training day

***

      «Как же приятно просыпаться в выходной день.»

      Это невероятное, почти забытое чувство, которое посещает Тэхёна уже неделю подряд. Оно стало для него наградой после возвращения в Сеул, после того бешеного ритма, в котором он существовал в последнее время. Амбассадором скольких брендов он стал? Он уже и сам позабыл.       Этот марафон начался с CELINE SS26 в Париже. Казалось бы, один показ, но это не было просто просмотром с первых рядов. За кулисами ждала бесконечная примерка, долгие часы у стилистов, которые с точностью укладывали каждую прядь его волос. Затем сам показ: ослепляющая стена вспышек, требующая полной концентрации и отдачи. Каждый мускул лица к концу вечера ныл от напряжения, а за улыбками для бесчисленных рукопожатий скрывалась простая человеческая усталость.       Почти без перерыва его выдернули в Лос-Анджелес на Vogue World: Hollywood. Здесь деятельность другого рода: более гламурная, но оттого не менее изматывающая. Это был не просто ивент, это был конвейер.       Сначала официальная фотосъемка на красной дорожке, где каждая поза, каждый взгляд должны были быть безупречными для сотен камер. Потом — бесконечный поток светских бесед внутри, с режиссерами, актерами, редакторами. Каждое «рад познакомиться» требовало энергии, каждое поддерживание разговора высасывало силы. Он выполнял свою роль блестяще, но внутри чувствовал себя абсолютно пустым.       Если мероприятия вроде Недель моды были вспышками гламура и суеты, то работа с брендами вроде Yunth, TIRTIR и Snow Peak это сущий кошмар. Об этом Тэхён вообще вспоминать не хотел — столько фотосессий за короткий срок были настоящей пыткой.       Теперь после этого круговорота камер и шума он наконец-то мог потратить время на себя, вернутся к тренировкам, которые так полюбил во время службы в армии. Руки, спина и грудь заметно окрепли. Тэхёну безумно нравилась его нынешняя форма — он чувствовал себя в этом теле уверенно и сексуально. Набирать больше он не собирался, но поддерживать себя в таком идеальном состоянии очень хотел.       Дома, конечно, имелось всё необходимое: набор гантелей разных весов, турник, беговая дорожка и несколько специальных тренажёров для проработки рук. Однако сосредоточиться на полноценной тренировке в пределах квартиры оказывалось непросто. В родных стенах слишком многое отвлекало: хотелось то и дело переключиться на что-то другое, да и наличие под рукой гаджетов постоянно сбивало.       По-настоящему комфортно ему занималось лишь в зале фитнес-блогера Ма Сунхо, его давнего знакомого. Сунхо, как никто другой, понимал сложности, с которыми сталкиваются артисты с такой популярностью: лишнее внимание способно превратить даже обычную тренировку в ад. Поэтому он всегда спокойно и без лишних вопросов предоставлял Тэхёну или Чонгуку, а иногда и другим участникам группы, возможность заниматься в пустом зале. Нередко они собирались там вместе и, наслаждаясь тишиной, тренировались в своё удовольствие, внимая наставлениям опытного тренера.       Сегодня Тэхёну особенно повезло: большинство подопечных Сунхо после напряжённого турнира по атлетике отправились на заслуженный отдых, а значит, зал должен был пустовать, тем более в такую рань. Даже сам Сунхо не выходил на связь, поэтому Тэхён рассчитывал провести время в полном одиночестве, вдали от каких-либо посторонних глаз. Долго не задерживаясь в постели, он собрал тренировочную сумку, захватив самое необходимое: сменную одежду и обувь, бутылку с водой, привычные наушники и, конечно, маску.       Закинув сумку на плечо и на ходу набрасывая маску, Тэхён вышел из квартиры. У лифта на мгновение задержался, привычно проверил, всё ли взял, и, усмехнувшись своим мыслям, нажал кнопку вызова. Сегодня он вполне может позволить себе не просить водителя. Давно не брал управление в свои руки, а сейчас выдался редкий день, когда хотелось полной самостоятельности.       Тэхён бросил сумку на пассажирское сиденье, сам устроился за рулём и, привычно поправив зеркала, вывел машину на выезд из подземного паркинга. Город встретил его размеренным утренним движением — не тем безумным потоком, что в час пик, а спокойным, сонным ритмом. Тэхён вёл не спеша, наслаждаясь редким ощущением свободы: никаких графиков, никаких съёмок, только он, дорога и предвкушение хорошей тренировки в тишине.       Припарковавшись у знакомого здания, он накинул капюшон, подтянул повыше маску и, захватив сумку, направился ко входу. Внутри фитнес-комплекса его встретил приглушённый свет и тишина, которую нарушал лишь едва слышный гул вентиляции. Администратор за стойкой приветливо кивнул, узнав его, но не стал отвлекать лишними разговорами. Тэхён коротко кивнул в ответ и направился в сторону зала. Проходя по длинному коридору, он машинально скользнул взглядом по стенам с афишами предстоящих и прошедших соревнований.       Толкнув дверь, он шагнул внутрь. Зал действительно пустовал. Ни единой души. Ряды тренажёров замерли в идеальном порядке, гантели покоились на своих стойках, а через панорамные окна лился мягкий свет, рассеиваясь по матовому полу. Тэхён довольно выдохнул, после чего направился в мужскую раздевалку, опустил сумку на скамью у входа и с лёгкой улыбкой потянулся, чувствуя, как тело уже начинает настраиваться на предстоящую работу. Движения были неторопливыми, почти ленивыми — он никуда не торопился, желая сполна насладиться этим редким чувством полного уединения.       Сначала на скамью отправилась ветровка, следом — футболка. Тэхён стянул её через голову одним плавным движением, и на мгновение замер, потянувшись и разминая плечи. Свет ложился на его кожу, высвечивая каждый рельеф. Широкие плечи плавно переходили в мощные руки. Бицепсы, которые он так любил прорабатывать, выделялись отчётливым рельефом даже в расслабленном состоянии, а предплечья пересекали тонкие вены, придавая им ещё больше рельефа.       Грудь была широкой, с чётко очерченными грудными мышцами, которые спускались к аккуратному прессу. Кубики проступали не агрессивно, а гармонично — словно сама природа соединила в нём силу и эстетику. Косая линия живота, плавно уходящая за пояс джинсов, добавляла фигуре ту самую изюминку, от которой трудно было отвести взгляд.       Тэхён не без удовольствия скользнул взглядом по своему отражению в зеркальной стене — он действительно любил своё тело, любил ту работу, которую проделал, чтобы оно стало таким. Провёл ладонью по животу, чувствуя под пальцами твёрдость мышц, и довольно хмыкнул.       Джинсы расстегнулись с лёгким щелчком. Он стянул их вместе с нижним бельём, ничуть не стесняясь собственной наготы в пустом помещении, и остался стоять в одних носках, потягиваясь и разминая шею. В отражении его фигура казалась почти античной, а сильные ноги уверенно держали тело. Достав из сумки тренировочные шорты, Тэхён натянул их, следом серую майку, затянул пояс потуже и потянулся за бутылкой воды. Сделал несколько глотков, надел наушники, включил плейлист и, бросив последний взгляд в зеркало на свою отражённую фигуру, довольно улыбнулся собственному отражению.       Тэхён неспешным, разогретым шагом вышел из раздевалки и направился в зону для разминки. Здесь было пустынно — только бесконечные зеркала в черных рамах да аккуратной стопкой сложенные коврики для тех, кто предпочитал растягиваться подольше. Он начал с шеи, сделав несколько плавных круговых движений. Суставы слегка хрустнули, но неприятное напряжение быстро сменилось приятным теплом. Затем пошли широкие, размашистые махи руками. Сделал еще пару махов, потом перешел к легким скручиваниям корпуса, чередуя их с наклонами к носкам. Горстка приседаний, разминка голеностопов и всё — тело было готово.       «С чего бы начать? — мысленно пробежался он по плану. — С жима лежа, а потом добью мышцы гантелями на бицепс».       План звучал идеально. Он подошел к массивному тренажеру, без лишних усилий навесив с обеих сторон по паре блинов. Лег аккуратно, спина плотно прижалась к лавке, ладонями обхватил гриф. Вдох, выдох — и он мощно, но контролируемо поднял штангу. Приятная, знакомая тяжесть растянула мышцы груди, он вытянул руки до конца и так же плавно опустил вес. Музыка приятно растекалась по ушам в такт его движаниям. Сделал еще одно повторение. И еще. И, открывая глаза на подъеме, чуть не роняет железо.       Над ним… Что? Что это за великолепие?       Прямо перед его лицом, на уровне его все еще поднятых рук, находились две огромных, идеально круглых… Господи, женских груди, обтянутых белой майкой, под которой явно находился утягивающий топ. Он застыл на секунду, его взгляд прилип, а мозг отключился. С трудом поставив штангу на стойку, он поднялся с лавки, испытывая легкое головокружение после резкой остановки. Пальцы сами потянулись к телефону, убавляя бит в наушниках, и он вытащил один из уха, чтобы убедиться, что это не галлюцинация. Он не понял сразу — узнала ли его девушка, но маску, которую забыл снять ещё с улицы, сразу натянул до носа.       — Здравствуйте! Вы Ма Сунхо? Я на персональную тренировку. Простите… немного опоздала, — прозвучал смущенный голос.       Девушка слегка переминалась с ноги на ногу, а Тэхён, словно озабоченный придурок, даже взгляд на её лицо поднять не смог. Его сознание все еще было пленено открывшимся видом.       — Да, — выдавил он, заставив себя кивнуть. — Я Сунхо.       Тэхён встал ближе, наконец-то поравнявшись с девушкой.       — Напомните пожалуйста ваше имя.? — Тэхён разглядывал девушку, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию.       — Я Нанхи.       — Отлично. Нанхи. На какую группу мышц будем работать? — спросил он уверенно.       — Честно говоря, я думаю фулл бади тренировка будет кстати, — ответила Нанхи. — Или лучше кардио?       Она смотрела на него ожидающе, а Тэхён в этот момент трепетал внутри от собственного обмана. Он понятия не имел, о чём Сунхо договаривался с этой девушкой. Не знал, какой у неё уровень подготовки, есть ли противопоказания, сколько подходов она обычно делает и что ей вообще подходит. Он даже имени её не знал ещё минуту назад.       И самое странное — он не понимал, зачем вообще ввязался в эту авантюру. Зачем, когда она спросила, он ли Ма Сунхо, не развёл руками и не сказал правду. Зачем натянул маску выше, зачем кивнул, зачем продолжил этот спектакль.       — Давайте начнём со знакомства с залом, — сказал он, стараясь придать голосу уверенность, которой не чувствовал. — Здесь новое оборудование. Сделаем фулл бади, проверяя каждый тренажёр, и остановимся на кардио.       Девушка послушно кивнула, слегка тушуясь. Она стояла напротив него, и Тэхён вдруг осознал, как близко она находится. Её взгляд скользнул по нему. Нанхи обожала мужчин с крепкими руками — это читалось в её взгляде, в том, как она чуть задержала дыхание. Касаться такого чуда хотелось каждый день, даже сейчас, стоя здесь, в пустом зале, под видом тренировки.       Тэхён заметил это. Заметил, как её зрачки чуть расширились, как она облизнула губы, как её пальцы дрогнули, словно она едва сдерживалась, чтобы не протянуть руку.       Но и сам он был не лучше. Он поймал себя на том, что его взгляд то и дело опускается ниже её лица, скользит по изгибу шеи, по ключицам, по тому, как ткань топа облегает её грудь. Он смотрел дольше, чем следовало, дольше, чем позволительно тренеру. Он знал, что это неправильно, что он должен отвести глаза, должен сосредоточиться на чём угодно другом, но не мог. Не хотел.       Сделал задумчивый вид, словно размышлял о чём-то важном, хотя на самом деле его мозг фиксировал каждую деталь её тела. А затем, словно придя в себя, он резко отвернулся и отошёл к самому первому тренажёру.       — Здесь начинается отдел для верха. Всё новое, я сам недавно тестировал. Хорошая нагрузка, суставы не забивает.       Он указал на жимовый тренажёр с регулируемыми рычагами и повернулся к Нанхи, пытаясь не опускать взгляд ниже её подбородка. Безуспешно.       — Садитесь. Спину прижмите плотно, лопатки сведите. Вес пока поставил минимальный, просто прочувствуйте движение.       Нанхи послушно опустилась на сиденье, её пальцы обхватили рукояти. Она сделала первое движение — толчок вышел резковатым, локти дёрнулись в стороны, нарушая траекторию.       — Стоп, — голос Тэхёна прозвучал мягко. — Медленнее. И локти не врозь.       Он шагнул ближе, оказавшись у неё за спиной. Секунда колебания — и его ладони легли на её плечи, чуть сзади, чтобы направить движение.       — Чувствуете? Плечи расслаблены, работает грудная.       Его пальцы скользнули вниз по её предплечьям, едва касаясь, останавливаясь у локтей, чтобы мягко скорректировать угол. Кожа под его подушечками оказалась тёплой.       — Поняла, — выдохнула Нанхи, и он почувствовал, как её плечи расслабляются под его ладонями.       Она сделала ещё один подход. На этот раз правильно. Тэхён не убрал руки сразу — его пальцы задержались на её плечах чуть дольше необходимого, а когда она закончила движение и повернула голову, чтобы взглянуть на него, он резко отступил на шаг, пряча взгляд.       — Хорошо. Дальше.       Он отошёл к следующей машине — тяге верхнего блока, поправил лямки, проверил трос. Нанхи поднялась и последовала за ним, и Тэхён услышал, как тихо скрипнули её кроссовки по резиновому покрытию.       — Это для спины, — пояснил он, не оборачиваясь. — Широчайшие, задняя дельта. Садитесь, колени зафиксируйте под валиками.       Она села, и он, наконец, повернулся. Теперь ему пришлось встать перед ней, чтобы поправить хват. Нанхи тянулась к рукояти, и в этот момент её грудь оказалась прямо на уровне его взгляда, обтянутая тканью топа, который совсем ничего не скрывал. Тэхён сглотнул и резко перевёл взгляд выше, встречаясь с её глазами.       На мгновение ему показалось, что она улыбается уголками губ. Или ему просто хотелось так думать.       — Хват чуть шире, — сказал он хрипловато и шагнул вплотную, чтобы развести её руки по грифу. Его пальцы накрыли её кисти, и он почувствовал, как она замерла. — Большими пальцами сверху, так нагрузка пойдёт именно в спину, а не в бицепс.       Он наклонился ближе, чтобы видеть траекторию, и его грудная клетка почти коснулась её плеча. Запах её духов ударил в голову — что-то цветочное, сладковатое.       — Тянете вниз, к груди, — продолжил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Локти смотрят в пол, не разводите. Корпус не раскачиваем.       Нанхи кивнула и начала движение. На втором повторении она чуть сбилась, и он, не думая, встал позади и придержал её за талию свободной рукой, чтобы стабилизировать. Ткань её топа под его пальцами оказалась тонкой, почти невесомой. Она вздрогнула, но не отстранилась. Тэхён замер, осознавая, где именно лежит его рука, обхватывая талию так, что большой палец почти касался рёбер. Пару сантиметров до этого упругого сокровища в топе.       — Так правильно, — сказал он тихо, почти шепотом, и убрал ладонь, делая шаг назад.       В зале стало слишком тихо. Даже кондиционер, казалось, притих. Тэхён замер, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Маска всё ещё скрывала половину лица, и он машинально поправил её. Девушка к тому времени закончила подходы.       — Пойдёмте в зону для низа, — сказал он, махнув рукой в сторону противоположного конца зала. — Там тоже обновили оборудование.       Он двинулся первым, чувствуя её взгляд на своей спине. Или ему только казалось. Вдоль стены выстроились тренажёры для ног и ягодиц: сгибания, разгибания, жим платформы, абдуктор. Тэхён остановился у первого, мысленно проклиная себя за то, что выбрал именно его.       — Начнём с приводящих и отводящих, — сказал Тэхён. — Это тренажёр для внутренней и внешней поверхности бедра. Очень популярный у девушек.       — Знаю, — Нанхи улыбнулась, и в её голосе послышались нотки, которых он не заметил раньше. — Я такой в прошлом зале любила.       Она села на сиденье, уперлась коленями в мягкие валики. Тренажёр был сконструирован так, что ноги приходилось широко разводить в стороны, и Тэхён вдруг осознал, насколько открытой становится её поза. Он отвернулся к блоку с весами, делая вид, что проверяет нагрузку.       — Сколько повторений? — спросила она.       — Начнём с двенадцати. Медленно, чувствуя напряжение.       Он подошёл ближе, чтобы встать сбоку и контролировать технику. Нанхи начала движение — сводила колени, преодолевая сопротивление, и разводила обратно. Тэхён следил за её бёдрами, обтянутыми леггинсами, и ловил себя на мысли, что не может оторвать взгляд от того, как напрягаются мышцы при каждом движении.       — Чувствуете жжение? — спросил он, и тут же мысленно зажмурился от того, как двусмысленно это прозвучало.       — М-м-м, да, — выдохнула она, и этот звук заставил его сжать челюсть.       На пятом повторении он заметил, что её спина оторвалась от спинки, а корпус подаётся вперёд.       — Спину держите ровно, — сказал он и, не удержавшись, положил ладонь ей на поясницу.       Его рука легла чуть выше копчика, и он ощутил, как под его пальцами прогнулась её спина. Нанхи замерла на секунду, а потом продолжила движение, и её бёдра сомкнулись с усилием, от которого мышцы на её ногах напряглись ещё сильнее.       — Так лучше, тренер? — спросила она с таким сладким вздохом, что Тэхёна пронзило током.       — Да, — ответил он, не убирая руки.       Она закончила подход, и Тэхён убрал ладонь с её спины, но она не двинулась с места.       — Следующий? — спросила она, глядя на него снизу вверх.       — Переходим на сгибание ног лёжа, — кивнул он, указывая на соседний тренажёр.       Нанхи поднялась, и они поменялись местами. Тэхён помог ей настроить валик — тот самый, который ложится на заднюю поверхность голени, когда лежишь лицом вниз.       — Ложитесь, — сказал он, и она послушно опустилась на живот, вытянувшись на скамье.       Тренажёр для сгибания ног требовал, чтобы тело было зафиксировано. Тэхён опустил верхний малый валик ей на поясницу, чтобы таз не отрывался от скамьи.       — Нормально? Не давит?       — Нет, всё хорошо, — её голос звучал приглушённо, потому что лицо было повёрнуто в сторону.       Он опустился на колено рядом с ней, чтобы видеть, как работает её задняя поверхность бедра. А если быть точнее — чтобы поглазеть на её упругую задницу, обтянутую тканью леггинсов, которая сейчас, в этой позе, натянулась особенно соблазнительно.       — Начинайте.       Нанхи начала поднимать валик вверх, сгибая ноги, и Тэхён смотрел, как сокращаются мышцы её бёдер.       — Ещё выше, — сказал он, и когда она подняла валик до предела, его ладонь сама собой легла на её голеностоп, приподнимая его чуть выше, позволяя себе задержаться дольше необходимого. — Хорошо. Теперь медленно вниз.       Его ладонь скользнула по её икре, когда она опускала ноги, и он почувствовал под тепло её кожи даже сквозь тонкую ткань. Он убрал руку, но на следующем повторении повторил касание — теперь уже осознанно, позволяя себе насладиться моментом.       — Чувствуете работу бицепса бедра? — спросил он, хотя прекрасно видел, что чувствует. Ладонь уже пошла выше.       — Да.       Его пальцы добрались до того места, где бедро встречается с ягодицей, и здесь он позволил себе остановиться. Его ладони легли на округлость её бёдер, пальцы оказались на внутренней стороне, там, где ткань натягивалась особенно сильно. Он не двигался, просто держал руки там, чувствуя, как подрагивают её мышцы от напряжения — или от чего-то ещё.       — Сделайте ещё один подход, — сказал он ниже, тише.       Она начала движение, большой палец Тэхёна непроизвольно поглаживали внутреннюю сторону бедра, мягко, едва касаясь, но каждый раз, когда она достигала верхней точки, его хватка становилась чуть плотнее. Нанхи готова была задохнуться от этих ощущений, дико хотелось самой увидеть его пальцы на себе. Он уже не просто контролировал технику. Он гладил её. Откровенно, не скрывая.       На пятом повторении он позволил себе то, чего хотел с самого начала. Его руки скользнули выше, полностью накрывая её ягодицы. Пальцы вдавились в упругую плоть, и он услышал, как она выдохнула чуть громче, чем следовало.       — Не останавливайтесь, — прошептал он, хотя она и не собиралась.       Он сжимал её ягодицы в такт движениям — когда она поднимала валик вверх, его пальцы смыкались, приподнимая, массируя. Когда она опускала ноги вниз, его ладони расслаблялись, скользили по округлостям, поглаживая, изучая форму.       — Ещё два, — сказал он, хотя в плане их должно было быть уже на пять меньше. Счёт давно потерял значение.       Она послушно продолжила, и на предпоследнем повторении его руки сжали её ягодицы так сильно, что она тихо вскрикнула. Заканчивать это упражнение ей не хотелось.       — Отлично, — выдохнул он, и это слово прозвучало совсем не по-тренерски.       Когда она закончила, Тэхён помог ей освободиться от валиков. Его руки обхватили её талию, чтобы поддержать, когда она поднималась со скамьи. Она оказалась совсем близко — так близко, что он чувствовал тепло её тела даже через одежду. Их взгляды встретились, и на этот раз она не отвела глаз первой.       — Что дальше? — спросила она, и её губы дрогнули в улыбке, которая не оставляла сомнений — она понимала всё, что происходило между ними.       Тэхён медленно убрал руки, но не сделал ни шага назад.       Она сказала это так спокойно, так естественно, что у Тэхёна на секунду перехватило дыхание. Маска всё ещё скрывала нижнюю половину его лица, но глаза, он знал, выдавали всё. Нанхи не отвела взгляда, и в её зрачках плясали искорки.       — Дальше… — его голос сел, и он прочистил горло. — Осталось ещё кое-что. Приседания. Без них фулл бади не считается.       — Приседания, — повторила она, и в её устах это слово прозвучало максимально пошло.       Он повёл её к стойке со штангой, но на полпути передумал. Штанга — это слишком громоздко. Вместо этого он остановился у зоны со свободными весами, где стояла скамья и несколько гантелей.       — Возьмём гантель, — сказал он, выбирая одну, не слишком тяжёлую. — Гоблет-приседания. Техника проще, а нагрузка отличная.       Он продемонстрировал движение: ноги на ширине плеч, гантель вертикально у груди, спина прямая, таз назад, колени слегка разведены. Нанхи наблюдала внимательно.       — Теперь вы, — сказал он, протягивая снаряд.       Она взяла гантель обеими руками, прижала к груди и встала напротив него. Первое приседание вышло неуверенным — она слишком сильно ушла вперёд, и равновесие качнулось.       — Осторожно, — сказал он, делая шаг к ней. — Вес тела на пятки. Представьте, что вы закрываете дверь ягодицами.       Она усмехнулась, но поправилась. Второе приседание вышло лучше, но Тэхён видел — колени чуть проваливаются внутрь.       — Колени не сводите, — сказал он и встал перед ней, чтобы показать руками правильное движение.       Он опустился на корточки перед ней, и его ладони легли на её колени с внешней стороны, мягко направляя их наружу.       — Чувствуете? Так безопаснее для суставов.       Она сделала ещё одно приседание.       — Хорошо, — сказал он, поднимаясь. — Теперь с весом побольше. Я буду страховать.       Он встал сзади. Так близко, что его грудная клетка почти касалась её спины. Нанхи опустилась в приседание, и он шагнул за ней следом, его руки оказались на уровне её талии, готовые подхватить, если она потеряет равновесие.       — Глубже, — сказал он, и она послушалась.       В самой нижней точке его ладони легли ей на бёдра — не контролируя, а просто касаясь. Она замерла на секунду дольше необходимого, и он почувствовал, как её мышцы напряглись под его пальцами.       — Наверх, — скомандовал он, и она выпрямилась, спиной скользнув вдоль его груди.       Следующее приседание она начала сама. Тэхён следил за её спиной, за тем, как прогибается поясница, и когда она достигла нижней точки, его ладони легли на её ягодицы.       Это не было случайностью. Он знал это. Она знала это.       Его пальцы чуть сжались, проверяя напряжение мышц, корректируя положение таза. Но на самом деле он просто хотел прикоснуться. Она выдохнула — протяжно, сладко, так, что этот звук разлился под его кожей горячей волной.       — Так правильно? — спросила она совсем томным голосом.       — Идеально, — повторил он своё любимое слово, которое теперь звучало совсем иначе. — Ещё один.       Она снова опустилась в приседание, и на этот раз он не убирал рук. Его ладони лежали на её бёдрах, скользнули вниз по передней поверхности, когда она уходила вниз, и вернулись на ягодицы, когда она поднималась. Каждое его касание было чуть дольше, чуть смелее предыдущего. Тэхён почувствовал, как кровь прилила к лицу, как напряглось всё тело. Он сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, но когда она выпрямилась в очередной раз, его руки обхватили её талию и не отпустили.       — Последнее упражнение, — сказал он ей прямо в ухо, и его голос прозвучал хрипло, сексуально до ужаса. — Румынская тяга с гантелями. Работаем над задней поверхностью бедра и… — он запнулся на секунду, — ягодицами.       Она медленно кивнула, и он почувствовал, как её тело расслабилось в его руках. Он выбрал две гантели полегче и встал у неё за спиной. Вплотную. Так, что её ягодицы касались его бёдер, а его грудь её спины.       — Возьмите, — сказал он, протягивая гантели ей через плечо. Их пальцы соприкоснулись, и он задержал её руки в своих дольше, чем требовалось.       Она взяла снаряды, опустила их вдоль тела. Тэхён встал так близко, что мог дышать в её макушку, и положил ладони ей на тазовые кости — чтобы контролировать наклон.       — Спина прямая, — прошептал он. — Наклон за счёт таза назад, колени чуть согнуты. Начинайте.       Она начала опускать корпус вперёд, отводя таз назад. Тэхён следил за каждым сантиметром её движения. Она выпрямилась, но на следующем наклоне он прижался к ней плотнее. Теперь его пах касался её ягодиц, и он знал, что она чувствует это сквозь ткань его шорт и её леггинсы. Она не отстранилась.       Наоборот, когда она наклонялась вперёд, её таз отходил назад, упираясь в него, и при возвращении в исходное положение она задерживалась на долю секунды дольше, чем нужно, словно не хотела терять контакт. Её дыхание стало прерывистым. Каждый выдох сопровождался тихим, сладким звуком, от которого у Тэхёна темнело в глазах.       — М-м-м, — протянула она, и этот звук был совсем не про боль в мышцах или усталость.       На третьем повторении он не выдержал. Когда она наклонилась, его ладони легли на её бока и остались там. Не корректируя. Не помогая. Просто касаясь. Просто сжимаясь в такт её движениям. Она выпрямилась и откинула голову назад, почти касаясь затылком его плеча. Её глаза были закрыты, губы приоткрыты.       — Ещё, — прошептала она.       Он прижался к ней сильнее, чувствуя, как её тело плавится в его руках. Его пальцы скользнули по её ягодицам, обхватили бёдра с боков, притягивая её к себе плотнее. Её спина выгнулась, прижимаясь к его груди, и она снова выдохнула — длинно, сладко, с ноткой дрожи.       — Последний раз, — сказал он, и в его голосе не было и намёка на тренера.       Она медленно наклонилась вперёд, и он двинулся вместе с ней, не разрывая контакта. В самой нижней точке его руки обхватили её ягодицы полностью, пальцы вдавились в упругую плоть. Она замерла на секунду, задержав дыхание, а потом резко выпрямилась, разворачиваясь в его руках.       Гантели со стуком упали на резиновый пол.       Она оказалась лицом к лицу с ним. Их разделяли миллиметры. Её грудь касалась его груди, её бёдра прижимались к его бёдрам, и она смотрела на него снизу вверх с таким выражением, которое не оставляло никаких сомнений.       — Тренировка закончена? — спросила она тихо, и её губы были так близко.       Тэхён медленно поднял руку, пальцами коснулся края своей маски, но не снял.       — Не знаю, — ответил он так же тихо. — А вы как думаете?       Она поднялась на носочки, и её губы оказались в миллиметре от его маски.       — Думаю, — прошептала она, — что мы только начали.       Тэхён не стал ждать ни секунды.       Его ладони, только что лежавшие на её ягодицах, сжались крепче, и одним плавным, но властным движением он приподнял её, прижимая к себе. Ноги Нанхи инстинктивно обвили его, а руки потянулись к его плечам, чтобы удержать равновесие, которого она уже не искала. Она оказалась на уровне его глаз ближе, чем когда-либо прежде. Её дыхание, горячее и сбивчивое, касалось его губ сквозь тонкую ткань маски.       Нанхи смотрела на него сверху вниз, и в её глазах плескалось что-то жаркое, почти отчаянное. Её пальцы скользнули по его плечам выше, к шее, и он замер, чувствуя, как её ладони обхватывают его лицо.       — Сними.       Её пальцы нащупали край маски. Тэхён не двигался, только смотрел на неё, чувствуя, как его сердце колотится где-то в горле. Она медленно, почти мучительно, потянула ткань вверх. Сначала освободился нос. Потом губы. Потом, когда маска скользнула выше, обнажив лицо целиком, Нанхи замерла на секунду, вглядываясь в его лицо с выражением шока.       Её глаза расширились.       — Ты… — Нанхи узнала Тэхёна мгновенно. — Ты же…       Он не дал ей договорить.       Тэхён наклонил голову и накрыл её губы своими.       Поцелуй вышел не нежным. В нём не было осторожности или сомнений — только жадность, накопившаяся за все эти минуты касаний, взглядов, за каждое сладкое прикосновение её тела к его телу. Его губы двигались уверенно, властно, и она ответила мгновенно, без колебаний.       Её пальцы впились в его волосы, за которые она притянула его ближе, углубляя поцелуй, открывая рот навстречу, и он вошёл внутрь языком, пробуя её на вкус. Его руки сжали её ягодицы сильнее, приподнимая ещё выше, и она тихо застонала ему в губы — тот самый сладкий, протяжный звук, который она издавала на приседаниях, но теперь он был настоящим, не дразнящим. Теперь он был для него.       Тэхён оторвался от её губ на секунду, только чтобы перевести дыхание, и увидел её лицо совсем близко — раскрасневшееся, глаза блестят, губы припухли от его поцелуя. Она смотрела на него не как на тренера, не как на незнакомца, и даже не как на человека, в чьём лице она только что узнала айдола. Она смотрела на него так, будто он был единственным мужчиной в этом здании, в этом городе.       — Тэхён, — имя прозвучало из её уст так, как он хотел услышать его всю свою жизнь.       — Нанхи, — ответил он, и его голос был низким, хриплым, полным обещания.       Он поцеловал её снова, и на этот раз в поцелуе не было спешки. Он был глубоким, медленным, исследующим. Его язык скользнул по её нижней губе, и она вздрогнула, прижимаясь к нему бёдрами, чувствуя, как напряжено его тело под тканью шорт. Тэхён сделал шаг вперёд, прижимая её спиной к ближайшему тренажёру — холод металла проступил сквозь ткань её топа, но она не обратила внимания. Всё её внимание было сосредоточено на нём: на его губах, на его чертовски крепких руках, на том, как его бёдра вжимаются в её бёдра, не оставляя места для сомнений.       Он прервал поцелуй, чтобы проложить дорожку из быстрых, жарких поцелуев вдоль её челюсти, к мочке уха, вниз по шее. Она запрокинула голову, ударившись затылком о мягкую обивку тренажёра, и издала звук, от которого у Тэхёна помутилось в голове.       — Ты понятия не имеешь, — прошептал он ей в шею, — как я хотел коснуться тебя.       Поцелуй всё длился и длился, и Тэхён чувствовал, как с каждой секундой тает последний остаток самообладания. Он сделал ещё шаг, другой, не отрываясь от её губ, пока сзади не наткнулся на широкое сиденье тренажёра.       Он опустился на него, не размыкая объятий, и Нанхи оказалась у него на коленях, верхом, лицом к лицу. В таком положении она стала выше него и это давало ей чувство власти. Она провела ладонями по его плечам, сжимая их, и он откинул голову на спинку тренажёра, смотря на неё снизу вверх тяжелым, потемневшим взглядом.       — Сними это, — сказал он хрипло, и его пальцы сами потянулись к краю её топа.       Она медленно, глядя ему прямо в глаза, скрестила руки на животе и потянула ткань вверх. Топ скользнул по телу, обнажая живот, рёбра, а затем и грудь, обтянутую кружевным лифом. Тэхён замер, забыв дышать.       — Ты специально надела это в тренажёрный зал? — спросил он, проводя кончиками пальцев по краю кружева, едва касаясь.       — А ты специально притворился тренером, чтобы прикасаться ко мне? — парировала она с улыбкой.       Он усмехнулся в ответ, но смех тут же замер, когда его ладони легли на её грудь поверх лифа. Он не торопился: сначала обводил форму, чувствуя тяжесть и тепло, сжимал пальцами, чуть сильнее, чем нужно, и смотрел, как меняется её лицо.       — Я притворился тренером, — сказал он низко, — потому что увидел тебя и потерял рассудок.       Она накрыла его руки своими, сжала их, показывая, как хочет, чтобы он давил сильнее.       — А теперь? — прошептала она.       — А теперь я хочу снять это.       Он потянул кружево вниз, и её грудь освободилась, оказавшись перед его лицом. Он не мог отвести взгляда — идеальная форма, розовые соски, уже напряжённые от возбуждения. Или от того, как он смотрел на неё.       — Такая красивая, — выдохнул он.       Он наклонился и провёл губами по её ключице, спускаясь ниже, к ложбинке. Она вздохнула, запрокидывая голову, и её пальцы запутались в его волосах, направляя. Когда его рот поймал сосок, она выгнулась, прижимаясь к нему плотнее, и из её губ вырвался протяжный стон.       — Тэхён…       Он обводил сосок языком медленно, чувствуя, как он твердеет, как подрагивает её тело. Его рука легла на другую грудь, сжимая, пощипывая, играя. Она кусала губу, стараясь сдержать звуки, но когда он слегка прикусил сосок, с губ сорвался всхлип.       — Ты слишком громкая для пустого зала, — прошептал он, отрываясь от неё.       — Тогда заткни меня.       Он усмехнулся, но вместо того чтобы снова её поцеловать, потянулся к своей майке. Схватил её сзади за ворот и стянул через голову одним движением, отбрасывая куда-то в сторону.       Нанхи замерла.       Она видела его руки раньше: мощные предплечья с проступающими венами, широкие ладони, которыми он касался её на каждом упражнении. Но теперь, когда он сидел перед ней без футболки, она могла разглядеть всё. Широченные плечи, мощная грудь, рельефный пресс, который сокращался при каждом его дыхании. И руки — его невероятные, огромные, умопомрачительные руки.       Она медленно провела пальцами по его бицепсу, обхватила его, чувствуя твёрдость мышц под горячей кожей. Её ладонь скользнула выше к плечу, затем вниз по предплечью, где выступали вены, и она задержалась, обводя их кончиками пальцев.       — Боже, — прошептала Нанхи. — Твои руки.       — Нравится? — спросил он низким голосом, следя за каждым её движением.       — Они такие… — она не подбирала слов, просто сжимала его бицепс обеими руками, наклоняясь, чтобы разглядеть лучше. — Такие сильные. Я хочу чувствовать их везде.       Он перехватил её руки, сжимая их в своих ладонях, и она вдруг осознала контраст — его огромные руки полностью накрывали её кисти, такие тонкие в сравнении.       — Ты даже не представляешь, — сказал он, и его голос стал ниже, — как я сдерживался на каждом чёртовом подходе. Когда ты приседала, и я должен был касаться твоих ног, а хотел…       Он не договорил. Вместо этого он разжал её руки и провёл ладонями по её бёдрам вверх, сжимая их, затем скользнул к талии, обхватил её, поставил большие пальцы на рёбра, почти под грудью.       — Я хотел сделать это, — сказал он, и его руки скользнули выше, накрывая её грудь полностью, сжимая её так, как она хотела.       Она выгнулась, подаваясь в его ладони, и застонала громче.       — И это, — он провёл большими пальцами по соскам, сжимая их.       Она вцепилась в его плечи, оставляя красные следы ногтями.       — И когда ты наклонялась в румынской тяге, — продолжил он, и его руки скользнули по её спине вниз, к ягодицам, сжали их, притягивая её бёдра к своим, — я хотел прижать тебя к себе так, чтобы ты чувствовала, что со мной происходит.       Она почувствовала. Сквозь ткань его шорт и свои леггинсы она ощутила, какой он твёрдый, как напряжён. И это заставило её бёдра двинуться навстречу, медленно, дразняще.       — Раздень меня, — прошептала она ему в губы.       Просить дважды не надо. Его пальцы нащупали край её леггинсов на талии, и он потянул их вниз вместе с бельём одним резким движением. Она приподнялась на коленях, помогая ему, и в следующую секунду ткань упала куда-то на пол, оставляя её полностью обнажённой, сидящей на нём верхом.       Тэхён откинулся на спинку тренажёра, разглядывая её. Весь свет зала, казалось, сосредоточился на ней, на изгибе её талии, на бёдрах, на том, как она сидит на нём, не скрывая ничего.       — Ты, — сказал он медленно, проводя руками от её коленей вверх по бёдрам, оставляя дорожку из мурашек, — самая сладкая женщина, которую я когда-либо видел.       Она провела пальцами по его груди, спускаясь ниже, к животу, к поясу его шорт.       — Тогда, — сказала она, медленно потянув шнурок, — покажи мне, что ты со мной хотел сделать всё это время.       Её рука скользнула внутрь, нащупала его член, и Тэхён зарычал, прикрывая глаза, сжимая её бёдра так, что на коже остались отпечатки пальцев.       — Ты сама напросилась, — выдохнул он, открывая глаза, и в них не было ничего, кроме дикого, необузданного желания. — Иди сюда, — прошептал он хрипло, обхватывая ладонями её грудь снизу.       Его большие ладони полностью накрывали её, пальцы утопали в мягкой плоти, и он сжимал их ритмично, то сильнее, то слабее, словно разминал, словно не мог насытиться текстурой. Нанхи выгнулась, подаваясь навстречу, и её соски коснулись его губ.       — Так понравилась моя грудь? — выдохнула она, и в её голосе смешались насмешка и удовольствие.       — Пиздец как, — ответил он без тени смущения. — С первого взгляда. Когда ты появилась, я смотрел только на них.       Он наклонил голову и взял сосок в рот, медленно, смакуя. Язык обводил ареолу круговыми движениями, то надавливая, то едва касаясь, и она вздрагивала каждый раз, когда он менял ритм.       — Такая сладкая, — проговорил он, переключаясь на другую грудь. — Такая мягкая. Я могу целовать их часами.       — Часами? — она попыталась усмехнуться, но смех превратился в стон, когда он слегка прикусил сосок.       — Часами, — подтвердил он, обводя губами. — Днями.       Он поднял голову, встречаясь с ней взглядом, и в его глазах было что-то серьёзное, несмотря на ситуацию. Его руки всё ещё лежали на её груди, большие пальцы гладили соски круговыми движениями.       — Я серьёзно, — сказал он тихо. — Ты даже не представляешь, как долго я буду сходить по ним с ума.       Нанхи накрыла его руки своими, сжимая их так, чтобы он давил сильнее.       — Посмотри на них. Такие красивые. Красные от моих поцелуев.       Она опустила взгляд и увидела как кожа вокруг сосков покраснела, влажные следы его губ блестели в свете зала, а соски были напряжены и набухли.       — Это ты сделал, — прошептала она.       — Да, — ответил он, наклоняясь, чтобы провести языком по одному соску, затем по другому. — Я. И я не остановлюсь.       Он снова взял её грудь в рот, и его руки скользнули вниз, наконец-то достигая того места, где она ждала его больше всего. Она вскрикнула, выгибаясь, и её крик смешался с тихим смехом Тэхёна, который прозвучал у её груди.       — Тихо, — прошептал он, — зал всё ещё пустой, но стены тонкие.       Она закусила губу, стараясь сдержать стоны, но когда его пальцы нашли её клитор, а губы продолжали ласкать её грудь, сдерживаться стало невозможно. Она вцепилась в его плечи, царапая кожу, и чувствовала, как каждое его движение языком, губами, пальцами, сливается в единую пульсирующую волну дикого удовольствия.       — Тэхён, — выдохнула она, — я сейчас…       Он поднял голову, глядя на неё сверху вниз, и его пальцы не остановились ни на секунду.       — Смотри на меня, — сказал он, и его голос был командой. — Я хочу видеть твоё лицо.       Она смотрела на него, как он просил, чувствуя, как напряжение достигает предела, и когда волна накрыла её, из её губ вырвался долгий, дрожащий стон. Тэхён не отводил взгляда, наблюдая за каждым её движением, за тем, как меняется её лицо, как расширяются зрачки, как она теряет контроль.       Он наклонился и поцеловал её грудь в самый последний момент её разрядки, вбирая сосок в рот, и она кончила с его губами на своём теле, чувствуя, как мир вокруг плывёт. Когда её дыхание начало выравниваться, он поднял голову, улыбаясь той самой медленной, опасной улыбкой.       — А теперь, — сказал он, и его пальцы, всё ещё мокрые от неё, сжали её грудь, оставляя влажный след, — я хочу услышать, как ты будешь стонать, когда я войду в тебя.       Он ловко перевернул девушку, усадил её к себе на колени, спиной к своей груди. Тренажёр под ними широкий, устойчивый, а перед ними зеркало во всю стену.       Тэхён обхватил её за талию, приподнимая, усаживая удобнее, и она почувствовала его бёдра под своими ягодицами. Его дыхание было горячим у её плеча. Его руки скользнули вниз по её бёдрам, разводя их шире, и она увидела в зеркале, как её ноги раскрываются перед ним, как его пальцы вдавливаются в нежную кожу внутренней стороны бедра, как его крепкий и уже пульсирующий член показался между её ногами.       Она откинула голову назад, на его плечо, и почувствовала, как он вошёл в неё — одним движением, глубоко. Из её груди вырвался звук, который она не сдерживала: громкий, протяжный стон, отразившийся от стен пустого зала.       — Да, — выдохнул он ей в ухо, и его голос был низким, хриплым. — Не сдерживайся.       Он начал двигаться. Медленно сначала, позволяя ей привыкнуть, но каждое его движение было глубже предыдущего, и её стоны становились громче. Она чувствовала, как он заполняет её целиком, как её тело раскрывается перед ним, под него. Его руки легли на её грудь, сжимая, и она вскрикнула, глядя в зеркало на то, как его пальцы утопают в её плоти. Он мял её грудь в такт движениям: сжимал, когда входил, расслаблял, когда выходил, и этот ритм заставлял её терять голову.       — Быстрее, — выдохнула она, и он послушался.       Его бёдра задвигались быстрее, жёстче. Тренажёр под ними начал тихонько поскрипывать, но ни он, ни она не слышали этого, только звуки их тел, её стоны, его рык. Она была громкой. Она знала это. И ей было всё равно. Его одна рука скользнула с её груди вниз, пальцы нашли клитор, и Нанхи закричала. Не застонала — закричала, потому что ощущения были слишком острыми после первого оргазма, слишком сильными. Он двигался внутри неё, его пальцы кружили там, внизу, и её тело сжималось вокруг него, не отпуская.       — Тэхён! — его имя сорвалось с её губ громко, эхом разлетелось по залу.       Он прижал её к себе крепче, его рука на груди сжалась так, что она выгнулась в его руках, и он задвигался ещё быстрее. Его бёдра вбивались в неё с такой силой, что она подпрыгивала на его коленях, и каждый толчок выбивал из неё новый крик.       — Да, да, да! — она уже не говорила, она выкрикивала это, с каждым его движением.       В зеркале она видела себя растрёпанную, раскрасневшуюся, с открытым ртом, с глазами, полными слёз удовольствия. И его за своей спиной, его напряжённые руки, его широкие плечи, его лицо, искажённое желанием.       Он наклонил голову и впился губами в её шею, покусывая, засасывая кожу, и она застонала ещё громче, чувствуя, как его зубы оставляют след. Его рука между её ног двигалась всё быстрее, и она чувствовала, как напряжение нарастает, как всё внутри неё сжимается. Нанхи кончила с криком, который, казалось, разбил зеркало перед ней. Её тело выгнулось в его руках, спина вжалась в его грудь, голова откинулась назад на его плечо, и она чувствовала, как её мышцы сжимаются вокруг него с невероятной силой, как она пульсирует, как волны удовольствия проходят через неё одну за другой, не давая передышки.       Но он не остановился.       Он продолжал двигаться внутри неё. Жёстко. Быстро. Не давая ей ни секунды на восстановление.       — Тэхён… я не… — попыталась выдохнуть она, но слова превратились в слабый, измождённый стон.       Её тело обмякло. Мышцы, которые только что были напряжены до предела, расслабились полностью, и она почувствовала, как теряет контроль над собой. Её руки бессильно упали с его предплечий, голова свесилась на грудь, ноги задрожали и разъехались ещё шире. Она обвисла в его руках, как кукла, не в силах даже держать спину прямо.       Но его руки держали её.       Тэхён перехватил её за талию, прижимая к себе, и его пальцы впились в её бёдра, фиксируя её тело в нужном положении. Теперь она была полностью в его власти обмякшая, беззащитная, чувствительная до боли, и он продолжал входить в неё снова и снова.       — Не могу… — прошептала она, но её губы почти не двигались. — Слишком…       Он не слушал. Или слушал, но не мог остановиться. Его бёдра вбивались в неё с такой силой, что её тело подпрыгивало на его коленях, и каждый толчок отдавался в её перенасыщенном, гиперчувствительном теле новой волной удовольствия, которое граничило с болью, но не переходило эту грань.       — Тэхён, — прошептала она, но это имя потерялось в её непрерывном стоне.       Он зарычал. Низко, глухо, и этот звук вырвался из его груди одновременно с тем, как он вошёл в неё последний раз — глубоко, до предела, прижимая её ягодицы к своим бёдрам так сильно, что она вскрикнула сквозь стон.       А потом что-то щёлкнуло в нём. В один резкий, судорожный миг он приподнял её за бёдра, отрывая от себя, и его член выскользнул из неё с влажным, хлюпающим звуком. Нанхи не успела даже охнуть только беспомощно выгнулась в его руках, когда он отстранил её от себя. Он кончил. Его тело напряглось, мышцы живота свело, бёдра непроизвольно дёрнулись вперёд, хотя она уже была не на нём. Первая горячая струя брызнула куда-то на живот, вторая — на внутреннюю сторону бедра, третья — куда-то на тренажёр, он уже не видел куда.       Его глаза были закрыты. Он вообще ничего не видел. Только чувствовал, как его тело выгибается, как мышцы сокращаются снова и снова. замер. Его руки ослабили хватку, пальцы, только что впивавшиеся в её бёдра, теперь гладили их мягко, успокаивающе, словно извиняясь за грубость. Она чувствовала, как его губы прижались к её плечу, Тэхён не целовал, просто касался, тяжело дыша.       Она смотрела в зеркало пустым, затуманенным взглядом. Его руки всё ещё были на ней. Её тело всё ещё было в его руках. Красные следы от его пальцев на её бёдрах, на груди, след от укуса на плече — всё это было здесь, в отражении, как картина, которую она не могла перестать рассматривать.       Нанхи попыталась пошевелиться, но тело не слушалось. Мышцы отказывались работать, и она снова обмякла в его руках.       — Я держу тебя, — прошептал он ей в плечо, словно прочитав её мысли. — Я держу.       Она закрыла глаза, позволяя себе провалиться в это состояние — между сном и реальностью, между удовольствием и изнеможением. Она не знала, сколько времени прошло. Минута. Пять. Десять. Она просто дышала, чувствуя, как его дыхание постепенно выравнивается у её плеча, как его руки успокаивающе гладят её бёдра, её живот, её грудь уже не возбуждая, а успокаивая.       — Ты как? — спросил он тихо, и его голос был мягким, почти испуганным.       Нанхи хотела ответить, но из её горла вырвался только слабый, смеющийся выдох.       — Ммм, — промычала она, и этот звук был ответом на всё.       Он улыбнулся в её плечо, и она почувствовала эту улыбку кожей. Его руки обняли её крепче, прижимая к себе, и в этом объятии не было ничего, кроме нежности. Тэхён осторожно снял её с себя, чувствуя, как её тело всё ещё обмякшее, почти невесомое в его руках. Она слабо пискнула, когда он подхватил её на руки — одну руку под спину, вторую под колени, прижимая к груди. Её голова упала на его плечо, и она не открывала глаз, только улыбалась уголками губ.       — Неси меня домой, — пробормотала она сонно.       — Сначала душ, — усмехнулся он и направился к выходу из зала.       Он знал, где здесь женская раздевалка, Сунхо показывал, когда проводил экскурсию по комплексу. Тэхён толкнул дверь ногой, и они оказались в небольшой комнатке, дальше начиналась зона с душевыми кабинками. Он занёс её внутрь, поставил на ноги, придерживая за талию, пока она не нашла равновесие.       — Справишься? — спросил он, глядя на неё сверху вниз.       Нанхи открыла глаза. Она смотрела на него, и в её взгляде мелькнуло что-то тёплое, почти нежное.       — Дай мне пару минут, — ответила она тихо.       Он кивнул и уже хотел развернуться, чтобы выйти, как она вдруг подалась вперёд и быстро, едва касаясь, чмокнула его в уголок губ. Такой лёгкий, мимолётный поцелуй, совсем не похожий на то, что было в зале.       Она отстранилась, и в её глазах заплясали смешинки.       — Знаешь, я не знала, что в мой абонемент входил секс с айдолом, — сказала она, и ярко улыбнулась. — Может, стоило брать годовой?       Тэхён усмехнулся, заправляя ей за ухо растрёпанную прядь.       — Это только разовое предложение, — сказал он, наклоняясь к её уху. — Но если хочешь продлить… боюсь, придётся доплачивать.       Она фыркнула и легонько толкнула его в грудь.       — Пошляк.       Он поймал её ладонь, прижался к ней губами на секунду и, не удержавшись, добавил:       — Ещё какой.       Нанхи покачала головой, всё ещё улыбаясь, и скрылась за дверью душевой. Тэхён постоял ещё мгновение, слыша, как зашумела вода, затем развернулся и вышел из раздевалки. Он шёл по залу, подобрал свою одежду, натянул майку через голову, всё ещё чувствуя на своей коже её запах, всё ещё ощущая её тепло в своих руках. Мысли путались, и он не сразу заметил фигуру у входа в тренажёрный зал.       Ма Сунхо стоял, скрестив руки на широкой груди, и смотрел на Тэхёна с выражением лица то ли отражающим злобу, то ли осуждение. Его бровь была приподнята, губы сжаты в тонкую линию, но вдруг появилась улыбка.       Тэхён замер на месте, чувствуя, как кровь приливает к лицу.       — Сунхо… — начал он, но блогер поднял руку, останавливая его.       — Не надо, — сказал Сунхо. — Я всё слышал.       Тэхён открыл рот, закрыл, чувствуя, как уши начинают гореть.       — Я… мы думали, что зал пустой. Ты же не выходил на связь.       — Меня здесь и не было, — спокойно ответил Сунхо. — Сначала я зашел в подсобку, разбирал инвентарь после турнира. А потом… — он сделал паузу, и его бровь поднялась ещё выше, — потом было уже поздно выходить. Неудобно как-то.       Тэхён прикрыл глаза, мысленно проваливаясь сквозь землю.       — Сунхо, прости, я…       — Ты знаешь, — перебил его Сунхо, и теперь в его голосе отчётливо слышалась усмешка, — когда я оставляю тебе пустой зал, я ожидаю, что ты будешь использовать тренажёры по назначению. А не устраивать кардио с моими подопечными.       Он специально выделил слово «кардио», и Тэхён засмеялся, закрывая лицо рукой.       — Боже, Сунхо…       — А эта девушка, — продолжил блогер, не сдерживая уже улыбки, — записана ко мне на персональную тренировку. Которую я, как выяснилось, просто проспал.       Тэхён опустил руку и посмотрел на друга. Сунхо стоял, всё ещё скрестив руки.       — Проспал? — переспросил Тэхён.       — Ну да, — пожал плечами Сунхо. — Вчера с ребятами с турнира засиделись, отмечали. Проснулся, смотрю — сообщение от клиентки, что она в зале и ждёт тренера.       Тэхён выдохнул, качая головой.       — И сколько ты там стоял?       — Да почти с самого начала, — Сунхо сделал паузу, и его улыбка стала шире. — Признаться, я даже не знал, что на жиме можно издавать такие звуки.       — Сунхо! — Тэхён дёрнулся, чувствуя, как лицо заливается краской.       Блогер расхохотался, хлопая себя по бедру.       — Ладно, ладно, не переживай. — Он подошёл к Тэхёну и хлопнул его по плечу. — Главное, что она в восторге. Я такого довольного лица после тренировки ещё не видел. Может, мне тоже попробовать такую методику?       — Я убью тебя, — строго сказал Тэхён, но улыбка всё же прорвалась.       Сунхо посмотрел на него с теплотой.       — Иди уже, артист. Я тут сам разберусь. И в следующий раз, когда хочешь использовать мой зал для свиданий, хотя бы предупреждай. Я тогда наушники захвачу.       Тэхён покачал головой, всё ещё улыбаясь.       — Спасибо, что не вошёл.       — Да пожалуйста, — Сунхо махнул рукой. — Смущать вас было бы совсем не по-дружески. Но завтра жду тебя на нормальную тренировку. Без отвлекающих факторов.       — Договорились, — кивнул Тэхён, направляясь к выходу.       Он уже взялся за ручку двери, когда Сунхо окликнул его:       — И, Тэхён?       Он обернулся.       Сунхо улыбался, скрестив руки на груди.       — Абонемент ей я, наверное, продлю. Бесплатно. За рекламу.       Тэхён закатил глаза, но усмехнулся и вышел в коридор, оставляя друга в пустом зале, где всё ещё витал слабый запах духов, тяжёлого дыхания и чего-то очень похожего на начало чего-то нового.