Беспричудный. "𝑆𝑒𝑟𝑣𝑜"

***

Я уже привык

И даже улыбаюсь!

***

Медленно открыв глаза. я очутился на своей собственной кухне, точнее, прямо на входе в неё я посмотрел на электронные часы. Но время показывалось настолько размыто, что я не смог разобрать цифры. - Я же вроде находился в комнате? Как давно я на кухне нахожусь..? Голова болит, да и в глазах всё расплывается. Бормотал я себе под нос. Я ощущая панику в темноте своего же дома. Не успел я и шагу вперёд сделать, как внезапно послышался совсем рядом со мной мой же телефонный рингтон. Идя на звук и свечение экрана, я его отыскал. Он находился на столешнице. Звонил абонент «Мама». Я взял телефон в руки и быстрым нажатием кнопки ответил на звонок. – Ало, да мам? Ты.. У тебя всё хорошо? – В ответ была лишь удушающая тишина, и в добавление к этому стойкое ощущение, будто я стою не на своей кухне, а в тёмном куполе неизвестности, давящей своей атмосферой. Напряжение по всему телу, голова раскалывается и полное отсутствие понимания происходящего – это всё описывало моё состояние в данный момент. После нескольких секунд молчания я снова решил заговорить. – Мам? У тебя всё хорошо? Ты у тёти Мицуки? – В моём голосе ясно слышалось волнение и нервозность. Но в ответ снова была тишина, мрачная, напрягающая. Через секунд тридцать наконец раздался голос по ту сторону звонка. – Изуку, хватит портить всем жизнь. Ты испортил мою жизнь.. И портишь жизнь остальным! Из-за тебя моя жизнь – это кошмар. Её голос был холоден, идентичен голосу моей матери, но без обычной, свойственной ей теплоты. Лишь холод, холод, что пробирал до мурашек, холод, что я никогда не слышал от неё. Мои руки дрожали, в горле ком, я не знал и не мог на это никак ответить. Я был в ступоре. У меня не было даже мыслей, в голове был лишь звон и пустота. Я смотрел вперёд. Мои глаза начали слезиться, но я не смог даже вытереть начинающие вытекать из моих глаз слёзы. Как голос моей мамы снова донёсся из моего телефона. – Изуку, я до безумия хотела ребёнка, но не тебя. Из-за тебя ушёл мой муж, я теряла множество работ и постоянно сталкивалась с осуждением, лишь из-за тебя! Я старалась давать тебе всё, что ты бы хотел, но сейчас.. Я устала, я не хочу тебя видеть и слышать. Сделай хоть что-то хорошее мне, своей Матери. Исчезни из моей жизни. На этом телефонный звонок оборвался. В этот момент я лишь с пустым взглядом смотрел на телефон, на сброшенный вызов, на свои дрожащие руки и капли моих слёз на дисплее. Этот звонок, по ощущениям, длился целую вечность. А на самом деле продлился всего пять минут и тридцать шесть секунд. Из моих рук выпал телефон, ударившись об пол тупым звуком. А после телефона упал и я. Свернувшись калачиком, сидя на коленях с опущенной головой, закрывая лицо руками, я дышал прерывисто, а тело сотрясалось рыданиями. Я рыдал, но не слышал этого. Слёзы льются как реки, я не мог даже вдохнуть, да и слышал я лишь звон в ушах. Вина и бесполезность были настолько сильно ощущаемы, что я и не заметил, что вместо уже привычной тёмной кухни, что казалась мне куполом мрака, я оказался на той самой крыше. И тут.. Всемогущий? Не успел я и оглянуться по сторонам, как Герой Номер Один начал говорить со мной, смотря мне в глаза: – Снова ты? – раздражённо вздохнув, он продолжил. – Чёрт тебя бери, пацан. Я ясно тебе уже сказал: тебе. Не. Быть. Героем. Ни-ко-гда. Хватит мучить себя пустыми надеждами. Ты вообще замечал, насколько жалко ты выглядишь? Будь моя воля, я бы даже не говорил с тобой. Ты мусор в мире причуд. – Он смотрел на меня с таким презрением, с такой ненавистью, а говорил это с такой неприязнью и раздражением, что я вновь застыл. Я снова ничего не мог сказать, совершенно. Я мог лишь молча смотреть на того, кто был для меня всем. Даже мой кумир считает меня мусором! Нет... Даже символ мира считает, что я ничто в этом мире.. Я опустил глаза в пол, на котором я всё так же сидел, сгорбившись. Мои мысли были полны отчаяния, ненависти ко всему происходящему и отвращения. Я выглядел столь жалко, что самому было тошно. Не успел я снова посмотреть на Символа Мира, как провалился сквозь пол.

***

Я внезапно вскочил, держась за бешено колотящееся сердце, и покрылся холодным потом. Я не мог нормально дышать и совершенно не понимал, где нахожусь. В таком состоянии прошло около пяти или десяти минут, а по ощущениям пара столетий. За это время я смог лишь проморгаться и понять, что нахожусь в своей комнате. Стены, увешанные плакатами Всемогущего, казались насмешкой над этим отвратительным кошмаром. Каждый его мускулистый силуэт, каждая его улыбка — всё это теперь было пропитано отвращением. Я чувствовал себя так, будто меня вывернули наизнанку, оставив на обозрение всю мою никчёмность, как и в общем каждый до этого день в школе. «Мусор в мире причуд». Эти слова эхом отдавались в голове, заглушая даже биение собственного сердца. Я всегда, всю свою жизнь.. Я стремился быть похожим на него, на Всемогущего... На Символа Мира. Его слова были для меня законом, его одобрение — высшей наградой. А теперь.. Теперь он сам сказал, что я не достоин даже его внимания. Что я — ничто. Да, может, это было во сне. Но ведь в реальности он сказал нечто похожее?.. Я посмотрел на свои руки. Они дрожали. Не от страха, а от какой-то внутренней дрожи, от осознания того, насколько я слаб, насколько беспомощен.. Я всегда знал, что у меня нет причуды, что я отличаюсь от других. Я никогда не смог бы стать как Кач... Кацуки, но я верил, что это не помешает мне стать героем! Я верил в силу духа, в упорство, в то, что можно преодолеть любые преграды. Но Всемогущий… Он развеял эту веру в пух и прах! Слёзы снова начали капать, но теперь они были другими. В них теперь не только, отчаяние и боль, а ещё и слёзы ярости. Ярости на себя, на мир, на эту несправедливость. Почему я? Почему я порчу жизнь маме, да и вообще всем?! Почему именно мне досталась такая судьба? Почему я родился без причуды в мире, где причуды — это всё? Я решил встать с кровати и подойти к окну. Пошатываясь, я подошёл к нему, открыл его и начал глубоко вдыхать и выдыхать воздух. Медленно осматриваясь, я подмечал, что на улице был мрак, по ощущениям — около трёх часов ночи. Слабо освещённая уличными фонарями улица.. Она манила меня. Хотелось прямо сейчас выпрыгнуть из окна, лечь на траву, посмотреть на небо и... Я бы всё равно чувствовал себя чужим, отделённым от всех невидимой стеной. «Исчезни из моей жизни». Слова матери звучали в ушах, смешиваясь с презрением Всемогущего. Да, это был сон. Но если мама и правда так считает..? Это было слишком. Слишком много боли, слишком много разочарования. Я не мог больше этого выносить. Я снова рухнул на пол, обхватив колени руками. Я чувствовал себя таким маленьким, таким потерянным. Мир, который я знал, рухнул. Мои мечты, мои надежды — всё превратилось в пепел. И я не знал, как мне жить дальше. Как мне идти вперёд, когда я чувствую себя таким ничтожным? Я прикрыл глаза, пытаясь заглушить голоса в своей голове. Но они не умолкали. Они шептали мне о моей слабости, о моей никчемности, о том, что я никогда не стану героем. И в этой темноте, в этой тишине я чувствовал, как что-то внутри меня ломается окончательно. Внутри меня что-то ломалось, но это был не конец. Я не привык сдаваться.. Если я не могу официально быть героем, то я могу.. Неофициально? Это было начало чего-то нового, чего-то, что я ещё не мог понять и принять. То, о чём я и не задумывался.. Боль, которая разрывала меня на части, была слишком сильной, чтобы просто исчезнуть. Она была частью меня, как шрам, который остаётся после раны. Я вновь открыл глаза. Мрак за окном уже не казался таким пугающе-пленящим. Он был просто темнотой, которая скрывала в себе множество возможностей: возможность начать жить по-другому, возможность найти свой собственный путь, возможность стать тем, кем я всегда хотел быть, даже если никто другой в меня не верил, даже если об этом не будут знать. Встав на ноги, что слегка дрожали и были слабы, но всё же держа равновесие. Я подошёл к окну вновь, но на этот раз не для того, чтобы вдохнуть воздух в лёгкие. Я смотрел на улицу, на фонари, на тени, которые танцевали на асфальте. И я понял, что даже в самой глубокой темноте есть свет: свет надежды, свет силы, свет возможности. Мой свет. Я не знал, что будет дальше. Я не знал, как мне справиться с болью, с разочарованием, с чувством ничтожности. Но я знал одно: Я не сдамся. Я буду бороться. Я буду улыбаться, даже если всё плохо. Я буду искать свой путь. И я найду его. Потому что, даже если весь мир считает меня чужим, обязательно найдётся тот, кому я стану родным. И я буду жить своей жизнью, своей собственной жизнью, полной смысла и цели ради этого. Не ради того, чтобы быть героем, как работа, а ради того, чтобы помогать людям. Ох, точно! У меня даже появился друг! Точнее, подруга. Тога, она любит свободу и понимает меня, как минимум. Не осуждает меня за то, что я беспричудный. Нужно будет её спросить о её мечте и целях, может, мы сможем помочь друг другу в них! Я чувствовал воодушевление ровно до момента, пока мой организм не вспомнил о том, что я весь в синяках, садинах и ожогах. Слегка прошепев от нахлынувшей боли, я решил сходить на кухню за своим телефоном и выпить обезболивающее, ну и заодно проверить, дома ли уже моя мама. Я вновь посмотрел на тёмную улицу и, развернувшись, направился к выходу из комнаты, подметив снова взглядом плакаты. Я обдумывал их продать или хотя бы убрать в коробки. Всё же, для начала решив отыскать свой телефон и обезбол, я вышел из комнаты. Дойдя до кухни, я вновь посмотрел на часы: время было 5:36 утра. Мама в это время обычно уже на работу собиралась. Но её вещей не было в прихожей. Она так не пришла этой ночью. Найдя свой телефон на столешнице, полностью разряженным, я слегка разочарованно выдохнул и убрал его в карман. Дойдя до шкафчика над чайником, возле коробочек чая, я достал коробку с медикаментами и оттуда взял обезболивающую таблетку. Из чайника налил себе воду в стакан и выпил эту таблетку. Развернувшись, я снова отправился в свою комнату. На этот раз уже зарядить телефон и заодно убрать плакаты и другие вещи со своей комнаты в коробки. Раз уж заниматься всё равно так рано утром было нечем.