Belle

«Минут ЧЕРЕЗ 20!» — прогремел знакомый голос за дверью, когда Сугуру, придерживая Сатору за мокрые бедра, несдержанно толкался внутрь, отчего хлипкий туалетный столик, на который он усадил Годжо, грозился совсем развалиться. — Слышал? — прошептал Гето, склонившись над ухом партнера. — Ахг… Сугуру… — Годжо, закатив глаза, впивался ногтями в его спину, — как похуй… Сугуру в ответ возбужденно усмехнулся и немного ускорил темп. Ему, конечно, было неудобно перед одногруппниками, у которых они вероломно отобрали гримерку, но сейчас он торопился совсем не из-за этого. Запыхавшиеся стоны Сатору, уже иногда срывающиеся на крики, его руки, которым парень уже явно не отдавал отчета, скользившие по спине и груди, и, конечно же, его влажная задница, так хорошо растянутая членом — все это заставляло мурашки нетерпения разбегаться по спине. Сугуру сжимал его талию, насаживая глубже, выбивая дрожь каждым толчком внутрь. Гето ощутил, как ноги Сатору, которые он все еще удерживал, напряглись и слегка затряслись. Он взглянул в раскрасневшееся лицо, по которому еще и катились горячие слезы. Сатору, ничего не говоря, лишь, закусив нижнюю губу, кивал и продолжал стонать. Еще мгновение, и горячая сперма полилась на живот Сатору, пачкая не только его самого, но и ярко-красную юбку Сугуру. Осознание происходящего окончательно отшибло от накрывшего с головой оргазма, и он лишь податливо прогибался в спине, когда Гето все еще втрахивал его в этот несчастный туалетный столик, доводя себя до пика. Годжо вздрогнул с новой силой и зажал рот рукой, когда почувствовал, как сперма Сугуру разливалась внутри. Гето слегка отстранился, напряженно оперся на стул и потянул за завязки корсета, чтобы наконец вздохнуть полной грудью. Он хотел было бросить короткий взгляд на Годжо, но задержался, не отрываясь глядя на развернувшееся там бесстыдство. Сатору не подавал никаких признаков осмысленности — взгляд в никуда, подрагивающие ресницы и губы, все еще пытающиеся стонать, пот, крупными каплями катившийся по груди и шее, и сперма, вязко вытекающая из него прямо на столешницу. — Сатору, — Сугуру осторожно положил руку ему на щеку, — надо вставать, а то скоро все вернутся. — Не хочу, — пробубнил Сатору. — То есть, домой ты тоже не хочешь? — Сугуру стоял чуть поодаль, рыская в завале вещей в поисках того, чем можно было бы вытереться. — Мы бы там могли продолжить… — ехидно добавил он, оборачиваясь через плечо, уже держа в руках упаковку влажных салфеток. — Хочу, конечно, — надув губы, ответил Сатору. — Вот и славно, — улыбнулся Гето, подходя обратно. Сугуру мягко прикоснулся к лицу парня, убирая со лба прилипшие волосы, и аккуратно, почти невинно, поцеловал искусанные, опухшие губы. Языки снова нежно и мокро переплелись, а дыхание все не возвращалось в норму, да и не вернется уже никогда, потому что… «Потому что ты рядом…» — Сатору наконец удалось с великим усилием вырвать одну из лихорадочно бегущих мыслей. «Потому что я люблю тебя…» — думал Сугуру, вжимая в себя его затылок.

***

— Ты оденься хотя бы… — Сугуру нервно оглянулся на расплывшегося на потрепанном диване Сатору. Гето все продолжал лихорадочно бегать по небольшой гримерке, чтобы успеть все убрать, ведь, по ощущениям, отведенные им 20 минут уже давно прошли, поэтому одногруппники, или даже преподаватели, могли нагрянуть сюда с минуты на минуту. Сугуру истратил все имеющиеся влажные салфетки, чтобы вытереть Сатору и столешницу, а то, на что не хватило, дотирал итак уже испачканной юбкой. Сатору, все еще неохотно, начал копаться в куче невесть чьей одежды, в надежде отыскать свою. Он едва успел натянуть штаны, как до ушей донесся звук ключа, поворачивающегося в замке, а дверная ручка опустилась вниз. — О! Так вот вы где! А я вас обыскалась, — в гримерку торопливо влетела их преподавательница. — А почему на финальную песню не вышли? — А… ну… мы просто… — начал мямлить Сатору. — Вы извините, просто Годжо стало плохо, — перебил его Гето, — заболел видимо… или съел что-то не то… Вон, видите, на диване лежит. — Ага, поняла, — не особо заинтересовано ответила руководительница, — но это не важно! — женщина с горящими глазами смеряла парней восторженным взглядом. — Я ж хотела сказать вам, что отыграли вы просто потрясающе! Chouette! — Да… спасибо… — Всем из вашей группы ставлю отлично, — женщина все махала руками, но на мгновение задумалась, — только преподаватель по французскому просил передать, что Годжо оценку поставил только за артистизм, — она перевела грозный взгляд на белобрысого, — но за языковые знания — кол! — Послушайте, нам, кажется, правда не здоровится, — улыбаясь, Гето подхватил Сатору за руку и потащил в направлении входа, — мы пойдем… — До свидания! — выкрикнул Годжо и откровенно глупо помахал на прощанье. — Стоять! Гето! — все кричала вслед преподавательница, немного удивленная их странным поведением. — А костюмы сдать?! — Да мы сами постираем! — крикнул напоследок Гето, и они с Годжо, крепко держась за руки, наконец покинули душный коридор.

***

Прошла неделя. Все зачеты благополучно были сданы, поэтому можно было немного расслабиться. — Не хочешь что-то нормальное посмотреть? — Сугуру, нахмурившись, глянул на ноутбук, на котором Сатору включил для них какое-то тупое шоу. Они лежали в обнимку на продавленной общажной кровати, коротая вечер вместе. — Ну интересно же… смешно, — возмутился Сатору, но в то же время зарылся поглубже в объятия Гето. — Эх, вот бы телек… — выдохнул Сугуру. Внезапно, его осенила блестящая идея, и он продолжил: — Слушай, Сатору, — он аккуратно запустил руку в белоснежные волосы, — а ты не хочешь… ну… переехать, — Гето и сам не ожидал, но в этот самый момент покраснел. — М? — удивился Годжо. — Куда? — Ну… снять квартиру, например. Сатору все глядел на Сугуру недоумевающим взглядом. Вдруг его наконец осенило, что предлагает ему его парень, и он широко распахнул глаза. Смущенный румянец начал стремительно расползаться по щекам, и Сатору поспешил отвернуться. — Мы вообще-то итак вместе живем, — пробурчал он. — Ну… — Гето не ожидал, что Годжо так странно отреагирует, поэтому тоже смутился еще больше, — здесь общага, не очень удобно, — он сильнее сжал плечо Сатору, за которое его обнимал, — а там мы будем, — Сугуру ближе наклонился к нему и прямо в ухо прошептал, — только вдвоем. Все внутри Сатору сжалось от смущения и нетерпения, и он уже не мог скрывать, как его распирает от радости. Хотелось поскорее прижать Сугуру к себе, но он все же решил еще кое-что спросить: — А… деньги у тебя есть? — Не особо, — расстроенно сообщил Сугуру, — я, честно, думал, что у тебя есть. — С чего бы?! — Ты ведь уже снимал квартиру, — слегка раздраженно бросил Гето, — ну… с каким-то «другом», — последнее слово далось ему тяжело, в голосе слышалась откровенная неприязнь к этому самому «другу». — Чего блять?.. — Годжо непонимающе нахмурился. — Мне Шоко говорила, что ты… В этот момент Сатору вспомнил, о чем идет речь, и залился краской еще больше. — Я это выдумал, — от стыда парень уткнулся головой в коленку. — А? — не понял Гето. — Чтобы тебя позлить, — продолжил Сатору. — Понимаешь, мне было так грустно, когда мы поссорились. А тебе было будто бы все равно. А мне не хотелось, чтобы все вокруг думали, что страдаю только я. — И где ты был все эти две недели? — все еще недоумевал Гето. — ДА С МАМОЙ Я ЖИЛ! — разозлился Годжо. — Ты вообще знаешь, как я заебался каждый день на электричке из Киото в универ ездить?! Сугуру рассмеялся, игнорируя разъяренные крики Сатору о том что «Это вообще-то все из-за тебя! Хватит ржать!». Сейчас он был рад, что, как оказалось, просто надумал себе лишнего про Годжо. Гето протянул руку, и сильнее прижал к груди белобрысую макушку, настойчиво целуя. — Я, кстати, уже устроился на подработку, — все еще стараясь угомонить смех, говорил Гето. — Тебе тоже надо. — А может вместе? — Сатору теперь тоже улыбнулся. Гето лишь усмехнулся и притянул его в поцелуй.