Смертный в облике Бога Перемен

Я сидел на стуле, словно приклеенный, и бездумно смотрел на полку перед собой. Миниатюры, аккуратно выстроенные рядами, молчаливо наблюдали за мной. Тзинешиты — в вычурных завитках, будто живые, будто сейчас шепнут что-то непонятным, опасным голосом. И напротив — строгие серые ряды солдат Империума, тяжёлые, прямолинейные, как сама идея долга. Две титаны классы гончий и орден кахродонов. Странная пара. Хаос и порядок дисциплинна. Смысл и бессмыслица. И я — где-то посередине, в той самой щели, что даже пыль не всегда замечает. Я хотел перемен в своей жизни. Чувствовал их, как зуд под кожей. Каждый день был одинаковым до боли. Утро. Работа. Обед в той же кафешке, тот же стол, тот же вкус пресной лапши, которая давно надоела, но на другое не было ни времени, ни сил. Вечером — домой. Ужин. Полчаса, чтобы посидеть и придумать, что я вообще делаю со своей жизнью. Потом сон, тяжёлый и бесцветный. И всё повторяется, как будто кто-то сверху нажал на повтор. Почти без выходных. Почти без друзей. Почти без… всего. Я медленно выгорал. Не вспышкой, не пламенем — тихо, как дешёвая свеча на сквозняке. Иногда ловил себя на том, что забываю дни недели. Иногда — что просто не хочу просыпаться утром. Не в том смысле, что желаю смерти. Нет. Просто… отсутствие желания что-либо делать. Как будто во мне уже не я, а пустая оболочка, которая просто выполняет базовые функции. Только интернет ещё как-то спасал. Хоть какое-то разнообразие, хоть какая-то иллюзия общения. Мемы, обсуждения, редкие переписки. Фэндомы, арты, смешные ролики. И конечно — Warhammer 40 000. Этот мрачный, чудовищный, легендарный мир, который почему-то всегда ощущался ближе и понятнее, чем реальность. Мир, где одиночество — не недостаток, а нормальное состояние. Мир, где боль — часть жизни. Мир, где ты — маленький человек среди огромного космоса, и это… честно. Я вздохнул и провёл пальцами по одному из Тзинешитов, холодная пластмасса отозвалась подушечками пальцев. В ту секунду я поймал себя на мысли: а что, если бы можно было всё изменить одним щелчком? Просто… уйти. Не умереть, не исчезнуть — а сменить реальность, переродиться, как в этих глупых интернет-историях или исекаев аниме про попаданцев. Смешно. Уже слишком взрослый, чтобы фантазировать. Слишком усталый, чтобы мечтать. Я уставился в миниатюры ещё минуту. Тишина комнаты давила на уши. Одиночество сидело рядом, как старый знакомый. И вдруг — впервые за долгое время — внутри меня шевельнулась мысль. Едва заметная, как слабое биение сердца после долгого холода. А что, если перемены уже идут ко мне? И я просто их не замечаю? Взяв с холодильника монстр, вернулся к монитору, открыл пару вкладок, но мысли рассыпались. В груди ощущалась знакомая тяжесть — врачи называли это нервным переутомлением. Ничего опасного, просто последствия постоянного стресса. Я давно понял, что живу на автопилоте: не думаю, не ощущаю, не стремлюсь. Просто существую. Вечер прошёл так же тихо, как и сотни других до него. Когда глаза начали закрываться сами по себе, я выключил компьютер и лёг, не раздеваясь. Усталость накрыла мгновенно. Не было ни тревог, ни мыслей. Сон пришёл резко, как будто кто-то выключил сознание тумблером. Сам сон был непривычно ровным. Ни образов, ни голосов, ни фантазий. Просто глубокая темнота, мягкая и тёплая, похожая на воду, в которой можно раствориться. Я будто перестал существовать, но при этом ощущал странное спокойствие, которого давно не знал. Не было ни страха, ни боли, ни беспокойства. Ничего. Только пустота, в которой не было даже ощущения времени. Это продолжалось неопределённо — секунду или час, я не мог бы сказать. Но в какой-то момент в этой тишине появился холод. Он не сопровождался никаким образом или звуком — просто внезапное осознание, что всё вокруг стало чужим. Будто прежняя пустота сменилась другой, более плотной, тяжёлой. На короткое мгновение я почувствовал падение. Одно простое ощущение — будто земля исчезла из-под ног, и я проваливаюсь вниз, туда, где нет ни света, ни воздуха. И всё оборвалось. Снаружи это выглядело бы буднично: человек умер во сне от остановки сердца. Перенапряжение, стресс, усталость сделали своё дело. Никакой трагедии, никакой мистики. Но никто — ни врачи, ни соседи, ни сам мир — не знал, что эта смерть была не случайностью. Она стала точкой, которая закрыла огромный, невидимый замысловатый круг. Где-то далеко, вне обычной реальности, существовала сложная, почти идеальная структура, в которой не хватало одной единственной детали. Незаметной, ничем не выделяющейся. Маленького фрагмента, без которого невозможно было завершить формулу. И именно моя душа, ничем не примечательная и никому не важная, оказалась последним звеном, завершившим этот узор. Не было выбора. Не было предназначения. Не было знаков или предупреждений. Просто совпадение. Но в таких местах совпадения никогда не бывают простыми. Когда моё сознание исчезло, когда тело перестало дышать и всё разом потемнело, узор замкнулся. То, чему не хватало последнего осколка, пробудилось. Не как существо, которое я мог бы представить, а как нечто огромное, древнее и одновременно новое. Я не увидел этого и не услышал. Я не понял, что произошло. Я просто перестал быть тем, кем был. А в следующую секунду — или через вечность, в Варпе это одно и то же — я открыл глаза уже в другом месте. И только спустя долгое время смогу осознать: это не я стал кем-то великим — это моя душа была использована как последний элемент рождения нового Божества Хаоса. Бог перемен получил недостающий фрагмент. И это был я.