Суд по телевидению

      — Вставай, парень. Пора идти.       Грубая рука трясла юного Вокса, но он не хотел вставать с кровати. Лицо его было холодным. За ночь зимняя погода опустилась на маленькую хижину, и в предрассветное утро сквозняк был особенно жесток.       Дед вытащил его из постели, схватив за затылок.       — Ты мягкий. Ты избалованный сопляк, который слишком долго жил в большом городе. Твоя мать от тебя устала. Она говорит, что ты только и делаешь, что сидишь дома и слушаешь это чёртово радио. Она отправила тебя сюда, чтобы я научил тебя быть мужчиной, понял? А теперь вставай и одевайся.       Лес был темным и тихим. Вокс надел несколько слоев одежды, но этого было недостаточно. Ветер пронизывал его насквозь, когда порывы усиливались. Дед повел его к куче хвороста, с которой открывался вид на поляну с небольшой возвышенности.       — Ты залезешь туда и будешь ждать. Будешь ждать, пока солнце не поднимется высоко, если придется. Видишь вон там? Это тропа. Ведет к пруду. Они выйдут на рассвете. — Затем дед протянул Воксу одну из винтовок, которые он нес.       — Возьми этот старый мушкет. Целься в сердце. Но не в живот, иначе испортишь мясо. Помни, они уйдут раньше, чем ты успеешь перезарядить. У тебя один выстрел, так что сделай его удачным, малыш.       Вокс взял ружье дрожащими, онемевшими пальцами.

***

      Ночь была долгой. Вокс не знал, сколько именно прошло времени. У него был внутренний часы, но он не удосужился проверить их уже несколько часов подряд. Электричество в отеле «Хазбин» всё ещё не работало, но в какой-то момент Аластор зажёг несколько свечей в комнате.       Только мерцающее, красное, уютное свечение освещало сон, лежащий на груди Вокса. Радиодемон соблазнительно обвил его руками, скрестив их на его груди, и держал улыбающееся лицо, которое смотрело на Вокса с такой же сосредоточенностью, как кот, наблюдающий за своей добычей.       Вокс не понимал, какой переключатель в Аласторе сработал, но он точно не жаловался. Как-то Аластор залечил ужасную рану, которую имел ранее. Теперь это был лишь уродливый шрам, скреплённый одной неоновой зелёной ниткой. Эта травма явно доставляла Аластору много проблем. Должно быть, очень раздражает иметь такое явное напоминание о неудаче.       Я позабочусь о тебе, Ал. Я буду любить тебя и все твои шрамы. Голубые когти Вокса скользили по изгибам спины другого демона, по упругим формам ниже, прежде чем проникнуть в то горячее, влажное, испорченное место греха.       Вокс вздрогнул от блаженства. Мой. Он наконец мой. И я никогда не отпущу его.       Аластор наблюдал за ним, словно хищник. Слишком заинтересованно. Глаза светились.       — У меня ничего не осталось, Ал, — предупредил Вокс другого демона, когда интенсивность начала его тревожить. — На самом деле, мне, наверное, пора идти. Твои маленькие друзья не захотят обнаружить, что я здесь. — Он сказал это с игривой насмешкой. Вокс не хотел уходить — он мог бы оставаться здесь вечно, глядя в эти багровые глаза. Это было всего лишь испытание.       — У кого есть друзья? — сказал Аластор с широкой улыбкой, невинно покачивая длинными ногами. — Останься на ночь, Винсент. Возьми на себя ответственность за то, что сделал. Я ведь не просто очередная отметина на твоём поясе, правда? — На это Вокс тихо и довольным смехом ответил.       — Если хочешь просыпаться рядом со мной каждый день, это можно устроить, Ал. В башне Ви всегда найдётся для тебя место. — Вокс хотел дать понять, что у него нет проблем со «взятием ответственности».       — Ха-ха! — сухо рассмеялся радиодемон. — Не будем забегать вперёд. Но на эту тему я хочу, чтобы ты порвал с мотыльком. Я решил, что не хочу делить тебя. — Аластор мило наклонил голову. Вокс сделал вид, что обдумывает его слова.       — Это не входит в сделку, Ал. Может, заключим новую? — спросил Вокс, схватив его за острый подбородок своими когтями. У него было бы такое прекрасное демоническое лицо, если бы он не улыбался так зловеще всё время.       — Ммм, справедливо, — прошептал Аластор, когда его щеки сжимали, — Что ты хочешь взамен?       — Я скажу Вал, что мы закончили, а ты расскажешь, почему исчез семь лет назад, — предложил Вокс. Аластор рассмеялся и увернулся от его захвата.       — И всё? — сказал он, явно думая, что выходит из сделки победителем. — Я затеял ссору с Рози, получил серьёзную душевную рану и пришлось какое-то время скрываться. В этом нет ничего особенного. — Аластор закончил изящной растяжкой, полностью расслабленный. Вокс начал замечать закономерность. Несмотря на то, что показывали миру, в отношениях Аластора и Рози что-то было очень не так.       — В чём твоя проблема с Рози? — вслух задумался Вокс. — Вы были неразлучны столько, сколько я себя помню. Что между вами произошло?       — Ах, ах! — ответил Аластор, положив палец на плоский рот Вокса. — Я должен был ответить только на первый вопрос, и я ответил.       — Ты скользкий ублюдок, — пробормотал Вокс, но у него не было сил продолжать спор.       Вместо этого он поцеловал палец, приложенный к губам. Они оба растворились в тишине, ощущая притяжение поздней ночи и слушая звуки болота, которые Аластор вызвал в своей комнате.       — Эй, Ал, — сказал Вокс спустя долгое время, — Этот отель, он вообще работает? — Если Аластор и удивился смене темы, он не показал этого.       — Хм-м-м. Кто знает? — мурлыкнул Аластор приятным, жизнерадостным голосом.       — Тебя не интересует искупление? — Вокс был искренне любопытен.       — Ахаха. Нет, — ответил радиодемон.       — Ты не веришь, что грешников можно искупить? — настаивал Вокс.       — Не знаю, зачем бы им это понадобилось, — ответил его любовник. Вокс фыркнул.       — В твоей жизни не было ни одной вещи, о которой ты жалел? Ничего, что ты хотел бы вернуть?       — Ничего! — сказал ему Аластор после мгновения притворной задумчивости. Его глаза озорно блестели. Он начал сползать по телу Вокса, пока не оказался между его ног. Вокс застонал, когда другой демон схватил его вялый, чрезмерно чувствительный член.       — Черт, Аластор, может, просто обнимемся немного?!

***

      Когда наступило утро, Вокс действительно ушел. Его возлюбленный уснул на диване, устав от попыток Вокса обнять его всю ночь. Как только Вокс закончил поправлять свой галстук-бабочку и продевать антенны сквозь шляпу, он подошел к очаровательной спящей фигуре Аластора и накрыл его одеялом.       Затем он перекинул пиджак через плечо, распахнул дверь номера и начал свою триумфальную прогулку, прекрасно осознавая, что мог бы телепортироваться обратно тем же путем, каким пришел.       Отель был такой безвкусной помойкой, полной нелепых переделок. Как Аластор мог выносить это целый день, было за пределами понимания Вокса. Зачем он здесь? Конечно, были свои плюсы в том, чтобы быть рядом с принцессой Ада, но это ощущалось так… отчаянно.       — Я думал, здесь рекламируют бесплатный завтрак, — сказал Вокс, подойдя к стойке регистрации. Дежурила только ангелочек, пытаясь перезагрузить компьютеры после восстановления электропитания.       — Для гостей, — ровно ответила Вэгги, глядя на Вокса и скрестив руки, словно готовясь к схватке. — Ты не гость. И Аластор тоже. Он какой-то бродяга, который зашел с улицы, и мы не можем от него избавиться. А ты что? Его мальчик по вызову теперь?       Возможно, этот ангелочек была права больше, чем знала. Возможно, Аластор был здесь, потому что чувствовал, что ему больше некуда идти, когда он, по собственному признанию, вернулся ползком в Кольцо Гордыни после долгого, унизительного отсутствия.       Он мог бы прийти ко мне! — подумал Вокс обиженно, но тут же добавил: — Нет. Он слишком горд для этого.       — Ха-ха! У тебя такой острый ум и едкое чувство юмора, — сказал Вокс ангелу. — Ты не думала о карьере в импровизационной комедии? — Она была не в настроении быть очарованной.       — Просто уходи. Ты и так натворил достаточно бед за 24 часа, не так ли?       — Похоже, я только начинаю. Думаю, Ад должен узнать о чудовищном сервисе здесь, — ответил Вокс, отмахиваясь рукой с пренебрежением.       — ТЫ. НЕ. ГОСТЬ! — крикнула она ему вслед.

***

      В Башни Ви уже кипела дневная суета, когда Вокс заглянул в свой офис, чтобы проверить, что упустил накануне. Было несколько крупных текущих проектов, требовавших его надзора, и не в последнюю очередь — электрические дизайны Вельветт для новой коллекции.       Но Вокс также планировал запустить совершенно новое телешоу, где он и Аластор были бы соведущими. У него уже всё было готово: финансирование выделено, команда подобрана, время эфира выбрано. Оставалось только убедить своего соведущего появиться, что было самой сложной частью.       Валентино почти в тот же момент, как Вокс сел, вошел в его кабинет.       — Вокс, хочешь посмотреть список гостей для показа мод? У меня есть все покупатели, но я думаю, нам стоит посадить пару Гоэтиев поближе к камерам.       — Тот, что со льдом, — произнес Вокс, выражая свое предпочтение, — он всегда говорит нужные вещи, когда его спрашивают. — Когда Валентино подошел к Воксу, он остановился и скривился от отвращения.       — Фу! Ты воняешь оленьими феромонами до небес. Ты наконец-то с ним переспал?       — Ха! Так сильно пахнет? — рассмеялся Вокс, пытаясь принюхаться к себе, понимая, что, вероятно, не способен уловить такие вещи так, как Вал.       — Если бы это не было так враждебно и лично, это могло бы быть даже немного горячо, — сказал другой демон, наклоняясь ближе, чтобы его усики могли уловить запах более интимно. Он издал глубокий смешок: —О да, он тебя отметил, Вокси.       — Я заставил его умолять об этом, Вал, — вздохнул Вокс в блаженстве, вспоминая, — это было всё, о чем я когда-либо мечтал. — Он откинулся на спинку кресла и покрутился, — Я проведу остаток своей загробной жизни с этим человеком.       — Ага, — ответил Вал с сухим скептицизмом, — Милый, ты уверен, что это то, чего хочет он? Он не из тех, кто живет долго и счастливо. Очевидно, что он использует тебя, только ради твоих денег и власти. Наших денег и власти, если напомнить. Честно говоря, Вельветт и я считаем его жалким ничтожеством. Он много говорит, но что он сделал?       — Я прощу тебе твоё невежество, мой милый, маленький мотылёк, — сказал Вокс, дергая за цепочку на голой груди Валентино. — Тебя не было рядом, когда Аластор в одиночку вёл Ад в новую эпоху. Когда Лилит правила Кольцом Гордыни, а я был всего лишь исполнителем...       Вокс замолчал, охваченный воспоминаниями. Те золотые дни до их разрыва, когда они ещё сражались и завоёвывали вместе. Вокс встал со стула.       — Ха. Пожалуй, мне стоит привести себя в порядок. Делай, что хочешь, с этой неделей моды. Мне всё равно.       — Он снова разобьёт тебе сердце, — предупредил Валентино, когда Вокс проходил мимо.       — Нет, — настаивал Вокс, — Потому что на этот раз я не приму отказа. Ты многое не знаешь обо мне и Аласторе, Вал. — Затем он добавил, чуть мрачнее: — И многое Аластор не знает обо мне и о самом себе.

***

      Они стояли над телом, пока Вокс не смог больше удержаться и не опустился на колени. Его дыхание было прерывистым. Мужчина был довольно молод. Его кожа имела интересный оливковый оттенок, что указывало на смешанное происхождение. Он, вероятно, был красив, но это было трудно определить из-за зияющей дыры посередине головы. Кровь и мозговая масса были повсюду. Тёмные стеклянные глаза смотрели в пустоту.       И он улыбался.       — Хороший выстрел, парень, — сказал ему седой дедушка. Затем он указал на другое тело — то, что не погибло от пули. — Похоже, он замышлял что-то нехорошее. Наверное, хотел спрятать тело в болоте. Заслужил повешение, так что можно считать, что ему повезло умереть так.       Несмотря на попытки смягчить удар, Вокс едва слушал. Его тошнило. Его разум не мог осознать, что этот человек умер из-за его собственной неосторожности. После долгой минуты шокированной тишины, рука легла ему на плечо.       — Всё будет хорошо. Нет ничего, чего бы не исправила небольшая молитва.

***

      В Аду мало что можно было назвать бунтарским. Ад, пожалуй, был самым близким к цивилизованной анархии, которую только можно было представить. Грех здесь терпели, законы были расплывчаты и постоянно менялись. Слабое руководство Ада мало заботилось о справедливости и честности. Царило самосудие, и в отсутствие сильных правителей власть захватывали военачальники.       Тем не менее, большинство, вероятно, согласилось бы, что молитва была запретным действием. Кто в Аду мог найти вдохновение в Слове Господнем, будучи отвергнутым, словно мусор?       Было ли это привычкой или зависимостью, или, подобно Воксу, существовали другие, чьи молитвы могли быть услышаны только в пределах самого Ада, но потребность в тех, кто разбирался в этом возвышенном и благочестивом писании, всё же оставалась.       Они собирались еженедельно в тайном месте, обычно на складе, в подвале или каком-нибудь другом заброшенном здании, и Вокс присоединялся к ним – их проводник, их учитель, их спаситель. Даже в этих темных безднах они всё ещё жаждали света.       Этим утром, как и всегда, Вокс вошел под бурные приветствия и пожелания, наслаждаясь похвалой и обожанием так же, как и при жизни. Хор нараспев исполнял 51-й псалом. Псалом грешников.       Помилуй меня, Боже,       по великой милости Твоей,       по множеству щедрот Твоих       сотри беззакония мои.       Омой меня от беззакония моего,       и от греха моего очисти меня.       Ибо беззакония мои я знаю,       и грех мой всегда предо мною.       Тебе, единому я согрешил,       и сделал пред Тобою зло;       посему Ты праведен       в приговоре Твоем       и чист в суде Твоем.       Вокс поднялся на трибуну, и воцарилась тишина.       — Дамы и господа демоны. Смиренные грешники Ада. Души, связанные вечными муками. Мы собрались здесь сегодня в надежде обрести немного просветления в это время труда и страданий, — начал Вокс свою речь перед аудиторией, которая неуклонно росла с годами. — Ибо, хотя Небеса оставили нас, мы остаёмся едины в нашей вере и нашем желании позволить всемогущему слову Божьему указать нам путь из тьмы. — Вокс открыл Библию перед собой.       — Давайте начнем сегодня с обсуждения слов Петра, глава 4, стих 8, где сказано: «Более же всего имейте усердную любовь друг ко другу, потому что любовь покрывает множество грехов…»