В зоне видимости

За окном царит чудесная погода. Ветерок обдувает лицо, а солнечные лучи согревают. Наступила осень. Все дети мира спешат на учёбу. Стэнли Снайдер не исключение. Только вот в отличии от других, он опаздывает в первый же день в новой школе. — Мам, перчатки! — В шкафу! Голос матери был безошибочным компасом в хаосе их дома. Парень откопал кожаные перчатки под старой курткой, одним движением натянул их и рванул к выходу. — Я ушёл! — Аккуратнее! Во дворе, сверкая чёрной краской, стояла гордость Стэнли – мотоцикл "Kawasaki", который отец подарил ему перед отъездом в командировку. Он был единственной надеждой успеть. Шлем как назло не хотел нормально налезать. После минутной борьбы с ним, наконец, удалось его надеть. Рёв мотора разбудил не только соседей, но, казалось, и весь спальный район. Со стыдливым мысленным извинением на пол-секунды Стэнли вцепился в ручку газа. — Чёрт, опаздываю!

***

Школьный звонок говорит о начале урока, а Стэнли даже кабинет свой не нашёл. Все ученики разбежались по классам, оставив коридоры пустыми, что значительно затруднило поиски нужного места. — Даже спросить не у кого. Что за невезучий день! Пока Стэнли говорил сам с собой и, тыкая в телефон, пытался откопать хоть какую-то информацию на сайте школы, в конце коридора мелькнула чья-то спина. Паренёк примерно его возраста. Эту белую макушку не заметить, это как в глаза надо долбиться? Снайдер ухватился за этот шанс. — Привет, послушай...– Парень не оглядываясь ускорил шаг, а потом и вовсе бросился бежать. — Хей! Погоди! Стэнли догнал парня и резко схватил за плечо, пытаясь остановить. Тот поддался так легко, словно и не сопротивлялся, и мягко рухнул на пол. Раздался негромкий, но отчетливый хлопок. — Эй.. Ты в порядке? Прости, не рассчитал силу. Снайдер виновато улыбнулся и протянул руку, помогая встать пареньку. Тот отряхнулся и наконец-то обратил внимание на Стэнли. Глаза, чёрные как смоль, изучали его без тени эмоций. — Кстати, ты почему убегал? — А ты почему догонял? — Ну, это... Я просто новенький и хотел узнать дорогу Парень не ответил. Его взгляд, скользнувший по Стэнли с ног до головы, был отстраненным и анализирующим. В его глазах не было ни страха, ни злости – лишь холодное любопытство. Стэнли, привыкший к открытым реакциям, почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Ну так.. Ты мне поможешь? — И куда тебе надо? — В 270 кабинет Парень медленно поднял брови, а его взгляд стал выражать немой укор. — Что? Почему ты так смотришь? Парень молча указал пальцем куда-то за спину Стэнли. Снайдер обернулся и его взгляд упал на табличку с крупными цифрами "270", прикрепленную к двери в двух шагах от него. Щёки мгновенно залились румянцем. — А.. Спасибо.. Снайдер неловко посмеялся и почесал затылок, смотря на парня. Беловолосый так и не издал ни звука. Он лишь покачал головой – едва заметное, почти машинное движение – и медленно побрел прочь по коридору, оставив Стэнли наедине с его новой школой и чувством глубокого идиотизма. Стэнли проводил взглядом удаляющуюся фигуру, чувствуя, как жар стыда медленно спадает с его щек, оставляя после себя лишь легкое раздражение. Он ненавидел быть тем, кого терпят из вежливости. "Ну и тип"– мысленно проворчал Стэнли. Звонок давно отзвенел, и в коридоре стояла тишина. Снайдер глубоко вздохнул и, отодвинув тяжелую дверь, шагнул в кабинет. Урок истории был в самом разгаре. Учитель прервал монолог о Наполеоне Бонапарте, чтобы оценить нового ученика. — Стэнли Снайдер, я полагаю? Опоздать в первый же день это талант. Зовите меня мистер Харрис. И поскольку вы так настойчиво решили привлечь к себе внимание, проиллюстрируйте наш урок. Скажите, в чем, по вашему мнению, заключалась главная стратегическая ошибка Наполеона во время вторжения в Россию в 1812 году? Стэнли, чей мозг все еще был занят беловолосым парнем, на секунду замер. Он встретил взгляд Харриса с видом неподдельного просветления. — О, это просто! Он был плохим туристом. Серьёзно. Не изучил локальный климат, проигнорировал отзывы предыдущих "путешественников" вроде Карла XII, и главное – у него не было запасного плана на случай, если "достопримечательность" (в виде Москвы) окажется не совсем такой, как он ожидал. Вместо того чтобы признать, что поездка не удалась, и развернуться домой, он упёрся и ждал, пока ситуация исправится сама собой. В итоге остался без армии и без сувениров. Прямо как я сейчас: мой план "быстро найти класс" провалился, но я, в отличие от Бонапарта, хотя бы не продолжаю упрямо штурмовать кабинет химии, надеясь, что он волшебным образом окажется кабинетом истории. В классе повисла гробовая тишина, а затем её разорвал взрыв смеха. Кто-то даже ударил рукой по парте от восторга. Сравнение величайшего военного гения с неудачливым туристом, не купившим сувениров, было настолько абсурдным, что это звучал до невозможности логичным. Мистер Харрис побледнел от такой наглости. Он явно ожидал чего угодно. Заученного ответа про тактику, голод, холод, но не циничного стеба, низводящего великую историю до уровня неудачного отпуска. — Прекрасно, вы только что умудрились обозвать одного из величайших полководцев истории "плохим туристом". Ваш талант к вульгарному редукционизму поистине пугает, Снайдер. И если вы закончили, садитесь уже и больше не опаздывайте. Под оглушительный, уже не скрываемый смех и аплодисменты половины одноклассников Стэнли пробрался к своему месту. В воздухе висело ощущение, что он только что поджег мост, ведущий к хорошим отношениям с учителем истории, но зато заработал репутацию местного остряка.

***

На перемене, разглядывая расписание, он снова увидел его. Беловолосый парень сидел в одиночестве, уткнувшись в книгу. Решимость исправить первое впечатление и утолить любопытство заставила Стэнли подойти. — Привет. Я хотел ещё раз извиниться. Начал он, садясь напротив. Парень медленно поднял глаза и посмотрел на него. — За что именно? За то что схватил меня неожиданно или за то, что повалил меня? — Ну, теперь когда ты это озвучил, придётся извинятся за оба пункта. Меня кстати зовут- — Стэнли Снайдер Перебил его неожиданно беловолосый — Откуда ты- — О тебе уже половина школы знает. Красивый парень, что смел насмехаться над Наполеоном на уроке мистера Харриса. Информация распространяется быстро, особенно если она забавная. Стэнли почувствовал, как в груди что-то ёкнуло. Это была странная смесь гордости и стыда. — Чтож, раз ты знаешь моё имя, может тоже представишься? Парень на секунду задумался. Он уткнулся в книгу, но его тихий голос Стэнли всё таки услышал — Алан. Алан Робинсон. Теперь можешь оставить меня? — А, да, прости. Не буду мешать. Пойду перекушу. — И у тебя перчатки неправильно надеты. Стэнли глянул на руки. И правда, он перепутал и надел их вверх тормашками. Ещё одна позорная история в копилку. — Ты прав, спасибо..

***

Снайдер решил сходить в столовую. Что что, а это место он знал, где находится. Однако сцена там стала для Стэнли полной противоположностью утреннему провалу. Его история про Наполеона-туриста облетела школу быстрее вируса. Теперь его окружала шумная толпа одноклассников, наперебой приглашавших его посидеть с ними. — Хей, Стэнли! Давай к нам! — Нет, лучше с нами! — Да что он будет делать среди девочек? — Да с нами уж лучше, чем с вами! Они чуть ли не подрались прямо на месте, поэтому Стэнли решил уйти к третьей стороне. Ему нравилась эта популярность. И всё это из-за одной шутки. Компания, к которой он присоединился, состояла из трёх парней и двух девушек. Девушки пытались флиртовать с ним, но он ловко парировал их заигрывания и искал возможность узнать больше об Алане. — Так.. Знаете ли вы что-то про Алана Робинсона. У него ещё такая причёска странная. — Не, мы знаем многих, но это имя впервые слышим. — Вот как, всё равно спасибо. Закончив есть Стэнли тихо удалился из столовой. Оставшиеся уроки прошли спокойно. Беда началась после учёбы. Когда все подростки начали выходить из здания, большая часть окружила байк Снайдера. В основном это были девушки. Когда он это увидел, то удручающе вздохнул. — Вау, интересно, чьё это? — Может того новенького? Байк ведь появился после его прихода. — Ты права! — Интересно, подвезёт ли он кого-то из нас? Подойдя к мотоциклу, он увидел, что девушки буквально облепили его. Вежливым, но не допускающим возражений тоном Стэнли дал всем понять, что никого подвозить не собирается, завел байк и уехал под разочарованные вздохи.

***

Стэнли мчался по улицам, и рёв мотора на этот раз не приносил ему привычного удовольствия. Мысли путались. С одной стороны – эйфория от внезапной славы, с другой – странное, щемящее чувство неудовлетворённости. Весь этот шум, внимание, флирт – всё это было каким-то... пустым. Его мозг снова и снова возвращался к Алану Робинсону. К этому ледяному, безразличному взгляду, который, казалось, видел его насквозь. Пока все смеялись над его шуткой, только один человек отреагировал на неё не как на клоунаду, а как на информацию к размышлению. "Информация распространяется быстро, особенно если она забавная". В этих словах Алана не было ни капли зависти или восторга – лишь констатация факта. И это задевало Стэнли сильнее, чем любая критика.

***

Прошло 2 недели с того разговора. Стэнли старался чаще говорить с Аланом, однако каким-то волшебным образом тот исчезал, стоило кому-то появиться на горизонте. Урок химии на этой недели был объединён с другим классом. Заглянув в кабинет через окно, Стэнли был невероятно счастлив. Почему? Потому что в классе, с которым их объединили был и Алан. Зайдя в аудиторию, его сразу же позвали к себе другие. — О, Стэнли! Хочешь с нами? — Спасибо за предложение, но я сяду с Аланом Одноклассники переглянулись между собой. Они стали тихо гадать, кто этот Алан такой, что Стэнли решил сесть с ним. На их удивление, Снайдер сел рядом с беловолосым парнем. — Ты.. Я не разрешал садиться со мной Тихо, но отчетливо произнес Ксено, даже не поднимая глаз от учебника. — А, прости, можно присесть? С наигранной невинностью спросил Стэнли. Парень недоуменно посмотрел на него и закатил глаза. — Делай, что хочешь Люди в классе стали шептаться. Один из парней, Марк, не выдержал и подошел, похлопав Стэнли по плечу. — Эй, Стэнли, ты почему сел с "этим"? — Что? Стэнли нахмурился. Он наделся, что ему послышалось. — У "этого" вообще-то имя есть. И его зовут Алан. — Как? Алан? Вообще-то Ксено. Ксено Хьюстон Уингфилд. Ты не знал? Он же у нас местный, кхм.. тихоня. Стэнли развернулся к Ксено, но тот отвернулся к окну, его поза была напряженной, будто он пытался стать невидимым. Снайдер, пытаясь разрядить обстановку, рассмеялся. — Теперь понятно, почему ты не откликался, когда я звал тебя! — Серьёзно, Стэнли Не унимался Марк, понизив голос, но так, чтобы слышали окружающие. —Брось это. С ним что-то не то. Говорят, он... — Он что? Ксено побледнел. Его пальцы судорожно сжали край стола. Он резко вскочил так, что стул с грохотом отъехал назад. Стэнли переключил своё внимание на звук. — Я.. Мне не здоровится, я пойду — Ксено? Парень быстрым шагом вышел из кабинета. Стэнли хотел было пойти за ним, однако Марк схватил его за локоть. — Да оставь его. Или хочешь, чтобы и на тебя все так же смотрели? — Что он такого сделал? Вырвалось у Стэнли, и в его голове пронеслись самые страшные варианты. Марк наклонился ближе, его лицо исказила брезгливая ухмылка. — Так как ты новенький, возможно не знаешь, но ходят слухи, что он из "этих" Стэнли несколько секунд смотрел на него в полном непонимании, пока, наконец, ужасная догадка не достигла его сознания. — Чего?.. — Ага, гей он. Теперь дошло? Марк самодовольно выпрямился, довольный эффектом. В голове у Стэнли всё внезапно прояснилось. Ледяное спокойствие Ксено, его уходы от любых контактов, этот взгляд, полный отстранённости и то, что он вечно пропадал, стоило кому-то подойти. Это была не странность. Он защищал его от себя. Стэнли медленно отвел взгляд от Марка и посмотрел на пустой стол Ксено, на отодвинутый стул. Он почувствовал прилив такой ярости, что у него похолодели пальцы в перчатках. И в этот момент Стэнли Снайдер принял решение. Оно пришло мгновенно, как удар молнии. Он посмотрел на Марка, и его лицо больше не выражало ни непонимания, ни растерянности. Только холодное, твердое презрение.

***

Следующие несколько дней Стэнли упорно пытался заговорить с Ксено. Он подкарауливал его у выхода, пытался передать записки через соседей по парте, махал рукой при встрече в коридоре. Но беловолосый парень делал вид, что его не существует. Его взгляд скользил по Стэнли, как по пустому месту, а сам он растворялся в толпе с мастерством исчезающего фокусника. В пятницу, задержавшись после футбольной тренировки, Стэнли свернул за угол школьного гаража, чтобы сократить путь к стоянке и замер. В глухом углу, заваленном старыми партами, стоял Ксено, прижавшись спиной к кирпичной стене. Его окружали трое: Марк и двое его знакомых. Один из них держал портфель Ксено, с любопытством вытряхивая из него содержимое. — Знаешь какое выражение лица было у Стэнли, когда он узнал всю правду о тебе? Я ещё никогда не видел такого яростного презрения. Ксено молчал, его лицо было белым, как мел, а губы сжаты в узкую, прямую линию. Казалось, что он не дышит. — Слышь, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! Марк грубо толкнул его плечом. В Стэнли что-то щёлкнуло. Мысли о последствиях, о репутации, о возможном наказании — всё это испарилось в один миг. Он уже не помнил, как оказался перед ними, закрывая Ксено. — Это презрение было направлено на тебя, Марк. Как можно быть таким противным, а? — Слышь, ты чё несёшь? — Küss meinen Arsch Парни в недоумении смотрели на него, а Ксено пропустил смешок. К его сожалению, все это слышали, включая Стэнли. — Знаешь немецкий? — Немного Марк со злостью смотрел на них обоих. — Эй! Что ты сказал?! — Я сказал, чтобы ты проваливал Не успел он договорить, как Марк навалился на него с кулаками. Стэнли парировал его и двинулся вперёд. Первый удар, короткий и жёсткий, пришелся Марку в челюсть. Тот отшатнулся, ошеломлённый. Двое других тоже набросились на него, однако Стэнли каждого повалил прямо как на тренировках. Недаром он сын военного. Через пару минут Марк, прижимая к лицу окровавленный нос, бормотал что-то невнятное и убирался прочь вместе с компанией. Когда их шаги затихли, в углу воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Стэнли. Он обернулся к Ксено. Тот все так же стоял, прижавшись к стене. — Эй, ты как, в норме? Выдохнул Стэнли, переводя дух. Ксено молча кивнул, его взгляд скользнул по всему телу Снайдера и остановился на уровне груди. — Твоя рука.. Тихо произнес Ксено. Только теперь Стэнли почувствовал тупую боль растекающуюся по локтю. Видимо, один из ударов всё же достиг цели. — Пустяки Бодро отмахнулся он, хотя рука адски ныла. — Так я и поверил, иди за мной. Ксено поднял с земли свой портфель, отряхнул его коротким, резким движением и, не оглядываясь, пошёл в сторону школы. Стэнли, не находя силы возражать, поплёлся следом. Ксено провёл его через чёрный ход, где их никто не мог увидеть. Он двигался с тихой уверенностью человека, знающего каждую щель в этом здании. В конце концов они остановились у знакомой двери с красным крестом. Медпункт был пуст. — Сядь Приказал Ксено, указывая на кушетку, застланную клеёнкой. Стэнли послушно уселся, снимая перчатки. Руки выглядели ещё хуже, чем он думал. Ксено тем временем с деловитым видом нашёл в шкафу аптечку, достал перекись водорода, вату и бинты. — Дай Снайдер протянул руку. Щиплющий холод перекиси заставил его вздрогнуть. Ксено, не глядя ему в глаза, молча и тщательно обрабатывал ссадины. Его пальцы были удивительно ловкими и, вопреки ожиданиям, совсем не дрожали. — Спасибо за это Тихо сказал Стэнли, нарушая тягостное молчание. Ксено лишь пожал плечами, сосредоточенно накладывая бинт. — Но почему ты не сопротивлялся? Пальцы Ксено замерли на полпути к завязыванию узла. Он не поднимал головы. — Драться – не выход — Но это только подтверждает их правоту в том, что ты-... Стэнли запнулся, не решаясь повторить грубое слово Марка. — Прости, не знаю, что на меня нашло Ксено наконец поднял на него взгляд. В его чёрных глазах стояла такая бездонная усталость, что Стэнли стало не по себе. — Они считают меня геем Произнёс абсолютно спокойно и безразлично. — И знаешь, что самое смешное? Никаких реальных причин для этого нет. Никаких намёков, признаков. Всё гораздо проще и глупее. Ксено отложил бинт и отступил на шаг, давая Стэнли себя рассмотреть. — Всё дело в этом Он провёл рукой по своему лицу. — И в этом Он сжал свое запястье, такое тонкое, что Стэнли мог бы охватить его большим и указательным пальцем — У меня женоподобное лицо, Стэн. И я не могу поднять гирю, которая тебе покажется игрушкой. Для таких, как Марк, этого более чем достаточно. Им не нужны доказательства. Им нужна мишень. Стэнли молчал, ошеломлённый. Он ожидал чего угодно – сложной истории, личной драмы, но не такого примитивного и оттого ещё более жестокого объяснения. Ксено закончил перевязку и отошёл к раковине, чтобы вымыть руки. Спина его снова была напряжена, будто он ожидал насмешки, осуждения или, что хуже всего, жалости. Стэнли смотрел на его затылок, на аккуратно уложенные белые волосы, на хрупкие плечи. — Знаешь.. Марк просто мудак, и те двое тоже! Я считаю, что ты поступил мужественно и не убежал, когда была возможность. Даже помог мне перевязать руки. Я думаю это круче, чем разбить кому то нос. Ксено замер у раковины. Он не обернулся, но Стэнли увидел, как медленно, понемногу, расслабляются его плечи. — Спасибо.. Наконец произнёс Ксено, и это было самое искреннее "спасибо", что Стэнли когда-либо слышал. — Не за что Ухмыльнулся Снайдер, чувствуя, как странное тепло разливается у него в груди, заглушая боль в руке. Он перевел взгляд на окно, за которым садилось осеннее солнце, окрашивая небо в рыжие тона. В голове крутилась одна мысль: он не хочет, чтобы этот разговор закончился. Хочет как-то закрепить этот хрупкий мостик, протянутый между ними. — Эй, Ксено, а у тебя есть любимый цвет? Неожиданно для себя выпалил Стэнли, сразу же почувствовав идиотом. Из всех возможных вопросов... Ксено, уже собиравшийся уходить, остановился и медленно обернулся. На его усталом лице мелькнуло недоумение. — Что? — Ну.. Цвет. Просто интересно. У всех же есть любимый цвет? Стэнли пожал плечами, стараясь выглядеть как можно более непринужденно. — У меня, например, чёрный. Как мой мотоцикл. Ксено несколько секунд молча смотрел на него, словно пытаясь разгадать скрытый смысл в этом абсурдном вопросе. Потом его взгляд смягчился, стал чуть более рассеянным. — Фиолетовый Тихо произнес он и, не добавляя больше ни слова, развернулся и вышел из медпункта, оставив Стэнли наедине с перевязанной рукой и ощущением маленькой, но очень важной победы.

***

Следующий день был выходной и Стэнли остался дома. Но просто лежать и ничего не делать скучно, поэтому он решается прокатиться. Заряженный энергией вчерашнего разговора с Ксено, он напевал себе под нос и искал ключи в прихожей. — Стэнли, ты куда это? Из гостиной вышла мать, смотря на него с теплой укоризной. —Вечно ты на своем мотоцикле пропадаешь. Хоть бы девушку себе завел, а то я уж задумалась, не в монахи ли ты собрался. Стэнли замер с ключами в руке. Мысль о Ксено, о его усталых глазах и тихом "спасибо", была еще так свежа и ярка. Он обернулся к матери, встретил ее добрый, подтрунивающий взгляд и понял, что не хочет ничего скрывать. Не с этим человеком. Он сделал шаг вперёд к ней и улыбка стала мягче, но слегка игривой. — Мам, насчёт девушки.. Он сделал небольшую паузу, давая ей настроиться на серьезный лад, но его глаза по-прежнему лукаво блестели. — Если я и приведу кого-нибудь, то скорее всего это будет парень. Он сказал это прямо. Так легко и естественно, как если бы сообщал, что хочет на обед. Мать на секунду застыла, ее глаза широко распахнулись от неожиданности. Но это было не шоком отчаяния, а мгновенным переосмыслением. Она смотрела на своего сына – на его открытое, смелое лицо, на эту готовность быть собой – и ее черты смягчились. Она покачала головой, и на ее губах дрогнула такая же, как у него, улыбка. — Ага! Я так и знала! Воскликнула она, и в её голосе звенел настоящий триумф. — Твой отец теперь должен мне двадцать долларов! Он говорил: "Не выдумывай", а я говорила: "Материнское сердце не обманешь". Вот и кто оказался прав! Стэнли рассмеялся, и с его плеч будто свалилась тяжесть, о которой он даже не подозревал. Всё оказалось проще, чем он мог предположить. — Так что приводи своего парня, когда будет готов Продолжила мать, уже деловито поправляя воротник его куртки. — Только предупреди заранее, я торт испеку. — Мам... Начал Стэнли, тронутый до глубины души. — Он пока не знает, что встречается со мной — А-а-а Протянула она многозначительно, и её улыбка стала одновременно понимающей и лукавой. Она нежно потрепала его по щеке. — Чтож, действуй. Только не гони лошадей. И на мотоцикле тоже. А я пока пойду напишу твоему отцу напоминание о его долге.

***

После того разговора прошёл почти месяц. Стэли всюду шёл за Ксено и не отлипал от него. Они не были парой – нет, об этом пока не шло речи, – но их постоянное совместное присутствие стало фактом. Стэнли садился с ним за одну парту, ел с ним в столовой, отгоняя любопытные взгляды лёгкой шуткой или просто уверенным взглядом, и ждал его после уроков у выхода. И что удивительнее всего – его популярность никуда не испарилась. Физические навыки, которые Стэнли демонстрировал, не лезя в драку, работали на новый имидж. Когда на физкультуре он одним плавным, мощным движением взбирался на канат до самого потолка, когда на школьных соревнованиях по стрельбе (наследие отца-военного) показывал почти снайперский результат – это вызывало не просто восхищение, а уважение. Это была сила, но не агрессивная, а контролируемая. И все догадывались, для кого он будет её применять. Мотоцикл тоже стал частью его. Но теперь это был не просто атрибут крутого парня. Это был символ свободы и выбора. Он по-прежнему никого не подвозил, но все видели, как иногда, в хорошую погоду, он приезжал в школу не один. Как Ксено, закутанный в запасной чёрный шлем, неуверенно держался за его спину, а Стэнли ехал медленнее и осторожнее, чем обычно. Эта картинка говорила сама за себя: Снайдер дорожит им. Конечно же не обошли стороной и его внешность. Да, Стэнли был красавчиком. Как минимум большая часть девушек была им очарована. Он оставался в центре внимания, душой компании. Его популярность затронула и Ксено. С ним пытались заговорить некоторые люди, однако тот быстро уходил от разговора.

***

На утро Стэнли влетел в школу ровно за минуту до звонка, что для него было почти подвигом. Он прямиком направился к шкафчику Ксено, надеясь поймать его до уроков. Ксено стоял у своего шкафчика, доставая учебники. Он услышал быстрые шаги, обернулся и... замер. Его черные, всегда спокойные глаза расширились от изумления. Стэнли Снайдер, всеобщий любимец и заводила, стоял перед ним с фиолетовыми, до неприличного яркими губами. — Привет. Как тебе? Широко улыбнулся Стэнли, отчего его губы стали еще ярче. Ксено не мог отвести взгляд. Он несколько раз моргнул, словно проверяя, не галлюцинации ли это. — Ты... что это на тебе? Наконец выдавил он. — Помада, разве не очевидно? Стэнли самодовольно подмигнул. — В магазине девушка смотрела на меня так, будто я спустился с Марса. Но я сказал, что это для... хм... важного эксперимента. Он посмотрел на сияющее, абсолютно серьезное лицо Стэнли с нелепыми губами, и по его собственным губам поползло едва заметное движение. Уголки рта дрогнули. Потом опять. И вот уже по всему его лицу расползалась настоящая, живая, хоть и сдержанная улыбка. Он попытался ее скрыть, прикусив губу, но было поздно. Тихий, сдавленный смешок вырвался из его груди. Потом еще один. И вот он уже смеялся – беззвучно, плечи тряслись, а в глазах стояли слезы. Он смеялся от абсурдности ситуации, над фиолетовыми губами Стэнли Снайдера, который ради шутки был готов на все. — Идиот Выдохнул Ксено, вытирая глаза. — Полный идиот Именно в этот момент из-за угла появился Марк с парой своих прихвостней. Его взгляд сразу же нашел Стэнли, а затем, с изумляющей скоростью, переключился на его губы. Лицо Марка исказилось гримасой брезгливого торжества. — Только посмотрите на это. Решил стать таким же, как и этот? Он кивнул на Ксено — А губы накрасил, чтобы понравиться ему? В коридоре наступила тишина. Все замерли в ожидании реакции. Ксено напрягся, его плечи снова сжались. Стэнли же, напротив, лишь медленно повернулся к Марку с преувеличенно безразличным видом. Он даже приложил руку к губам, будто проверяя, не стерлась ли помада. — Ты попал прям в точку Стэнли с притворной нежностью обернулся к Ксено и скрестил руки на его груди, прижимая его к себе сзади. Ксено замер, его уши мгновенно покраснели. — Да, Марк, ты раскрыл нас Сладким голосом проговорил Стэнли, подмигивая через плечо. — Мы просто не хотели афишировать. Но раз уж ты такой проницательный~ Он прижал щеку к виску Ксено, который пытался вырваться, но Стэнли держал его с железной хваткой. — Пусти.. Прошипел Ксено, но его голос дрожал от смущения, а не злости. — О, милый, не стесняйся~ Театрально вздохнул Стэнли, одним движением поворачивая Ксено к себе и обнимая его так, что тот оказался полностью прикован к его груди. Марк и его друзья стояли в ступоре. Их лица выражали полное недоумение. Они ожидали агрессии, насмешек, может, даже драки, но откровенно гейскую пародию в исполнении школьного любимчика – нет. А вот по коридору покатилась первая волна шепота. — Вы видите?.. Прошипела одна из девушек, та самая, что недавно пыталась флиртовать со Стэнли у мотоцикла. Её глаза были круглыми от шока. — Он что, серьёзно? С этим... тихоней? Подхватила подруга, не отрывая взгляда от пары. Шёпот нарастал. Кто-то снимал на телефон. — Я... это... Бормотал Марк, краснея. — Мы даже подумываем пойти вместе на выпускной~ Продолжал Стэнли, игриво теребя волосы Ксено, который теперь прятал раскрасневшееся лицо у него на плече. — Правда, дорогой? В ответ на это в толпе девушек раздался сдавленный визг. Но на этот раз — не от отвращения. — Ой, смотри, как он его держит! —Это же так мило... Послышался ещё один голос, уже с ноткой умиления. Ксено, кажется, услышал это. Его плечи напряглись, но Стэнли лишь крепче прижал его. Затем Ксено медленно поднял голову и посмотрел прямо на Марка. — Если.. если только ты заткнёшь его.. Тихо, но чётко произнёс Ксено. В толпе одноклассников кто-то сдержанно хихикнул. Но теперь смешки были доброжелательными. — Да вы.. вы.. — Мы что? Невинно переспросил Стэнли, всё ещё не выпуская Ксено из объятий. — Влюблённая парочка? Да, Марк, именно так. Спасибо, что помог нам совершить каминг-аут. Ты такой прогрессивный! И вот тут настроение толпы переломилось окончательно. Теперь смеялись уже открыто. А из группы девушек послышался сдавленный, но восторженный шёпот: — Боже, это же самая милая вещь, которую я видела! —Стэнли такой храбрый... И Ксено... он на самом деле такой милый, когда краснеет! —Вы только посмотрите, как он на него смотрит! —Я... я теперь их шипперю.. Призналась каштановолосая девушка своей подружке, и та одобрительно кивнула. — Вот чего он пристал к ним! Его же это не касается — Ты права! Из-за него Ксено так страдал. — Бедняжка Марк и его друзья, чувствуя давление толпы поспешно удалились. Когда они скрылись за углом, Стэнли наконец ослабил хватку. Ксено немедленно отпрянул от него, его лицо было алым. Теперь на них смотрели не с осуждением, а с неподдельным интересом и даже умилением. Несколько девушек улыбались им, а одна даже подмигнула Стэнли. — Ты полный идиот.. Выдохнул Ксено, но теперь в его голосе сквозила скорее растерянность, чем злость. Он краем глаза заметил, как девочки тут же начали лихорадочно перешёптываться, но теперь их взгляды были полны любопытства, а не насмешек. Ксено схватил Стэнли за рукав и почти потащил за собой, пробираясь сквозь толпу одноклассников, чьи взгляды теперь жгли спину не осуждением, а интересом. Он шёл быстро, почти бежал. Мимо шкафчиков, мимо окон, пока не свернул в тихий, полузаброшенный коридор, где хранилось старое спортивное оборудование. Он остановился, отпустил рукав Стэнли и уперся ладонями в стену по обе стороны от его головы, загораживая ему путь. Его дыхание было сбивчивым, а уши горели. — Ты.. Что это было? Способ окончательно добить мою и без того убитую репутацию? Выдохнул Ксено, не глядя ему в глаза. Стэнли смотрел на него без тени насмешки. Его обычная развязность куда-то испарилась. — Прости.. Мне нужно тебе кое в чём признаться. Ксено наконец поднял на него взгляд. Его чёрные глаза, обычно такие отстранённые, сейчас метали искры – от смущения, злости и чего-то ещё, тревожного и нового. Стэнли медленно поднял руку и осторожно прикоснулся кончиками пальцев к щеке Ксено, заставляя того вздрогнуть. Стэнли глубоко вздохнул. Легкая дрожь выдавала волнение, которое он больше не пытался скрыть. — Признаться, что я специально купил эту идиотскую помаду, потому что месяц назад ты сказал, что любишь фиолетовый Начал он, и его голос звучал непривычно тихо для этих пустых коридоров. Он сделал паузу, его глаза не отрывались от Ксено, будто выискивая малейшую реакцию. — Зачем? Зачем тебе я? Я... Я не понимаю.. Снова выдохнул Ксено, но теперь это был не упрек, а настоящий, мучительный вопрос. — А я не понимаю, как ты не замечаешь очевидного. Ты мне нравишься, Ксено.. Сказал Стэнли, и его голос стал ещё тише, интимнее. Он замолчал, и тишина между ними стала густой, звенящей. Стэнли смотрел на его губы, на его растерянные, широко открытые глаза. Все слова были сказаны. Осталось только действие. Осторожно, давая тому каждую долю секунды, чтобы отстраниться, Стэнли наклонился. Он коснулся его губ своими. Это было мимолётное прикосновение – лёгкое, почти невесомое. фиолетовая помада, должно быть, осталось на губах Ксено. Длилось оно всего мгновение. Стэнли отстранился, сердце колотилось так, будто хотело вырваться наружу. Он смотрел на Ксено, готовый ко всему – к отпору, к шоку, к гневу. Ксено замер. Его глаза были распахнуты ещё шире, в них бушевала буря изумления, паники и чего-то ещё, глубоко запрятанного. Он не оттолкнул Стэнли. Он просто стоял, словно парализованный, его дыхание остановилось, а щёки пылали алым пожаром. — Я думаю о тебе. Постоянно. И я хочу… хочу быть с тобой. Даже если ты против, позволь хотя бы любить тебя.. Ксено медленно, будто в трансе, поднял пальцы к своим губам, туда, где только что его поцеловали. Он не сводил с него взгляда. Казалось, весь его мир только что перевернулся с ног на голову. — Ты.. Ты действительно полный идиот.. Голос Ксено сорвался. Но в его словах не было ни капли злости. Было головокружение. Растерянность. И первая, робкая искра чего-то тёплого, что пробивалось сквозь лёд. — Только если твой.. Тут же парировал Стэнли, и в его глазах засветилась надежда, яркая и беззащитная. Ксено опустил руку. Он сделал маленький, неуверенный вдох. — В следующий раз хоть предупреждай, что собираешься поцеловать.. — Это значит "да"?.. Ксено легонько кивнул. Стэнли от радости обнял его и покружил в воздухе. Он взвизгнул от неожиданности, когда Снайдер подхватил его на руки. На секунду он замер, скованный паникой, но странное тепло и бешеная радость, исходившие от Стэнли, оказались заразительны. Его собственные руки неловко обвились вокруг шеи Стэнли, цепляясь за куртку. — Стэн, пусти! Выдавил он, но смех, предательский и сдавленный, вырвался у него из груди. Он зажмурился, чувствуя, как мир кружится вместе с ними в этом пыльном полумраке. — Дурак, осторожно! Стэнли, наконец, опустил его на ноги, но не отпустил, удерживая за талию. Его лицо сияло так, будто он поглотил всё осеннее солнце. — Прости, я очень счастлив, ты сказал "да"! Поверить не могу! Ксено, всё ещё слегка шатаясь, отстранился на шаг, чтобы перевести дух. Его белые волосы растрепались, а лицо пылало. — Я не говорил, я.. А впрочем не важно.. Он запнулся, не находя слов, и просто махнул рукой, сдаваясь. — Но есть несколько условий! — Любые! Немедленно согласился Стэнли, готовый, кажется, подписать что угодно кровью. — Во-первых, предупреждай, прежде чем собираешься сделать что либо абсурдное. Ксено скрестил руки на груди, пытаясь придать себе строгости, но тёплый румянец на щеках и блестящие глаза выдавали его. — Во-вторых.. Мне нужно время привыкнуть.. к этому.. Стэнли кивнул, и его взгляд стал мягким, понимающим. Вся его неуёмная энергия будто сфокусировалась в одной тихой, тёплой улыбке. — Сколько угодно, принцесса — И третье, немедленно вычеркни это слово из своего лексикона.. Это смущает.. Ксено нахмурился, но тёплый румянец на щеках лишь разгорелся. Стэнли закрыл расстояние между ними в два шага и осторожно взял его за руку. Он присел на одно колено и поцеловал тыльную сторону его ладони — Как скажете, мой принц — Стэн! Стэнли рассмеялся, вскочил и притянул к себе, обнимая Ксено. — Прости и спасибо. Позволь довезти тебя до дома После короткой паузы Ксено едва слышно согласился. Они простояли в объятиях чуть больше 2 минут и стояли бы дальше, если бы не звонок.