Предел эластичности

      — Я буду на связи, обещаю, — уверял Рид, мягко целуя Сью в щеку на прощание.       Он говорил, что это всего на пару недель. Внезапный отъезд в Антарктиду, на засекреченную исследовательскую базу, он объяснил возможным прорывом в решении проблемы Бена. Тогда его глаза горели той самой одержимостью, искрой, которая предвещала великие открытия, что ни у кого не возникло вопросов. По мере приближения к чему-то действительно важному он часто изолировался. Но это никогда не было опасным или серьезным. По крайней мере, это никогда не становилось настолько опасным и серьёзным, чтобы начать беспокоиться. Они доверяли Риду. Рид никогда их не подводил. Он же самый умный человек на планете. Никто из команды не настаивал на сопровождении: гению порой необходимо полная тишина и одиночество. Да и Антарктида не была местом, куда можно сорваться всем скопом как на выходные. Также они имели обязанности перед городом. Они должны защищать его от любых угроз и злодеев.       Первые дни всё было замечательно. Он звонил несколько раз в день, как и обещал. Он углублялся в науку, постоянно сыпя научными терминами, что-то рассказывал, был полон какого-то редкого невероятного оптимизма. Слушая его, Сью не могла не улыбаться, так и представляя, как он жестикулирует перед приёмником. Ей почти удавалось забыть о разделяющем их невероятном расстоянии. Почти.       Через неделю что-то внезапно изменилось. Звонки стали заметно короче, превратившись в сухие, лаконичные отчёты: «Всё в порядке. Я работаю. Осталось совсем немного и я вернусь. Хорошего вечера. Береги себя». Постоянно слышался фоновый шум, похожий на тяжелое дыхание и противный скрежет, словно Рид говорил на ходу, задыхаясь. После звонки перестали быть постоянными: раз в два-три дня. Ричардс ссылался на бури, на помехи, на работу. И Сью верила.       Она чувствовала, что что-то не так. Но она не могла доказать этого, не могла уличить Рида во лжи. Потому что… Потому что по сути ничего сверхъестественного не происходило. Всё идеально. Слишком идеально. Рид просто работает. Как всегда. Но Сью всё равно переживала, хотя поводов для этого не было. Что-то не давало ей покоя, но она пыталась списать всё на тоску без мужа. Однажды она решила спросить, как бы между делом, ненавязчиво. Ей всё труднее было игнорировать внутреннее беспокойство, жужжащее как рой пчёл.       — Всё в порядке?       Рид на мгновение замолк. Тишина. Фоновый скрежет. Сью не могла видеть его выражения лица, но она прекрасно представляла, какое оно сейчас. Она уверена: сейчас он поднял усталый взгляд и слабо улыбнулся. Его улыбка то ли ободряющая, то ли извиняющаяся. Скорее всего он не побрился, потому что во время работы он часто забывает об этом. Его взгляд полон теплоты, нежности и любви, которой он всегда одаривал жену.       — Да, конечно, — наконец-то прозвучал его голос, всё такой же спокойный, вдумчивый, мягкий. Его голос всегда такой же, когда они говорят просто так, наслаждаясь общением. — Просто помехи из-за бури. Проблемы со связью. Я скоро вернусь, обещаю.       Связь прервалась, как раз в тот момент, когда Сью собиралась задать следующий вопрос. Некоторое время она просто сидела, не отрывая взгляда от молчащего передатчика с мигающим красным индикатором на панели. Это единственный способ связи между ними уже вторую неделю. Рид гений. Если бы он захотел, то придумал бы способ стабилизировать сигнал, создать не только голосовую связь, но и настроить видеоканал через спутник. Но он этого не делал. Будто не хотел быть увиденным.       Позади послышался скрип пола вместе с небрежными шагами, которые тут же попытались скрыть неестественно громким кашлем. Сложно не угадать, кто это. Джонни никогда не умел быть тихим и незаметным. Он всегда привлекал к себе нежелательное внимание своей яркой натурой. По комнате поплыл слабый приятный сладковатый запах какао с зефирками.       — Опоздал на мозговой штурм? — Брат стоял с двумя дымящимися кружками, одна из которых уже была протянута в сторону Сью.       — Он только что отключился, — вздохнула девушка, принимая теплую кружку.       — Он там мозги еще себе не отморозил? — Джонни беззаботно улыбнулся, внимательно глядя на уставшую от повседневных забот сестру. Он удобно устроился на краю стола, поставив свою кружку опасно близко к оборудованию. — Когда он собирается возвращаться? Команде нужен «Мистер Фантастик». И моей любимой сестрёнке, видимо, тоже нужен этот зануда.       — Ты же знаешь, что он старается ради Бена. Он пытается найти способ вернуть ему человеческий облик, — Сью сделала небольшой глоток обжигающего напитка, который на короткое мгновение разогнал назойливый холод в душе.       — Он все время так говорит, — фыркнул Джонни. Он взял приемник, повертев в руках, как ненужную безделушку, прежде чем с тихим стуком поставить обратно. — Но он молчит и ничего не показывает. Иногда мне кажется, что он там вообще не Беном занят, а делает… Что-то еще. Не знаю. Например, телепорт или какое-нибудь устройство, которое случайно уничтожит весь мир?       Сью невольно усмехнулась, опустив взгляд. Да, это было бы в стиле Рида. Создать нечто новое. Создать нечто невозможное. Не зря его назвали «Мистер Фантастик». Фантастического в этом человеке невероятно много. Но сейчас эта мысль не вызывала у неё прежнего восхищения, лишь тревожные сомнения. Может быть, Джонни был в чем-то прав.

***

      А потом связь оборвалась окончательно. Все попытки выйти на контакт — через обычные каналы, через экстренные частоты, через каналы, настроенные специально Ридом — разбивались о безмолвную тишину эфира. Станция не отвечала. И в этой внезапно наступившей тишине, с ужасающей ясностью всплыла простая истина: они понятия не имели, где именно он находится. Они не знали, что произошло. Не знали координат. Не знали названия станции. Они даже не знали, над чем именно Рид работал всё это время. Он исчез, оставив после себя только множество слишком правильных слов, идеальную картинку. Только сейчас, в критической ситуации, они поняли, что вообще не знали, где Рид и чем он занимается. Даже не в данный момент. Они не знали, чем он занимался и до этого. Всё это время. Они не знают, жив ли он и в порядке ли он. А если что-то действительно с ним случилось, то они без понятия, где именно его искать.       Он был где-то там, на какой-то исследовательской станции, где-то в Антарктиде, среди миллионов квадратных километров льда. Возможно, он даже был там один, потому что во время предыдущих созвонов они не слышали от него ни одного упоминания о коллегах, никаких посторонних голосов, никаких признаков другой жизни. Воображение рисовало ужасные картины: Рид попал под лавину, замерз насмерть, столкнулся с чем-то, выходящим за рамки их понимания, остался без еды, получил ранение.       Первые дни они цеплялись за логичные объяснения: проблемы со связью, погодные условия, поломка оборудования или Рид опять СЛИШКОМ сильно углубился в работу и просто забыл о необходимости звонить. Беспокойство Сью, вначале совсем тихое и незаметное, вскоре оказалось очень заразительным и вполне очевидным для всей команды. Прошла неделя абсолютной тишины.       Этой ночью заснуть Сью не смогла. Она больше не могла находиться в неведении, в бесконечных переживаниях. Она не находила себе места. И она не могла ответить на всего один простой вопрос «почему?». Рид не дал никаких подробностей, не оставил возможности экстренно связаться с ним, не оставил координат на случай, если что-то случится. Он же всегда все продумывал до мелочей, всегда был честен с ней. Но сейчас Сью казалось, будто в последнее время она вообще не знала своего мужа, не знала, о чем он думает, что чувствует. Будто Рид всё это время делал что-то за её спиной. Это сводило её с ума.       Ноги сами привели её в лабораторию. В место, где царствовал её любимый. После вылета Рида в Антарктиду сюда практически никто никогда не заходил из-за ненадобности. Лаборатория выглядела, как всегда: в ней не было ужасающего бардака, но и не присутствовало идеальной чистоты. Свет приглушен, бледным свечением озаряя всё вокруг. Выключенное оборудование, мебель, компьютеры покрылись тонким ровным слоем пыли из-за отсутствия влажной уборки. В воздухе витал застоявшийся запах химии, которую использовал Рид для своих экспериментов, и чего-то испорченного. На доске мелом написаны кривыми беспорядочными линиями так и незаконченные уравнения, внизу магнитами прилеплены какие-то бумаги, чертежи будущих проектов.       Сью подошла ближе к столу и подняла с пола упавший со спинки стула лабораторный халат. Рукава были в небольших смазанных пятнах от чернил ручки. В одном из рукавов была прожженная круглая дыра с опаленными чёрными краями. Сью тихо вздохнула и аккуратно сложила халат, положив на край стола, хотя лучше бы она выкинула это, его уже точно не спасти. Стол завален бумагами, книгами и парой кружек с темными, застывшими по краям остатками кофе.       Недолго думая, Сью включила компьютер, который тут же тихо, мирно зажужжал. Она должна узнать, чем занимался Рид до своей пропажи. Она не могла просто сидеть и ждать, пока ей привезут бездыханное окоченевшее тело её мужа. Она должна найти его сама. И где, как не на компьютере искать подсказки. Она не знала, что конкретно ищет среди обилия папок и файлов. Если надо будет, она и в Антарктиду самолично прилетит и пройдёт сама по каждому исследовательскому центру, пока не найдет своего Рида.       — Тоже решила полазать в компьютере? — донесся негромкий низкий бас Бена, заставивший Сью всего на мгновение поднять голову. На пороге стояли Бен и Джонни. Они тоже пришли к выводу, что так дальше продолжаться не может. Они должны найти Рида во что бы то ни стало. В глазах команды ни грамма сонливости. Никто не мог спокойно спать, зная, что что-то случилось, но при этом не зная, что именно случилось.       Девушка продолжила листать список: костюмы, космический корабль, Человек-крот, телепортация… Джонни внезапно тыкнул в экран пальцем, указывая на одну из папок, тут же оправдываясь словами «хэй, это выглядит как что-то интересное». Файл коротко звался «Феникс», без каких-либо пояснений. Сью дважды кликнула по иконке папки. Перед их взором открылось множество пронумерованных видео. Самое раннее датировалось концом ноября, через неделю после получения ими способностей. Последняя запись — за пару дней до отъезда на научную станцию. Команда переглянулась между собой. Это надо проверить… Потому что больше зацепок у них не было. Так что им придется понять, чем занимался Рид в последнее время.       — Мне сходить за попкорном? — усмехнулся Джонни, подтаскивая к себе ближайший стул и садясь на него рядом с сестрой. Он попытался скрасить напряженную обстановку.       — Ох, Рид… что же ты опять наделал…