Paris — toi et moi

                        The Neighbourhood – Stuck with Me       Наверное он не знал точно, что делать в таких ситуациях. Ходя по отделам магазина, Минхо осматривал различные полки в попытках найти хоть что-то, что могло бы понравиться Джисону. В этот раз он точно должен проявить себя, показать младшему, что он тоже может идти к нему навстречу, делать свои первые шаги. До отъезда из Парижа оставалось всего несколько дней, поэтому Ли решил, что обязан выжать всё возможное из последних дней и сделать их самыми запоминающимися. И провести их с Джисоном. Если тот простит его. Он больше не будет ничего скрывать. Расскажет всё как есть, докажет, что не изменял никому с ним. Покажет, что он тоже может дарить тепло Джисону, а не только брать. Только идти с пустыми руками ему всё же не хотелось. — Что же ему взять... Может цветы? — говорил сам с собой брюнет. Девушкам всегда нравилось, когда он дарил им цветы. Пышные, яркие. Но понравятся ли они Джисону? Стоит ли дарить цветы парню или это будет чем-то странным со стороны Минхо? Как говорится, попытка не пытка. Уже в цветочном отделе, Ли начал высматривать самые красивые цветы. На цену же ему абсолютно было всё равно, он бы взял даже самые дорогие, только бы Хан дал ему ещё один шанс. Розы, тюльпаны, пионы и ромашки... Множество разных цветов, все красивые, но словно не то, что нужно для извинений. После многочисленных минут размышлений, взгляд Минхо остановился на пышном, белоснежном растении с сотнями аккуратных лепестков — хризантемы. Цветок выглядел невинным и очень нежным. Так как Ли не знал любимые цветы Джисона, его окончательный выбор пал именно на букет из 13 хризантем. Неся в руках красивый букет, который ему помог собрать один из помощников магазина, Минхо всё ещё имел ощущение, словно букета и не было, а шёл он с пустыми руками. Нужно было выбрать для Джисона что-то ещё. Продолжая ходить по магазину, мужчина оказался хоть и в маленьком, но книжном отделе. Вспоминая о книгах, которые старший видел в квартире младшего подкинули ему одну идею. Он задумался о том, чтобы купить книгу, которая могла бы понравиться синеволосому. Вспомнив так же, что в основном книги, которые он видел были или романами или триллерами, Минхо стал высматривать подобные произведения. В конце концов, понять что за книга лежала перед ним стало не простой задачей из-за иностранного для него языка, но из знакомых писателей он заметил несколько книг Стивена Кинг. К его счастью названия были на английском, поэтому выбрать одно произведение было не сильно сложно и в итоге его выбор упал на книгу под названием «Dead Zone». Перед тем как уйти из супермаркета, Минхо прихватил с собой ещё коробчку с конфетами от Раффаэлло. С этим скромным набором, по мнению Ли, он расплатился на кассе и вышёл из здания, продолжая свой путь с маленьким пакетом в одной руке, и с букетом цветов в другой. Пока Минхо шёл, он не мог перестать волноваться. То что он купил до сих пор казалось ему недостаточным, ведь брюнет чувствовал, что материалными подарками тут ничего не исправить. Ему придётся рассказать обо всём, что он и собирался сделать. Но лёгкая дрожь всё равно не покидала его тело, как и страх перед реакцией Джисона. Было неловко думать о том как на него отреагируют. Отвергнут и выгонят? Простят и выпустят в квартиру? Минхо мог лишь гадать пытаясь унять нарастающую тревогу и пока его ноги вели его всё ближе к той самой улице Кометы. Оказавшись перед нужным зданием, Минхо заскочил внутрь, когда предполагаемый местный желец возвращался к себе домой. После чего он зашёл в лифт и нажал на этаж, где жил Джисон. Пятый этаж. За не долгую поездку в лифте, Ли пытался хотя бы немного расслабиться и не накручивать себя, действовать рационально. Однако волнение, словно взяв своё, частично отшибло ему память, ведь он абсолютно забыл, что именно собирался сказать и как именно он хотел извиниться. Только его ноги уже привели программиста к двери квартиры 214, в которую он сегодня войдёт ещё раз — или увидит её в последний раз. Наконец-то поборов себя, Минхо нажал на дверной звонок. ...       Джисон эти пару дней был дома. Он взял себе маленький отпуск, ибо чувствовал себя достаточно паршиво. Ему было непривычно оставаться в четырёх стенах совсем одному так долго, но сил чтобы идти куда-то не было. А мысли раз за разом возвращались к Минхо. Забрал ли он подарок, который Джисон приготовил ему? И если да, то понравилось ли ему? Мужчина не хотел думать об этом, но его разум как будто бы жил своей жизнью, напоминая ему о красивом, забавном, пусть, и иногда холодном брюнете. Они не были знакомы слишком долго, но даже за такое не большое количество времени Минхо словно поселился в его голове и страх, что он скорее всего изменял своей жене с ним, вызывало у Джисона неприятное чувство déjà vu. Чтобы хоть как-то отвлечься от навязчивых размышлений, он решил приготовить что-нибудь для кондитерской, заодно заняться приятным делом. Нужные ингредиенты у него были и сегодня присутвовало особое желание испечь что-нибудь с малиной. Но дверной звонок отвлёк Джисона от готовки, из-за чего ему пришлось быстро вытереть руки об полотенце и двинуться к входной двери. Глянув в дверной звонок он увидел... Минхо. Сердце резко забилось то ли от волнения, то ли от очередной возможности увидеть брюнета, возможно в последний раз. Колебаясь, Джисон всё же смог взять себя в руки и открыть дверь, чтобы застать перед собой восхительную картину. Минхо у которого щеки залились краской, стоял прямо перед ним с букетом красивых белых хризантем и с не большим бумажным пакетом в котором точно что-то лежало. Он протянул букет и пакет вперёд, желая отдать Джисону свой скромный, по его же мнению, подарок. — Привет... это тебе. Мы можем поговорить? Пожалуйста, — его голос был почти что жалким. Синеволосый всё ещё пытался понять причину такого резкого визита старшего с подарками предназначеными для него. Сегодня ведь день рождения Минхо, так с чего такая щедрость? Всё же взяв в свои руки букет и не большой пакетик, Джисон пропустил Минхо внутрь. — Сегодня ты не колишься, — с грустным смешком подметил младший. Мужчины разместились в гостиной. Синеволосый поставил подарки на чайный столик и взглянул на брюнета, что смотрел на него сверху вниз. — Садись, не стесняйся, — младший был удивлён какими тяжёлыми выдались ему этим слова. Без лишних слов, Минхо сел на диван, сохроняя не большую дистанцию. Его взгляд упал на свой же гостинец после вернулся к Джисону. — Посмотришь? У Хана сердце в груди сжалось от тихого, слегка уязвимого голоса Ли. — Да... Сейчас. Бросив последний взгялд на хризантемы, Джисон раскрыл пакет, чтобы увидеть книгу Стивена Кинг, которую он давно хотел купить и коробочку конфет от Раффаэлло. — Минхо... — Джисон не успел начать своё предложение, как его перебили. — Тебе не нравится? — глаза брюнета походили на глазки грустного щенка, что вновь заставляло сердце младшего сжаться, — извини, мне стоило найти для тебя подарок получше. — Нет, нет! Минхо, мне очень нравятся. Это... очень мило, ты меня даже смущаешь немного, — утверждал он, пока в глазах брюнета снова загорелась маленькая надежда, — но для чего это всё? У тебя ведь сегодня день рождения — ты должен получать подарки. — Хотел извиниться. И рассказать тебе всё, как есть на самом деле. Они в очередной раз погрузились в оглушающую тишину. Тема была не легкой для них двоих, но они не могли всё время бегать от неё. Тем более не тогда, когда Минхо смог заставить себя сделать первый шаг. — Я ни кому не изменяю с тобой, но да — я пока женат. Только прошу, выслушай меня, Джисон. Всё сложнее, чем кажется... — Как тогда это получается? Ты не изменяешь, но женат? Прости, но звучит странно. — Это мне изменили, — Ли тяжело сглотнув, пытаясь не уходить от разговора. Воспоминания о дне, когда он узнал об измене Джиу, снова свежие в его голове и снова осели не приятной горечью на языке, — мы должны были отправиться в медовый месяц сюда в Париж. Город любви и света как никак, да? Джисон слушал внимательно, не смея перебивать мужчину перед собой, потому что было видно, как не приятно ему было об этом говорить. — Но примерно за десять дней до поездки, я случайно узнал, что она мне изменяет. С одной стороны я должен был злиться, ведь моя же жена мне изменила, верно? Только вот меня больше злило то, что она мне врала. — Он опустил взгляд на свои руки, словно спрашивая самого себя, мог ли он предотвратить это, — мне кажется, что если бы она просто призналась мне раньше в этом, а не продолжала врать, то всё бы было иначе. Ну, в итоге я решил отправиться в Париж сам, потому что она отказалась ехать со . Потом я познакомился с тобой и... остальное ты знаешь. Ещё несколько секунд они сидели в тишине, после того как Минхо закончил свой рассказ. — Ты любил её? — Джисон прервал тишину своим вопросом. Минхо уже долго размышлял на этим вопросом. Теперь, пусть и не совсем уверенно, он мог дать ответ. — Нет, — этот ответ отрезал дальнейшие сомнения Хана. — Думаю это было навязанно. Для родителей так было правильно, для знакомых тоже, поэтому и я думал, что так правильно. Но мои отношения с девушками никогда не длились долго, лишь моя жена стала исключением, так как родители стали уговаривать меня сделать ей предложение. — А она любила тебя? — Я не знаю... возможно была симпатия? До отношений мы дружили долгое времени, поэтому думаю, что мы просто привыкли быть рядом с друг другом. Но настоящих чувств не было... По крайней мере у меня. Джисон молча смотрел на Минхо, как будто пытался найти признаки лжи на его лице. Но он ничего не нашёл. — Если ты спросишь меня про развод, то я собираюсь развестись, как только вернусь в Сеул. До этого не успел, — Джисон медленно кивнул. — Мне правда говоря стоило дать тебе шанс рассказать всё, но я не знаю, что на меня нашло, — он отвёл взгляд в сторону — скорее всего наша ситуация мне кое-что напомнила... — Кое-что? Ли смотрел на профиль Джисона, который усердно размышлял о чём-то. Его скулы были напряжены, а глаза бегали по своим же ладоням, но в следующую секунду он взглянул на Ли в ответ. — Если тяжело, то не говори. Я пойму. Но синеволосый лишь одарил старшего одной из своих самых милых улыбок, из-за чего последнему захотелось улыбнуться тоже. — Будет не честно если ты один будешь откровеничать, не так ли?

***

                                                            — 12 лет назад...       Прошло около четырёх лет после его переезда сюда — в Париж. Яркий город, что никогда не спит с энергичной атмосферой, которая смешивалась с элегантностью. Сотни или даже тысячи людей мечтают побывать в столице Франции, а Джисон теперь жил здесь. Чем не мечта? Но для него даже спустя четыре года после переезда, жизнь тут не казалась такой сказачнной, как все говорили про неё. Джисон постоянно чувствовал себя одиноким. За всё это время, он смог найти себе несколько друзей, но даже с ними он чувствовал себя одиноким и потерянным. В школе было не легче. Старшая школа значит, что совсем скоро будут экзамены и нужно начинать готовиться к здаче устных, и письменных тестов. Но как ему к ним готовиться, когда он с трудом разбирает, что рассказывает учитель на уроках? Джисон пусть и учил французский уже некоторое время, но акцент и ошибки в речи, а особенно в письме никуда не исчезли. Из-за этого он часто становился причиной смеха среди одноклассников, а учителя пусть и пытались помогать в таких ситуациях но толку от них особо не было. Поэтому Джисон стал постоянно сбегать из дома, прогуливать уроки. Он закрылся от всех. Его вспеваемость падала всё ниже и ниже, а родители не знали как помочь сыну. Однако в один будний день, парень как всегда сидел один в своём классе, ведь у него не было близких друзей, с которыми он мог бы провести время, общаясь на перемене. Только в этот раз его классный руководитель представил ему одного парня — Хониля. Хониль был необычайно красив. Ровный нос, пухлые губы, на которые засмотривалось множество девочек. Он имел красивые тёмные локаны такого же цвета, что и его глаза, что сразу зацепили Джисона. Но это было не всё. Учитель сообщил ему, что этот парень кореец и ровесник Хана, а так же что он с радостью поможет Джисону хорошо подготовиться к экзаменам, ведь тоже когда-то был в похожей ситуации. Хан не сразу одобрил такое решение, но совсем скоро парень понял, что это был его шанс избавиться от вечного чувства одиночества — это была его возможность завести себе хорошего, настоящего друга. Так всё и началось. Джисон и Хониль стали проводить много времени вместе, они нашли много общих интересов. Их вкусы в музыке, в еде и даже в одежде очень сильно совпадали и помимо совместных уроков, парни стали много гулять, и ходить к друг другу в гости. Просто так. Друг. Хан был безумно рад, что смог найти себе хорошего друга, с которым он чувствовал себя свободно, с которым он мог не бояться быть самим собой. Он чувствовал себя комфортно даже, когда разговор с Хонилем заходил в тупик, ведь им не было важно о чём говорить и говорить ли вовсе — им было просто хорошо вместе. Но близкая дружба через какое-то время стала переростать во что-то странное. Во что-то, что Джисон никогда не испытывал, по крайней мере не к парню. Каждый раз когда он был рядом с Хонилем, он ощущал, как в груди медленно разливалось тепло, как и на его щеках, особенно когда они флиртовали в шутку. Время от времени такие шутки заходили слишком далеко и не только Джисон сидел с неловким румянцем на щекам, смотря на парня перед собой. По ночам гитарист не мог уснуть размышляя лишь о том, что происходит между ними. В какой момент он стал теряться рядом со своим другом? В какой момент у него появились такие глупые чувства к нему? Кучи бессонных ночей забитые подобными мыслями — утомляли, а школа и репетитор по гитаре в совокупности сводили его с ума. Чувства казались странными, глупыми, неправильными. Но заманчивыми и на удивление иногда приятными. Значит был шанс, что всё не так плохо? Так Джисон успокаивал себя в трудные времена. Однако тогда возникала другая проблема: испытывал ли Хониль похожие чувства? Парень на это очень надеялся, ведь мысли об обратном делали ему очень больно. Один раз парни были у гитариста в гостях. Родители на работе, в квартире всё затихло кроме медленно тикающих часов и громко смеющихся мальчиков в комнате Джисона, которые должны были делать уроки, но вместо этого ели сладости, смотрели фильмы, играли в видео игры и в целом дурачились. В очередном приступе смеха Джисон невзначай навалился на Хониля, который сидел на чужой кровати и следом приобнял парня за плечо, из-за чего тот почти лежал на нём. Джисон лишь потом понял, в каком положении оказался. Всё случилось быстро. Их лица оказались слишком близко, дыхания парней смешивались, пока на заднем фоне играла какая-то панк-рок песня. Джисон точно не знал и сейчас это его не волновало. Всё внимание была на парне перед ним и на атмосфере, что повисла между ними. Смеха больше не было. Хониль сдался первым. Прикоснулся к губам Джисона своими, не двигая, как бы пробуя — отвергнет или прижмётся ближе. И каким бы шокированым Джисон не был, настоящие желания брали своё. Он поддался следом, медленно, не опытно сминая чужие губы. После того дня многое изменилось. Флирт в шутку больше не был шуткой ни для кого, простые дружеские объятия стали значить нечто большее, а посиделки в двоём даже под предлогом сделать уроки заканчивались внезапными поцелуями, иногда заходили немного дальше, но начёртаную границу ещё никто не был готов пересекать. Поцелуями стали заканчиваться почти все их встречи, стоило им только остаться наедине. Никто не должен был об этом знать. Потому что это только между ними, такая особенность. Так говорил Хониль. В очередной раз парни остались одни, после конца школьного дня. Скоро должны были начаться осенние каникулы и оба мальчиков собирались расходиться по домам, но Хониль был в особенно хорошем настроение, поэтому затащил Джисона за школу на очередную "сессию" поцелуев, одновременно флиртуя. Конечно Джисон не могу ему отказать. В тени, там где они думали, что их никто не видит, двое парней целовались, пока стояли в обнимку в притык к стене. Целовались так словно изголодались по друг другу. От части так и было. В последние несколько недель, а может даже в последние месяца, они стали видеться всё реже и реже, но как только их губы соприкосались, руки блуждали по телам друг друга, пока они находились только вдвоём — всё волнение Джисона тут же испорялись и он терялся в моменте. Почти как и тогда. Почти. — Хониль? С боку издался мягкий женский голос. Гитарист сразу повернул голову на источник звука, разрывая поцелуй и увидел в пару метрах от них девушку, которая выглядела так, что вот-вот заплачет. — Так и знала, что ты мне изменяешь! Мне стоило слушать других, ты и вправду козёл! — с этими словами неизвестная девушка бросилась прочь. И неизвестная она была только для Джисона. — Ёнхи, постой! Ты всё не так поняла! — Хониль прокричал в след уходящей девушке, — блять... Хониль бросил последний взгляд на Джисона, в котором виднелось что-то похожее на сожаление. После чего отстранился от него и быстрым шагом направился следом за уходящей девушкой. Джисон остался стоять один. Ошеломлённый и потерянный. С ним изменяли? Всё это время у Хониля была девушка? От своих же вопросов в груди у парня всё больно сжалось, горло сжало словно провалкой, а глаза горели от рвущихся на ружу слёз. — Блять... Он вытер скотившиеся слезы рукавом своей рубашки. Джисон никогда не был приоритетом для него. Его "друг" просто экспериментировал. Изменял с ним за спиной у своей девушки, о которой Джисон понятия не имел. Именно в таком состоянии он вернулся домой. Именно после случившегося его родители и друзья узнали о его предпочтениях, но вместо того чтобы осудить его или говорить, что так вышло из-за его "неправильности", они просто выслушали его. И если не учитывать его разбитое сердце в тот вечер, он смог почувствовать себя немного лучше.

***

— Мне жаль, — тихо произнёс брюнет, — я не хотел напомнить тебе о таком. Минхо смотрел на Джисона, пока тот о чём-то задумался. Ли не хотел, чтобы парень вновь почувствовал себя на месте "любовника", потому он сам чувствовал стыд за то, что не сказал правду раньше. — Прошлое на то и прошлое, да? Это своего рода опыт, он может быть как и приятным, так и болезненным. — Он взглянул на Минхо в ответ с улыбкой, — но спасибо, что рассказал всё как есть. Я ценю это. Они ещё некоторое время продолжили сидеть в тишине. Неприятный осадок после рассказа младшего всё ещё витал в воздухе, создавая слабое, но ощутимое напряжение. Минхо хотелось курить в такие моменты. А может лучше обнять кого-то. Или поцеловать кого-то. — Останешься? Вопрос Джисона вырвал старшего из размышлений. — С тобой? — А с кем ещё? — он хмыкнул, — ну если у тебя есть ещё к кому пойти, то я тебя не держу–... — Нет, нет! Конечно я останусь! — брюнет вздохнул, — Черт с тобой... А Джисон лишь залился слабым смехом из-за забавной реакции Минхо, что заставило последнего покраснеть. Минхо стал напоминать синеволосому малину. Щёки точно малиновые. — Ох, точно! Я ведь готовил печенья. — Тебе помочь? — Умеешь печь? — поинтересовался Хан. — Ну, немного... Кухню тебе точно не сожгу. — Тогда пошли, малиновый. Будешь моим помощником. Новое прозвище застало старшего в расплох. — Мали–... что? Но Джисон даже и не думал отвечать. Он быстро ускользнул на кухню, не оставляя Минхо никакого другого выбора, кроме того как последовать за ним. — Что мне делать? — спросил брюнет, пока рассматривал то во, что Джисон успел превратить кухню. — Возьми пока ту малину и нареж её, малиновый. — Я ведь только к "колючий" привык... И вообще это каннибализ в таком случае. Процесс готовки доставлял удовольствие двоим мужчинам. Минхо после того как нарезал малину, добавил её в тесто, замешаное Джисоном ранее, и лепил формочки. Иногда его печенья получались не самой лучшей формы, но к счастью синеволосый с радостью помогал другому, пока последний бормотал себе что-то под нос. Занимались они выпечкой ещё чуть больше часа. Теперь оба мужчины были заляпаны в муке и соке малины, ведь никто не мог устоять перед мелким ребячеством. Повезло, что хотя бы фартуки не забыли на себя надеть. Помимо того, они раз оказывались слишком близко к друг другу из-за чего смущались. Они сразу же отстранялись друг от друга на несколько сантиметров, но ни одному, ни другому не хотелось этого. Хотелось наоборот быть ещё ближе, запачкаться мукой и малиной ещё сильнее, только бы быть рядом и получить хотя бы единственный поцелуй в щёку. Но ограничивались лишь "случайными" прикосновениям ладоней и плеч. Пока что. И даже этого пока хватало. — Необычно, — вдруг произнёс Минхо. — Что именно? — Никогда не проводил свой день рождения вот так: в чужой стране, почти не празднуя, занимаясь выпечкой с тем, кого знаю меньше месяца... — И с тем кто теперь тебе нравится? Не переживай, я уже говорил тебе, что не всё в жизни идёт по плану так, что наслаждайся тем, что имеешь. Старший закатил глаза, пока слушал Джисона, но его уши в очередной раз предательски заредели из-за правды. — Ты меня бесишь, — выдохнул Ли. — Не переживай, ты меня тоже. Совсем немного, — Джисон хихикнул и пожал плечами, словно он тут не причём. — Тебе понравился подарок? "Если бы не понравился, меня б здесь не было... Наверное", мысленно съязвил Минхо. Он облакотился на кухонную стойку, взглянул вниз на свой фартук, запачканный в муке и стал выводить на нём узоры пальцем, продолжая разговор. — Очень. Та фигурка башни, малиновые макарон и... — брюнет замолчал на пару секунд, вспоминая каждую фотографию, а следом каждую их прогулку, не понимая как он мог не заметить, что Джисон фоткал его, — те фотографии. Мне очень понравилось. Подарок милый и я чувствую, что ты вложил в него всего себя, как и во все наши совместные воспоминания. Ему пришлось перевести дыхание перед тем как продолжить. — Спасибо тебе большое, Джисон. Это очень мило. Почти сразу же синеволосый обхватил запястье Минхо, чтобы тот перестал водить пальцем по фартуку и поднял на него свой взгляд. Что брюнет и сделал. После чего он почувствовал, как чужие губы с нежностью коснулись его щеки так же быстро, как и остранились. — Ты... — Прости, не смог сдержаться. Ты выглядишь слишком мило, — с ухмылкой произнёс младший без малейшей задней мысли. — Предупреждай о таком, у меня чуть сердце из груди не выскочило. — От маленького поцелуя в щёчку? — ехидно продолжил тот, — тебе точно 31 год исполнился сегодня, колючий? — Просто отвали... Но никто из них не смог сдержать смеха из-за неловкой ситуации. Минхо и Джисон смотрели друг на друга с самыми глупыми улыбками на свете, как будто им двоим было не больше пятнадцати лет. Просто два влюблённых подростка: первый боится взглянуть на другого лишний раз, а второй при первой возможности украдёт маленький поцелуй. Только если первый не против. Брюнет прервал тишину первым. — Сходим завтра куда-нибудь? — Прости, завтра у меня полный рабочий день, — в его голосе мелькал грустный тон, — но как насчёт того, чтобы я сводил тебя в тот кошачий ресторан послезавтра? — Я согласен, — Джисону не нужно было повторять дважды, чтобы Минхо согласился, — но не забывай мне писать. — Не забуду, тебя и так из головы невозможно выкинуть. — Тебя тоже.

***

Выйдя из припаркованной машины Минхо оказался перед входом в ресторан с пушистыми созданиями, над которым весела вывеска с надписью «Le café des chats». — Я бывал здесь несколько раз. Ресторанчик не большой, за то уютный и достаточно тихий. И котики тут забавные, — было заметно, что у Джисона было отличное настроение. — Тут вкусно готовят? — на вопрос Минхо в ответ лишь прилетел слабый смешок, — что смешного? Мне важно знать, не отравлюсь я ли тут. — Не отравишся, не бойся. Даже если и отравишься, то я возьму на себя роль героя и повезу тебя в больницу. — Очень смешно, а теперь ответь на мой вопрос. Джисон ещё раз хмыкнул на то, как Минхо закатил глаза, но всё же ответил. — Вкусно тут готовят, по домашнему. Я бы не стал вести тебя в какой-то левый ресторан. — Тогда чего мы ждём? Вперед и с песней. — он подтолкнул слегка синеволосого, чтобы тот наконец-то зашёл в само заведение. Внутри их встретила молодая официантка, которая следом помогла им выбрать столик для ужина. А так же их встретили два беспородистых, но не менее красивых кота, что вальяжно расположились по бокам от входа на своим мягких подушечках. Уже сидя за столом, после того как мужчины выбрали себе несколько блюд из меню, Минхо не мог оторвать свой взгляд от Джисона, потому что тот так хорошо говорил на французском со официанткой. Страший только понял такие слова, как «bonsoir», «oui», «s'il-vous-plaît» и «merci», а уже дальше ему пришлось просто наблюдать, как Хан изящно говорил что-то про еду. Как только официантка отошла, Джисон взглянул на Ли в ответ. — Ты так красиво на французском говоришь. Мне теперь хочется его выучить, — восхищённо сказал брюнет. — Ты мне льстишь... Но честно я учил французский более пяти лет, живу здесь шестнадцать лет и до сих пор могу не знать какие-то супер заумные слова. — Всего пять лет, чтобы выучить французский это достаточно быстро, мне кажется. — Ты прав, — синеволосый лишь пожал плечами, — но когда все вокруг тебя говорят исключительно на французском, ты учишься на французском, живёшь среди французов, то ты не можешь не выучить французский хотя бы до уровня B1, вне зависимости, как сильно ты этого хочешь. — Прости, я не подумал об этом. — Тебе не стоит извиняться, малиновый. Лучше скажи мне, как тебе тут? Нравится? Минхо ещё раз осмотрелся по сторонам. Ресторан был вправду не большым. В нём так же не мало места занимала антиквариатная мебель и домики вместе с лежанками для котиков. Стены были украшены разными вещами: несколько интересных картин, иногда вместо картин в рамках находились зеркала и имелись так же несколько горшков с растениями, что стояли на полках. Столы и стуля так же были похоже на антиквариат или что-то подобное. Впрочем, Минхо мог лишь сказать, что каждая маленькая деталь имела свою элегантность и создовала почти домашний уют. Особенно в этом помогали пушистые обитатели этого места. Брюнет хотел ответить на вопрос Джисона, но его внимание привлёк один из котов, который стал тереться у его ног. Это был пушистый, совсем уже зрелый кот с чёрной шёрстокой и изумрудными глазками, что поглядывали на мужчину. — Какой ты красивый. — Ох, Минхо, ты мне льстишь–... — Я не тебе, — резко прервал его старший, — но ты тоже ничего. Джисону оставалось лишь закатить глаза на остроумный ответ мужчины. Наклонившись, Минхо мягко и изначально ели касаясь, погладил кота по шёрстке на спине, ожидая реакцию животного. Кот отреагировал положительно и прижавшись ещё сильнее к чужой ноге, брюнет уже не сомневаясь, позволил себе гладить его с уверенностью. — Ты ему нравишся. — Младший улыбнулся, — кому ты вообще можешь не понравиться? "... Джиу", мельком подумал Минхо. К нему у неё была лишь симпатия, как он думал, и когда она прошла, она всё равно осталась с Минхо доводя дело до измен. Хотя может не он ей не нравился, а она ему? Чуть раньше бы Минхо выбрал первый вариант, но теперь второй казался более правдоподобным. Но сейчас было не то время, чтобы думать о таком. Это было нехорошо по отношению к Джисону, а ему хотелось делать только приятно. — Не знаю, тебе нравлюсь и этого достаточно, — слова вырвались сами по себе и как только старший осознал, что он только что сказал, его лицо стало медленно звливаться краской. —Забудь... Младший как обычно улыбался, но в этот раз чуть шире. Или потому что его умилял вид Минхо с пушистым котом или из-за его слов, иначе нельзя было объяснить почему щёки Ли приобрели розоватый оттенок. Пушистое создание, совершенно нестесняясь, запрыгнуло на колени брюнета как раз в тот момент, когда официантка принесла заказанные блюда мужчинам. Девушка неловко извинилась на французском за кота, после чего взял того на руки, чтобы он не мешал мужчинам кушать и не выхватил какой-нибудь кусочек мяса, пока никто не видел. Попрощавшись с милым животным, Минхо и Джисон принялись за ужин. Перед Ли находилось красивое и не менее аппетитное блюдо — жареное куриное бедро в маринаде с рисом. А перед Джисоном стояла достаточно крупная тарелка с салатом с козьим сыром. Рядом с каждым блюдом стояли ещё не большие чашечки с тёплыми напитками: горячий шоколад для синеволосого и капучино для брюнета. — Bon appétit, — произнёс Ли известную ему фразу на французском, на что ему ответили тем же. — À toi aussi, малиновый. Во время ужина, они перекидывались фразами, рассказывая что-то из жизни, делясь историями и шутками. Иногда Джисон пытался флиртовать с Минхо, но не переходя границу комфорта последнего: он всё ещё должен был полноценно себя принять. Однако Минхо не хотел оставлять синеволосого без ответа, поэтому старался отвечать на флирт тем же, настолько насколько он мог себе позволить в данный момент. Вечер казался прекрасным. На улицах Парижа стало холодать и темнеть, а двое мужчин сидели внутри теплого ресторана, полного кошек и наслаждались вкусной едой. И самое главное компанией друг друга. Уже без каких либо секретов, Джисон уговорил старшего сделать несколько снимков на его маленькую камеру на память для себя. Этот тёплый вечер останется не только на плёнке камеры Джисона или в памяти, но и в сердце. В сердце Джисон и Минхо. После окончания ужина, мужчины вышли из ресторана, предварительно заплатив и уселись в машину. Синеволосый сел за руль серого Nissan Qashqai 2015 года и завёл двигатель, чтобы после отправиться в путь. Он пообещал Минхо, что заберёт его в ресторан и доставит обратно на машине, ведь кататься на метро или на автобусе по вечерам не самое комфортное дело. — Не знал, что у тебя есть машина. — Я редко на ней катаюсь. Использую её если надо выехать за город или если еду на шоппинг, — просто ответил Хан. — Даже когда на работу идёшь не используешь её? — продолжал интересоваться Минхо. — Ну, — младший задумался, — только когда дети, которых я учу играть на гитаре живут далеко. В кондитерскую же я предпочитаю идти пешком или на автобусе проехаться. — За то в ресторан мы на машинке, да? — Не буду же я тебя на свидание по метро таскать! Даже если машина не самая крутая. — Свидание? Почему-то Минхо не задумывался о настоящем значении этого похода в ресторан. Мысли о свидание вызывали у него всё те-же необычные, но уже знакомые чувства. — Ну, а на что это было похоже? — вопрос был весьма простой, но стоило ему взглянуть на слегка озадаченого Минхо и всё встало на свои места. — Думай об этом, как о ужине в честь твоего дня рождения. Я понимаю, что для тебя свидание может быть ещё чем-то... в общем слишком. — Нет, ты прав, это было свидание. Не знаю почему я не до конца осознавал или принимал этот факт. Повисла тишина. Машина проезжала мимо типичных парижских улиц, что уже освещались тусклым светом фонарей. Джисон продолжал вести автомобиль и время от времени поглядывал на Ли, иногда встречаясь с ним взглядом; Минхо то смотрел в окно машины, разглядывая что-то в тусклом свете, то смотрел на синеволосого своим нечитаемым взглядом. — Извини, если вдруг надавил. Я понимаю, что тебе ещё нужно свыкнуться со всем, — Хан чувствовал некую вину, даже если таковой причины для неё и не было. — Нет, всё нормально. Честно. — Он в очередной раз перевёл свой взгляд на Джисона, — хотя ты прав, мне ещё нужно время, чтобы свыкнуться со всем, но не думай, что я жалею о нашем вечере или что-то подобное. Мне всё понравилось, спасибо тебе в очередной раз. Свет проникал внутрь машины и мелькал, сменяя один уличный фонарь на другой. Однообразные улицы становились всё более знакомыми, что предвещало о скором конце поездки. Конце их свидания. Атмосфера в автомобиле успокаивала, из-за чего никому не хотелось прерывать момент тишины. Было впечатление, что становилось слишком тепло не из-за обогревателей встроенных в транспорт, а из-за Джисон, словно он собой нагревал всё пространство. Или же Минхо слегка перегрелся. Обжёгся. Всё было прекрасно, оба мужчины были довольны этим вечером и компанией друг друга. Оба надеялись, что рано или поздно они выйдут на новый уровень. И пусть всё прошло, как планировалось, Джисон не мог выбросить одну мысль из головы: точно ли Минхо разведётся со своей женой после возвращения в Сеул? Синеволосый верил старшему. Верил, что он бы не стал изменять и что его брак уже не имел смысла — оставалось лишь оформить развод. Но он не мог перестать переживать по этому поводу. Ведь что если всё пойдёт не по плану? Что если его жена будет отговаривать Ли от развода или он сам передумает? Это было очень маловероятно, но такие мысли не раз всплывали у него в голове. Стоило поговорить об этом с Минхо, чтобы быть более уверенным в дальнейшем, пусть Джисон и опасался испортить настроение такой темой. Было неизвестно, когда он сможет снова поговорить с брюнетом выживую, так как последующие пару дней у него были полностью рабочие. Поэтому младший решил не терять времени. Припарковавши машину не далеко от отеля Минхо, Джисон перевёл свой взгляд на старшего. — Можешь задержаться на минутку? — он дождался кивка от Минхо. — Я хотел бы поговорить немного о твоём... будущем разводе. Не хочу сейчас портить тебе настроение, но я не могу перестать переживать по этому поводу. Мужчина остался спокойным или же был таким только внешне. — Я разведусь и ты можешь не сомневаться в этом, — утверждал он, — я бы не смог простить ей измену... — И ты её не любишь...? — И не думаю, что любил. Я уже говорил это. — Ты прав, прости, — Джисон опустил свой взгляд, чувствуя себя неловко. — Просто хотел убедиться... ещё раз... — Это нормально, что ты волнуешься. Я тоже немного... нет, я до сих пор очень волнуюсь. До сих пор думаю, что возможно мне стоило сблизиться с тобой уже после развода, но смогли бы мы тогда? Меня бы уже здесь не было, тем более мы особо ничего не делали, но так сильно привязались к друг другу. — Я тоже думал об этом... Правильно ли то, что мы так близки, когда ты всё ещё женат? — Ни моя жена, ни я не любим друг друга. Будь я тобой, я бы сказал, что то, что сделано, — уже сделано, и в нашей ситуации нет ничего грешного. — Ай, ты крадёшь мои мысли, voleur!— Джисон шуточно простонал, словно его ранили. — Но я сам сейчас сомневаюсь, поэтому может оставил бы эту фразу на потом. — Не знаю правильно ли мы поступаем и мне кажется я перестал понимать, что правильно, а что нет, но я могу тебе точно сказать, что я подам на развод и в конечном итоге разведусь. — Мне стало чуть легче от твоих слов, знаешь, — синеволосый улыбнулся от вида такого серьёзного Минхо. Это его забавляло. – А мне легче от вида твоей улыбки, — и снова Минхо неосознанно сказал то, что не должен был. Точно не должен был? — Слушай, мне нравится, когда ты говоришь о том, что думаешь. Продолжай. — Я ухожу. Минхо приоткрыл дверь машины, собираясь оставить Джисона, но тот успел ухватить его за руку. — Ну, подожди! Я больше не буду так. Лады, колючий? — тараторил младший. — Но давай себе больше свободы мысли, ты так выглядишь более живым. Позволишь себе думать свободнее и сможешь принять себя быстрее. Понял? Брюнет глазел на мужчину перед собой, чувствуя, как тепло в груди разливалось всё больше и больше. Ему было приятно замечать, как Джисон пытался о нём заботиться. Даже если совсем немного. — Понял. Я постараюсь. — Хорошо. Тогда до следующей встре–... Глаза Джисона округлились, когда его прервали мягким поцелуем в губы. Минхо сам не ожидал такого от себя, однако раз ему стоило давать себе больше свободы, то стоит начать уже сейчас. Гитарист пусть и был очень удивлён, но не отстранился. Он мягко притянул к себе старшего за шею, отвечая на нежный и даже робкий поцелуй, пока ладонь Минхо нашла своё место на его бедре. Сладкий момент не продлился вечность и им пришлось отсраниться. Щёки брюнета предательски покраснели, выдавая то насколько сильно на него повлиял поцелуй, однако синеволосый выглядел не лучше. Его сердце, как и сердце Минхо, билось так сильно, что в любой момент могло выскочить из груди. — До следующей встречи? — Джисон наконец-то смог закончить свою фразу. — До следующей встречи. Этих слов было достаточно. Смотря на младшего ещё несколько последних секунд, старший в конце концов полностью открыл дверь автомобиля и покинул транспорт, возвращаясь в отель. Хотя вернуться хотелось к синеволосому мужчине в машине.

***

      Холодный ветер отрезвлял мысли, пока сигаретный дым медленно дурманил их. Брюнет сидел за столом на балконе своего номера, куря последнюю сигарету из его пачки. Он не был потерян или чем-то разочарован, чтобы желание курить стало невыносимым. Всё было гораздо проще: мысли о синеволосом продавце так сильно охватили его, что единственным, чем он смог себя отвлечь хотя бы немного, оказались сигареты. Иначе бы он пришёл к Джисону,не смотря на то, что тот был занят на работе. Казалось, что всего за один вечер он стал зависимым от синеволосого, если ещё раньше таким не стал. Потому что он не знал как объяснить то притяжения из-за которого теперь появилось постоянное желание быть с Джисоном. Никотин помогал расслабиться и на время перестать думать о чём либо, но Джисон стал зависимостью похуже самого никотина. Уже совсем скоро Минхо снова думал лишь о нём и хотел, как можно скорее встретиться с ним. Пока он сам не улетел. Времени оставалось уже не так много, потому желание провести как можно больше времени с младшим только усиливалось. Ему хотелось провести последнии три дня вместе, но Джисон сказал ему, что сможет освободиться только через два дня. Его ещё никогда так сильно не бесил тот факт, что люди ходят на работу. Джисон был прав: противоположности притягиваются. Минхо поднялся со стула и вернулся в свою комнату. Несмотря на то, что сегодня утром он около часа разговаривал с Джисоном по телефону, ему уже хотелось вновь набрать его номер и поболтать ещё несколько часов. Стоило Минхо подойти к тумбочке возле кровати, где лежал его телефон на зарядке, как экран тут же загорелся оповещая о входящем звонке. Ли уже обрадовался, думая, что ему позвонил Джисон, но стоило ему взглянуть, кто на самом деле ему звонил, как улыбка тут же слезла с его лица. Джиу. Минхо игнорировал её звонки и сообщения уже какое-то время, не имея желания с ней общаться. Он считал, что имел право не хотеть с ней говорить особенно после её поступка. Хотя с другой стороны Минхо сомневался в правильности уже своих же действий, хотя бы потому что они через многое прошли вместе и стали очень близки. По крайней мере он так думал. Решив покончить с этими попытками Джиу достучаться до него, Минхо всё же ответил на телефонный звонок. — ... Да? — Привет. — Прозвучал нежный женский голос на другой стороне телефона, — ты наконец-то ответил. — Я... много гулял. Не было времени отвечать, — сухо ответил он. — Ничего страшного, ты имеешь право не хотеть отвечать мне и вовсе. — Минхо точно уловил подавленость в голосе Джиу, из-за чего почувствовал себя ещё хуже. — Я хотела всего лишь узнать как тебе Париж. — Нравиться... очень. Ты тоже могла поехать. — После всего я бы не разрешила себе лететь туда с тобой. Брюнет не стал отвечать на это. Вспоминания о том дне каждый раз отзывались головной болью. — Ты провёл всё это время один? На этот вопрос хотелось соврать, но был ли в этом теперь смысл? Они совсем скоро разведутся. У неё уже есть мужчина, которого она по настоящему любит и Минхо знает об этом, поэтому стоит ли и ей знать о мужчине, который ему... нравится? — Нет. — Ох? — по голосу было ясно, что девушка была немного удивленна. — Ты с кем-то познакомился? — ... Да, — снова краткий ответ. — И тебе... хорошо? — Смотря о чём ты говоришь, — ему пришлось подумать несколько секунд. — Но да. — На самом деле... я рада, что ты не был один всё это время. Рада по-дружески. Минхо не ответил дожидаясь, когда Джиу вновь заговорит. — Я могу узнать её или их имена? — Его. — Что? — Его имя, — Ли спокойно поправил девушку. — Я познакомился с одним парнем. — Ах, ты нашёл себе друга? Извини, я об этом не подумала. И вновь Минхо молчит. Наверное чуть раньше он бы сомневался друзья ли они с Джисоном или уже нет, но сейчас он был уверен, что они давно пересекли границу "простой дружбы". — Минхо? — Думаю... он мне нравится. — Что? — брюнет и сам не знал почему сразу рассказал ей обо всём, — Минхо, ты... тебе нравится парни? — Я думаю так. — ... — У тебя с этим проблемы? Я не думаю, что это должно тебя волновать. Мы в любом случае скоро–... — Нет, нет! — Джиу прервала старшего, что резко вспылил, — я просто удивилась, но ничего против не имею. Правда, — Ли услышал слабый вздох своей жены. — Просто удивленна, что всё так быстро случилось. Хотя думаю если ты счастлив то это самое главное. Ты ведь счастлив рядом с... как его зовут? — Джисон. Да, я чувствую себя... непривычно счастливым рядом с ним, — он не был уверен до конца, что то чувство было счастьем, но это было точно то, что входит в его состав. — Я могу задать тебе вопрос? — Конечно. — Когда ты... ну, — слова давались ему не легко, словно что-то застряло в горле, — разлюбила меня? Какое-то время Джиу молчала в трубку, скорее всего думая над ответом на вопрос. — Примерно год спустя начала наших отношений. Думаю, что это не была любовь, но что-то больше похожее на сильную симпатию. — Она замолчала, обдумывая стоит ли ей продолжать, — я боялась тебя бросить. Наши родители стали хорошо общаться, постоянно подталкивали нас на что-то новое, мы тоже уже стали досточно близкими и ты относился ко мне очень хорошо. Я боялась кого-то разочаровать, особенно их и тебя. Поэтому молчала... Но ты не думай, что я была не счастлива. Ты делал меня самой счастливой даже без моей любви к тебе. Ты потрясающий. — Но быть "потрясающим" недостаточно? — Тут нет твоей вины только моя. За моё молчание и страх. Я полностью осознала, что не люблю тебя слишком поздно, поэтому продолжала играть свою роль. Роль влюблённой по уши девушки. Но потом однажды, когда я гуляла со своими подругами я встретила Сонхёна... — Джиу затихла на несколько секунд, словно пробуя на вкус это имя. — Мы стали общаться и... дальше тебе известно. — Не знаю смогу ли я понять тебя, — Минхо вздохнул, его голос стал немного тише, — но не могу винить тебя за страх, как и злиться на тебя больше не могу. Устал. Конечно обида за то, что ты молчала и пошла на такой поступок всё ещё присутвует. — Ты можешь злиться, я пойму даже если накричишь. — Я не стану. Кричать бессмысленно, — он считал, что крики всегда были лишними в таких ситуациях, особенно когда уже ничего не изменить. — Мы с тобой взрослые люди и думаю, что всё уже обсудили. Когда я вернусь в Сеул, мы поговорим про развод детальнее и если хочешь я не скажу ни твоим, ни моим родителям о измене, скажу просто, что мы разлюбили друг друга. — Минхо, если ты так сделаешь я буду тебе всю жизнь должна... Не знаю как тебя благодарить. — И не стоит. — Всё равно спасибо. — Разговор уже не было смысла продолжать, но у Джиу оставался последний вопрос, — последний вопрос. Ты любил меня когда-то, Минхо? Брюнет провёл слишком много времени, размышляя об этом, чтобы наконец-то прийти к ответу. — Нет, не думаю. Наверное я навязал себе любовь к тебе, чтобы тоже не разочаровать никого. Не думаю, что я вообще могу любить девушек... — Значит, — она ответила с каким-то неоднозначным смешком, — ни в наших отношений, ни в нашем браке не было смысла. Боже, Минхо, мы такие странные... — Лучше осознать это поздно, чем никогда. В любом случае, я позвоню тебе когда уже буду в Корее, — Минхо хотел как можно скорее завершить разговор. — Да... конечно. До встречи, Минхо. — перед тем как положить трубку, Джиу вложила огромное количество нежности в это «Минхо», но среди этой нежности не было любви. Её никогда не было. Не у них. Отложив телефон в сторону, Минхо почувствовал себя на удивление легко, после разговора с Джиу. Он смог обсудить с ней не мало вещей, что его тревожили, смог сказать то о чём давно молчал. Почему-то простой разговор, которого он избегал и даже боялся, смог успокоить его больше, чем он ожидал. Пусть даже горечь после простого разговора с ней всё равно оставила после себя след. Остаток дня мужчина провёл в отеле. Он решил испробовать функции включенные в стоимость его прибывания здесь, как например спа салон или массажы от талантливых мастеров, ему как раз не мешало расслабиться. А уже на следующий день он решил погулять по столице, просто наслаждаясь хорошей погодой и красивой архитектурой, ловя чувство déjà-vu, вспоминая свою самую первую прогулку по Парижу. Только теперь без Джисона каждая прогулка здесь не была такой увлекательной и интересной. Гитарист всегда знал какие-то интересные факты, о которых Минхо никогда не слышал, он знал как поднять настроение старшему, если тот был недоволен чем-то и самое главное: Минхо просто нравилось быть с ним рядом. Ему нравился Джисон. Пэтому во время прогулки он не раз вспоминал весёлого младшего и каждую мелочь о нём, а вечером наконец-то дозвонился до него просто чтобы поболтать в очередной раз. Осознание того, что совсем скоро он не сможет выходить куда-либо с ним упало на него слишком резко. Времени совсем не было. Минхо оставалось провести свой последний день в Париже и следующий день он проведёт уже в небе. Париж запомниться ему не только своей невероятной архитектурой, едой и атмосферой, но и в виде синеволосого продавца в кондитерской со сладкими малиновыми макарон и с самой нежной улыбкой, по которой брюнет будет очень скучать. И он уже скучает.

***

— Я соскучился, — прозвучал немного уставший голос Джисона. — Странно, да? Мы всего два дня не виделись — Я тоже соскучился. Парни ходили по одному из многих мостов над Сеной и наблюдали за ночным Парижем. Почти каждый уголок города был освещён: каждый ресторан, каждое окошко, каждый уличный фонарь ярко горел, освещая всё пространство по близости. Не зря Париж называют городом света. Минхо наслаждался этим видом в тишине и в компании того, с кем он хотел сейчас быть больше всего. Джисон шёл рядом с Минхо, и кажется его шумная натура утонула в тишине и красоте этого вечера. Увидеть, как Джисон просто ходит по улицам наслаждаясь городом и местами, где он скорее всего бывал уже несколько раз — редкость. Однако здесь рядом с Минхо, этой ночью столица открылась для него с новой стороны. Он чувствовал покой рядом с брюнетом, чувствовал тепло внутри грудной клетки, что разливалось всё больше и больше при одном взгляд на мужчину рядом, который с таким интересом рассматривал каждое новое здание. — А это что за замок? Через реку на другой стороне моста разместился красивый замок построенный в стиле французской готики. Сам дворец был подсвечен лампами, из-за которых было невозможно не заметить такое большое здание даже ночью. — Это? La Consiergerie. — Ла... что прости? — старший нахмуренно смотрел на Джисона, словно тот сам выдумал новое словно. — Кон‐сьер-же-ри. Это название того замка, — он пожал плечами. — Фан-факт кстати: этот замок так же использовался как тюрьма. И знаешь кто был самым знаменитым узником? Мария-Антуанетта! Она содержалась тут перед своей казнью в 1793 году. — Не самый весёлый фан-факт. — Но интересный ведь. Минхо издал глухой смешок, глядя на Джисона. — У тебя все факты интересные. Как ты так много знаешь? — Просто за 16 лет я уже почти везде побывал. Моя мама очень любит гулять и ещё тогда она постоянно таскала меня с собой по всюду. Ну, так как мы часто ходили в музеи, я просто всегда брал буклетики с картой или историей того или иного места. Потом читал их, чтобы моя мама не мешала мне и не заставляла фоткаться. — Да уж... Ещё немного постояв в тишине, смотря на дворец, Джисон повернулся к Минхо и прервал тишину. — Ты сегодня не многословен. Не то чтобы ты всегда много болтал, но будто сегодня меньше, чем обычно, — его взгляд опустился на губы Ли, но быстро вернулись обратно к его глазам, — всё в порядке? Брюнет не спешил отвечать. Он ещё несколько секунд задумчиво смотрел вперёд себя то ли на замок, то ли просто в даль и только после посмотрел на Джисона. — Завтра утром я уезжаю, — не самая приятная для них правда против которой ничего не сделать. — Я подвезу тебя к аэропорту. Ты ведь не против? — Не против, — как всегда короткий ответ в стиле Минхо. — Не знаю успею ли я позавтракать в отеле. Можешь взять мне что-нибудь по дороге, если у тебя будет возможность? — Под «что-нибудь» ты имеешь ввиду кофе и малиновые макарон? — Это уже на твоё рассмотрение, — его ответ заставил Джисона улыбнуться. Они не знали сколько времени уже просто стояли и пялились друг на друга. Для них сейчас ничего не было кроме них двоих. Это их последний вечер вместе перед тем, как они разлучаться на неизвестное количество времени. Минхо боится вдруг забыть ту самую яркую и добрую улыбку Джисона, от которой всегда становится теплее. Джисон боится вдруг забыть ворчливое лицо Минхо, на котором иногда появляется неловкая улыбка, как лучик солнца среди хмурых туч. Поэтому именно сейчас они запоминали каждую деталь, каждую родинку, каждую эмоцию и каждую улыбку. Смотрели друг на друга, как те самые влюблённые подростки, пока Джисон не рассмеялся. — Oh mon dieu, мы как психи, — говорил он через смех, придерживась рукой за парапет. — Нельзя так пялиться друг на друга. Люди подумают, что мы с дурки сбежали. — Не тебе ли плевать о чём думают другие? — Плевать, — он одобрительно кивнул на замечание Минхо, — им должно быть всё равно в порядке ли у нас всё с головой или нет. Но не отменяет факта, что мы выглядим странно со стороны. — Ну, — расслабленно выдохнул Ли, облокачиваясь на парапет и снова смотря вперёд перед собой, — с тобой странным быть не страшно. Даже весело. — Он повернул голову в сторону синеволосого, — давай останемся такими странными? Это не было вопросом. Лишь забавным предложением, на которое Джисон мог и не отвечать. Минхо всё равно знал, что тот согласиться. — Похолодало, не думаешь? — Есть такое, — программист не понял сразу к чему была такая резкая смена темы. — Ты замёрз? — Боюсь, чтобы ты не замёрз, — честное признание, на которе старший хмыкнул, чувствуя как это его забавляет. — С тобой даже холодной зимой будет сложно замёрзнуть. — Тон Минхо вдруг изменился, став менее игривым, — хотя знаешь, я всё же немного замёрз. Согреешь? — Можешь даже и не спрашивать. Джисон сразу оказался не прилично близко к Минхо, однако сейчас никого это не волновало. Сейчас им лишь хотелось оказаться в объятиях друг друга как можно скорее, чтобы скрыться от нарастающего холода. Их объятия — такие редкие, но родные, всегда пропитанны чем-то домашним, тёплым и любимым. В двоём они могли не бояться замёрзнуть в любое время года. Им стоило всего лишь быть рядом, чтобы согреться. И неважно если это был холод из-за погоды или из-за осознания того, что скоро им придётся разлучиться. Даже всегда тёплый Джисон мог замёрзнуть от такого и только всегда холодный Минхо мог согреть его своим слабым теплом. И ему будет достаточно ведь это Минхо. И Минхо даже не почувствует, что младший замёрз, ведь для него Джисон всегда полон тепла. Когда нибудь эти противоположности вновь встретятся. Возможно в совсем другом месте, возможно в их жизни много чего изменится, но для друг друга они останутся совершенно такими же. Они снова будут учиться понимать, снова будуть учиться любить вместе и будут снова вспоминать свою первую встречу, как что-то очень необычное, но как самое лучшее, что случалось в их жизни. Впереди Минхо ждёт тяжёлый путь обратно, откуда он начинал. Пятнадцати часовой полёт, скучные будни, однотипные дни, приставучие родители и... Развод. Что-то всё же изменилось. Ведь с незначительных изменений начинаются самые большие. Какие-то в лучшую сторону, какие-то нет. Но Минхо это больше не волновало. Теперь он знает, что по-настоящему правильно. Он больше не боялся делать решений, после которых он будет долго размышлять, поступил ли он правильно или нет. Теперь он знает, что по-настоящему ему нужно делать. Джисон был небольшим и самым лучшим решением Минхо, благодаря которому всё изменилось.

***

                                                            — год спустя...       За окном уже стемнело, а в соседских окнах загорелся свет. После рабочего дня, Минхо стоял на кухне и готовил ужин, желая как можно скорее покончить с этим, чтобы наконец-то отдохнуть. Кухня заполнилась вкусным ароматом жаренного стейка с овощами и запечённой картошки, которая находилась в духовке, что заставило живот мужчины предательски заурчать. После утомительного дня Минхо всегда был очень голоден, особенно если ему не хватало времени на обед, поэтому он пытался ускорить процесс готовки, чтобы утолить свой голод как можно скорее. Но не он один был голоден. Кот, который до прихода своего хозяина игрался в кошачьем домике со своими игрушками, теперь бегал около ног программиста и громко мяукал, пытаясь заставить своего хозяина дать ему кусочек стейка. — Суни, твоя еда в миске. Не мешай мне готовить, — Минхо опасался, что кот начнёт цепляется за его штаны, из-за чего он случайно наступит на его хвост. Но кот внезапно недовольно мяукнул, а когда брюнет взглянул вниз — питомца там уже не было. — Пушистый монстр тебе мешает? — спросил знакомый голос рядом с ухом Ли. — Бл–... Ты чего подкрадываешься?! Ты меня напугал, — Минхо смотрел прямо на парня перед собой, который теперь смеялся над его реакцией. Джисон стоял облокотившись на кухонную стойку и держал у себя в руках непоседливого кота. На его лице светилась ухмылка причиной которой стал сам Минхо. — Не мог же я спугнуть твоего пушистика, чтобы он потом тебе всю кухню разнёс. — Лучше я переверну сковородку и мы останемся без ужина? — Ну, колючий, прости меня, — Джисон наклонился, чтобы поцеловать старшего в щёку. — Давай помогу тебе с готовкой, ты наверное устал после работы. Без лишних протестов Минхо отошёл от кухонной плиты, давая Джисону свободу действий. Суни, что ранее был на руках синеволосого видимо понял, что не получит кусочек стейка и спрыгнул на пол, чтобы подбежать к своей миске с кормом. Наевшись питомец убежал в гостиную по своим кошачим делам. Минхо теперь вместо младшего стоял облокотившись на кухонную стойку и наблюдал за тем, как тот заканчивал готовить его блюдо. Ему всё ещё было тяжело поверить, что Джисон был здесь в Сеуле. И теперь стоит у него на кухне, готовя ужин. Он совсем не изменился, был таким же, как год назад: всё такие же синие волосы, всё такие же пухлые щёчки и всё такая же яркая улыбка. Только теперь он не был просто другом Минхо. Он был его парнем. Минхо из прошлого никогда бы не позволил себе даже думать о том, что в будущем у него будет парень вместо девушки или жены. Но теперь всё было именно так. Джисон приехал на месяц в Сеул, как Минхо в Париж год назад. Только первый приехал сюда исключительно ради Минхо. Спустя год постоянных переписок, видео звонков и даже кучи отправленных друг другу посылок, они наконец-то встретились. К сожалению, Джисон всё ещё не мог жить с брюнетом хотя бы в одном городе, но просто иметь возможность быть рядом с ним хотя бы на короткое количество времени — для него было достаточно. Вызгляд Минхо скользил по спине синеволосого в чёрной обтягивающей футболоке, пока тот накладывал еду на тарелки. Брюнет не мог не подумать насколько привлекательно выглядел его парень. Его парень. Благодаря постоянной поддержке Джисона и чувствам, которые брюнет испытывал к нему, он достаточно быстро смог принять свою ориентацию. Приняв себя, жизнь Минхо стала словно чуточку легче. Он удачно развёлся с бывшей женой, а так же оборвал все связи с родителями. После того как его родители узнали о разводе их сына и о его парне, они стали постоянно твердить ему о том, что он позор семьи, что он не должен был родиться таким и они даже стали угрожать ему оборвать общение с Минхо, если он сейчас же не бросит Джисона. Однако Минхо оборвал общение с ними первым. Дело было даже не в том, что они плохо отзывались о его парне, хотя Минхо учитывал и это, но в том, что они не могли принять своего сына таким, каким он есть. Они не хотели видеть своего сына настощим. Брюнета глубок ранило то, что его же родители были категорически против его счастья, но поставив своё счастье выше чужих ожиданий, он смог двигаться дальше. Особенно благодаря поддержке его парня и его друзей, это оказалось не так уж и сложно. Однако единственное, что сейчас волновало Минхо — это Джисон. Один лишь взгляд на него, вызывало внутри брюнета что-то большее, чем просто голод. — Я настолько голоден, что готовь съесть тебя прямо здесь, — честно признался Ли. — У-у, кто-то не просто голоден, да? — он обернулся, чтобы посмотреть на старшего с хитрой ухмылкой. — Не хочешь оставить десерт на потом? — Ты ведь знаешь, что я слишком сильно люблю сладкое... Минхо сделал шаг в сторону Джисона, после чего коснулся его щеки. — Только вот я кисло-сладкий, а кислое ты не любишь. — Я люблю тебя даже кислым. Но давай доберёмся сперва до сладкой части, — после чего Минхо без малейшего стеснения затянул синеволосого в поцелуй. Джисон обвёл талию старшего руками и с таким же жаром ответил на поцелуй, из-за которого у двоих начинало приятно тянуть внизу живота. Утолять свой голод они будут точно не только едой. И пока ужин стынет на кухонной стойке, а Суни играет где-то в гостиной, противоположности были поглощены жаром между ними, в попытке утолить свой аппетит жадными поцелуями и прикосновениями к обнажённой коже. А за этим жаром стоит их совсем молодая и нежная любовь к друг другу, которая зародилась одним солнечным днём в небольшой кондитерской Парижа.