Тот, кому суждено жить

Все началось зимой, в декабре. На Лондон нахлынуло внезапное потепление - после первых ноябрьских снегопадов на улицах теперь воцарилась отвратительная слякоть. Иногда кажется, что сам город желает, чтобы люди умирали - от потопов, болезней из-за того, что все промокали насквозь, а потом филигранно шлифовать все холодами, видимо, чтобы наверняка добить. Так что работы в похоронном бюро “Хэйзел и Смит” было навалом. С одной стороны, отвратительная погода и большая нагрузка практически убивали самого Дориана, с другой все это более привычным, так что оставалось радоваться тому, что все хорошо. Что все близкие здоровы, живы (мистер Ч.М Блэк не жалуется на посмертие), дома ждет теплый ужин, а коли совсем работа умотает можно положиться на партнера и отдохнуть. Можно договориться встретиться с Найджелом, или навестить Эмилию с Анной, или же пойти прогуляться с самим Валентайном, чья компания не могла наскучить, сколько бы часов вместе они не провели. Он всегда поднимал настроение, даже когда раздражало все на свете, даже просто тем, как внимательно это замечал сразу и относился с пониманием. Всегда мог найти интересную тему для беседы, имел отличный багаж познаний во всем, умел так слушать, что хотелось разговаривать. Как все это уживалось вместе с его абсолютной невыносимостью - оставалось загадкой, но ладно. Наверное, только время и знание того, как далеко может зайти этот плут, не давали прощать все за красивые глаза, теплые руки и касания, за нежные улыбки и приятный голос. Ну уж нет, это все прекрасно, но нет! Валентайну не отделаться так легко. Однако, все же и вечно горящего своим делом компаньона, оказывается, могла свалить простуда. Вечером они заканчивали с документами, чтобы потом уже разойтись по домам - Валентайн сегодня вечером один выезжал на похороны очередного бедолаги, пока Дориан был завален бумагами по самую макушку. Они молчали почти все время, оба уставшие, и сначала Дориан ничего особо не заметил. Только когда двери бюро уже закрылись, а компаньоны собирались расходиться, глаза вдруг наткнулись на уставшее лицо дорогого друга, на то, как покрылись нездоровым румянцем щеки. Так что оставалось только потянуться и коснуться лба того - Валентайн, явно собиравшийся что-то сказать на прощание, замер с широко распахнутыми глазами. – Дориан?... – показалось, или он покраснел ещё больше? – что случилось? – – Валентайн, у вас жар! – Дориан огляделся, потом уверенно поймал ладонь друга и потянул. – Вам необходим отдых, покой и забота! – Без всяких объяснений он потащил Смита за собой. Как-то и не сообразил, что может быть иной вариант, кроме как забрать это чудо с собой домой. – Да все не так уж плохо, подождите – Как то скомкано ответил тот, впрочем, не упираясь. – Вот и славно, отдохнете у меня дома. К тому же, вам правда пора обзавестись своей комнатой в нём! – Дориан не был намерен принимать возражений. – Валентайн, здоровье куда важнее всего остального. А сами вы не будете позволять себе отдыхать! – Он и сам не понимал, откуда в нем столько уверенности, но сила страха за чужое здоровье и желание позаботиться буквально окрыляли. Партнер так и не нашелся, как возразить, так что вскоре они уже были дома. Домашние оказались рады видеть Смита, а миссис Раджани сразу пошла накрывать на ещё одного человека. А услышав о том, что гость приболел, все втроем и стали заботиться - кто-то ругал неосмотрительного человека и обещал приглядеть за его состоянием ночью, кто-то согрел ещё воды и застелил постель, а кто-то нашел грелку и лекарств. Дориан плохо спал, мысли постоянно возвращались к болезни друга, так что с утра первым же делом пошел навестить Валентайна - тот, что удивительно, ещё спал. Так редко можно было застать его не бодрствующим! Темные волосы волнами разошлись по белой наволочке и больше открывали лицо, глаза закрыты, дыхание ровное и спокойное. Шрам, большой и заметный, не мог сделать это лицо с правильными чертами, по которым должны плакать художники без натурщиков, менее красивым. Хэйзел осторожно сел на край кровати, и замер так, наблюдая за мирным сном. Чем-то эта картина манила, завораживала. Рука потянулась, мягко убрала прядку за ухо, коснулась лба мужчины - все ещё жар! - и осталась едва ощутимо на скуле. Из транса вырвало покашливание где-то сбоку - Дориан отдернул руку и повернул голову. Мистер Ч. М. Блэк невинно смотрел на того. От этого всего и чуткий сон Валентайна прерывался, и тот закашлялся, переводя внимание уже на себя. – Ох, доброе утро. Как вы себя чувствуете? – Поинтересовался хозяин дома, стараясь выкинуть из мыслей то желание касаться. – Не очень, но терпимо. – Смит перевел внимание на окно. – … Стоит вставать и отправляться в бюро, уже поздно… – прохрипел тот, приподнимаясь. – Вы сегодня остаётесь отдыхать! – Неожиданно пылко возразил Дориан, сам смутился этого и спокойнее добавил. – Я справлюсь, Валентайн. Справлялся же в прошлом году, а тут всего пару дней - это пустяк. А в такое коварное время года лучше всего перестраховаться. – – Дориан, это всего лишь простуда… – попробовал возразить партнер, но его перебил призрак. – Мистер Смит, Дориан все верно сказал. Не вам ли, как гробовщику, важно понимать, насколько важно здоровье? Тем более вы уже не так молоды! – Решительно поддержал Чарльз. Валентайн просто оказался повержен и не смог выкрутиться. Может, это немного подло, пользоваться уязвимым болезнью состоянием и численным превосходством - но что ещё поделать! С этим мистером Смитом по-другому и не сладить. Валентайн податливо лег обратно на спину, сложив руки на груди. Он выглядел непривычно растерянно. – Убедили, сдаюсь. – Он тяжело вздохнул. – Но это не отменяет того факта, что пора уже открывать бюро… – – Не переживайте, я правда со всем справлюсь - к тому же, с документами мы покончили вчера. – Дориан улыбнулся дорогому другу. Осторожно, спрашивающе, потянулся к чужой ладони, мягко накрывая своей. – Положитесь на меня. Мы же партнеры - должны подставлять друг другу плечо в трудную минуту. – Так отчаянно хотелось отплатить ему за все хорошее, что он сделал для самого Хэйзела, да и быть опорой, действительно равнозначным Смиту. Чтобы тот почувствовал, что дорог кому-то, что не обязательно все тащить в одиночку. Это желание придавало сил, и даже яд зимы не мог сломить дух. – Хорошо, мой дорогой. – снова вздохнул Валентайн, переплетая их руки в замочек. На губах Дориана расцвела улыбка. – Спасибо вам. – Видимо, смог почувствовать, как это важно. Он вообще часто так хорошо понимал, что творится на душе. Мистер Ч.М. Блэк тихонько растворился в стене, позволив гробовщикам остаться вдвоем, так что те ещё немного побеседовали, Дориан принес деятельному другу книгу, позавтракал вместе с тем и отправился в бюро, которое, в самом деле, пора было открывать. Людей все равно, на удивление, не было, да и ливень перестал мучить лондонцев. Дориан проверил документы, побеседовал с ван Доффером, который пришел подготовить тело на завтра, и как раз сидел пил чай, когда прозвучал стук в дверь. Клиентом оказалась высокая дама в черном платье и в заметной, широкополой шляпе. Она была бледна, все лицо осунулось и под глазами были синяки - весь образ кричал о безутешности, и только на дне глаз виднелся огонек. Дориан поздоровался, предложил ей сесть, подал каталоги и устроился напротив. – Моё имя Дориан Хэйзел. Могу узнать ваше имя и повод, что привел вас? – Вежливо, осторожно почти спросил гробовщик. – Моя имя Виктория Мэлисон. И… – Голос женщины дрогнул. – У меня умер сын. Ему было всего одинадцать... Необходимо устроить похороны. К сожалению, они должны пройти тихо. – Она отвела взгляд, а её рука сжала ткань платья. – Не могу вдаваться в подробности, мистер Хэйзел. Могу же я надеяться на вашу помощь? – И подняла свои карие с красным отливом глаза на того. Не зная от чего, но Дориан чуть не вздрогнул под этим взглядом. Что-то безумное виднелось в нём. – Конечно. Желание клиента - закон. – натянуто улыбнулся все же, и принялся помогать даме с выбором. Та пообещала завтра принести тело мальчика и ушла, оставив после себя тревожную атмосферу. Хоть потом прошло ещё много клиентов, образ женщины никак не мог выйти из головы. Что-то с ней было не так - обычно каждая мать с огромной болью и горем переживала смерть ребенка. Это всегда было тяжело. А тут… Вечером, когда Дориан собирался закрыться пораньше - все же нельзя скинуть заботу о Валентайне только на домашних - от мрачных мыслей отвлек звонок телефона. – Добрый вечер, похоронное бюро “Хэйзел и Смит”, слушаю вас. – Устало ответил Дориан, уже приготовив записную книжку,чтобы занести данные о записи на завтра. – Здравствуйте, Дориан! Давно мы с вами не общались, хе. Так рад, что именно вы взяли трубку! – Из телефона донесся голос Сида Уоррена. – Не могли бы вы подъехать к моему бюро сейчас? Нужна ваша профессиональная помощь. Хэйзел вздохнул и собирался было сказать, что хоронить клиентов Уоррена не намерен, но в ту же секунду его пробило осознание. – Вам нужна моя помощь как…? – – Да, очень нужна помощь медиума! Не могу объяснить по телефону. – Дориан помялся, потом глянул на часы - он должен успеть к ужину. Что же, стоит попытаться. Сид много раз помогал и был, к тому же, другом Валентайна. А по пути тогда можно будет заехать в лавку и взять чего-нибудь вкусного для домашних. – Выезжаю. – Так что позвонив домой и предупредив миссис Раджани о том, что может задержаться и спросив, не нужно ли чего, Хэйзел отправился в путь.

***

Похоронное бюро Уоррена не изменилось все тот же мрачный дом с гробом у входа и привычной табличкой. Дориан вздохнул и позвонил в колокольчик - дверь сразу же открылась, будто Сид простоял за ней с самого момента звонка в ожидании. – А вот и мистер Хэйзел! Как же вовремя. Прошу, проходите, мой друг. – Он заулыбался и пропустил внутрь. Там стояла ещё более мрачная атмосфера, чем обычно. Вечный ряд гробов осуждающе поглядывал на гостя. Путь лежал сразу в дальнюю комнату, где и проводились эксперименты Сида с гальваникой. По спине пробегали мурашки - каждый раз все равно было жутко находиться здесь и представлять, что тут происходит. Сегодня же ситуацию нагнетало то, что на кушетке, к которой были проведены какие-то механизмы, лежало тело мальчика - Дориан вздрогнул. – Сид, что вы… – – Оу, не переживайте, мальчик жив – Невинно вздернул ладошки вверх Уоррен. – К тому же, здесь его отец. – Он кивнул куда-то в сторону, и наконец получилось увидеть мужчину, сидящего неподалёку. Тот был похож на измученное привидение, и понятно, почему его не было заметно сразу - взгляд был совсем уставший и, казалось, совсем не замечал присутствующих. – Что тогда случилось? – Дориан нахмурился, глядя на мальчика - тот… Не был похож на живого. Нет, он дышал, что стало заметно при более долгом наблюдении, да и никаких повреждений или признаков разложения не наблюдалось. Светлые волосы мальчишки были заботливо убраны с лица, а лицо - мирно расслабленным. И только бледность кожи, и… Что-то неправильное все же вызвали сомнение. – Вы правильно смотрите, Дориан. Судя по всему, вам хватило одного взгляда, чтобы понять, что что-то не так. – Сид подошел ближе к кушетке и кивнул на мальчика. – Я подозреваю, что душа этого ребенка сейчас не с ним, несмотря на то, что тело живо. – Дориан замер, а дыхание его перехватило. Неужели такое возможно? Хотелось спросить, или начать отрицать, спорить - однако все слова застряли в горле. Слова Уоррена слишком походили на правду. Странно, никогда не скажешь, что можно с одного взгляда отличить живого от мертвеца после работы того же ван Доффера - вспомнить хотя бы то, как Валентайн ловко обманул всех со своими похоронами. А может, Дориан просто боялся присмотреться… Впрочем, неважно - но сейчас хватило пары мгновений, чтобы понять - в этом теле действительно не было души. – Это… Как так вышло? – – Хороший вопрос. Мистер Уайт, не могли бы вы рассказать все то, что знаете сами? – Сид осторожно положил руку на плечо мужчины, и тот вдруг вздрогнул - показалось, что он просто спал с открытыми глазами, ну или же так был погружен в свои мысли, что и не заметил, что кто-то пришел. – Ох, извините. Здравствуйте мистер… – беспокойные голубые глаза за линзами очков неуверенно посмотрели на Дориана. – Хэйзел. Дориан Хэйзел. Здравствуйте. Могу узнать ваше имя? – Дориан сел на стул рядом, голос его стал осторожным и мягким - родителям, у которых дети в беде, нужна поддержка как никогда. – Конечно, меня зовут Гарри Уайт. – Мужчина немного оживился, потом перевел взгляд на сына - и снова потускнел. – А это мой сын, Ноа. – губы поджались в болезненных мыслях. – Мы обязательно разберемся с тем, что случилось. – Пообещал Дориан, хоть и не знал ещё даже, что произошло и что именно можно с этим сделать. Просто чувствовал, что сделает все, что в его силах. – Как это все… Произошло? Давно Ноа в таком состоянии? – – Нет, всего пару дней… Знаете, я сам - врач, и все было в порядке. Он не болел и был очень активным и здоровым мальчишкой. – Голос Уайта дрогнул. – До того, как два дня назад он просто вернулся домой с прогулки и вдруг упал без сознания. С тех пор он не приходит в себя, и я уже не знаю, что делать. – – Так что мистер Уайт обратился ко мне, в надежде, что я смогу что-то сделать. Мы давно знакомы. – Добавил Сид. – Иногда необходимо знать врача для того, чтобы лучше узнать что-то о человеческом теле. – – То есть, никаких внешних предпосылок не было? – Дориан предпочел не думать, о чем там мог консультироваться Сид Уоррен. – Может, кто-то из родственников… – – Нет. Все, насколько я знаю, тоже были здоровы. Мать Ноа… Умерла при родах, но до этого была весьма крепка здоровьем. – – Именно потому, что внешних признаков и предпосылок не было, мы позвали вас, Дориан. – Хэйзел задумался, глядя на Ноа. Что же. Наверное, Валентайн бы сразу накидал пару вариантов того, что произошло, и дома непременно стоит с ним это все обсудить. Но пока что Дориан должен положиться на себя. – А Ноа ни на что не жаловался до – Замялся, чуть не сказав “смерти” – того, как потерял сознание? Может быть, что-то его беспокоило, или произошло что-то? Проблемы с ровесниками – Решил начать хоть с чего то. Если не физическое, значит что-то ментальное должно было повлиять на ребенка. – Проблемы?... – Мистер Уайт задумался, видимо прокручивая последние дни. – Нет, он всегда легко находил общий язык со сверстниками, насколько я знаю, у него даже был друг - мальчишка, что жил неподалеку. Они любили играть вдвоём. Вроде бы, этот мальчик недавно заболел, это беспокоило Ноа. – Мужчина поднял взгляд на гробовщика. – Но, вроде бы, тому стало получше, Ноа за день до всего сказал, что поиграл с ним. – Дориан вздохнул. Что же, идей не прибавилось. Похоже, отец, занятый работой, не мог полностью знать подробностей о жизни ребенка. Это нормально, в конце концов, мальчик выглядел достаточно большим. – Благодарю вас за ответ. А сколько лет Ноа? – – Одинадцать. – Хэйзел кивнул - он примерно так и подумал. Он ещё немного поговорил с мистером Уайтом и Сидом, и было принято такое решение - вечером собраться в бюро “Хэйзел и Смит” и провести спиритический сеанс, чтобы попробовать найти душу мальчика. С тяжелыми размышлениями о произошедшем Дориан отправился домой, поймав поздний кэб. Дома его встретил Валентайн прямо в коридоре. Выглядел он куда лучше, чем утром, глаза приветливо сверкнули, а на губах растянулась теплая улыбка. – Доброго вечера, Дориан. Увидел вас из окна спальни, поспешил встретить. – Он помог снять и повесить пальто и шарф, после приобнял. – Как прошел день, все в порядке? – И отстранился. Дориан улыбнулся в ответ - стоило увидеть дорогого человека, так сразу становилось легче на душе. Сейчас он даже почувствовал себя на миг отцом семейства, пришедшим с работы к любимой супруге. Пришлось чуть встряхнуть головой, чтобы прогнать эти мысли. – Все прекрасно, новые клиенты. Никаких проблем. Вот только… Мне нужно кое-что вам рассказать, Валентайн. Но сначала спрошу: Как вы? Вижу, стало получше. – Валентайн, видимо уже начавший думать о том, что могло произойти, поспешил ответить, чтобы скорее перейти к делу. – Да, чувствую себя прекрасно. Провел день за чтением и беседой с мистером Блэком. Было занятно. Проходите скорее, расскажите обо всем за ужином. –