Немая Симфония

Война в Сторибруке редко гремела залпами на улицах. Чаще она велась в тишине мэрии, между стеллажами с документами под прищуренным взглядом портрета основателя. Именно здесь, в сердцевине бюрократического спокойствия, и был нанесен удар. Реджина Миллс лишь на мгновение отвлеклась, перекладывая папку с муниципальными указами. Эмма Свон, прислонившись к косяку двери кабинета, в этот момент говорила что-то едкое по поводу нового налога на содержание городских шахт. Ее золотые волосы, собранные в небрежный пучок, казалось, впитывали последний луч заходящего солнца, пробивавшийся сквозь витражное окно. И в этот миг тень у двери сгустилась. Незнакомец — а как еще можно было назвать это искаженное магией существо с глазами-угольками? — поднял руку. Не на Реджину. Он метил в ее тень, в самую суть ее прошлого, в тот комок темной энергии, что всегда следовал за ней по пятам. Заклятие, черное и вязкое, как деготь, вырвалось из его пальцев. — Свон, берегись! — крикнула Реджина, но было поздно. Эмма, с рефлексами, отточенными годами погонь и драк, рывком оттолкнула ее в сторону. Она приняла удар на себя. Мир замер. Вместо оглушительного взрыва раздался лишь глухой, всасывающий звук, будто сама реальность провалилась в дыру. Черная энергия не сожгла Эмму, не отбросила ее. Она обволокла ее, как саван, и… поглотила. Просто растворила в воздухе. — Эмма? — прошептала Реджина, с трудом поднимаясь с пола. В кабинете никого не было. Ни Эммы, ни незнакомца. Лишь кружащаяся в луче света пыль и папки, разбросанные на полу. — Эмма! — ее голос уже был громче, с отчетливыми нотками растущей паники. Дверь распахнулась, ворвался Дэвид с пистолетом наготове. — Реджина! Что случилось? Мы услышали крик! — Она… — Реджина безумно оглядела комнату. — Она спасла меня. Он в нее попал. — Кто? В кого? — Дэвид подбежал к ней, его взгляд сканировал пустое помещение. — Реджина, здесь никого нет. — Эмма! — закричала она, уже не скрывая отчаяния. — Эмма, ответь! Тишина. И вдруг… прямо перед ней, в сантиметре от лица, возникло легкое движение воздуха. Словно кто-то сделал выдох. А потом она ее увидела. Не целиком, а как сквозь туман, как мираж. Очертания плеч, размытый контур светлых волос. И самое главное — глаза. Широко распахнутые, полные шока и непонимания, изумрудные глаза Эммы Свон смотрели прямо на нее. — Боже правый… — Реджина отшатнулась. — Что? — Дэвид схватил ее за локоть. — Ты что-то видишь? Реджина не отвечала. Она не могла оторвать взгляд от призрачного образа. Эмма медленно подняла руку — ее очертания дрожали, как рябь на воде, — и дотронулась до своего лица. Ее губы шевельнулись. И Реджина услышала. Не ушами, а чем-то глубже, внутри собственного сознания. Слабый, испуганный голос. Что… что со мной? — Ты… — Реджина попыталась сделать шаг, но ноги не слушались. — Ты здесь. — Реджина, с тобой все в порядке? — Дэвид потряс ее за плечо. — Ты в шоке. Никого здесь нет. Мы найдем Эмму. Может, она преследует того, кто напал? Он меня не видит, — прозвучал в ее голове голос Эммы, уже немного истерично. Он меня не слышит! Реджина, что происходит? — Молчи, — резко сказала Реджина, глядя прямо в ту точку, где виделись ей глаза Эммы. Дэвид нахмурился. — Я ничего не сказал. — Я не тебе! — выдохнула она и, собрав всю свою волю, протянула руку в пустоту. Она ожидала, что ее пальцы пройдут сквозь дымку. Но вместо этого они уперлись во что-то твердое, теплое… в плечо Эммы Свон. Под ее ладонью дрогнула реальность. Призрачный образ на мгновение стал четче, почти осязаемым. Она чувствовала текстуру куртки, тепло кожи под ней. Дэвид смотрел на нее так, будто она сошла с ума. Он видел, как ее рука сжимает пустоту. Он думает, что ты сумасшедшая, — проговорил внутренний голос, и в нем послышались слезы. — Выйди, — тихо, но властно приказала Реджина Дэвиду. — Закрой дверь. И никого не впускай. — Но Реджина… — Сейчас же! — ее голос прозвучал с таким холодом, который помнил весь Сторибрук. Дэвид, сраженный ее тоном, нехотя вышел, бросив на прощание полный беспокойства взгляд. Дверь закрылась. Они остались одни. Вернее, их стало двое в комнате, которая для всего остального мира была пуста. — Хорошо, — Реджина выдохнула и убрала руку. Ощущение тепла и твердости тут же исчезло, но образ Эммы перед глазами оставался, словно выгравированный на стекле. — Поговорим. Ты меня слышишь? Да! — голос в ее голове прозвучал громко и четко. Черт возьми, да! А они? Почему они… — Они тебя не видят и не слышат, — констатировала Реджина, снова ощущая привкус старой, знакомой горечи. Магия. Всегда какая-то чертова магия. — Похоже, это заклятие было предназначено для меня. Оно должно было сделать меня призраком для всего мира. Но ты встала у него на пути. Отличная работа, — мысленно фыркнула Эмма, и Реджина едва уловила ухмылку в ее голосе. Так что теперь? Я призрак? Навсегда? — Не драматизируй, — отрезала Реджина, по привычке надевая маску холодности, хотя внутри все сжималось от страха. — Ничего не бывает навсегда. Особенно когда за дело берусь я. Она подошла к своему столу, ее пальцы нервно забарабанили по столешнице. Эмма последовала за ней. Реджина видела, как ее полупрозрачная фигура скользит по комнате, повторяя ее движения. А ты… ты меня видишь? — Да, — коротко ответила Реджина. И слышишь? — Твои мысли, кажется, звучат у меня в голове с громкостью отбойного молотка, дорогая. Так что да. И… Эмма запнулась. Реджина почувствовала, как в воздухе повис невысказанный вопрос. Она видела, как призрачная рука Эммы тянется к хрустальной пепельнице на столе. Пальцы прошли сквозь нее. Я ничего не могу потрогать. — Со мной можешь, — тихо сказала Реджина, глядя на эту мучительную попытку. — Кажется. Я… я почувствовала тебя. Она снова протянула руку, на этот раз медленнее, предоставляя Эмме выбор. Та замерла, глядя на ее ладонь. Потом, с величайшей осторожностью, прикоснулась к ее пальцам. И снова этот шок. Тепло. Реальность. Ее пальцы были чуть шершавыми, сильными, живыми. Они сцепились с пальцами Реджины, и та почувствовала дрожь, которая пробежала по невидимой руке. Боже… — мысленный шепот Эммы был полон такого облегчения, что у Реджины сжалось горло. Ты… ты единственная, кого я могу чувствовать. В этом прикосновении был весь ужас их положения. Весь Сторибрук, весь мир, все люди — все превратилось в беззвучную, неосязаемую картинку. И только Реджина Миллс, ее заклятый враг, ставший… кем? Союзником? Другом? Она была единственным голосом, который могла услышать Эмма. И единственным прикосновением, которое могла почувствовать. Реджина не отпускала ее руку. Она смотрела в эти полные страха и надежды глаза, глядящие на нее из пустоты, и понимала: все только начинается. Война теперь была не за город, не за трон, не за прошлое. Она была за одну-единственную, нахальную, невыносимую и такую желанную в этот миг Эмму Свон. — Ну что ж, мисс Свон, — тихо проговорила Реджина, и в углу ее рта дрогнула тень улыбки. — Похоже, какое-то время ты будешь моей… тенью. Эмма сжала ее пальцы чуть сильнее. А ты — моим голосом, — прозвучал мысленный ответ. И в нем, сквозь страх, пробивалась знакомая, дерзкая нотка. Постарайся не говорить никакой ерунды от моего имени. Реджина рассмеялась. Коротко, беззвучно. Это был смех отчаяния, обреченности и странной, зарождающейся нежности. Их немая симфония началась.

***

Дорогой читатель, спасибо, что дочитал эту главу до конца! Делись мнением в комментариях, твое мнение для меня очень важно, потому что фидбэк поможет в дальнейшем выпускать более качественные и интересные для аудитории произведения! Главы, как и всегда, будут выходить каждый день в 12:00 по МСК Приятного чтения)