***
Привет, читатель! Надеюсь, в первой главе мне удалось захватить твой интерес. Планы на эту работу большие, постараюсь уместить весь сюжет в 10 частей. Дальше будет еще интереснее. Делись мнением в комментариях, следующая глава уже завтра, в 12:00 по МСК. Приятного чтения!Глава 1: Увядание
25 декабря 2025 г., 12:00
Тишина в Сторибруке была неестественной. Реджина Миллс стояла у окна своего кабинета в мэрии и смотрела, как вянут яблоки в ее саду. Не опадают, а именно вянут на ветках, сморщиваясь, будто их вековая магическая подпитка иссякла за ночь.
В дверь без стука ворвалась Эмма Свон. На ее лице была только холодная озабоченность.
– Ты чувствуешь это?
– Сложно не чувствовать, – сквозь зубы ответила Реджина, не оборачиваясь. – Моя лучшая настойка из ранункулюсов сегодня утром превратилась в обычную воду. Буквально. Зельехранилище стало похоже на аптеку неудачника-травника.
– У Генри, – голос Эммы дрогнул, – сегодня не сработало заклинание в фонарике. То, что мы с Дэвидом сделали для его похода. Он пытался читать под одеялом, и у него просто сели батарейки. Обычные батарейки. В зачарованном фонаре.
Реджина наконец обернулась. В ее темных глазах бушевала знакомая ярость, но под ней – тот самый страх, который Эмма видела лишь раз или два.
– Это не проклятие. Это… истощение. Источник магии Сторибрука иссякает. Город умирает.
– Что это значит? – спросила Эмма, подходя ближе.
– Это значит, что со временем перестанут работать не только зелья и фонарики. Защитные барьеры, поддерживающие сам факт нашего существования здесь, в этом уголке мира, растворятся. Климатические заклинания падут. Сторибрук станет просто точкой на карте Мэна, уязвимой для всего. А наши враги извне… они это почувствуют.
– Генри, – выдохнула Эмма, как заклинание. – Мы не можем этого допустить. Есть решение?
Реджина молча подошла к самому старому книжному шкафу в кабинете. Она провела рукой по резной дубовой панели, и та бесшумно отъехала в сторону, открывая потайную нишу. Внутри, на бархатной подушке, лежал не артефакт, а толстый, потрепанный том с обложкой из потрескавшейся и тусклой кожи.
– «Хроники Забытых Мест», – прошептала она. – Единственная книга, которую моя… которую Кора не смогла испортить. В ней говорится о первоисточнике, «Сердце Фей» – кристалле, который в древности питал магию целых миров. Он был спрятан, чтобы его сила не попала не в те руки.
– И где он?
– В Забытых Горах. На самом их пике, где, согласно легенде, падают звезды, чтобы напиться из ледникового озера. Но туда нельзя просто телепортироваться, Мисс Свон. Это место вне магии. Вернее, оно настолько древнее и сильное, что сдует любое наше колдовство, как свечу на ветру. Путь туда… это путь пешком. Через земли, которые не отмечены на картах.
Эмма смотрела на карту, нарисованную на пожелтевшем пергаменте, который Реджина развернула поверх их обычных планов. Бескрайние хребты, ледники, пропасти без названий.
– Сколько?
– Недели. Может, больше. Если я не сорвусь в пропасть, не замерзну и не станем чьим-то ужином.
– «Я»?
– Ты действительно думаешь, что я позволю кому-то другому отправиться вместо меня? – Реджина подняла взгляд, и в ее глазах снова зажглись грусть и сожаление. – Это моя вина. Я, как самая сильная темная волшебница здесь, не почувствовала истощение. Я должна это исправить.
– А я, как шериф и Спасительница, не позволю тебе отправиться одной, – обеспокоенно бросила Эмма. – Кроме того, Генри убьет нас обеих, если мы пойдем по очереди. Он уже достаточно взрослый, чтобы остаться с Дэвидом и Мэри Маргарет. Но он не простит, если ты не вернешься. Я иду с тобой и это не обсуждается.
Их взгляды скрестились – вызов, принятый без слов. В этом не было романтики, только суровая необходимость и общая цель, которая связала их прочнее любого договора.
Через три дня они стояли на границе Сторибрука, у самого края леса, за которым начиналась обычная, немагическая пустошь, ведущая к подножию далеких синих гор. За спиной у них были не магические посохи, а тяжелые туристические рюкзаки, купленные в единственном спортивном магазине в соседнем городке. В них – палатка на двоих, спальники, еда, веревки, ледорубы и прочая утварь, в которой Реджина разбиралась с таким же презрением, как Эмма когда-то в вилках для устриц.
– Последний шанс передумать, – сказала Эмма, поправляя лямку рюкзака. – Мы можем вернуться и попробовать найти другой способ.
– Другого способа нет, – отрезала Реджина. Она в последний раз оглянулась на шпиль мэрии, видневшийся между деревьями. На ее лице была нежность, которую она никогда бы не показала при всех. – Вперед, Мисс Свон. Наш город ждет.
Первые дни пути были долгими, но относительно простыми. Они шли по предгорьям, и Эмма, благодаря своей жизни «вне сказки», оказалась довольно опытной: она могла поставить палатку, фильтровала воду, разводила огонь с помощью огнива (Реджина сначала пыталась щелкнуть пальцами, и это привело лишь к легкому ожогу и саркастическому комментарию Эммы).
Реджина, в свою очередь, оказалась неожиданно хороша в навигации по звездам и ориентировании на местности.
– Ты где этому научилась? – спросила как-то вечером Эмма, передавая ей миску с разогретой на костре тушенкой.
– Управлять королевством – это не только давать приказы, – сухо ответила Реджина, но, поймав взгляд Эммы, смягчилась. – Мой отец был охотником. До того, как… до всего. Он учил меня. Эти навыки оказались долговечнее магии.
Их диалоги в те первые дни были полны колкостей. Реджина высмеивала «спартанские» условия, Эмма язвила по поводу «королевских мозолей». Но каждую ночь, в тесной двухместной палатке, когда дул ледяной горный ветер, они лежали спиной к спине, разделяя тепло, и разговоры стихали. Страх за Сторибрук, за Генри, был общим знаменателем, который пока что лишь примирял их.
Все изменилось, когда они начали настоящий подъем.
Воздух стал густым, тропа превратилась в узкую козью тропку над пропастью, а затем и вовсе исчезла. Им пришлось карабкаться, использовать веревки и все свое мужество. И именно здесь, на краю обрыва, где панический страх за собственную жизнь перевешивал даже страх за город, они впервые по-настоящему увидели друг друга.
Эмма шла первой, находя точки опоры. Камень под ее ногой дрогнул и полетел вниз, в бездонную расщелину, с гулким, ужасающим звуком. Эмма замерла, прижавшись к скале, сердце бешено колотилось. Она чувствовала, как дрожь пробегает по ее ногам.
– Не двигайся, – спокойный, четкий голос Реджины прозвучал прямо за ее ухом. Та стояла на твердой площадке, надежно закрепив веревку. – Дыши. Глубоко. Смотри на меня, а не вниз.
И Эмма посмотрела. Не на пропасть, а в темные, сосредоточенные глаза Реджины. В них не было насмешки, не было паники. Была абсолютная концентрация и… уверенность. В Эмме.
– Теперь, медленно, левой ногой на выступ, который на десять сантиметров ниже и левее. Я тебя держу.
И Эмма повиновалась. Шаг за шагом, направляемая тихими, уверенными командами Реджины, она преодолела опасный участок. Когда она наконец вскарабкалась на безопасный уступ, ее ноги подкосились. Реджина мгновенно оказалась рядом, опустившись на колени, ее руки крепко сжали плечи Эммы.
– Все в порядке. Ты в порядке.
– Ч-черт, – выдохнула Эмма, чувствуя, как дрожь наконец отпускает.
– Да, – согласилась Реджина, и в ее голосе прозвучала слабая улыбка. – Это было трудно. Но ты справилась.
Они сидели так несколько минут, плечом к плечу, глядя на открывшуюся перед ними панораму заснеженных пиков, утопающих в облаках.
– Спасибо, – тихо сказала Эмма.
– Не за что. В конце концов, мне нужна твоя помощь, чтобы тащить эту дурацкую палатку дальше, – отозвалась Реджина, ее рука легла на руку Эммы и слегка сжала ее. В этом прикосновении не было ничего королевского. Только человеческая солидарность, теплая и настоящая, как кровь, стучащая в висках после испуга.
В тот вечер, разбив лагерь на крошечном каменистом уступе, они ели свою скудную похлебку молча, но уже не враждебно. Когда стемнело и холод впился в кости, Реджина, не говоря ни слова, расстегнула свой спальник и накрыла им Эмму поверх ее собственного.
– Делить тепло эффективнее, – заявила она, как будто сообщая научный факт.
– Только если ты не заберешь все одеяло на себя, – поддразнила Эмма, но подвинулась, давая ей место.
Лежа в темноте под двумя спальниками, прислушиваясь к ровному дыханию Реджины у себя за спиной, Эмма думала, что, возможно, спасение Сторибрука началось прямо сейчас. Здесь, на краю света, где две самые сильные волшебницы этой части мира учились быть просто людьми. Уязвимыми. И нужными. Городу и друг другу.