Счастье моей мамы там, где нет меня

      Лисандра сидела в библиотеке дворца. Здесь её меньше всего беспокоили слуги и семья отца. Шуршание книг успокаивало, да и запах девушке был очень по душе. Необычный, особенно, когда только открываешь книгу и сразу чувствуешь. И у всех разные запахи, главное отличие в их возрасте, если так можно было бы выразиться. Библиотека была большой и тут вполне можно было скрыться от чужих глаз, потому Лисандра часто тут пряталась.       Принцесса часто читала романы и видела в них красивые отношения между мужчиной и женщиной и то, как относился злодей к другим. И если бы Лисандра оценивала свою семью, то называла бы своего отца настоящим демоном, который похитил её маму, запер во дворце и запретил со всеми общаться! Даже сама девушка не могла ни с кем поговорить без его разрешения, что тут сказать про матушку.       Начало брака Блум и Ская не показывало возможных рисков. Всё было хорошо, специалиста короновали, и они стали править Эраклионом. Домино досталось Дафне.       Блум искренне любила Ская, и не могла поверить, что уже через месяц получит пощёчину от свекрови за то, что высказала своё мнение. Это было странно, неожиданно, что хранительница Огня Дракона рассердилась, но Скай всё замял, словно это было нормально. И так было из раза в раз, пока Блум не поняла, что ей остаётся лишь терпеть.       Вся пелена любви и юношества пропала, как только фея узнала о том, что втайне от нее, Скай виделся с Диаспоро. И то, что про них ходили слухи о романе. Это разбило сердце Блум. Она осознала, что сделала неправильный выбор. И теперь, спустя год, уже не могла ничего сделать, ведь была беременна. Кто примет её с дитём на руках? Она могла бы вернуться на Землю, но хранительница Огня Дракона всё еще нужна была Магиксу. Выбора не было. В Домино ей было стыдно возвращаться, она ведь так ждала и так уговаривала родителей на брак… Блум было тяжело, в первую очередь, морально. И она приняла решение остаться несмотря ни на что.       Лисандра родилась прекрасной малышкой, которая видела в Блум свою вселенную. И это было взаимно, ведь в ней хранительница Огня Дракона могла найти своё утешение. Жить стало чуть легче с дочерью.       Принцесса росла в тяжелой эмоциональной обстановке, потому, наверное, повзрослела несколько раньше сверстников. Однако, у неё была природная робкость, с которой она боролась. Особенно это проявлялось с незнакомыми людьми.       Лисандра тяжело вздохнула, ненадолго погрузившись в воспоминания о том, как было в её детстве. Почему её мама не могла быть просто счастлива с кем-то другим? Даже если Скай был её отцом, это не означало что Лисандра чувствовала к нему теплоту. Отец часто относился к ней пренебрежительно, потому что она не была мальчиком. Ему нужен был наследник трона, а не бесполезная девчонка. Принцесса закусила губу от негодования. Что такого, что она просто не имеет одного органа? Разве это было такой уж проблемой?       Неожиданно, Лисандра увидела белую нить, идущую от неё куда-то в глубину библиотеки. Это её заставило сначала вздрогнуть, ведь нити показывали отношения людей — кто-то пришёл? Принцесса аккуратно и тихо встала, снимая обувь, а после последовала за нитью. Белая, необычная, такую девушка ещё не замечала. Золотая означала сильную любовь, серая показывала безразличие — это те, которые девушка чаще всего видела. Но не такую.       Чем дальше шла Лисандра, тем глубже в библиотеку уходила. Разве была она такой большой раньше? Принцесса не понимала, что происходит, но что-то внутри говорило ей идти дальше и не бояться, хотя ноги уже будто стали ватными, сопротивляясь. Лисандра чуть нахмурилась, прижимая руку к груди.       Наконец девушка нашла конец белой нити… Это был не человек — книга. Она стояла на стеллаже и ничем не отличалась от других, но белая нить связывала Лисандру и эту книгу. Что в ней было такого?       Принцесса подошла и аккуратно тыкнула пальцем неизвестный предмет. Он отличался от всего здесь чем-то, но это было сложно описать. Аурой? Возможно. Лисандра сглотнула слюну, зажмурилась и положила всю ладонь на стеллаж, в большей части на саму книгу — ничего не происходило. Девушка приоткрыла один глаз. Значит не опасно ведь?       — Посмотрим, — Лиса взяла книгу и открыла первую страницу, начиная читать, — хотелось ли вам изменить мир? Что за глупость? — однако это не заставило принцессу убрать эту странную книгу на место.       Лисандра начала читать с первой страницы и затянулась. В ней говорилось, что магический мир устроен такой формулой, которую можно изменить при большом желании и силе. Что это за сила, не сказано, но указано, что будущее тоже изменится, ведь эффект бабочки никто не отменял. Присутствие человека из будущего могло кардинально изменить жизнь важных фигур прошлого, а может оно и стоило того? Книга словно соблазняла и знала чувства, мысли и желание Лисандры по отношению к матери.

«Хотите ли вы увидеть всё своими глазами и исправить?»

      Принцесса нахмурилась, сильнее сжимая книгу в руках. Было отчего-то странно в груди, словно она ожидала чего-то. И наконец ледяные глаза девушки зацепились за слова «запретное заклинание» — это почти сломало мир Лисандры. Неужели она могла воплотить в жизнь то, о чём мечтала? Всю жизнь проведя взаперти вместе с матерью, принцесса желала лишь настоящего счастья маменьке и очень сочувствовала ей за этот брак. Временами Лисандра даже ощущала свою вину, словно это из-за неё родители изменились или из-за неё маме пришлось жить с папой.       Если бы можно было вернуться в прошлое этого мира, принцесса бы просто подарила маме чувство полноценности — так же, как Огонь Дракона осознал свою истинность лишь тогда, когда принял и свет, и тьму. Вот так же хотела Лисандра, чтобы и мама могла себя чувствовать.       Девушка сглотнула, сначала желая вернуть книгу на место, но потом вдруг что-то внутри щёлкнуло — она этого не сделала. Лисандра прижала к груди этот странный предмет, найденный в библиотеке и обернулась. Её глаза расширились, и она почти выронила запретную книгу. Всё пространство словно изменилось, не было тех коридоров, не было таких же габаритов. Что это было?       Да, библиотека была большой, но не настолько, как когда принцесса шла за белой нитью. Что за наваждение?       Лисандра постаралась сделать вздох, чувствуя ком в горле. Её несколько пугало подобное, нечто неправильное и необычное. Мама раньше рассказывала о том, что бывали и с ней схожие истории, но принцесса не думала, что тоже столкнётся с чем-то подобным. Поборов дрожь в теле и чуть успокоившись, девушка побежала в свою комнату. Было во всём этом что-то знаменательное и цепляющее юношеское сознание Лисандры.       — «Неужели я смогу сделать маму счастливой?» — ледяные глаза засверкали нежностью и чистой искренностью во всех смыслах. Её вдохновили эти мысли и подарили мотивацию. — «Зачем мне школа фей, если я могу увидеть маму молодой, счастливой и свободной?» — сердце бешено застучало, на светлой коже выступил персиковый румянец.       Лисандра никогда не испытывала интереса к Алфее и магии. Казалось, что её собственные силы замучали уже её, потому принцесса не хотела сильно в это погружаться. Однако, ради мамы она была готова на всё. Эта сильнейшая женщина в глазах Лисандры была всем миром, всей жизнью и любовью.

***

      Блум тяжело вздохнула, откидываясь на спинку стула и прикрывая глаза. Ей не хотелось больше видеть то письмо, которое тайно прислала Стелла.       Королева Эраклиона сидела в скромно обставленном кабинете в одиночестве. Вокруг стеллажи книг, небольшой диван с столиком. Возле окна стол с документами, направленный лицом к двери, чтобы сразу было видно тех, кто приходил. В основном, это были либо свёкры или Скай, очень редко сюда приходила дочь — ей не очень здесь нравилось почему-то.       Сегодня было тихо, то ли от того что сегодня погода была прекраснейшей солнечной и ясной, то ли от того, что все готовились к приближающемуся мероприятию. В любом случае, хранительница Огня Дракона была безумно этому рада.       Тяжело вздохнув, Блум снова взяла письмо Стеллы в руки, которое она получила по раннему утру от милой бабочки в саду. Утренние прогулки стали частью саморефлексии феи, когда сил с утра уже не было.

«Привет, Блум! Не знаю, дойдет ли до тебя моя весточка, я безумно соскучилась по тебе! Нет, мы все скучаем! Однако эта моя выходка вынужденная, чтобы ты просто знала правду. Недавно мы с девочками наткнулись на информацию о том, что после истории с Даркаром, когда ты была поглощена тёмной силой, совет Магикса счёл тебя опасной фигурой и хотел уничтожить, но Фарагонда уладила этот вопрос так, чтобы всё решилось браком с кем-то из голубых кровей. И так удачно им подвернулся бесхребетный белобрысый придурок. Понимаешь, Блум? Всё это было задумано! Беги от него! Мы тебя защитим! Пожалуйста… мы тебя любим»

      Наверное, Стелла писала это письмо вместе с Винкс — эта мысль заставила рыжеволосую слабо улыбнуться. Она тоже сильно соскучилась по подругам. Ей не хватало общения, она чувствовала себя отчуждённо и странно. Блум положила письмо и стала нервно перебирать свои пальцы рук, переходя к обручальному кольцу. Всё было задумано изначально? Это пугало её.       Хранительница Огня Дракона поджала губы, еле сдерживая слёзы. Ей было страшно. Такая взрослая, но боялась всего происходящего. Почему так было? Что она сделала такого? Это ведь была не её вина!       — «А если Лисандра узнает?» — эта мысль не давала покоя.       Блум любила дочь, но не любила Ская. Те юношеские чувства угасли после всего того, что он делал с ней. Как теперь быть, зная правду, пусть и не всю? Хорошо, что Стелле удалось аккуратно пронести эту записку, учитывая, что в Эраклионе всё было как-то не так… Да, точно, а ведь после замужества Блум, тут многое изменилось по неизвестным причинам. Теперь хранительница Огня Дракона понимала некоторые причины.       — «Нужно было удержать и запереть Хранителя Огня Дракона», — иронично, ведь она столько спасала Магикс, а теперь оказывается, что они вот так относились. Фея сожгла письмо Стеллы, чтобы не оставлять зацепок на подруг.       Королева Эраклиона в этот момент действительно почувствовала отчаяние. Если бы она только могла вернуться и всё исправить, но… но тогда бы не было в этом мире её любимой дочери. Блум упала лицом на стол, сегодня ей ничего не хотелось.