Неосуществимый запрос

«— А что-то ещё ты получишь, когда исправишь всё, что натворил, — Аластор подмигнул ему, — я и так дал тебе авансом» Вокс вполне самодостаточен. Правда. Он — глава долбанной империи, захватившей всю информацию в чертовом аду! Он основал эту злоебучую фирму, с нуля поднял её до невероятных высот. Он нашел команду, присоединил к ВоксТек всю моду и порно. Он даже сраную альтернативу тиктоку сделал. И вы вообще слышите, как компания называется? ВоксТек. Слышите? ВОКСТЕК. Она названа в его честь. В честь него. Им самим. Он самодостаточен. Он стал лицом революции. Он стал сильнейшим грешником в аду. Да, ненадолго. Всего на пятнадцать минут. И что? Тут, знаете, конкуренция высокая, это ж не какая-то параолимпиада. Да Люцифер, он почти захватил рай. Ну, может, не почти. … Ну, может, не захватил. Но ведь удар был нанесен? Он ведь обманул Люцифера? Заставил того быть сраной батарейкой в его оружии. Заставил. Все. Значит, можно засчитать. Он самодостаточен. Слышите, самодостаточен. Он, мать вашу, взрослый мужчина за шестьдесят. У него крутая работа, крутая тачка, крутая внешность (телевизор вместо головы — не самый плохой скин в преисподней), крутые друзья. И он сам крутой. И самодостаточный. Да, не забывайте. Самодостаточный. И, видимо, поэтому все вещи про «Рай» стоит говорить в прошедшем времени. Потому что здесь он всё самодостаточно в одиночку проебал. Но главное — что самодостаточно. Это как бы тоже забывать не стоит. Да ему и не дают забыть, если честно. Его самодостаточно обретенные друзья каждый чертов час считают нужным напомнить, как он крупно и самодостаточно проебался, и, нет, их сюда приплетать не нужно, «завали, Вокс, мы просто рядом стояли, это ты у нас самодостаточно зависим от мнения одного конкретного тупого оленя, поэтому наш общий план пошел по пизде». Ну отлично. Как проблемы разгребать, так это он в одного. А как план, так сразу общий. Да-да. Вовсе не он его придумал, да. И не он сходил и договорился со всеми. Спасибо, товарищи. Настоящие друзья, ничего не скажешь. Но здесь тоже не надо. Он как самодостаточно проштрафился, так самодостаточно и прибрал за собой. Зачем искать виновных, когда герой тут? И он, как истинный герой, взял совочек и планомерно — сука, ебал он эти планы, как задолбал бухотдел, — полгода разбирал всё, что навалил за десять минут. Твою мать, за десять долбанных минут развалить бюджет компании на полгода. Это уж точно доказывает самодостаточность. Самодостаточно основал, самодостаточно развалил. Гений, ничего не скажешь. Вокс вздыхает и усталым стоном валится прямо на стол. Он устал, и он страдает. Но страдает в одного и самодостаточно. А это важно. Демон тут же поднимает голову и в который раз начинает перечитывать который договор на реставрацию здания. Которого здания. Которую реставрацию. Который договор. Слишком много «который». Достало. Сколько вообще этих домов в Пентаграм-Сити? Не слишком много? Когда уже эта принцесса разберется со своим искуплением и поотправляет всех этих имбецилов в рай? Хули их столько развелось, и каждый еще и с квартиркой. А Люцифер вообще не хочет разобраться, чего это его грешники так хорошо живут? Суть ада, если он не ошибается, — в том, чтобы страдать. А котлы явно попрочнее этих тупых зданий. Вот всех по котлам — и дело с концом. Позвонить ему, что ли? Да вряд ли возьмет. Не заладились отчего-то взаимоотношения, странно. Вроде мило болтали. — В семь у тебя совещание с оверлордами, — Вокс самодостаточен. И он сейчас самодостаточно убьет Вельвет. — Вельвет, милая… — он практически скрипит зубами, — у меня тут… — теле-демон обводит рукой стол, заваленный документами. Вельвет поднимает скептический взгляд от телефона. Вот ведь сучка. Как это она одними глазами высказывает целый монолог с флешбеками? — Хорошо, спасибо, что предупредила, — зубы все же скрипят, но он держит улыбку. Вельвет не уходит, — без тебя я бы не справился, — улыбка тянет... Ни на что она не тянет. На паралич лица она тянет, вот на что. Девушка хмыкает, ухмыляется и выходит. И Вокс честно очень бы хотел обматерить её, только никакой мат не идет. Потому что не за что. Хотя эту херню с правилом «без вас я бы не справился» после каждой маломальской помощи он ебал. Придумают же. Откуда они вообще подсмотрели всю эту психологию речи? В отель наведывались, не иначе. Ладно, ничего. Он разберет сейчас одну стопку, сходит на это идиотское собрание, вернется и разберет остальные. Затем не поспит. Потому что, сука, времени на сон нет. И пойдет вести передачу, затем встречаться с пострадавшими, и вновь разбирать «которые» договоры/жалобы/иски и все их же с ними. Откуда вообще в аду иски? Заебало. Ох, как же заебало поднимать всё это с колен. И Вел заебала. И Вал заебал. Они, конечно, тоже работают постоянно. Ужасно, их даже не упрекнуть. Все равно за половину работы они не то что благодарности не просят — они даже о ней не уведомляют. Хотя это полностью его самодостаточная вина. Просто ужас. Почему они реально оказались хорошими друзьями? Пиздец. Он слипающимися глазами читает документ. Этот юридический слог точно адское изобретение. Дверь снова скрипит. Вокс не отрывает взгляда. Стучат каблуки, а затем слышится шум радиоприемника. Вокс отрывает взгляд. И себя — от стула. Смотрит потерянно и удивленно. Неужели… Вал стоит, скрестив одну из пар рук, второй настраивает доисторическое радио. Вокс смотрит, открыв рот. — Твоя херня опять сбилась, — Валентино со всего маха ударяет по приемнику. Волна настраивается, — уломай его уже перейти на телек, невозможно, — Валентино закатывает глаза, прислушивается к помехам, чуть крутит канал и удовлетворенно кивает, — эфир через пять минут, я… случайно узнал. Вокс не успевает ничего сказать, Валентино тут же уходит. Но быстрое сердечко из электричества прямо перед носом надоедливо-заботливой моли Вокс послать успевает. Вал хмыкает. Вокс улыбается. Валентино посылает ему ответную улыбку через плечо. — Спасибо, я бы не справился без тебя, — может, правило и не такое плохое.

***

Собрание оверлордов — самая скучнейшая вещь в мироздании. Наверное, это и есть его котёл. Дома, конечно, тоже работы до жопы, но там хоть родное кресло, а не убогие стулья. Вот бы прямо щас сбежать. Но ладно, он не будет так поступать. Это очень по-детски. А он ведь самодостаточный взрослый. Вокс заворачивает за угол дурацких бесконечных коридоров Кармиллы. По телу проходит разряд тока, лампочка над ним лопается. — Ал! — Мда, вот и вся самодостаточность. Он разве что хвостом не виляет. Хвоста просто нет, вилять нечем. Точеная красная фигура перед ним замирает, уши на голове едва поворачиваются в его сторону. Аластор перекидывает микрофон в правую руку и оборачивается. — Вокс, — радио-демон легко улыбается ему и чуть кланяется головой, — не ожидал тебя увидеть, дорогой друг. «Дорогой друг». Не «старый друг». Не «дорогой старый друг». А просто «дорогой друг». Приятно. До искорок между антеннами, если честно. Вокс быстро поправляет бабочку на шее и ровняет с ним шаг, идёт слева. Экран светится не хуже земного солнца. По крайней мере, ему кажется, что по температуре они схожи. Даже Аластор едва заметно косится на его лицо, чуть удивленно приподнимает брови, и температура вокруг вдруг становится в разы и разы ниже. По телу Вокса пробегает холод, но вот экрану становится действительно легче. — Держать себя в руках ты так и не научился, — Аластор не смотрит на него, а Вокс все равно чувствует игривый взгляд алых глаз. — Тяжело учиться без практики, — хмыкает Вокс. Сознательно-то он себя держать может, а вот как контролировать что-то непонятно странное и пробуждающееся внутри при виде глупого оленя — не в курсе. А они, между прочим, не виделись три месяца. Да и прошлую встречу за «встречу» счесть нельзя. Ему все же пришлось пойти к этой дурацкой принцессе, не извиняться — нет, конечно, — но… стратегически показать, что он больше не собирается ей мешать. Вот так лучше. И, конечно, это было его самодостаточное решение, ведь ссоры с шишками никогда не помогают бизнесу. И вовсе здесь не влиял фактор присутствия одного оленя в этом тупом отеле. Конечно, нет. И фактор того, что олень этот, как полный олень, на связь не выходил, а поймать его нереально. Вот это точно полный бред. Но какой бы бред это ни был, всё же на выходе, когда он уже потерял всякую надежду (хотя по правилам её нужно терять при входе), рядом мелькнула тень, а затем перед носом возникло знакомое лицо с широкой улыбкой. Он стоял как дурак, а Аластор игриво отметил, что без фрака ему лучше, но научиться манерам при диалоге (возможно, была парочка матов перед Чарли) так и не научился. Ну, а еще напоследок пробежался тенью по краю корпуса, заставив отключиться у них свет на пару минут. Возвращаясь в настоящее время, Аластор все же кидает на него прямой взгляд, ухмыляется и закатывает глаза. Ну что за кокетство, честное слово. — Слушай, я хотел… — Мы пришли, — Аластор обрывает его на полуслове. Вокс застывает и внутренне проклинает всеми возможными словами каждого оверлорда. Долбанное собрание. Радио-демон распахивает дверь, растягивает улыбку до ушей и, откланиваясь присутствующим, элегантно проходит к своему стулу. У Вокса так не получается, он решает даже не стараться и просто с каменным лицом оглядывает других оверлордов. На Кармиллу даже не смотрит, и без того её взгляд режет хуже ножа. Теле-демон уже внутренне выбирает, какой из видов шума включит себе на фон, чтобы получить хотя бы какой-то плюс от этого сборища, когда по направлению к его привычному стулу вдруг возникает спинка другого. Он замирает, с удивлением смотрит сначала на элемент мебели, а затем на Аластора, который сидит, оперевшись локтями на стол и о чем-то говорящего с Зестиалом. Вокс щурится, а потом тихо ойкает, когда возникшая тень хватает его за руку и тянет сесть. Он плюхается на стул, который тут же задвигает всё та же тень, и мелко оглядывается кругом. Никто не обратил внимания. Вокс краем глаза следит за, кажется, совершенно незаинтересованным Аластором, когда неожиданно чувствует прикосновение к колену. По всему телу пробегает дрожь: его словно касается долбанный замороженный азот. Он бросает взгляд вниз, тень машет ему и вновь касается колена, оставляя там ладонь. Аластор смеется над какой-то шуткой, Кармилла встает со своего стула, приветствуя всех, и в этот момент этот отвратительный, ужасный во всех отношениях, примерзший и самый, черт возьми, лучший и горячий оверлорд в аду поворачивается к дребезжащему помехами экрану Вокса и на грани слышимости, почти не шевеля губами, шепчет: «Вот сейчас и потренируешься». Антенны вспыхивают разрядом, Вокс сжимает пальцами брюки. Вот ведь черт. Блять. Тень осторожно гладит его коленку. Какой однако хороший день.