Софа, оказывается, умела добиваться своего. И тут ее взгляд поймал взгляд Алены. Та сидела за своим отдельным столиком, одна, с чашкой зеленого чая. И на ее лице играла та самая, едва заметная улыбка-полумесяц. Она наблюдала. За Юрой, за Кристиной, за всей этой сложной паутиной, которую она сама и создала одним лишь своим взглядом. Ее глаза встретились с глазами Арины, и Алена медленно, почти незаметно, подмигнула. Арину бросило в жар. Она не играла в игру Алены. Она сама стала ее частью. Невидимым шестеренкам в часах, которые завела всемогущая Ли Арон. Вечером на крыше Арина почти набросилась на Евгения. «Ты видел?Ты все видел? Она управляет ими! Не приказывая, не угрожая. Она просто... меняет атмосферу, и все подстраиваются!» Евгений отложил паяльник. Он выглядел усталым. «Я проверял.Тот парень, который распускал о ней слухи... Его аккаунты были забанены. Не взломаны, а именно забанены за нарушение правил платформы. Чистейшее, легальное уничтожение. Она обошлась без меня». «Как она это сделала?» «У ее отца есть доля в той соцсети, — коротко объяснил Евгений. — Она просто позвонила папе. Я был для нее не инструментом, а тестом. Она проверяла твою реакцию. И мою. И мы ее прошли. Теперь мы у нее на крючке. Не на денежном, на куда более прочном — на интересе». Он посмотрел на Арину, и в его глазах впервые промелькнуло что-то похожее на беспокойство. «Теперь главное— не разочаровать ее. Потому что скучные игрушки она ломает. Как тот ежедневник Кристины». Внизу послышался смех. Юра и Софа шли, держась за руки. Юра что-то оживленно рассказывал, а Софа смотрела на него с обожанием. Они были счастливы в своем маленьком, неосознанном мире. Арина смотрела на них и понимала, что их наивное счастье — тоже часть системы. Пока Алена позволяет, их роман цветет. Но одно ее недовольство — и он рассыплется в прах. Она обернулась к Евгению. «А мы?Мы тоже ее игрушки?» Евгений молча посмотрел на темнеющее нескончаемое небо Сеула. «Мы— те, кто знает о существовании кукловода. И в этом наша сила. И наша слабость». Он протянул Арине новую, только что собранную им портативную зарядку. «Держи.На всякий случай. Буря пока миновала, но это ненадолго». Арина взяла зарядку. Она была теплой. Как их странный, хрупкий союз в сердце безупречного и безжалостного мира под названием «Мёнволь». И она поклялась себе, что не даст Алене сломать то немногое, что у нее здесь было.