БАБАХ!
Грохот эхом разнесся по всему лабиринту. — Отлично! — Простонал Иида, закрывая лицо рукой. — Теперь каждый бот в радиусе километра знает, где мы. И он оказался прав. Через минуту их зажали в узком переходе между двумя цехами. Пять роботов перекрыли выход, а сзади активировались автоматические турели, стреляющие краской. — Это твоя вина! — Крикнул Иида, уклоняясь от резиновой пули. Он использовал маневренность, чтобы петлять между выстрелами. — Мы потеряли элемент внезапности! — А это твоя вина! — Огрызнулась Рю, прячась за бетонной колонной. — Если бы ты сразу пошел со мной и прикрыл спину, мы бы их уже прорвали! А ты тратишь время на нотации! — Я трачу время, пытаясь сохранить нам жизнь! Твоя тактика — это самоубийство! Ситуация становилась критической. Они застряли. Иида не мог набрать разгон в тесноте, а Рю не могла использовать мощную волну, не задев Ииду или не обрушив на них шаткие леса сверху. Таймер на стене неумолимо тикал: 02:00... 01:59... — Мы провалим задание! — С ужасом осознал Иида. — Это позор для UA... — Заткнись и думай! — Рявкнула Рю. В её голосе тоже проскользнула паника. Ей не хотелось быть лузером. — Я не могу бить вперёд. Рикошет заденет тебя. Иида посмотрел на роботов, потом на потолок, потом на Рю. В его глазах что-то щёлкнуло. — Ураками. Ты можешь создать направленный взрыв вниз? Чтобы поднять нас? — Чего? — Я хватаю тебя. Ты бьешь волной в пол. Мы взлетаем на уровень выше, прямо через решетчатый настил. Я использую Recipro, чтобы скорректировать полет и приземлиться прямо у бомбы. — Это безумие. — Ухмыльнулась Рю. — Ты же любишь правила? Это нарушение техники безопасности! — У нас 40 секунд! Делай! Иида подскочил к ней, схватил её за талию одной рукой (жестко и уверенно, не до смущения сейчас). — Давай! — ПОЛУЧАЙ! — Рю направила руки в пол. УДАРНАЯ ВОЛНА! Их подбросило в воздух вместе с облаком бетонной крошки. Инерция была дикой, но Иида включил двигатели на икрах. — Recipro Burst! Они пулей пролетели сквозь дыру в перекрытии, миновав засаду роботов, и с грохотом приземлились на верхнем этаже, кубарем покатившись по полу прямо к макету бомбы. Иида врезался спиной в стену, Рю влетела в него, больно ударив локтем ему в грудь. — Лента! — Прохрипел Иида. Рю, лёжа на нём, дотянулась и шлёпнула плёнку захвата на макет. Таймер остановился. 00:08. — Задание выполнено. — Прозвучал голос Айзавы из динамиков. Они лежали на полу, тяжело дыша, покрытые пылью и синяками. — Ты тяжелая. — Выдохнул Иида. — А ты костлявый. — Парировала Рю, скатываясь с него. Позже, в комнате мониторинга. На экране светилась таблица результатов.1. Бакуго / Киришима — 08:30
2. Тодороки / Яойорозу — 10:15
3. Иида / Ураками — 14:52
— Третье место. — Сухо констатировал Айзава, глядя на побитых студентов. — Вы едва уложились в норматив. Иида стоял, опустив голову, сгорая от стыда. Рю нервно жевала губу, глядя в пол. — Финальный маневр был впечатляющим. — Продолжил учитель. — Импровизация на уровне. Но первые двенадцать минут были отвратительны. Вы потратили 40% времени на споры и выяснение отношений. Айзава включил запись момента, где они орут друг на друга под обстрелом. — Если бы вы заткнули свои эго и сработали сообща с первой минуты... — Айзава нажал на паузу. — Вы могли бы взять первое место с отрывом. Ваша совместимость причуд — одна из лучших в классе: скорость и разрушительная сила. Но ваша совместимость характеров тянет вас на дно. Он выключил экран. — Свободны. Иида, напишешь отчёт о тактических ошибках. Ураками, починишь манекен, который помяла при приземлении. Они вышли в коридор в тишине. Иида поправил очки. Рука у него слегка дрожала. — Я напишу отчёт сегодня же. Рю пнула шкафчик, но без злости. Скорее с досадой. — Мы облажались, да? — Мы заняли третье место. — Педантично поправил Иида. — Но... Айзава-сенсей прав. Мы могли быть быстрее. — В следующий раз. — Вдруг сказала Рю, глядя ему прямо в глаза. — В следующий раз я буду слушать твой план. Первые пять минут. — А я... — Иида замялся. — Я постараюсь учесть твой стиль боя при планировании. Чтобы не загонять тебя в рамки. Они обменялись коротким, напряженным кивком. Это ещё не было дружбой, но это было перемирие, скрепленное пылью, синяками и обидным третьим местом.