Наши Ошибки

Он аккуратно дотронулся до моих губ, пытаясь поцеловать, но я отстранилась. Как я до такого дошла? Спросите вы. А я и сама не знаю. *** Собрание прошло успешно — меня даже похвалили за плодотворную работу. Но вот что случилось после… — Меня поражает, как ты работаешь с этим ублюдком. Он явно не самый приятный человек на планете, но с тобой ведёт себя паинькой. Что ты с ним сделала, Риммель? — Билл явно подтрунивал надо мной, но я не обращала внимания. К тому же ему тут же ответил Дан: — О, если бы ты знал, мой дорогой Билли, ты бы упал в обморок! Наша ромашка его запугала! — И как, если не секрет? — неожиданно вмешался чёртов Харден. Грейс недовольно сверкнула на него глазами, а Дан продолжил: — Она его ударила — и, видимо, неслабо. Парень лишнего слова сказать боялся. Мимоходом я подумал: «Чёрт, с кем я работаю?», но потом осознал, что это… — Драко Люциус Малфой! — громогласно объявил парень из департамента по ловле нарушителей. — Нарушил правила своего нахождения дома. Его доставили в аврорат для дальнейшего разбирательства. Просили передать его, кхм… — парень замялся, — надзирателю, — глухо и без всякого выражения произнёс Кэм — кажется, его звали именно так. Все, кто находился в кабинете, откровенно и громко заржали. Даже Фил! Фил Харден! Ржал как конь и не стеснялся, хотя всю неделю притворялся правильным и строгим копом. Уголки губ Грейс едва заметно приподнялись, но тут же опустились — она зло посмотрела на парня из департамента. Он уловил этот взгляд и понял: испытывать удачу не стоит. Легенды о Таинственной Риммель ходят по всему министерству. — Извините, мэм, это давняя шутка. Так принято, когда… — начал он, но Грейс перебила: — Я уже поняла, что ничего серьёзного в своей работе вы не видите. Можете идти. И передайте своим подопечным, чтобы мистера Малфоя привели сюда целым — без шуток с одной рукой или ногой, — едко добавила девушка. — Есть, мэм! — и он удалился. — Да ты строгая, женщина! Огонь! — Откуда знаешь про шутки? — поинтересовался козёл Харден. — Да так, просветили. Спустя пару минут в кабинет вошёл Драко Малфой. Он шагал с кислой миной и выглядел… потрёпанным. — Что с тобой? — Ничего, — буркнул он себе под нос. — Да, я вижу. Садись… *** — Что? — Ты прекрасно слышала, что я сказал. Не заставляй меня повторять ещё раз. — Нет‑нет, Грейси, заставь его это повторить! Мы не досмеялись! Кабинет вновь наполнился мужским смехом. Смеялся только Дан — остальные лишь ехидно улыбались. — Просто я не могу никак понять: как? Ну как? Малфой думал, что Риммель на самом деле тоже находит ситуацию смешной, но просто не хочет этого показывать. Двумя часами ранее: «В плане, который мы разработали вместе с Паркинсон и Гринграсс, идеально было всё — кроме пункта про вишню. Вернее, вишня тут совершенно ни при чём. Она стала жертвой мстительной Паркинсон ровно так же, как и я. Дело в дополнительном времени, которое мне нужно было, чтобы очаровать Грейс. На самом деле проще было бы подлить Риммель амортенции, но Пэнс посчитала это уголовщиной. Откуда она этого понабралась, я так и не узнал — и даже не пытался. Но я и сам понимал: с Риммель такие примитивные методы не пройдут. Она довольно сообразительная — сразу поймёт, что к чему. Так вот, вишня. Паркинсон ненавидит вишню с самого нашего общего детства. Её злопамятность когда‑нибудь её погубит — но дёрнул же меня чёрт тогда над ней посмеяться! Пэнс упала с вишни — прямиком на клумбу с цветами. У клумбы было металлическое ограждение… В общем, она получила кучу царапин, порвала новое платье и была дико зла на ветку, которая под её весом обломилась. Не то чтобы Пэнс была толстой — но после этого она не ела ничего целую неделю. Мы все — Блейз, Дафна, Тео и я — пытались её образумить, но она не разговаривала с нами столько же, сколько не ела. Потом в один из дней она заявилась в наш сад и пинала бедную вишню, пока у той не появились вмятины на стволе. И целый вечер после этого ходила и хихикала. Одному Забини известно, что с ней тогда произошло и почему она передумала падать в обмороки от голода. Ведь именно он пришёл к ней в особняк, чтобы поговорить ещё раз. Вернёмся к вишне. Она растёт рядом с забором, а её ветви выходят за пределы территории Малфой‑менора. Поскольку я на домашнем аресте, мне нельзя выходить за территорию дома. То, что я залез на дерево и тем самым вышел за пределы территории, можно было трактовать как нелепое недоразумение. — И как я это объясню Риммель? — Ну, допустим, ты скажешь, что захотел насладиться чудесным вкусом вишни. Насколько я помню, это твоя любимая ягода, — едко ответила Паркинсон. — А почему он не поручил это домовикам, к примеру? — парировала Дафна. — А потому что он отвык от домашних дел и решил размяться! — ловко гнула свою линию девушка. — И вообще, это его проблемы. Самое главное, что тебе дадут примерно 60 часов исправительных работ, которые будет курировать эта сладкая девочка! — Боже… — Но почему ты так уверена, что это сработает? — поинтересовалась Гринграсс. — Не зря же я сдавала экзамен по магическому праву! — всплеснула руками Пэнс. *** — Лезь давай! — Молчи, Паркинсон, лучше молчи, — кряхтел Малфой. Поднимаясь всё выше, Драко всё больше терял опрятный вид. Ветки прогибались под его весом. Дафна наблюдала за этим цирком, нахмурившись и прикрыв рот руками. И вот, почти достигнув цели, парень поставил ногу на ветвь, опершись всем телом на более сильную ветвь, выходящую из ствола… Ветка хрустнула. Нога соскользнула — и Драко полетел вниз, за территорию Малфой‑менора. — Дафна, бежим! — бросила Паркинсон и рванула в дом. Гринграсс не стала отставать и убежала следом.» Продолжение следует…