Обрывки

***

Сухость в горле, забитый нос, ноющая голова и скрученный живот — всё это навалилось разом на ещё не проснувшегося Итадори. Парень так и чувствовал злосчастный ком, будто кто-то набил ему горло ватой от чего хотелось немедленно встать и выдуть в себя хотя бы пол литра воды. Противный привкус во рту отдавал так, словно кто-то хорошенько протёр ему язык мокрой и давно сгнившей тряпкой. Малейшее движение отзывалось пульсирующей болью в висках, а тело ломило так, как если бы он намотал целый марафон по Токио. Духота и горячие лучи солнца из неоткрытого окна падали парню прям в лицо, от чего нехотя сильней сомкнул веки. И единственное, что ему щас хотелось больше всего, еще хоть немного поспать. — Ты ещё спишь?! — В комнату ворвалась Нобара, без какого-либо стука, как ураган. Звон в ушах усилился, а её голос будто выкрутили на максимум. — Вставай с кровати, балбес! Ты время видел?! Юджи зажмурился еще больше, искренне надеясь, что это сон, и если прикинуться мёртвым - она исчезнет. — Ты че, глухо-ой? — Нобара наклонилась прямо к его уху. — Фу! Как же от тебя несёт, алкаш! Свалил с моей кровати!!—Она нарочито закрыла нос и сильным толчком пробудила парня почти из мертвых. Юджи вскочил резко, словно ударило мощным разрядом тока и схватился за ухо, в котором ещё звенели её слова. Парень оглянулся вокруг, окончательно растерявшись: что он, чёрт возьми, забыл у неё дома, да ещё и спал на её кровати? Головная боль опять прошлась волной по всему телу и сейчас его тянуло просто рухнуть обратно, забить на всё и умереть до обеда. Но перед ним стояла разъярённая Кугисаки, а это, между прочим, сильнее любых обезболивающих. — К-Кугисаки?! Почему я у тебя дома? — Хриплым голосом произнес он, встревоженно смотря на подругу. Нобара удивлённо моргнула, не сразу сообразив, о чём Юджи вообще говорит. И тут же дерзко усмехнулась. — Ты что, реально не помнишь, чем занималась звезда вечера? —  Рассмеявшись, она села на кровать, и вся злость Нобары моментально испарилась. Итадори задумчиво уставился на неё, но понял только одно, что его мозг еще не готов даже к предсказуемой информации. Да и ведь не зря же говорят, что плохие воспоминания стираются психикой? Значит ему знать необязательно. — Давай потом… — простонал он. — Я знаю, ты сейчас расскажешь мне самую «незабываемую» ночь. И это…— Протянул слова, видимо, высматривая ее реакцию.—  Можно попить? Нобара тяжело выдохнула, словно юноша попросил не обычную воду, а новый телефон, который он как раз тем же вечером и разбил, вспомнив об этом, она опять усмехнулась и нехотя поплелась на кухню. Юджи рухнул на кровать, сглотнув ком в горле словно из наждачки. Он лихорадочно пытался собрать хотя бы обрывки воспоминаний: бар, крики, танцпол… и всё… Дальше — пустота. Но гулкие шаги Нобары вернули его в реальность. Дама демонстративно отдала емкость в руки парня и вновь села рядом, уставившись на друга, пока Итадори жадно выпивал каждую каплю. —Вот смотрю на тебя и жалко аж становится.—Девушка подперла ладонью щеку и покачала головой.  —Почему?—Итадори допил воду, едва не поперхнулся, он протянул ей сосуд с выпитым, дабы повторить процесс, на что та проигнорировала и продолжила. —Я бы после такого позора месяц бы из дома не выходила. Он неуклюже поставил пустой стакан на стол, почти роняя его и с вопросом посмотрел на подругу. — Ты так налакался, что штаны сам не мог снять, чтобы в туалет сходить, — Нобара говорила спокойно, но от её тона становилось только хуже. — Приставал к взрослым женщинам, ударил какого-то парня, потом тебя вывернуло прямо на него, разбил свой телефон и… —Разбил телефон?!—Перебил он Нобару, начав судорожно перебирать постель—Где он? Через некоторое время поисков, телефон нашелся на тумбочке. От вида разбитого сотового у Итадори окончательно опустились руки. —Блин… Я же только недавно его купил!—Шикнул он, проводя пальцами по трещинам. В груди неприятно сжалось, на душе скрежетали кошки от мыслей, что он так долго копил на него. Откладывал с каждой своей небольшой зарплаты по чуть-чуть и в один «тупой» вечер все свои старания запорол, но слава богу, он хотя бы включался.   —А другое тебя не смущает?!—Удивлено спросила Нобара. —Смущает конечно!—Крикнул в ответ, садясь рядом с ней.—Ты сказала, что я ударил парня, мы с ним дрались? —Если это можно назвать дракой… —ухмыльнувшись проговорила девушка.—Он что-то сказал тебе, ты даже не стал разбираться и сразу двинул ему. Я уже собиралась тебя остановить, но ты в ту же секунду блеванул ему на куртку. Ты бы видел его лицо! Она не выдержала и громко рассмеялась, почти падая назад на кровать. Смех у неё был слишком заразительный, но Итадори только прикрыл лицо руками — ему действительно хотелось исчезнуть. Он не был тем человеком, который начинает драку первым. И уж точно не тем, кто устраивает подобное шоу с фонтаном на кого-то. От осознания становилось только хуже, а стыд накрывал волной. — Прости, Кугисаки… Я, наверное, столько хлопот вам доставил, — сказал он тихо, глядя на то, как она пытается успокоиться.  — Я больше никогда не буду пить… Нобара наконец взяла себя в руки, подавила остатки смеха и ладонью стерла тонкие дорожки слёз, блестевших на скулах. —Да хватит извиняться, честно, — фыркнула она, глубоко вдохнув, чтобы восстановить дыхание. —Я, наверное, никогда так не смеялась, как вчера. Хотя, признаю, стыдно было жутко!— ткнула пальцем ему в плечо. —Но тебе повезло, что и я была в хлам. Но больше я такого не допущу, слышишь? Юджи лишь кивнул, чувствуя, как неловкость снова расползается по телу. Он нервно потер затылок, будто пытаясь стереть все догадки о вчерашнем дне. Осмыслив всё и твёрдо пообещав себе пить только пиво, а не текилу смешанную с соджо в один убийственный напиток, ведь от подобных коктейлей мозги умирают не просто быстро — их будто выносят в мешке и сжигают. При таком раскладе IQ действительно мог уйти в отрицательные числа. Теперь, одна мысль об алкоголе вызывала внутреннее отвращение. —Вставай, надоел, — бодро скомандовала Кугисаки и уже шагнула к выходу. —Я кашу сварила. Давай, марш на кухню! Раз-два, раз-два! Когда её шаги растворились в коридоре, Юджи выдохнул, будто воздух весь этот час держал в груди. Горло неприятно сжало, в груди поднывало что-то тяжёлое. Стыд, злость на самого себя, усталость — всё вперемешку. В голове крутилась одна мысль: как он вообще умудрился так облажаться? Он ведь не идиот… обычно. И всё же сейчас чувствовал себя именно так. Парень опустил взгляд на одеяло, словно надеясь спрятаться под ним от реальности. Кровать была такой тёплой, почти спасительной. Встать с неё казалось испытанием, как будто весь мир давил на плечи. А впереди — холодный пол, Кугисаки с её бодрым маршевым шагом и день, который обещал быть длинным, как похмелье души. Юджи медленно поднялся, чувствуя каждую секунду этого утра, будто она тянулась через силу, и прошептал почти обречённо: «Ну и зачем я вообще пил…» Тёплый воздух, пропитанный свежим запахом только что сваренной каши, мягко скользнул по комнате и ударил Юджи в нос. Кухня была залита нежным утренним светом — он просачивался сквозь полупрозрачные тюли, дробился на мягкие блики и ложился на пол как тёплые брызги. В этой уютной картине стояла Нобара в смешной пижамной майке и штанах, с лёгким беспорядком в волосах, мирно потягивающая зелёный чай. Она прокручивала ленту новостей, то хмыкая, то тихо хихикая, то ворча сквозь зубы какую-то очередную гадость в адрес старых знакомых. Атмосфера была настолько домашней, что от неё почти физически становилось легче. Юджи подошёл к плите: открыл крышку и горячий пар мягко коснулся лица. Он молча начал накладывать кашу в две миски, иногда бросая взгляд на подругу, которая, кажется, уже успела испепелить кого-то взглядом в телефоне. —Ты видел, что Мива и этот придурок с хвостиком… как его… — Нобара приподняла брови, пытаясь вспомнить имя. —Мехамару, — отозвался Итадори, не оборачиваясь. —Вот, он. Короче, они поженились, прикинь! — Она сделала ещё один медленный глоток чая и, неожиданно посерьёзнев, бросила на Юджи взгляд, пока тот расставлял ложки и тарелки. —Да ну! Правда? Ну, круто же. Пусть будут счастливы, — Юджи наконец сел напротив, коротко поблагодарил за завтрак и начал есть, стараясь не шуметь ложкой. Нобара уставилась в экран телефона, потом снова на него, вздохнула так громко, будто пыталась отпугнуть весь мир. —Я тоже хочу себе парня… — пробурчала она, стуча ложкой о край чашки. —Ну почему все такие придурки?! Она надула губы, как ребёнок и сморщилась, Юджи едва заметно улыбнулся, но промолчал, потому что знал, что любое слово сейчас будет воспринято как повод начать лекцию об идиотах-мужчинах, а он к этому эмоционально не был готов. —Так ты сама всех распугиваешь! — всё-таки сорвалось у него, и поспешно сунул в рот ещё ложку каши, будто это могло защитить. — Ты никому даже шанса не даёшь, так что не надо потом жаловаться. Лицо Нобары моментально скривилось. А потом она, не моргнув, встала на ноги, опёрлась коленом на стол и через пару секунд уже тянулась к нему всем телом. —А ну иди сюда! — процедила она. Юджи попытался отодвинуться, но слишком поздно — её пальцы уже впились ему в нос, хватко и уверенно, как будто она тренировалась именно на этом захвате всю жизнь. Было так больно, что парень передумал как-либо спорить. —Ай-ай-ай! Кугисаки! — промямлил он, пытаясь отлепить её руку. Но девушка, конечно же, лишь сильнее закрутила. —Давно это ты стал знатоком в отношениях, а? — Нобара медленно сжала хватку ещё на пару миллиметров, почти торжественно проговорила. — Я, между прочим, ищу того самого! Чтобы на руках носил, обожал меня и вообще был идеальным. Так что у меня просто высокие требования! С этими словами она наконец отпустила его. Юджи выпрыгнул со стула, схватился за нос двумя руками и на секунду замер, будто проверяя, на месте ли всё вообще. Казалось, что если он отпустит — нос может просто свалиться на пол. —Дура… я и так весь побитый… Больно же! — протянул он, искренне обиженный, ещё и с похмельной чувствительностью. Нобара фыркнула, откидываясь на спинку стула с видом победителя. —Заслужил, — отрезала она, даже не глядя в его сторону, но уголки её губ дрогнули в ухмылке, явно наслаждаясь зрелищем.

***

Горячее летнее солнце висело над городом, будто специально решило прожарить всё вокруг. Лучи палили прямо в макушку, и от этой густой жары Юджи казалось, что с него вот-вот и пойдёт пар. Асфальт дрожал от тепла, воздух был сухой, вязкий, и от него хотелось чуть ли не выть. Ни одного облака — только бесконечное ослепительное небо. Юджи брёл по улице, словно во сне. С каждым шагом голова становилась тяжелее, мысли ускользали, разбегались, а воспоминания, наоборот, сами лезли — размытые и без контекста. Он помнил лишь фрагменты, как они с Нобарой и Мегуми зашли в один бар… потом в другой… как он и Кугисаки заставили Фушигуро оплатить вход в дорогущий ночной клуб — и тот, конечно не без сопротивления, но действительно заплатил. Помнил вкус коктейлей на текиле, слишком сладких, слишком бодрящих. А дальше — туман. Полнейшая темнота. И только один вопрос в голове: «Как я вообще выбрался оттуда живым?» Добравшись до остановки, он плюхнулся на металлическую скамейку, которая, на удивление, была такой горячей, что чуть не прожгла ему штаны. И тут телефон в кармане легонько завибрировал. Экран зажёгся — новое сообщение. От Мегуми. Грудь неприятно кольнуло, но одновременно внутри всё тепло как будто перевернулось. Мегуми Фушигуро:  «С тобой все нормально?» Юджи мгновенно оживился, даже выпрямился, словно получил заряд энергии. И не особо думая, на автомате написал: «Могло быть и лучше, ха-ха. Я сильно облажался?» Ответ пришёл быстрее, чем он ожидал: Мегуми: «Не знаю, я ушел через 10 минут после ваших криков на стойке.» Юджи оцепенел. Холодный пот выступил на висках. Сердце грохнуло о рёбра так резко, что он едва не подпрыгнул. Одна мысль проткнула голову словно гвоздь: «Только он не видел ничего лишнего…Только бы нет…» Пальцы дрогнули, когда он печатал: «Почему ушел?» Ответ — короткий, сдержанный:  «По работе.»  И всё. Никаких уточнений, никаких нотаций, никаких комментариев. Переписка оборвалась, а Юджи уставился в экран, ощущая, как сердце медленно сползает куда-то в живот. Он хотел спросить ещё тысячу вещей: «а ты точно ничего не видел?», «я сильно шумел?», «я там… ну… нормально себя вёл?..» — но понимал, что лучше не трогать. Сегодня на его долю и так выпало слишком много нервов. Он спрятал телефон обратно в карман, откинул голову назад и тяжело выдохнул в жаркое небо. Хотелось просто раствориться на этой остановке и стать частью плитки — лишь бы никто больше не напоминал ему о вчерашней ночи.