Tell Me the End at the Beginning / Скажи мне вначале, чем всё закончится

Гарри знает, что Гермиона свяжется с ним, как только получит больше информации. Он знает это, но его палочка всё ещё зудит в кобуре. Он решает, что единственный способ не раздражать её — это быть занятым, поэтому пробирается сквозь толпу в Косом переулке, чтобы завершить свои дела перед праздниками. Он отправляется в магазин «Всё для квиддича», чтобы забрать заказанную для Тедди тренировочную метлу, а затем ныряет в «Гринготтс» и, минуя очереди, садится рядом с гоблином, отвечающим за фонды и имущество, чтобы подписать документы о пожертвованиях в пользу сиротского приюта. Всё это время его колено подпрыгивает, а пальцы сжимаются в кулаки, и он изо всех сил старается не пойти в Департамент и выяснить, что происходит. Выходя из банка, он замечает на широких мраморных ступенях небольшую группу детей в кривобоких шапочках Санта-Клауса, фальшиво распевающих рождественские гимны. Бросив несколько сиклей в шляпу для сбора пожертвований, Гарри вспоминает, что Тедди прислал ему приглашение на школьную рождественскую службу. Ему хочется надеяться, что это может быть чуть более музыкально, чем попытки Луны. Мысли о Луне заставляют его вспомнить о больнице. И Драко. Для посещений пока слишком рано, но Гарри уверен, что сможет сделать что-нибудь ещё. Может быть, сходить в детское отделение или… Мерлин, что угодно, лишь бы занять свои мысли на пару часов. Он аппарирует в больницу Святого Мунго. В этом месяце Луна каждый день была похожа на новогоднюю ёлку, но сегодня она превзошла саму себя. Её светлые волосы собраны в пучок на макушке и украшены золотой звездой. Гарри думает, что если она будет стоять на месте слишком долго, кто-нибудь наверняка сунет подарок под подол её зелёной мантии. — Он правит миром, вместе с Рут и Грейс! О, Гарри! Как хорошо, что ты пришёл сегодня. Гарри хмурится: — Я прихожу каждый день. — Да, но сегодня для тебя особенно удачный день. У Белль дела идут неважно. У Гарри скручивает желудок. Белль каждый раз выглядит одинаково. Он обязательно гладит её бледную руку и расправляет покрывало перед уходом. Она кажется бледной, но день ото дня не меняется. — Что случилось? — Время, — пожимает плечами Луна. — Нехорошо оставаться в таком состоянии так долго, и, не зная точно, чему она подверглась, бедный Драко работает на износ. — Круглосуточно, — поправляет Мелинда. — Когда вы в последний раз были здесь, а его не было? Он, должно быть, очень устал. — Я просто… — Он в своём кабинете, — говорит Луна, не поднимая глаз. Гарри собирается возразить, потому что он мог бы закончить эту фразу как угодно, но она уже идёт дальше по коридору, словно разумная ель. Драко, должно быть, действительно очень устал, потому что, когда Гарри подходит к кабинету, его шестое чувство не срабатывает. Ожидая колкого замечания, Гарри замирает на пороге и секунду наблюдает за ним. Драко стоит к нему спиной, открывая высокий шкаф. Гарри осматривает крошечный кабинет. Шкаф новый. Как и вешалка для верхней одежды в углу, и лампа на столе, отбрасывающая тёплый свет на груды бумаг. Костюм Драко тёмно-синего, почти чёрного цвета. Гарри на мгновение задумывается, насколько идеально он сидит на его плечах. Кейси прав. Драко умудряется даже самую скучную одежду превратить в эротичную. Гарри уже собирается пошутить о том, что его охранные чары для запирания обеда немного чрезмерны, когда шкаф распахивается, и он в ужасе резко втягивает воздух. Драко испуганно оборачивается. Он выглядит таким же измождённым, как его описывала Мелинда: лицо землистого цвета, глаза потускнели, — но Гарри не может сосредоточиться на этом. Не сейчас, когда за спиной Драко виднеется содержимое шкафа. — Какого хрена, Драко? — Салазар, Гарри, у меня сейчас нет времени на всё это. Ты не можешь просто… Я не знаю, что за откровения посещают тебя в других местах, но мы можем обсудить это в другой раз? — Ты, наверное, здорово посмеялся вчера, когда я сказал, что знаю тебя, — выплёвывает Гарри. Драко хмуро смотрит на него. — Гермиона предупреждала меня, — злится Гарри. — Она сказала, что ты — единственное связующее звено между этими двумя делами, а я защищал тебя! Взгляд Драко становится убийственным. — Объяснись! — рявкает он. — Я?! — Гарри не верит своим ушам. — А как насчёт того, чтобы ты объяснил, почему у тебя в личном кабинете есть шкаф, запертый надёжнее, чем сейф в Гринготтсе, и в нём хранится запас запрещённых ингредиентов четвёртого уровня? Лицо Драко шокировано вытягивается. — Что ты сказал? У Гарри зашкаливает адреналин. Он чувствует себя идиотом из-за того, что всё так неправильно понял, и почти ожидает, что Драко попытается сбежать. Они всегда пытаются сбежать. Но Драко просто смотрит на него, и выражение его лица внезапно становится напряжённым. — Поттер, ну же, что случилось? Гарри в недоумении указывает на коробки: — Что, хочешь притвориться, будто я их не вижу? Они же стоят прямо там, на твоей полке, с этим чёртовым знаком «Фармакон»! — Откуда ты знаешь, что такое Фармакон? — настойчиво спрашивает Драко, делая шаг к Гарри и пристально глядя ему в лицо, словно пытается разгадать головоломку. — Да чтоб тебя, — вздыхает Гарри. — Будешь шутить о моей невнимательности, когда окажешься в проклятой камере. Я видел этот символ у Марсдена до того, как Белль пострадала, я знаю, как он выглядит. Он тянется к своей палочке. Его тошнит от всего этого. Драко вплотную подходит к нему, и на долю секунды Гарри кажется, что он сейчас набросится на него, но Драко просто хватает его за плечи и трясет. — Сосредоточься, Гарри, пожалуйста. Где ты видел этот символ, скажи мне точно. Он совсем не похож на того, кто готов пуститься в бега, и его руки, лежащие на плечах Гарри, очень тёплые, что странным образом отвлекает. Гарри в замешательстве делает шаг назад, вырываясь из его хватки и пытаясь привести мысли в порядок. — В подвале. Мы… — Он пытается сосредоточиться на своих смутных воспоминаниях о рейде, а не на нарастающем чувстве разочарования из-за того, что Драко оказался совсем не таким, каким он его себе представлял, и именно таким, каким он должен был его считать. — Я вошёл первым. Марсден стоял за варочной стойкой. Он не варил в тот момент, но там были котлы. Ингредиенты. Белль сидела напротив него. Смеялась над чем-то. За её спиной возвышалась стопка коробок. И на некоторых из них стоял знак Фармакон. Теперь доволен? Он должен послать Гермионе Патронуса. Если её не будет в офисе, она может встретиться с ними… — Какого размера? Драко всё ещё здесь, в его личном пространстве. Слишком близко. Гарри видит синяки под его глазами. — Что? — Какого размера были коробки? Такого же, как эти? Больше, меньше? — Драко отчаянно машет рукой в ​​сторону шкафа позади себя. Гарри смотрит через его плечо и на мгновение закрывает глаза, пытаясь точно вспомнить сцену. — Меньше. С обувную коробку. Драко быстро кивает: — А Фармакон, какого цвета? — Красного, — раздражённо отвечает Гарри. — Как будто ты не знаешь, они же стоят в твоём чёртовом кабинете. — Хорошо. А сам символ — точно такой же, как этот? Гарри смотрит на отштампованный трафарет. Змея, обвивающая чашу. — Да. Нет, погоди, нет. — Он замолкает, снова глядя на коробки. — У змеи был раздвоенный язык. Драко резко наклоняется вперёд, хватает Гарри за мантию и совершенно неожиданно заключает его в объятия. — Ты просто гениален, — говорит он, прежде чем отступить, оставив Гарри в туманном облаке жара и дорогого одеколона. Драко возвращается к шкафчику, захлопывает дверцы и быстро колдует. — Какого хрена ты делаешь, Драко? — вскрикивает Гарри. — Ты что, не понимаешь, что здесь происходит? Я должен тебя арестовать! Драко заканчивает запирать двери и поспешно хватает со стола стопку пергаментов и папок. — Да, да. Арестуй меня. Сделаешь это позже, обещаю. Он проталкивается мимо Гарри к двери. Тот вздыхает. Они всегда пытаются убежать. Он уже собирается выхватить палочку, когда Драко произносит единственные слова, которые могут его остановить: — Я знаю, как спасти Белль.