Что если… Аластор согласится на сделку с Воксом.

Вокс закончил делать наброски своего плана, где рисовал себя богом на фоне огромной пушки, которую планировал построить. У него уже был примерный набросок схем, но он не знал, где достать источник энергии, способный противостоять Раю. Возможно, если он убьёт несколько древних Оверлордов… Нет, нужен кто-то уровнем выше, вроде… вроде принцессы. Теледемон с удовольствием пил свой кофе, листая схемы пушки, думая, что нужно доработать, когда в комнату вошёл обеспокоенный Валентино. Вокс бросил на него взгляд снизу вверх: — Что опять с Энджелом? Мотылёк раздражённо выдохнул дым прямо ему в лицо — настолько густо, что тот на секунду полностью потерял обзор. — Аластор собирается драться с Раем за отель, — мрачно сказал он. — Пфф, — Вокс прыснул от смеха. — Что за бред ты несёшь? Он откинулся на спинке кресла. — Он не настолько одержим этим отелем, чтобы рисковать собственной жизнью. — Не отелем. Принцессой, — жёстко поправил Валентино, делая новую затяжку. — И мы оба помним, как он полез в самое пекло ради королевы Ада. Почему тебя удивляет, что теперь он делает то же самое ради её дочери? Вокс с сомнением посмотрел на него, затем поднял в воздух графические экраны. Через секунду перед его глазами уже разворачивалась трансляция: отель, готовящийся к бою с Раем. — Мы с Вельвет еле унесли ноги в прошлый раз, — мотылёк опустился на стул. — Ты должен его отговорить, Вокс. Он с ужасом смотрел на своего партнёра, которого знал на протяжении семидесяти лет. Которого любил и боготворил как бога. Который пропал на семь лет, показав ему, какой ужасной и мучительной может быть жизнь без него. И что же теперь? Всё повторяется снова. Аластор снова рискует своей жизнью во благо королевской крови Морнингстаров. Теледемон уставился на изображение Чарли, размахивающей щитом. Щитом! В то время как остальные действительно собирались делать хоть что-то, принцесса Ада решила орудовать щитом?! — Да что у неё есть такого, чего нет у меня… — глухо произнёс он. Валентино посмотрел сначала на него, потом на экран. Задумчиво наклонил голову. — Ну… у неё, типа, роскошная шевелюра. А ты лысый. Вокс тяжело вздохнул, закрыл глаза и медленно досчитал до пяти, прежде чем натянуть улыбку. — Вал, дружище, — он уже оказался за его спиной, положив руки ему на плечи. — Спасибо. Ты, как всегда, знаешь, что сказать. — Конечно, — довольно отозвался тот. — Так что будем делать? Нам с Вельвет готовиться к бою? — К бою? — Вокс саркастично выгнул бровь. — С теми, кого нельзя убить? — Ну… Вельвет же нашла голову… — неуверенно протянул мотылёк. — Да, — согласился Вокс, опираясь руками о стол. — Но мы так и не узнали, как это вообще стало возможным. Он мрачно посмотрел на экраны. — Это не бой. Это самоубийство. И мы… не будем в этом участвовать. Я поговорю с Аластором. Валентино внимательно смотрел на него, обдумывая услышанное. — Аластор не отступит. Теледемон поднял на него тёмный взгляд; по экрану пробежала рябь помех. — Я не оставлю ему выбора. По коже Валентино пробежали неприятные мурашки. — Это херовая идея, Вокси, — тихо сказал он. — С чего ты вообще взял, что сможешь его остановить? И даже если сможешь… что потом? Что будет с нами? За эти годы Валентино привык к жизни рядом с этими тремя Оверлордами. Ему нравился этот комфорт, эти совместные вечера, шумные вечеринки. Его офис был увешан фотографиями — с мероприятий, съёмок, безумных ночей. Для подарков у него даже стоял отдельный стенд. Аластор никогда не скупился: всегда что-то яркое, блестящее, тщательно подобранное. Цветы — к каждому событию. Он не был таким приторным, как Вокс, но всегда оставался вежливым и безупречно обходительным. Он прикрывал им спины, помогал в бизнесе, вытаскивал из конфликтов с опасными Оверлордами. И, возможно, Валентино становился сентиментальным…Но он искренне считал их своей семьёй.Другой у него в Аду всё равно не было. — Всё будет хорошо, — Вокс лениво поправил рукава пиджака. — Аластор любит меня. Он ко мне прислушается. Валентино скептически хмыкнул, думая о том, что время, когда Радиодемон действительно прислушивался к Воксу, давно осталось в прошлом. Наблюдая за тем, как остальные проводят свою ночь перед боем, Радиодемон невольно задумался о телебашне. Ему было интересно следить за Чарли и её друзьями, но у него были и V’s, которые ждали его. Ушко Аластора раздражённо дёрнулось, стоило представить, какая неприятная сцена его там ожидает. И всё же, помимо раздражения, в груди теплилось странное тепло — от их заботы. Пусть бессмысленной, пусть навязчивой, но всё-таки заботы. Проведя ещё немного времени с жильцами отеля, он направился в телебашню, будучи абсолютно уверенным, что там его ждут. Он тенью скользнул в офис — и тут же замер. Сначала удивлённо, затем зло сощурившись, сжимая посох в руках. Тень за его спиной в недоумении склонила голову. Первое, что бросилось в глаза, — Вельвет и Валентино, сидящие в офисе с нарочито спокойными лицами. За их спинами висел огромный плакат, наспех приклеенный к стене, с корявой надписью синими буквами: INTERVENTION В следующую секунду рядом возник Вокс. Он резко схватил Аластора за плечи и потащил вперёд, не давая сделать ни шага назад. Радиодемон упирался копытами в пол, скользя и царапая покрытие. Его тень шла следом, всё ещё не понимая, что происходит и почему все вокруг так напряжены. — Вы вообще в своём уме? — зло прошипел Аластор. — Именно поэтому я всё реже вас навещаю. Вы окончательно потеряли чувство такта и личных границ! Вокс мягко, но настойчиво надавил ему на плечи, заставляя опуститься в кресло. — Ты не оставил нам выбора, Ал, — сказал теледемон. Он встал перед ним. Лицо серьёзное, руки заведены за спину, осанка идеально ровная — вся его поза говорила о том, что он готов к бою. Не физическому. Эмоциональному. — Это интервенция, — произнёс Вокс. Тишина в офисе стала густой и липкой. Аластор медленно откинулся в кресле, скрестив ноги и небрежно опираясь локтем о подлокотник. — Вы ведь сейчас не всерьёз, — протянул он, лениво обводя их взглядом. — Это выглядит… поразительно нелепо. — Я в курсе, — безучастно отозвался Валентино и тут же получил локтем в бок от Вельвет. Аластор усмехнулся и перевёл взгляд на теледемона: — Я ни на секунду не сомневаюсь, что это была твоя идея, Вокс. Бровь Вокса дёрнулась. Он шагнул ближе и протянул руки к посоху: — Новое правило. Говорит тот, у кого в руках палка. — Посох, дорогой, — поправил Аластор с насмешкой, наблюдая, как тот сначала тянет его одной рукой, потом второй. — Хорошо. Посох, — процедил Вокс. — Отдай его мне, и мы наконец начнём. Он вложил в это больше силы, чем требовалось, почти наваливаясь всем телом, пытаясь вырвать проклятую вещь. — Ммм… — задумчиво протянул Аластор. — Признаться, мне даже любопытно. Он просто разжал пальцы. Вокс потерял равновесие и рухнул на пол вместе с посохом. Аластор с откровенным удовольствием наблюдал, как Вокс лежит у его ног с посохом в руках — смущённый, растерянный, явно не ожидавший такого исхода. Вид растерянного Вокса, оказавшегося внизу, заметно поднял ему настроение. Теледемон быстро поднялся, отряхивая брюки, и передал посох Вельвет. Та аккуратно положила его себе на колени и, открыв телефон, начала читать из заметок. — Вы уже знаете, что в подростковом возрасте я переживала развод родителей. Для меня это было очень… непросто, — она сглотнула. — Их развод был долгим и финансово изматывающим. Они потратили состояние на юристов и судебные процессы, доказывая друг другу, кто прав, деля имущество, которое не стоило того. Акции, за которые они боролись, в процессе всего этого рухнули в цене и в итоге не стоили ничего. Вельвет глубоко вздохнула. — Сейчас ты настолько одержим этим отелем, что отдаляешься от всех нас. Вы с Воксом переходите все границы в своих скандалах и говорите вещи, о которых, я уверена, потом пожалеете. И всё это потому, что ты строишь какие-то планы и не посвящаешь нас в них. Она отложила телефон и посмотрела прямо на довольно улыбающегося Радиодемона. — Ты одержим этим отелем и принцессой. Твоя одержимость причиняет боль не только Воксу или нам с Валентино, но и тебе самому. Оверлорд интернета взмахнула рукой, и перед Аластором развернулся большой экран с его рейтингом. — С тех пор как ты начал заниматься отелем и, — брезгливо добавила она, — подтирать принцессе зад, твой рейтинг упал на пятнадцать процентов. И он продолжает падать с каждым днём, который ты проводишь в том месте. — Ваши рейтинги меня абсолютно не волнуют, доро—… Палец Вокса в ту же секунду оказался на его губах, не давая договорить. — Не-а. Тот, у кого нет посоха, молчит в— — Блять, Ал! — Вокс тут же отдёрнул руку, зашипев и начиная дуть на кровоточащий после укуса палец. Губы Аластора растянулись в довольной улыбке. Вельвет лишь закатила глаза и передала посох Валентино, возвращаясь взглядом к экрану телефона. — Зачем я вообще тут распиналась… — зло пробормотала она себе под нос. Валентино взял посох в руки, с интересом его рассматривая. — Не смей, — мрачно предупредил Аластор. — Да я ещё ничего не сделал, — обиженно ответил тот. — Не. Смей. Валентино закатил глаза и, положив посох себе на колени, достал блокнот. — Этот отель — дерьмо, — сразу заявил он. — Я искренне не понимаю, какой смысл спать на дешёвых простынях, если можно спать на дорогих. И там чертовски холодно, а ты терпеть не можешь холод… — В моей спальне есть камин, — перебил его Аластор с той же снисходительной улыбкой. — Да? — Валентино наклонил голову набок. — М-м-м… — он перевернул страницу в блокноте. — Ладно. Тогда следующий пункт. Принцесса тебе не даст — у неё уже есть своя сучка. Да и зачем тебе вообще трахать её, если у тебя есть Вокси? Тень за спиной Аластора сощурилась и скользнула ближе к Валентино, заглядывая через его плечо, чтобы рассмотреть записи. Букв там не было — только быстрые, небрежные наброски Вокса и Аластора, занимающихся сексом. Тень довольно улыбнулась: то, что она видела, было ей ясно. За этим они сюда и пришли. Вопрос был только в том, почему этого не происходит. — У меня когда-то была шлюха, — Валентино отложил блокнот. Тень недовольно посмотрела на него и вернулась за спину Радиодемона. — Которая влюбилась в одного мафиози. У него была жена. Жену он не трахал, а шлюху — трахал. И эта шлюха, — он скривился, — возомнила себе, что этот идиот её любит. А потом, в приступе ревности… или под наркотой была, — Вал махнул рукой, — неважно. Короче, она пристрелила его жену. Он сделал паузу, глядя на их лица. — А мафиози, как оказалось, свою жену любил. Просто не трахал. И знаешь, чем всё закончилось? — он хмыкнул. — Он грохнул эту шлюху. Тройка Оверлордов молча уставилась на него. — Я это к тому, — Валентино закатил глаза, будто объяснял очевидное, — что обычно приходится выбирать: жена или шлюха. Пока одна из них не убила другую. Ну… — он пожал плечами, — или прятать их друг от друга. Я не знаю. Как получится. Вельвет ему улыбнулась, пока Вокс и Аластор обречённо переглядывались. Теледемон кашлянул в кулак: — Спасибо, Валентино. Думаю, теперь моя очередь. Он глубоко вздохнул и опустился перед Аластором на колени. Они с тенью заинтересованно посмотрели на него, и Вокс внутренне усмехнулся — он знал, как Радиодемону нравилось, когда его умоляют. — Я не хочу потерять тебя снова, — он благоговейно взял его руки в свои и поднёс к губам, оставляя несколько нежных поцелуев. — Пропусти это истребление. Позволь принцессе самой защищать своих людей, Ал. Вокс положил его руки себе на грудь: — Она сильная демонесса. Её отец — падший архангел, у неё есть, кому её защищать. А у нас… — он сглотнул, — у нас нет никого, кроме тебя. Ты один из нас. Не один из них. Он поднял на Аластора взгляд — большие глаза, полные слёз: — Я умоляю тебя, Ал. Не оставляй меня снова. Тень за спиной Радиодемона похотливо высунула язык. Она чувствовала, как им нравится происходящее, и ждала, когда Аластор начнёт действовать. Но он не спешил. Радиодемон убрал руки с чужой груди и раздражённо потёр виски: — Если бы я знал, что меня ждёт участие в такой нелепой сцене, я бы остался в отеле. Эти слова кольнули каждого. Валентино недовольно закатил глаза, Вельвет цокнула языком, не отрывая взгляда от телефона. Аластор поднялся, возвышаясь над растерянным теледемоном: — У меня есть обязательства, Вокс. И я их выполняю. Я джентльмен и держу своё слово. Отель находится под моей защитой. Он поправил бант: — А теперь прошу меня простить. Мне пора возвращаться. Здесь, — он бросил мрачный взгляд на теледемона, — меня всё равно ничего интересного не ждёт. Аластор отвернулся, призывая посох — тень скользнула, вкладывая его в руку. Он покрутил его и направился к выходу. Вокс поражённо смотрел ему вслед, прежде чем резко вскрикнуть и направить к нему поток проводов. Они обвили тело Аластора и резко развернули его лицом к нему. Радиодемон со злостью посмотрел на Вокса. — Отпусти меня, Вокс, — прошипел он. — Сию же секунду. Валентино и Вельвет в шоке уставились на происходящее. Теледемон усмехнулся, сам до конца не веря, что решился на это: — Ни хрена. Ты никуда не пойдёшь. Я не отпущу тебя на верную смерть, — в его голосе прозвучали истерические нотки. — Мне, — вокруг Аластора вспыхнули символы вуду, — не нужно твоё дозволение. Вспышка света. Взрыв. Вокс отлетел в сторону, а Аластор оказался свободен. И он был в ярости. Валентино и Вельвет нырнули за диван. — Что нам делать? — в панике спросила девушка. Валентино пожал плечами: — Может, снимем это? Они переглянулись — и одновременно достали телефоны, включая съёмку. Валентино поймал кадр в тот самый момент, когда Аластор с силой ударил его друга посохом в грудь. На микрофоне остался тёмный след крови, который Радиодемон медленно слизнул, высунув длинный язык. — Ммм… ну надо же… — мотылёк почувствовал, как по телу разливается возбуждение. Тем временем бой становился всё более кровавым, и Вокс явно проигрывал. — Ты правда думаешь, что можешь контролировать меня? — кричал Аластор, разрывая когтями его живот. — Возомнил, что держишь меня на цепи? Ты? Он наклонился ниже, почти шипя: — Ты ничтожество, Вокс. Ничтожество, которое не способно сделать ничего самостоятельно. Паразит, живущий за счёт чужих идей. — Аластор! — рука Вельвет вцепилась в его плечо, останавливая следующий удар. — Аластор, хватит, пожалуйста… хватит! Оверлорд интернета выглядела по-настоящему напуганной. Радиодемон бросил взгляд вниз — и на секунду замер. Вокс был разбит. Он тяжело дышал, экран мерцал сбоями, а провода, переплетённые с кровью, торчали наружу бесформенным месивом. Улыбка Аластора стала только шире. Он медленно выпрямился, неторопливо поправил рукава плаща и оглядел лежащего теледемона и склонившихся над ним V’s. В этот момент он окончательно осознал: согласиться на партнёрство с Воксом было ошибкой. Эти отношения были извращёнными. Токсичными. Опасными для них обоих. Как бы тяжело ни было это признать — он просто не мог и не хотел больше уделять им время. Не тогда, когда был связан обязательствами перед Рози, от которых не мог отказаться. У Аластора уже была одна цепь на шее. Вторую он надевать не собирался. — Это конец нашего партнёрства, Вокс, — произнёс он ровно, как приговор. И тенью выскользнул из здания. Все трое смотрели ему вслед в полном шоке, не веря услышанному. Вокс, не в силах пошевелиться от боли, задыхался. Экран его лица начал сбоить, слёзы заливали изображение, а по телу непрерывной волной прокатывался ток. Он хотел закричать — но голос покинул его.