Реалити

Утро снова началось с опоздания. Команда уже завтракала, когда на террасу вышла Оля, немного сонная, но с привычной улыбкой, будто ничего не случилось. — Каждое утро одно и то же, ждём Полину, потом ждём Олю, потом ждём, когда Тор вспомнит, что вообще происходит. Команда мечты, — подытожил Щербаков. Оля поздоровалась, села за стол и машинально потянулась за чашкой кофе. Тут её взгляд скользнул по Темниковой. Та сидела боком, будто специально. Не повернулась, не посмотрела. Даже не дёрнулась. «Новый день – те же роли», подумала Оля, отводя глаза в чашку. Медиа-колонна ожила громким звуком. Сразу все вскинулись, будто сработал рефлекс. Кто-то опрокинул ложку, кто-то чуть не пролил чай, и вся компания гурьбой рванула в коридор. — Ну что, тётя с гнущавым голосом? — хохотнул Лёша, глядя на колонну. — Какие новости сегодня? — Доброе утро, — прозвучал голос. — Сегодня вас ждёт обряд посвящения. Машина уже ожидает. Ребята переглянулись, слова звучали слишком загадочно. — Возможно, что-то национальное, узбекское нас ждёт, — предположила Серябкина. — Возможно, посвящать нас будут… в заслуженные игроки «Выжить в Самарканде» — и рассмеялась. От вчерашнего тяжёлого настроения не осталось и следа. Видимо, срыв на Лену оказался своеобразным очищением. До машины дошли быстро. Парни забились в первый внедорожник, громко споря о футболе, а Оля оказалась во втором – с Полиной и Леной. «Очень приятно…» — скользнула у обеих в голове ироничная мысль. Дорога тянулась между пыльных улиц. В салоне было душно, никто не говорил. Только гудел мотор, и время от времени слышалось, как Полина щёлкала пальцем по колену. — Когда мы сели в машину, — начала Гагарина, — И рядом оказались Оля с Леной… Я подумала: Вот оно, сейчас начнётся сериал. Но, к моему удивлению, была тишина. Даже скучно стало! Оля смотрела в окно. Лена в противоположную сторону. Ни одна не рискнула первой нарушить тишину. В мужской машине, напротив, стоял совсем другой климат, с переговорами и подколами. — И долго мы будем на это смотреть? — повернулся Артём с переднего сиденья. — На что? — спросил Торнике. — На них, на эти кислые лица! Надо их мирить, я уже не могу. Энергетика в доме ужас. — Думаешь, они помирятся? — спросил Паша. — Если бы хотели, давно бы это сделали, — отозвался Лёша. — Значит, поможем, — решил Артём. — С этого момента делаем всё, чтобы они хоть как-то перестали жечь воздух. Парни переглянулись, перегнувшись через сиденья. Кто-то хмыкнул, кто-то кивнул. И каждый у себя в голове, начал обдумывать план. *** На месте их встретил Воля. В шляпе, в солнцезащитных очках, весь в стиле «ковбой с Востока». — Ему не хватает только двух револьверов, — Артём изобразил пальцами стрельбу. Павел, как всегда, делал паузу, прежде чем выдать суть. — Вам нужно будет написать картину. Верхом. — Верхом? — переспросили сразу несколько голосов. — Да, на лошадях. Пять участников рисуют, один – угадывает. Если угадаете, получите приятный бонус. — Я угадываю! — подняла руку Оля. — Только рисуйте понятно. Никто не стал спорить. Серябкину увели подальше за забор, чтобы не видела процесс. А тем временем в монеж уже завели коня. — Я первая, — сказала Лена, взбираясь в седло. Паша подошёл и шепнул ей на ухо словосочетание, коротко, почти неразборчиво. — А что это вообще? — нахмурилась она.  — Как поняла, так и рисуй, — усмехнулся он и отступил. — Не волнуйся, Лена! — крикнула Полина. — Не волнуюсь, Поль, — ответила та, хотя руки всё-таки дрожали, когда брала карандаши. — Лена реально волновалась, хоть и делала вид, что нет. Но когда она села в седло, сразу было видно, человек собранный. Только руки чуть дрожали. Наверное, не от страха, а от мысли, что Оля будет угадывать, — расмеялась Гагарина. Ребята расселись на ограждениях. Торнике, прищурившись, глянул в сторону арены, где Темникова, взобравшись в седло, пыталась удержать карандаш и не свалиться. Он вдруг заговорил, тихо, но со своим фирменным тоном: — Вот он, тот самый момент, — сказал он, вытягивая руку, будто указывал на судьбу. — Какой момент? — не понял Артём, отрываясь от бутылки с водой. — Момент истины, — Тор поднял палец. — Тому, чью картину Оля выберет, по-любому что-то будет. — Ну и чё? — хмыкнул Мамаев, прикрывая глаза от солнца. Тор резко повернулся к нему, улыбаясь как человек, у которого уже готов план: — Ну вот! Мы нарисуем все немного непонятно. Чтобы она выбрала именно Ленин рисунок! — Погоди, — вмешался Лёша, — Он же не говорил, что нужно будет выбирать, чью то картину. — Ой, — отмахнулся Тор. — Я слишком хорошо знаю эти шоу. Он встал, задрал подбородок и изобразил Павла с пафосом: — «Оля, скажи, чей рисунок тебе показался более понятным?» Ребята взорвались смехом. — Ну слушай, похоже! — сказал Артём, хлопнув его по плечу. Они переглянулись, в этом взгляде уже читался сговор. Все знали, что идея, хоть и безумная, но весёлая. А значит – идеальная. — Ладно, — сказал Паша. — Делаем так. — До конца, — кивнул Артём. — До конца, — повторил Тор, глядя вдаль, где на фоне солнца качалась фигура Лены в седле. Когда Олю привели обратно, она шла с  улыбкой, готовая к весёлому заданию. Но, взглянув на картины, растерялась. — Это всё об одном и том же? — уточнила она. — Да, — подтвердил Воля. — Все картины на одну тематику. — Ну отлично… — протянула Оля, рассматривая рисунки. На одной какие-то звери, на другой горы и странная фигура, на третьей нечто, напоминающее летающую тарелку. Она растерялась, но быстро взяла себя в руки. — А тут овца и волк! — показала она. — Волка бояться – в лес не ходить! — Я реально старалась. Подошла, думаю: Ну вот, сейчас угадаю, всё будет красиво. А там просто хаос. Инопланетяне, что-то похожее на грудь, и волк с овцой в отношениях. Ну как тут угадать? — А тут вообще... — она начала размахивать руками, изображая непонятное. — Волк, овечка, инопланетянин и... женская грудь?! Смех стал громче, даже Лена улыбнулась, пытаясь спрятать лицо за ладонью. — Когда Оля начала рассматривать рисунки, мы все попадали. Она смотрит и говорит: Волк, овца и грудь. И всё это с абсолютно серьёзным лицом. Это надо уметь. — Калайджян с улыбкой сложил руки. — Думаю, это конкретно про нашу команду. «Волки вершин». — уверенно сказала Оля, глядя на Павла. — Хорошо. Волки вершин. В случае победы услышишь волчий вой, — сказал Паша. — Три, четыре! Команда завыла, не сдерживая смеха. Оля задыхаясь от хохота, махнула им рукой. — Ты можешь выбрать самую точную картину. И можешь оставить бонус либо себе, либо автору картины. — Вторая, сбоку, и автор этой картины получает бонус. — уверенно сказала Оля. — Картина номер два… — театрально выдержал паузу Воля. — Это работа Лены Темниковой. Все зааплодировали. Оля опустила взгляд, чуть нахмурившись. Лена, наоборот, не ожидала, глаза округлились, будто ей вручили не бонус, а признание, которое она боялась услышать. — Мне кажется, в тот момент даже Паша не понимал, что происходит. Но зато когда Оля выбрала Ленин рисунок, все такие: Оооо!. И Тор стоял с таким лицом, будто он лично спас человечество, — вспоминал Щербаков. — Я вообще не ожидала. Просто нарисовала, что поняла, и всё. А потом слышу своё имя. И внутри – бах! Такое маленькое счастье. Может, и глупое, но настоящее. — Когда объявили, что это Ленин рисунок, я на Тора посмотрел, он сиял. Как будто жену в поле чудес выиграл, — поделился Артём. — Ну всё, мой план сработал! Можно открывать агентство по примирению. Девчонки, обращайтесь! — гордился собой Квитатиани. — Лена, идёшь со мной, — сказал Воля. Она кивнула и пошла за ним. — Сто процентов – это не просто подарок. Здесь никогда ничего не бывает просто так, — рассуждала Темникова. *** Вечером принесли странное задание – кукол с их именами, которых нужно было распределить по ролям. — Когда вечером пришли эти куклы с нашими именами, я уже не удивилась, — сказала Оля. — Думаю, если завтра дадут задание копать ложками туннель до Бухары, я даже не моргну. Все делали это на автомате, смеясь и не вдумываясь, кто кому достался. А дальше пошли на ужин. — Помните, что говорил Паша? — напомнила Оля, жуя салат. — Что бонус отразится на завтрашнем испытании? — отозвался Артём. Серябкина молча кивнула, поправляя волосы. — Я уже начинаю переживать, что отдала свой бонус но, может, с ней всё в порядке. Но я рада, что я здесь, со всеми, а не понятно где, — подвела итог Оля. Она посмотрела в окно, где отражались мягкие огни съёмочной базы. Кто-то снова завыл в шутку, изображая волка. Оля усмехнулась, но тихо, больше самой себе.