Не плачь по убитым птицам

сентябрь, 849 год

Яника уже двадцать минут подпирала собой деревянный частокол. Единственным развлечением в течение этого времени было перекатывание с пятки на носок и наблюдение за дозорным на смотровой башне. Тот, к его чести, докапываться до девушки не стал, понимая, что она кого-то ждёт. Кадеты часто линяли за территорию училища, будь то плановые занятия или прогулки в свободное время. На расстоянии 20 миль вокруг не было ничего, кроме леса и скал. Но после нескончаемых тренировок и лекций, когда и тело, и мозг требовали хоть какой-то смены обстановки, именно вылазки за высокий забор становились отдушинами будущих солдат. Проводив глазами четырёх курсантов, Яника слегка постучалась затылком о нагретое солнцем дерево. Именно сегодня стоять на одном месте и пинать траву было до одурения сложно. Наконец из-за поворота вынырнул знакомый силуэт. Быстро махнув девушке рукой, кадет поднялся на башню и отметился у дозорного. Минута – и вот они оба миновали обитые железом ворота. - Ты сегодня долго. Что-то случилось? - Нет, всё в порядке, извини. Помогал Бертольду с подготовкой к завтрашнему тесту. - Бертольду? Он же лучше тебя в этой дисциплине. - Именно, но тревожный, как белка. Просил погонять его по теории. Я ушел спустя минут десять, но Бертольд так увлеченно отвечал на вопрос о наложении шины, что даже не заметил. Яника хихикнула, заправляя за ухо непослушную прядь волос. Они с Райнером направились в сторону леса, наслаждаясь в уютной тишине минутами покоя. Их шаги, поначалу торопливые и широкие, постепенно замедлились до комфортного прогулочного темпа. В училище все привыкли жить на высоких скоростях, быть постоянно вовлечёнными в какое-либо действие. С зарядки на завтрак, с завтрака на спарринг, оттуда – на пробежку и тренировку с УПМ, потом – короткий перерыв на обед, а после – теоретические занятия. И так по кругу, изо дня в день. Расстояния между жилыми, учебными и техническими корпусами на территории были немаленькими, что тоже добавляло проблем. Поэтому расслабиться и спокойно погулять курсанты могли только в отведенный час перед ужином и два часа после. Яника и Райнер шли своим любимым маршрутом – вдоль дороги на юго-восток до дерева с изогнутой вершиной, а затем в лес и до родника в овраге. Обычно с собой они брали бурдюки, которые наполняли свежей водой, но сейчас не собирались задерживаться и спускаться к ручью. Завтра предстоял тест на знание основ оказания помощи раненым. По традиции после ужина многих курсантов ждала зубрёжка допоздна, кто-то и вовсе не ложился. - И о чём ты хотела поговорить? – спросил Райнер, - ты сегодня сама не своя, как на иголках. - Ну... есть причина. О ней чуть позже, давай ещё пройдёмся. Девушка действительно волновалась. Она чувствовала своё смятение буквально на физическом уровне. Щеки горели, будто их окатили кипятком, внутри всё заходилось от переизбытка эмоций. Янике хотелось одновременно кричать, бегать по кругу как умалишённая, плакать Райнеру в рубашку, бить тренировочный манекен (или тренировочного однокурсника), и желательно оставаться при этом подальше от всех людей. Так и не выбрав, что из перечисленного в приоритете, Лайнен просто шагала рядом с другом и надеялась, что до конца дня не двинется рассудком. Пройдя вглубь чащи, ребята остановились у поваленного дерева и по очереди забрались на ствол. Райнер подсадил Янику, а после плюхнулся рядом. - Итак? - В общем, – Яника как-то маниакально улыбнулась и с лихорадочным блеском в глазах выпалила, – Жан позвал меня на свидание! Браун на секунду взял паузу, растерянно проморгавшись. - Янка, серьезно? И ты за этим позвала меня в лес накануне экзамена? Сказать, что парень, по которому ты страдала два года, наконец пригласил тебя на свидание? - Райнер! – девушка сжала кулаки на коленях и опустила голову, краснея до корней волос, – Ты знаешь, как для меня это важно. Я думала, что неверно понимала его намёки и эти странные взгляды, но он правда… Нет, ты понимаешь, он в самом деле хочет встретиться со мной! Яника вздохнула поглубже, чтобы унять бьющую в висках кровь. Не зная, куда себя деть от смущения, она принялась отколупывать ногтем кору дерева с ближайшей ветки. Райнер помолчал ещё немного, после чего тихо хмыкнул. - С одной стороны, я рад, что твои ожидания не были напрасными. Это действительно важно. Но с другой... Я так и не понял, что ты нашла в этом Кирштейне. Он же осёл и идиот, к тому же – самодовольный до усрачки. - Эй! - Хотя Эрен как-то сравнил его морду с лошадиной, и знаешь, сходств действительно больше, чем с ослом. - Да прекрати ты! – Яника так разнервничалась, что в попытке ткнуть Райнера локтём в бок не удержала равновесие. Взмахнув рукой и заехав Брауну по носу, она едва не полетела с бревна. Благо, юноша вовремя придержал её за плечо. - Чёрт, прости! Я как всегда неуклюжа. - Не страшно. Мне стоило выбирать выражения, пока тебя всю трясёт. Но признай, я не могу быть не прав. Яника зло сверкнула глазами в сторону его ухмыляющегося лица и перевела взгляд на свои пыльные сапоги. Она в принципе не знала, как выразить то смятение, что царило у неё внутри. Не понимала, как Жан – уверенный в себе, статный, красивый Жан – обратил на неё своё внимание. Тем более, когда рядом есть такие девушки, как Микаса и Криста. Может, это розыгрыш? Но даже для него, любителя подтрунивать над друзьями, это слишком жестокая шутка. Для Яники все вокруг были особенными – симпатичными, сильными, ловкими и успешными в чём-то, но только не она. Вот в чём действительно была хороша Лайнен – так это в попадании в неприятности. В моменты особо эмоциональные она могла по неосторожности и дом спалить, чего однажды едва не случилось на самом деле. - Эй, ты ещё тут? – участливый голос вывел Янику из ступора. Райнер немного наклонился, пытаясь заглянуть девушке в лицо. - Да, извини… - Опять копаешься в себе? Глаза будто остекленели. - Просто не верится, что у меня правда будет свидание. СВИ-ДА-НИ-Е – произнесла Яника по слогам, как будто Райнер мог не понять сокровенный смысла этого слова. - И что с того? - Я никогда не была на свиданиях с мальчиками, Райнер. Если честно, вообще не думала, что такое однажды случится. Может, дашь мне совет? Как вести себя, что говорить… Парень посмотрел на девушку, которую прошибала мелкая дрожь, и добродушно прижал к себе. Едва не упав второй раз, Яника обхватила торс Райнера и, не раздумывая, уткнулась носом в плечо. - Ну, прежде всего, я тоже никогда не ходил на свидание с мальчиками. И в целом я не советчик в амурных делах. Но знаешь, - Браун вздохнул и на секунду прикрыл глаза, - Мне кажется, важно просто оставаться собой. Не пытаться ему понравиться, выделиться чем-то. Просто говори и делай то, что хочется, и всё. Не позволяй никому влиять на то, кто ты есть. Райнер сорвал жёлтый лист с ветки над головой и покрутил в пальцах. Яника чувствовала сквозь ткань куртки вибрации его голоса и тёплые прикосновения, такие привычные и успокаивающие. Как это было много раз – надежное плечо рядом. Без осуждений, занудства и нравоучений. Под защитой крепких рук затюканная сама собой маленькая девочка понемногу перестала дрожать. Её мышцы расслабились, дыхание выровнялось, а кулаки на коленях разжались. Как будто тетива лука, отправив стрелу в полёт, сбросила напряжение. Поняв, что Янике стало лучше, Райнер набрался решимости продолжить. - Жан хороший парень, хоть и бесит меня своей заносчивостью. Но он заслуживает доверия. У всех есть свои плюсы и минусы, свои предпочтения и взгляды. Ты скоро поймешь, что и Жан не исключение. Узнаешь его любимый цвет, любимое блюдо и досуг, какая одежда на девочках его привлекает… У вас по многим моментам могут не сходиться вкусы, но это не значит, что тебе надо ломаться под него. Будь Янкой, которую я знаю. Следуй за своим сердцем, и всё остальное пойдёт как должно. Райнер выкинул размятый в ладони лист, легонько потрепал девушку по руке и поцеловал в макушку. Он редко проявлял свои нежные чувства к ней, оттого подобные моменты грубой и неумелой заботы Яника ценила больше всего. И, как часто бывает в подобных ситуациях, переводила тему, чтобы скрыть свою неловкость. - Райнер, мне кажется, я никогда не слышала от тебя столько слов за раз. - Ой, отвали. - Нет, правда. Тем более таких проникновенных. Я даже растрогалась. - Язва, – парень дунул ей в ухо и коротко рассмеялся, когда Яника отшатнулась от него, сбросив руку, - Я же серьёзно. - Я знаю. Просто это так необычно. Сидим тут, как два воробья, только один другого летать учит. - Неверно. Я учу тебя принимать себя. Постоянно талдычу, что всё с тобой нормально, а ты с упорством барана пытаешься найти в себе недостатки и винишь за то. - Белки, ослы, лошади, бараны… Ферма, а не кадетский ко-о-о-орпус, – Яника смазала последнее слово широким зевком, который неосознанно тут же подхватил Райнер, - Ладно, тему с моей неуверенностью оставим для другого раза. Я хочу сказать спасибо. Мне правда помог разговор с тобой. Браун коротко кивнул, принимая благодарность. Его очерченный солнцем профиль в этом лесу, в этот самый момент стал для Яники покоем и домом. Внизу едва слышно журчала вода, а где-то над головой рождался птичий гогот, опадая на землю сквозь кроны дубов. Спустя минуту умиротворённой тишины Райнер всё также молча спрыгнул с поваленного дерева и подал руку Янике, помогая спуститься. Накинув на плечи девушке свой плащ с перекрещенными мечами, юноша двинулся к дороге. Лайнен, отстав на пару секунд, зашагала следом. Солнце уже клонилось к горизонту, а воздух зазвенел первыми осенними заморозками. - Кстати, а где у вас будет свидание? - М-м-м. - Ты не знаешь? Слабо себе представляю романтический вечер в стенах училища. Яника пожала плечами. - В записке, которую он передал через Сашу, было указано только место и время встречи. Он будет ждать завтра в семь вечера у конюшен. - Надеюсь, у него хватит ума не водить тебя далеко от казарм. Я, конечно, могу пойти следом, но ты скорее сгоришь от стыда, чем позволишь мне это. Спустя четверть часа Райнер остановился у ворот, ведущих на территорию кадетского корпуса. Яника, не ожидавшая этого, удивленно обернулась на друга. Тот вытащил нож, спрятанный за длинным голенищем сапога, и протянул его, держа за лезвие. - Вот, возьми. Будь завтра с ним, и вообще... постарайся держать при себе. Девушка перевела взгляд с ножа на Райнера. Тот был очень серьезен, о чём говорил внезапно севший голос и залегшая меж бровей складка. - Это же твой. - Нестрашно, другой достану.  Яника знала, что Браун всегда носит его с собой. На тренировки, в столовую, на лекции и пробежки. Со слов Бертольда, его же он кладёт рядом во время сна, хотя тот мог просто подколоть друга. Пару раз Яника видела, как он срезал ими тонкие ветки в лесу, когда ребята собирали хворост для костра во время учебных выездов. Однажды даже пошутила, что поди и в баню Райнер ходит с ним, оставляя на лавочке между полотенцем и трусами, на что получила подзатыльник. Почесав зазудевшую ладонь, Яника приняла нож и следом кожаный чехол для лезвия. Клинок был небольшим и скорее подходил для чистки овощей, чем для самообороны. Лезвие безупречно наточено, черная рукоять слегка потёрта. - И зачем он мне завтра нужен на свидании? - Я подумал, вдруг Жан захочет устроить пикник, принесет пирог, а порезать будет нечем. - Очень смешно. Со своим дурацким чувством юмора ты расстаешься ещё реже, чем с этим ножом. - Сказал же, добуду новый. А так мне спокойнее. К твоему сожалению, это может быть не последняя ваша встреча наедине. Если утырок будет некрасиво себя вести или начнёт раздражать – просто ткни ему в ногу. Не умрёт, зато спеси поубавится. На чехле была маленькая петля, с помощь которой нож крепился к ремням на голени. Убрав его за ботфорты, Яника серьезно кивнула, будто подражая настроению Брауна. Ребята не спеша направились в столовую, куда уже стекались кучками и поодиночке голодные сокурсники. - Хорошо, он будет со мной. Спасибо, Райнер. *** "А вот пикник действительно был бы кстати…" От волнения, преследовавшего Янику с самого утра, она никак не могла нормально поесть. На завтрак сгрызла яблоко, что-то похлебала в обед, а ужин и вовсе пропустила. Вместо этого целый час выпускала пар на стрельбище. Время неумолимо приближалось к семи вечера. Это Яника поняла по смеху однокурсников, которые возвращались из столовой. Пустив подряд две пули мимо, девушка чертыхнулась и ударила ладонью по деревянной стойке. - Да пошло оно всё… Отвлечься не получалось, мысли упорно вращались вокруг Жана. Оставив за спиной мишени, столовую и казармы, Яника побрела к месту встречи. Решила скоротать оставшееся время сразу там, а заодно навестить своего коня Брего. Лайнен подошла к воротам конюшни и тут же от них отпрыгнула, когда те начали открываться изнутри. В проходе появился Жан, ведя под уздцы гнедую лошадь. - О, привет, - он заметил Янику и на мгновение растерялся, - Не ожидал так рано. - П-привет, - девушка махнула рукой и опустила глаза, - Да я освободилась пораньше и не смогла усидеть на месте. Жан поставил лошадь у кормушки и привязал к кольцу, вбитому рядом в стену. Яника, не понимая, что от неё требуется, подошла поближе. - Я не успел подготовить твоего коня, так что, не против подождать пока тут с этим красавцем? Бухвальд не даст заскучать, - Жан усмехнулся и потрепал густую гриву. - Моего коня? - Ну, да, - парень двинулся обратно к конюшне, - Вдвоём на одной лошади будет неудобно. Яника знала, что из-за волнения может соображать медленнее обычного, но скорость, с которой до неё дошёл весь смысл вечернего времяпровождения, была запредельно низкой. - Чёрт, а я..., - Лайнен медленно окинула взглядом свой наряд и ей вдруг стало ужасно стыдно, - Я в платье... "Хотела ведь пойти в брюках, но Ханна настояла!" Жан уже скрылся в деннике и, судя по звукам, числил щеткой лошадиные бока. Яника постояла ещё несколько секунд и двинулась внутрь с намерением помочь. От того, как неуютно и глупо она себя почувствовала, становилось плохо физически. На кончиках пальцев плясало волнение, одновременно скручивая живот в болезненный узел. Яника подхватила со стойки седло и попону. - Позволь? Жан, судя по выражению лица, хотел отказаться, но что-то прикинул в уме и кивнул. - Так будет быстрее. Парень убрал щётку и отошёл за сбруей, пропуская Янику в тесный денник. Закончили седлать Брего ребята в полной тишине. Уже на улице, проверяя, как затянуты ремни, Яника стала украдкой коситься на Жана. Она пыталась понять его эмоции, обычно лежащие на поверхности, но в этот раз парень был тих и словно заперт сам в себе. "Обиделся, что я пришла раньше? Надеюсь, нет. Чёрт, как тянет живот, я сейчас умру". Жан подвёл Бухвальда ближе к Янике и собирался уже что-то сказать, но тут же закрыл рот. Его глаза прошлись по наряду девушки, словно он впервые увидел её перед собой. - Что-то не так? - Лайнен повернула голову, посмотрев на застывшего Жана. - А? Нет, я просто... Чёрт, я оплошал, - Кирштейн издал смешок и почесал затылок, - Надо было указать в записке, чтобы ты оделась удобнее. Прости. - Ничего, всё нормально! - Лайнен выставила раскрытые ладони перед собой, - Не переживай, я чувствую себя совершенно комфортно в платье верхом! Не впервой. "Нихрена я не чувствую себя комфортно!" - Да? И хорошо, - Жан чуть заметно выдохнул, - Времени на то, чтобы бежать в казармы, всё равно нет. Тогда пошли? - Угу. Кадеты повели лошадей в сторону западных ворот. Янике невыносимо было идти в тишине, поэтому она быстро нашла тему для обсуждения - сегодняшний тест. Благо, разговор вызвал у обоих лёгкий интерес в части гадания о том, кто набрал баллов больше - Армин или Бертольд. За территорией училища дышать стало легче. Девушка не знала, что посодействовало этому: ожидание скорой поездки, свежий ветер со стороны леса или то, что живот перестал ныть. Жан указал подбородком в сторону невысокого забора и ребята остановились в паре шагов от него. - Через час мы уже должны вернуться, я договорился с дозорным. - Поняла. Девушке не терпелось запрыгнуть на Брего и почувствовать себя в своей стихии, но прежде следовало разобраться ещё с одним препятствием. Если верховая езда была сильной стороной Яники, то вот залезать в седло с первого раза у неё получалось далеко не всегда. Тем более без приставной ступеньки. Тем более в сумерках и рядом с самым красивым парнем кадетского корпуса. Грации и изяществу, к большому сожалению, курсантов не обучали. А если бы и да, то Яника не сомневалась, что набрала бы по дисциплине самые низкие баллы за все сто четыре выпуска. Шаткое спокойствие, с трудом достигнутое час назад на стрельбище, рассыпалось прахом. И нужно было с этим что-то срочно делать. Например, залезть в чертово седло. - Тебе помочь? Жан подошел к девушке сбоку. Бухвальд за его спиной нетерпеливо ударил копытом о изгородь. - Нет! То есть... да… если тебе не сложно. Яника очень надеялась, что в потёмках Жан не заметит её покрасневшие щеки. Хотя по ощущениям у Лайнен горело всё – от кончиков ушей до ключиц. Она металась между стремлением как можно незаметнее оказаться в седле и желаем ощутить руки Жана на своей талии. Не сбылось ни то, ни другое. - Я придержу Брего у забора, а ты поставь ногу вот сюда и, если нужно, обопрись о моё плечо. - Да, отличный план! Сгорая от стыда второй раз за вечер (а он ещё толком и не начинался), Яника спешно вдела правую ногу в стремя и схватилась за луку. Брего отшатнулся, но Жан вовремя потянул того за оголовье. Ещё десять секунд акробатических манипуляций – и Яника, поправив юбку, с облегчением распрямилась в седле. - Порядок? - Полный. Спасибо, Жан. Парень кивнул и подошел к Бухвальду. Тот проявил неожиданную лошадиную солидарность и тоже начал ходить из стороны в сторону. Правда Жан оказался проворнее и смог быстро запрыгнуть в седло без посторонней помощи. - Ловко у тебя выходит, - с лёгкой ноткой зависти восхитилась Яника. - Спасибо. Но тут дело пустяковое, - Жан отмахнулся и полез в карман за лакомством для Бухвальда, - Стараюсь проводить с ним больше свободного времени. - Понятно. Неловкая пауза затянулась. Ребята сами не заметили, как их скакуны в один момент перешли на рысь. Животные чувствовали себя явно комфортнее, чем их наездники. Холодный воздух обдувал лошадиные бока и трепал гривы, попутно приподнимая юбку Яники. Девушка ёрзала в седле и каждую минуту проверяла, не задрался ли подол. Она в сотый раз пожалела, что не надела сегодня штаны. Но кто ж знал, что придется выводить из стойла Брего? - Да, извини ещё раз за это, - словно прочитав её мысли, Жан подъехал поближе и неловко улыбнулся, - Я как-то совсем забыл, что девушки носят не только форму. Стоило предупредить в записке. - Всё нормально. Я рада, что… что ты в принципе меня позвал. Яника не собиралась этого говорить, но слова вылетели из онемевших губ быстрее любой мысли. Всё, чего она ожидала от себя сегодня – выглядеть приемлемо, не запнуться о собственные ноги и не опозориться с треском. То есть – вести как можно тише и говорить как можно меньше. Но слишком высок был шанс, что это единственная их с Жаном встреча, а потому стать на время собственной тенью совсем не хотелось. Она машинально перевела коня на шаг, парень рядом сделал тоже самое. - И я совсем не против вечерней прогулки верхом. Наоборот, это вышло удачно, ведь… - Ведь ты боишься выглядеть глупо? Жан посмотрел Янике прямо в глаза. Отвести взгляд было огромным соблазном. - Да. Особенно сегодня. - Ну, в таком случае, ты уже опоздала. "Стоп. Чего?!" - Пришла на двадцать минут раньше, не дав мне закончить приготовления, - Жан потёрся щекой о плечо, - К тому же, не согласилась подождать снаружи, а пошла помогать седлать Брего. Переживаешь из-за платья, дёргаешься всё время – это очень заметно. Ну и вдобавок вместо того, чтобы сорваться в галоп и предложить небольшую гонку, ты молчишь, будто воды в рот набрала. А времени у нас совсем немного. У Яники была ровно секунда, чтобы понять, что она чувствует после такого монолога Жана. И вместо того, чтобы поскакать обратно в слезах, внезапно ощутила порыв ударить наглую рожу. - Значит, такой у тебя был план? Смутить и заставить краснеть? Знаешь, пусть всё так, но воспитанный человек вовремя может прикинуться глухим, слепым и тупым, - девушка с силой сжала поводья. – А ты подливаешь масла в огонь. Глаза всё же заволокло знакомой пеленой. Прекрасно, вот и очередная порция жалости к себе. Чёрт бы побрал это свидание! Кажется, так плохо Яника себя давно не чувствовала. Словно чьи-то пальцы разом надавили на все больные точки и теперь оставалось только не растерять остатки гордости. - Эй, не хочешь врезать мне как следует? Жан подъехал так близко к девушке, что их колени на секунду соприкоснулись. - Чего ты добиваешься? – Яника подавила в себе желание пнуть ногу Жана. - Чтобы ты переключила внимание со своей неловкости на бесячего идиота рядом. Парень резко наклонился в бок и провёл тыльной стороной ладони по волосам Яники. Слишком. Близко. - Это может показаться странным, но я понимаю, что ты чувствуешь. И мне не важно, с какого раза ты забралась в седло и как элегантно при этом выглядела. Девушка медленно повернула голову и посмотрела на Жана. Тот уже убрал руку и Яника могла поклясться, что увидела лёгкий румянец на его щеках. "Он что, умеет краснеть?" - Я… Это всё дурацкое платье, - пробубнила Яника, не найдя, что ещё ответить на такое признание. Где-то в горле трепыхало сердце – то ли от обиды, то ли от того, что колени снова соприкоснулись. - Да. Красивое дурацкое платье. Это был уже перебор. Резко прижав ноги к бокам коня, Яника сделала то, что хотела уже несколько минут – подняла Брего в галоп. Но не назад, к воротам, а вперёд. Сзади она услышала вскрик Жана и его смех, который оборвался где-то совсем рядом. - Кто придёт вторым к колодцу – будет должен желание победителю! Идёт? Девушка обернулась - Жан отставал всего на один корпус. Его глаза весело блестели, отражая свет закатного солнца. Хотелось отвернуться и проигнорировать предложение, а ещё лучше – спрыгнуть, топнуть ножкой и провалиться под землю от стеснения и злости. Но почему-то Яника просто кивнула. Просто? - Отлично! Готовься глотать пыль. Жан ускорился, но Лайнен уже не реагировала. Весь мир схлопнулся до одного конкретного ощущения – свободы. Девушка ослабила поводья, позволяя им свободно скользить между пальцев, и отдалась моменту. Давно, преступно давно она не разгонялась в полную мощь, не ловила ускользающую эйфорию за хвост. Наедине с собой и диким ветром, полностью в родной стихии. Оттого видеть быстро приближающийся колодец было несколько печально. Яника уже собиралась настоять на втором заходе, но, увидев, как Жан тормозит Бухвальда, решила промолчать. - Интересный способ спровоцировать меня на скачки, - Яника развернула коня и остановилась по другую сторону от колодца. - Ну… я точно не знал…, как ты отреагируешь. В тот момент… я… почувствовал се..бя дураком, - Жан опёрся руками о шею лошади и переводил дух, рвано втягивая в лёгкие воздух, - Хах, прекрасная тренировка на ночь глядя! Яника кивнула. Её дыхание тоже было неровным после гонки. Чуть погодя Жан спешился и набрал в лежащее рядом ведро воды из колодца, после чего ополоснул лицо и шею. Девушка слегка отвернулась. Почему-то она стеснялась смотреть на то, как вода пропитывает ворот мужской рубашки. - Зато мы не ведем приторных бесед, которые положены на первом свидании. Это так неестественно, что клонит в сон. - И много у тебя было первых свиданий? – Яника всё ещё не оборачивалась и царапала ногтем ладонь. - Ровно одно, не считая сегодняшнего, - судя по голосу, Жан улыбался, - Как тебе такой ответ? - Устроит. Яника наконец спешилась и подошла к колодцу. Жан сидел, привалившись к каменной кладке спиной. Девушка поставила ведро перед Брего, однако тот пить не спешил, подозрительно обнюхивая. - У тебя прекрасный конь. Мне довелось тренироваться на нём однажды. Несмотря на силу и грозный вид – очень мягкий и податливый. Яника удивленно захлопала глазами. Конечно, в училище это была стандартная практика – меняться лошадьми раз в месяц, чтобы нарабатывать опыт общения с чужими животными. Но за каждым кадетом была закреплена только одна лошадь – с самого поступления и до выпуска. Кадеты самостоятельно, от и до, ухаживали за животными. Они начинали объезжать жеребенка, а спустя три года забирали с собой на службу уже привыкшего к человеку взрослого скакуна. То, что однажды во время занятия из более чем двухсот лошадей Жану выпадет её Брего, было невероятным совпадением. - А я и не знала. - После тренировки в тот вечер я увидел, как ты чистишь Брего копыта, и… что-то стало по-другому, - Жан провёл рукой по мокрым волосам. Его голос надломился - Не знаю, как это описать… будто нечто, к чему давно привык, резко изменилось. Мне потребовалось два месяца, чтобы осознать, что это значит. Закончив говорить, Кирштейн поднялся на ноги и спешно отошел к Бухвальду, бормоча ещё какие-то слова себе под нос. Теперь Яника была уверена абсолютно – Жан покраснел и засмущался. И господи, это было самым невероятным, что ей удалось увидеть за долгое время. Её саму начала бить мелкая дрожь, и совсем не от холода. Наоборот, стало слишком жарко - захотелось расстегнуть куртку и вылить на себя ведро колодезной воды. - Жан, а я придумала желание. - Да? – парень слишком бодро развернулся на месте. - Сможешь… подарить мне что-то на память об этом вечере? Судя по всему, Жан был несколько растерян просьбой. - Но, что именно? - Не знаю, какую-нибудь мелочь. Ты ведь, вроде, неплохо рисуешь… Яника потупилась, обхватив себя руками. Не станет же она говорить вслух, как давно хотела получить из рук Киршейна лист бумаги с карандашным наброском. Будь то пейзаж, натюрморт или даже, чего таить, её портрет. - Нет. Голос Жана прозвучал твёрдо и как будто из-под толщи воды. Яника подняла голову и наконец встретилась с ним взглядом. - Нет? - Нет. Что угодно, но не рисунок. - А…почему? – вслед за замешательством пришло чувство вины. Будто её просьба оказалась слишком личной. - Потому что каждый второй в корпусе хорошо рисует. Нас, в конце концов, этому обучают. - Но что в этом плохого? Далеко не все… - Давай так. Я исполню твоё желание, но на это уйдет время. Мне надо подумать, - Жан снова вернул своё внимание на лошадь, затягивая подпругу. - Конечно, как скажешь. Если тебе неудобно, то я могу пожелать что-то другое. Другого не хотелось, но Яника не знала, как ещё интерпретировать такую реакцию. Будто она действительно задела в нём что-то сокровенное. Отряхнув юбку, девушка подошла к коню и отодвинула ногой пустое ведро. - Нет, - Жан закончил проверять амуницию и подвёл Бухвальда ближе к Брего. "У меня скоро будет дёргаться глаз на это слово". - Всё в порядке, я просто не ожидал. Это даже трогательно. - Ты хотел услышать от меня другое желание? - Я хотел загадать его сам, - голос стал тише, - И это был бы не рисунок на память. Внезапно в голову закралась мысль о ноже. О ноже, который она забыла в казарме. Слишком уж тон Жана был двусмысленным и Яника не понимала, что ей делать. С одной стороны, начинала накрывать паника, а с другой – до смерти хотелось узнать, о каком желании идёт речь. Два шага вперёд, и девушке пришлось немного приподнять подбородок, чтобы заглянуть Жану в глаза. Манящие, медовые глаза. "Дура, чего творишь? Вернись обратно!" - Не знаю, о чём именно ты говоришь, но, возможно, наши желания совпадают. Поднявшись на носочки, девушка немеющими губами прикоснулась к щеке Жана. Два удара обезумевшего сердца, и Яника уже отстранилась, отступив к коню. "Не забывай дышать". - Да, вполне возможно, - Жан дотронулся рукой до щеки, где совсем недавно были девичьи губы, - Нам пора возвращаться. - Точно. В этот раз забраться в седло получилось с первой попытки. Видимо, на бешеном адреналине. Брего чуть взбрыкнул, когда Яника сходу потребовала от него галопа – в такт собственному пульсу. Ей жизненно необходимо было почувствовать себя в движении прямо сейчас. Чтобы воздух обжигал горло, чтобы пальцы кололо ветром, чтобы глаза слезились. Что угодно, лишь бы не думать о той секунде. А думать хотелось. Вскоре впереди выросли ворота, а в поле зрения слева появился взмыленный Бухвальд. Он всю дорогу скакал чуть позади, Яника прекрасно это слышала, но обернуться не решалась. Лайнен вообще не знала, сможет ли сегодня сказать Жану хотя бы слово. Лошади перешли на шаг и одновременно остановились. Яника потёрла замёрзшее лицо, выдыхая вместе с воздухом накопившуюся усталость. Это был очень длинный и напряженный день, сравнимый разве что с полётами на УПМ. Когда резко кидает вверх, а затем камнем тянет вниз. И так до бесконечности. Девушка уже перекинула левую ногу через круп коня, когда внезапно ощутила прикосновение. - Осторожно, спускайся. Жан положил ладони на талию Янике и придержал, помогая спешиваться. - С-спасибо. Оказавшись на земле, Лайнен инстинктивно дёрнулась в сторону, но крепкие руки не отпустили. В следующий миг к её щеке прикоснулись губы – чуть шершавые, сухие, но очень горячие. - Знаешь, я вовсе не думаю, что проиграл сегодня. *** Спустя три дня он нашел её в столовой. Яника смотрела на то, как Жан, поднявшись со скамьи, пересекает комнату и решительно направляется прямо к ней. И как это замечают всё больше сокурсников. Райнер, наткнувшись на застывший взгляд напротив, обернулся. А поняв, в чем дело, вопросительно поднял брови, как бы уточняя: "Проблемы?" Яника лишь коротко мотнула головой и опустила ложку. Кажется, весь обед, что она уже успела слопать, вот-вот мог полезть наружу. Бертольд, Конни и Саша, сидевшие тут же, выглядели так, словно заняли места в первом ряду провинциального театра. Подойдя к столу, Жан неловко улыбнулся. - Привет. Извини, я на секунду. Вот. Не глядя на остальных, парень быстро достал из кармана маленький свёрток и положил перед Яникой. - В общем, увидимся позже. И также стремительно покинул столовую. Посмотреть, что передал Жан, девушка смогла лишь после лекций. Как она пережила эти три часа и не умерла от любопытства - загадка, похлеще происхождения титанов. Сидя на кровати Саши, которая располагалась на нижнем ярусе сразу под её, Яника осторожно развернула бумажный свёрток. Внутри оказалась небольшая деревянная фигурка лошади. Серая, в белую крапинку, прямо как Брего. Было видно, что её сделал человек, ранее не работавший с деревом. Угловатая, местами не до конца ошкуренная, без мелких деталей. Но на ощупь она была такая же теплая, как его руки и губы в тот вечер. Будто в ней крылась частичка творца. Бумага, в которую был завернут подарок, оказалась запиской. В ней Жан предлагал встретиться в субботу и прогуляться до озера. - Яника, всё в порядке? Ты уже пятнадцать минут сидишь тут и улыбаешься. Рядом опустилась Саша и с любопытством взглянула на деревянного коня. - Это от Жана? - Ага... - Пф, лучше бы еду подарил. Яника рассмеялась, впервые за эти три дня чувствуя гигантское облегчение. Ей нужно было увидеть Жана и передать ответ на записку, по возможности, устно.