Простить...

      Лена сидела на кровати в номере отеля, обхватив свои колени руками и слегка покачиваясь из стороны в сторону. Рядом пристроился Виктор, который поглаживал шёлковые волосы любимой и тяжело вздыхал, пытаясь собраться с мыслями, после выслушанного им монолога девушки об истории её семьи.       Но с каждой пролетающей секундой он начинал понимать, что слова здесь на самом деле ничем не помогут и по большей части совсем не нужны. Лена сама разберётся во всём, а ему нужно быть просто всё время рядом. Стать незаметной опорой, которая вовремя подставит плечо.       — Вить, пора идти на встречу к адвокату, — нарушила тишину девушка, повернувшись к Степнову и одарив его нежной улыбкой.        — Ну, что ж поехали. Ленок, я ещё спросить тебя хотел. У тебя же есть свои деньги, доставшиеся от матери. А откуда она их взяла?       Девушка вздохнула и, встав с кровати, подошла к окну, грустно вглядываясь в дождь, барабанящий по стёклам.        — Да там не так уж много денег, но на жизнь, пока я сама не начну нормально зарабатывать, хватит, конечно. Моя мама была поздним ребёнком, поэтому к тому времени, когда случилась эта история с моими родителями, бабушка с дедушкой уже были очень пожилыми. Я не знаю, почему они не общались с дочерью, хотя догадаться не сложно, но они со временем просто покинули этот мир, постарев, а сбережения свои завещали маме. Однако в бумагах было оговорено, что деньгами смогу пользоваться только я, после того, как достигну совершеннолетнего возраста. До этого же момента всеми средствами она могла только управлять, помещая в банк или ещё куда-нибудь.        — Понятно. Грустная история. Сколько же навалилось на тебя, Ленок. Но скоро всё закончится, мы вернёмся в Москву, и ты забудешь этот кошмар. По крайней мере, я постараюсь, чтобы воспоминания о нём как можно быстрее смягчились.       Виктор помог надеть Лене плащ, и молодая пара вышла из номера. ***       В кабинете адвоката находилось всё близкое окружение Никиты Кулёмина. В основном это были мужчины, которые помогали ему в его, так называемых, деловых отношениях. Лена оказалась настолько далека от этого, понимая только одно, что вся деятельность отца была связана с преступным миром, а банки, заводы, газеты являлись только ширмой и прикрытием. Из присутствующих девушка была знакома только с «правой рукой» Кулёмина — Романовским Юрием Аркадьевичем.       Минуту назад завещание огласили, и Лена стала единоличной наследницей всех богатств и собственности. Она ждала этого, но все равно пребывала пока в некой ошеломлённости от происходящего. Решение девушка приняла уже давно, оставалось только озвучить его. Повернувшись к стоящему за своей спиной мужчине, она, наконец, произнесла те слова, которые завершали её дела в этом городе перед отъездом в Москву.       — Юрий Аркадьевич, я не хочу связывать себя с той деятельностью, которой занимался мой отец. Я всё равно в этом никогда не разберусь, но ни это главное. Основной причиной является то, что я живу в другом мире, и в нём нет места преступной жизни отца, о которой все предпочитают помалкивать, но никуда она сама собой естественно после его смерти не исчезнет. Таким образом, я приняла решение, что на моё имя будет записана только недвижимость, принадлежащая моей семье, а всё остальное я передам в ваши руки. Готова сейчас же подписать все бумаги и нисколько не удивлюсь, что они уже лежат у вас в дипломате, — закончила свою речь Лена.       По комнате пролетел гул удивлённых голосов, но девушка постаралась не обращать на них внимания. Встретившись с одобрительным взглядом мужчины, к которому были обращены её слова, она улыбнулась, ощутив спокойствие и радость от того, что всё сделала правильно.       Через несколько минут все бумаги были подписаны, и Лена вышла из кабинета. В ту же секунду она погрузилась в объятья любимого.        — Всё хорошо, — прошептала девушка, и Виктор со вздохом облегчения легко прикоснулся губами к её макушке.       Они взялись за руки и вышли на улицу из здания, где на пороге сразу же наткнулись на Гуцула, сидящего на ступенях. Игорь встал, опираясь на костыль, и посмотрел в зелёные, наконец, светившиеся счастьем глаза подруги.        — Лен, простишь меня? Я дурак, Ленка!       Девушка спустилась со ступенек и, подойдя вплотную к парню, прошептала ему на ухо:       — Не за что прощать, Игорёк. Ничего не было, я всё забыла.       Лена лёгким поцелуем коснулась щеки радостно-удивлённого Гуцула и, повернувшись к Виктору, вздохнув и на секунду прикрыв глаза, будто прощаясь с прошлым окончательно, весело сказала:       — Ну, а теперь пора возвращаться в Москву. Людмила Фёдоровна, наверное, совсем нас потеряла и устроит нам головомойку за несанкционированный побег из-под её крыла.       — В Москву! — радостно откликнулся Виктор, и вся компания отправилась к автомобилю Степнова навстречу счастливым километрам новой жизни.